Sing me to sleep

Курт и Себастиан были близкими друзьями уже очень долго. Прошло три года со смерти родителей Смайта в авиакатастрофе, а заодно и с его переезда в Огайо к новому опекуну. Блейн Андерсон был старым другом отца Баса и стал для несколько напуганного четырнадцатилетнего юноши новым папой. Себастиан и Курт познакомились на прослушивании в городской мюзикл и почти сразу стали неразлучны. Обоим нужны были друзья: Басу как новичку, а Хаммелу как кому-то очень и очень необычному. Не все хотят дружить с тем, чей пол сложно определить. А его, поверьте, определить непросто, учитывая, что Курт внешне выглядит, как совершенно нормальный мальчик. Ну, может, бедра узковаты. И ножки слишком стройные, но… Проблема кроется как раз между ножек. Там далеко не то, что должно быть у мальчика. Смайт был первым, кто сказал в ответ на эту новость: «Сексуально». Обычно у людей далеко не такая реакция. Курт проникся к Себастиану безграничным доверием, хотя характер того оставлял желать лучшего. Бас стал его первым поцелуем. Впрочем, в тот же вечер они решили, что лучше оставаться просто друзьями. А в один из вечером Себастиан пригласил его к себе домой… Когда Курт увидел мистера Андерсона, у него перехватило дыхание. Взрослый мужчина, густые волосы, еще нетронутые сединой, карие теплые глаза, цепко охватывающие каждую деталь, мускулистые руки с длинными музыкальными пальцами и пресс, ярко выделяющийся под облегающей майкой. Хаммел боготворит Блейна Андерсона с первой встречи. Именно он придумал традицию ночевок в доме Смайта с просмотром мюзиклов. И каждый раз, когда он сновал по дому в своих коротеньких пижамных шортиках, мальчик искренне надеялся, что Блейн взглянул на него. Сейчас Курту уже семнадцать, как и Себастиану, а традиция еще жива. Хаммел приходит в дом друга, открывая дверь запасным ключом, потому что тот еще не пришел, и идет переодеваться в пижаму. Блейна тоже еще нет. Мобильник вибрирует. Сообщение от Себастиана. «Задержусь на час. Извини»

***

Блейн Андерсон был очень близким другом семьи Стефана Смайта. Познакомились они, будучи студентами одного и того же факультета престижного вуза Новой Англии. Блейн и Стефан были 18-летними парнями, полными жизни и современных взглядов на жизнь, с той лишь небольшой разницей, что Блейн был одиноким парнем нетрадиционной ориентации, а Стефан в столь юном возрасте уже имел семью в роли любимой девушки и годовалого ребёнка. Отучившись вместе, можно сказать, за одной партой 4 года, разделив, что называется, и горе, и радость пополам, помогая друг другу и прикрывая спину товарища, они лишь укрепили свою дружбу. И когда Стефан и Лили, по выпуску из университета, наконец смогли узаконить свои отношения, молодая семья решила покинуть Штаты и уехать на родину девушки - во Францию. Там Стефан основал свой бизнес и добился определённых высот в предпринимательской деятельности. Блейн и Стефан всё так же дорожили своей дружбой и всегда старались держаться на связи друг с другом, что им хорошо удавалось, именно поэтому они и решили вступить в деловое сотрудничество. Теперь то Стефан, то Блейн гостили друг у друга всё чаще в командировках, так что сын Стефана Себастиан, можно сказать, рос на глазах Андерсона. Себастиан очень уважал дядю Блейна и рассказывал ему некоторые свои детские секреты. Такая счастливая жизнь продолжалась недолго. Одним вечером, Блейн как обычно звонил другу, чтобы сообщить итоги рабочего дня, но никто не брал трубку. Пытаясь дозвониться до Стефана и его семьи на протяжении нескольких часов, Блейн потерпел поражение. На следующее утро он ждал объяснительного звонка от друга. Но позвонил не он. В трубке раздался заплаканный голос секретарши Смайта, которая пыталась донести до Блейна одну простую весть - мистера и миссис Смайт больше нет. Они погибли в автокатастрофе, а их сын, Себастиан, теперь буден вынужденно помещён в детский дом, за неимением близких родственников. Естественно, Блейн был сражён этой новостью. Естественно, он тут же побросал все дела и ринулся ближайшим рейсом на другой материк. Естественно, он взял на себя всю организацию похорон, заботы о бизнесе своего покойного лучшего друга, а представив, как дорогой сердцу 14-летний Себастиан будет отдан в казенные руки, у него в голове не осталось ни единой мысли, кроме как оформить на мальчика опекунство. Так потерявший родителей юный Себастиан Смайт обрёл названного отца в роли старого друга семьи Блейна Андерсона. С названных событий прошло три года. Блейн на совесть выполнял свои функции как опекуна, и Себастиан вырос вполне себе самодостаточным юношей, заканчивающим старшую школу. Он был достаточно умён, чтобы не испытывать трудностей со школьной программой и предстоящим поступлением в университет, и достаточно хитёр, чтобы не наживать себе врагов и не создавать лишних проблем. Курт переодевается в привычную легкую пижамку, состоящую из коротких шортиков, надетых поверх тонких кружевных трусиков, и тонкой маечки, и слышит стук двери. Хаммел слетает вниз, думая, что Смайт все же пришел рано и едва не сталкивается с Блейном, видимо, вернувшимся с работы. - Здравствуйте, мистер Андерсон, - чуть смущенно тянет юноша, опуская взгляд и явно краснея. Что совершенно не ожидал увидеть у себя дома, а тем более то, с чем совершенно не ожидал столкнуться у входной двери Блейн - это был полуголый лучший друг Себастиана Курт Хаммел, ну или просто маленькая лесная нимфочка, что маскируется под учащегося старшей школы. Каждый раз, когда Курт появлялся в их доме, он оставлял за собой не только лёгкий шлейф нежных духов, но и перевернутый вверх тормашками мир Блейна Андерсона. Каждый раз, увидев этого невинного мальчика, у Блейна рождаются самые что ни на есть извращённые желания, и он только и успевает, что их подавлять. Потому что, ну, Курт - ровесник его приёмного сына и вообще-то он несовершеннолетний. Но это маленькое божество будто не замечало, как действует на мужчину, при любом удобном случае нагибаясь и демонстрируя свою аппетитную пятую точку и идеальную растяжку, и Хаммел оставался всё таким же частым гостем в доме Андерсон-Смайт, раз за разом испытывая терпение хозяина. Не удержавшись и заскользив голодным взглядом по весьма соблазнительным оголённым участкам молочной кожи, Андерсон растерялся, не зная, куда стоит смотреть в первую очередь. Это изящное тело хотелось рассматривать и изучать не только взглядом, но и тактильно часами. Облизнув внезапно высохшие губы, Андерсон услышал краем сознания приветствие его личного невинного сексуального ангела и, решив, что молча пожирать глазами этого мальчика будет совсем нетактично, собрал последние капли адекватности: - Да-да, здравствуй, Курт. - Я просто не хотел, чтобы вы подумали, что я ворвался в дом, - смущенно бубнит юноша, поднимая взгляд на мужчину, который почему-то довольно тяжело дышит. - Просто Бас сказал, что опаздывает, а я знаю, где ключи, а его не будет еще час, - Хаммел облизывает губы и тяжело сглатывает. Почему Блейн такой сексуальный? Это надо просто запретить. - Баста не будет ещё час? - это было единственным, за что зацепился слух уже достаточно возбуждённого мужчины. Курт, его многомесячная ожившая фантазия, стояла перед ним во всей красе на расстоянии вытянутой руки. Просто протяни руку и возьми. И то, как девственно-невинно краснел мальчик, при этом сексуально прикусывая зубками нижнюю губу, подвело мужчину к краю. Шагнув вперёд, он, нежно прихватив двумя пальцами подбородок мальчика, приподнял его, чтобы посмотреть в самые прекрасные голубые глаза, так доверчиво и открыто смотрящие на него. - Еще час, - согласно повторяет Курт, а затем тихо ойкает, когда Блейн приближается к нему. А когда мужчина коснулся его лица, Хаммел весь затрепетал, устремив непонимающий и немного смущенный взгляд в его глаза, медовые, теплые и такие безумно выразительные. Он хочет что-то спросить. Точнее нет, он должен что-нибудь спросить, потому что, наверное, не совсем правильно стоять вот так и пялиться на отца, пусть и не родного, своего лучшего друга. Даже, если его отец самый сексуальный человек на этой планете. Впрочем, Курт не произносит ни слова, лишь облизывая губки. Его мечта стоит так близко к нему сейчас и держит его за подбородок, как в романтичных фильмах, в которых героиню после целуют. Мальчик смущенно краснеет, а затем прикрывает глаза, надеясь, что поцелуй все же последует, потому что иначе, он просто не может понять происходящего. Блейн на протяжение долгих нескольких секунд вглядывается в это безупречное личико, в пучину этих глаз цвета моря, ощущает на своих пальцах шёлк молочной кожи. Задержав свой взгляд на таких аппетитных подрагивающих сейчас алых губках, он видит проскальзывающий между ними язычок, и ему просто срывает крышу. Он впечатывается в эти сладкие губки, мягко сжимая талию мальчика и поглаживая подрагивающую спинку. Курт глубоко и шумно вдыхает через нос, тихо застонав в губы мистера Андерсона. Или сейчас ему уже стоит называть его Блейн? Мысли рваные и путанные заполняют его голову, а губки только податливо раскрываются под напором мужчины, позволяя тому углубить ласку, и мальчик отвечает на поцелуй, почти инстинктивно обнимая шею Блейна, запуская тонкие пальчики в темные волосы. Углубив поцелуй и удовлетворившись таким нерешительным и высоким, но от того не менее мелодичным и прекрасным стоном, Блейн начал действовать решительнее. Руки плавно спустились с талии на округлые ягодицы. Курт вздрагивает от действия мужчины, подаваясь бедрами назад к его ладоням, которые, кажется, идеально обхватывают половинки его упругой попки, явно желающей, чтобы эти руки сжимали ее вечно. Мальчик продолжает отвечать на требовательные и, кажется, в то же время несколько нежные ласки мужчины, целуя его в ответ со всем желанием, которого за три года, что он наблюдал за мужчиной, поднакопилось. - Мистер Андерсон, - выдыхает он через пару мгновений, облизывая ярко-красные губы. - Вы уверены? - огромные наивные глаза, в которых не менее огромный знак вопроса. Пока мальчик несмело что-то лепечет, Блейн переходит поцелуями на такую притягательную фарфоровую шейку. Оторвавшись на секунду от своего увлекательного занятия, он поднимает взгляд на раскрасневшееся личико: - А почему нет? - Смотря прямо в глаза-океаны, спрашивает он. Вопрос доходит до Курта далеко не сразу, потому что все его тело изнывает под прикосновениями и ласками мужчины, которого он столько раз представлял в душе и во сне. - Я не... Я не знаю, - шепчет он, облизывая губки в очередной раз. - Но я не против, - чуть более неуверенно говорит он, подаваясь вперед, чтобы поцеловать Блейна. Он слишком долго об этом мечтал. Оставшись довольным таким ответом мальчика, Блейн подхватывает Курта под ягодицами, заставляя того обвить талию ногами, а сам всё не прекращая терзать попеременно то алые пухлые губы, то алебастровую шейку. Курт довольно мычит в губы мужчины, целуя его в ответ, путая пальчиками темные кудри. Тот крепко прижимает мальчика к себе, удерживая на весу, и несет наверх. Предположительно в спальню. Единственное, от чего Хаммел начинает немного нервничать, - тот факт, что между ножек у него далеко не то, на что рассчитывает, видимо, Блейн. Андерсон легко прикусывает тонкую кожу на ключицах мальчика, и Курт с громким стоном выгибает спинку, прикрывая глаза в удовольствии. Блейну приходится проявить чудеса координации, чтобы не уронить Курта, не споткнуться и донести его в целости и сохранности до своей спальни на втором этаже, в процессе ни на секунду не прекращая щедро одаривать мальчика ласками и принимать ответные. Опустив свою драгоценную ношу на заправленную кровать... Курт расслабляется на подушках, чувствуя, как крепкое и мускулистое тело мужчины вдавливает его в кровать, и тихо стонет под поцелуями, изнывая от желания. Когда Блейн проникает руками под тоненькую маечку, юноша мгновенно начинает расстегивать на нем рубашку, желая почувствовать жар его обнаженного тела. Избавив его от рубашки, мальчик позволяет Андерсону стянуть с себя пижамную майку и непозволительно громко и пошло стонет, когда губы мужчины накрывают его сосок. Вторая рука Блейна скользит по прессу ниже, и Курт замирает, думая, как тот отреагирует на немного неожиданные половые органы для мальчика... Блейн, нависая над ставшим ещё более полуголым мальчиком, удобно устраивается у него между ног, закинув его ноги себе за спину. Покусывая и зацеловывая теперь уже обнаженную грудь и животик, он медленно ведёт рукой к резинке шорт шатена. Немного дразняще покрутив около лишней ткани, он отвлекся от своего увлекательного занятия и поймал взгляд мальчика, как бы спрашивая разрешения. Получив судорожный кивок, он накрывает пах шатена, сжимая его киску, мягко надавив третьим пальцем между половых губ. Услышав продолжительный громкий стон, Блейн ухмыляется и избавляется от ненужной ткани. Курт хнычет от ощущений и приподнимает бедра, позволяя избавить себя от шортиков, а потом и кружевных трусиков. Блейн не кажется удивленным тем, что у него вовсе не член, и, кажется, довольно умелым, потому что то, как его пальцы ласкают клитор Курта, заставляет мальчика выгибаться и дрожать с громкими, несдержанными стонами. Естественной смазки Курта было предостаточно, поэтому Блейн решил без лишних трат времени приступать к главной части. Дразняще покружив вокруг девственной дырочки, мужчина вобрал небольшое количество смазки на палец и аккуратно начал проталкивать его вовнутрь. Курт тихо стонет, выгибаясь и закусывая уже и без того красную нижнюю губку. Блейн растягивает его киску сначала одним пальцем, после двумя, большим потирая клитор, заставляя мальчика хныкать от удовольствия. - Блейн, ты невероятный, - стонет Хаммел, когда в его дырочку легко входит уже три пальца мужчины, продолжающего удивительно терпеливо его подготавливать. - Ты тоже, сладкий, - Блейн, удостоверившись, что дырочка Курта уже в состоянии принять его, медленно извлёк пальцы. - Детка, перевернись на живот, - мягко командует он, помогая уже не способному нормально двигать конечностями мальчику, разомлевшему и на всё готовому. Поставив Курта в колено-локтевую, он направил член к разработанной дырочке, пару раз специально подразнивающе похлопав членом по сокращающемуся отверстию. Уже изрядно хлюпающая от влаги киска при соприкосновении с эрекцией Андерсона издала такой знакомый и приятный сердцу звук, и Блейн не выдержал, загоняя орган одним движением в бедную дырочку. Курт громко стонет от резкого и несколько грубого проникновения и по-кошачьи прогибается в спинке, откидывая голову назад. Блейн ждет пару мгновений, давая ему привыкнуть, а после полностью выходит из мальчика, вновь резко подаваясь бедрами вперед, срывая с покрасневших губок очередной стон. Хаммел сминает простыни под собой, утыкаясь личиком в подушку, чувствуя, как мужчина вдалбливается в его податливое тело, сжимая пальцы на его бедрах. Блейн чувствует себя ополоумевшим. В Курте безумно узко и горячо, гладкие стеночки растягиваются для его члена, а он не может понять, почему он первый у мальчика. Почему никто ещё не сорвал этот податливый, на всё согласный лакомый кусочек. У Курта получается всё с первого раза: его высокие мелодичные стоны, то, как он подмахивает и подставляется. И Блейн не может не думать о том, как же хорош будет в постели этот уже не невинный ангел в будущем, если в свой первый раз он настолько потрясающий. Поняв, что долго не продержится в таком сумасшедшем темпе, мужчина перехватывает Курта поперёк груди двумя руками, сам присаживаясь на постели, заставляя Курта сесть в позу наездника, и уже мальчик сам начинает руководить процессом. Курт с такой бесконечной радостью седлает бедра мужчины, вновь податливо раскрываясь для его члена, опускаясь на него до самого основания, начиная двигать бедрами. Он громко и довольно пошло постанывает, теряясь в новых ощущениях, желая получить еще больше Блейна. О, как же долго Хаммел мечтал об этом. И Блейн вдруг исполняет его самые сокровенные желания, вбиваясь в такое открытое для него тело, лаская самые чувствительные места, находя точки, которые приносят Хаммелу особое наслаждение, отчего он стонет еще более отчетливо. - Самый. Прекрасный, - очень тяжело выдыхает мальчик, продолжая скакать на члене мужчины. - Ты прекраснее, детка, - мычит Блейн в ответ. Это тело точно сведёт его с ума. Курт скачет на его члене так, будто от этого зависит жизнь его и его родных, а Блейн только и может, что слегка подкидывать бёдра вверх, да покрывать загривок полу-укусами-полу-поцелуями. Ему так хорошо не было уже... Да никогда не было. Будто сама Судьба-злодейка познакомила Себастиана с Куртом, сделала их лучшими друзьями, а потом и подкинула мальчика под Блейна. Мужчина грубо выкручивал острые сосочки Курта, заставляя этим того только кричать ещё громче, подниматься и опускаться на колом стоящий огромный член ещё резче, стонать ещё пошлее. Курт откидывает голову на плечо Блейна, продолжая постанывать и задыхаться от того, что пытается дышать полноценно. Но член Андерсон явно выбивает из него весь воздух, пока Курт насаживается на него со всем возможным желанием, дрожа и извиваясь от наслаждения. - Блейн, да, пожалуйста, - стонет мальчик, прикрывая глаза и продолжая тяжело ловить ртом воздух, как рыба выброшенная на берег. - Глубже. Еще. Аааааааах. Блейн не мог устоять перед такой просьбой, поэтому опустил одну руку на клитор Хаммела и начал грубо потирать его по кругу, второй рукой всё так же продолжая мучить раскрасневшиеся маленькие сосочки и сильно прикусывать шею мальчика. Курт хнычет от боли, которая давно смешалась с бесконечным наслаждением, и выгибается ему навстречу, не забывая энергично двигаться на члене мужчины. Он игнорирует некоторую боль, которую ощущает, когда зубы Блейна смыкаются на тонкой коже его шеи, и громко стонет, потому что рука Андерсона ласкает его клитор, заставляя закатывать глаза от удовольствия. Юноша кончает с громким стоном, чувствуя, как его соки еще больше увлажняют дырочку, в которую продолжает с остервенением долбиться Блейн. Блейн чувствует сильнейшую пульсацию вокруг члена и то, как мальчик замирает на члене на несколько секунд, а затем полностью обмякает в его руках, откидываясь на сильную грудь. На ощупь найдя сладкие губы Хаммела, он несколько раз слепо целует их и снимает мальчика со своего органа, укладывая его на спину. Нависнув над измождённом телом, Блейн сладко шепчет: - Это ещё не конец. Закинув изящные длинные ноги уже изрядно помотанного мальчика себе на плечи, он грубо входит в растраханную мокрую дырочку, с самого начала поставив себе цель кончить внутрь, пометить. Курт только хнычет, после громко застонав, податливо открываясь перед мужчиной, позволяя вколачиваться в себя, отдаваясь ему полностью и до конца, желая, чтобы Блейн насытился им. Тело мальчика немного ломит от усталости, и вообще он с трудом понимает, где и что происходит, но руки Андерсона, грубовато ласкающие его тело, и толчки его большого члена внутрь истекающей соком киски заставляют Хаммела пошло стонать, впиваясь пальчиками в простыни. Андерсону безумно нравилось трахать этого мальчика лицом к лицу. Видеть, как Курта при каждом толчке сильно подкидывает на кровати, то, как хныкало и хмурилось при каждом неосторожном движении мужчины это юное божество, и понимать, что именно ты и твой член были причиной этого, - это определённо сносило крышу. Грубо, резко и быстро вколачиваясь в мальчика, прикусывая до крови и зализывая эти пухлые губки, сильно сжимая в руках тонкие щиколотки, Блейн медленно подводил себя к краю. Курт думает, что не сможет ходить завтра. Может, и послезавтра. А потом эта мысль отходит на задний план вместе с остальными, такими ненужными, потому что толчки Блейна становятся менее ритмичными, и он с хриплым стоном кончает в Курта, последний раз с силой толкнувшись в него. Пальцы мужчины крепко сжимают бедра Хаммела, и на бледной коже явно останутся синяки. Немало их и на шее мальчика. Но сейчас плевать. Сейчас так хорошо. Блейн, обессиленный, падает прямиком на грудь своего личного ангела. Несколько минут, что любовники приходят в себя и пытаются восстановить дыхание, в спальне царит тишина, нарушаемая лишь шумными вдохами и выдохами на два голоса. Найдя в себе силы, мужчина привстаёт с Курта, на чьём лице блуждает мечтательная улыбка, глаза расслабленно закрыты, а из дырочки всё ещё сочится сумасшедший коктейль из смазки и спермы. Удовлетворившись увиденным и по-собственнически проведя пальцем по раскрытому отверстию, Блейн откатывается на спину. - Спасибо, - с трудом выдыхает Курт, не в силах ни открыть глаза, ни сдвинуть ножки. Растраханная киска немного саднит, но одна мысль о том, что именно Блейн сделал это с ней, заставляет мальчика мечтательно улыбаться. - Ты великолепен, - он хочет сказать что-то еще, но внизу хлопает дверь, и сердце Хаммела уходит в пятки. - Ты великолепнее. А это Бас пришёл, - подорвавшись с кровати, Блейн бежит закрывать дверь в комнату. Провернув ключ в замке три раза, чтоб уж наверняка, он поворачивается к Курту, что сейчас испуганно жался к спинке кровати, накрыв себя покрывалом. - Без паники, детка, мы всё успеем, слушай меня. Курт немного удивленно и испуганно смотрит на мужчину, но только согласно кивает, готовый слепо верить каждому слову того. Даже если скажет вылазить через окно. В конце концов, представить страшно, как Себастиан отреагирует на то, что его лучший друг переспал с его отчимом. Вряд ли хорошо. Блейн целует Курта в висок и, быстро найдя одежду мальчика, помогает натянуть её. Курт послушно влезает обратно в трусики, шортики и маечку, которая не скрывает даже малейшей части засосов, приподнимаясь с кровати, и чуть морщится при каждом движении. Ну да, как он и думал: ходить будет непросто. - Если Бас увидит нас, - бубнит он, не заканчивает предложение, просто глядя на мужчину красноречивым взглядом, показывающим, что Себастиан данную картину не оценит. Надев домашние штаны и футболку, Блейн притягивает мальчика в объятия: - Не бойся, - успокаивающе проведя по прямой спинке ладонью шепчет он. - Надо нам тебя спрятать, - идея запрятать Курта в шкафу появляется внезапно. И, может быть, это не очень правильно, но другого выбора у них пока нет. Открыв дверцы, мужчина мягко усадил Курта на взятую с кровати подушку. - Я скоро. Не расслабляйся. Курт невольно улыбается, прикусывая губку, потому что его прячут, как любовницу от неожиданно вернувшейся жены, но створки шкафа вновь сходятся, погружая мальчика в темноту шкафа, а Блейн уходит, видимо, к Себастиану. Хаммел занимает максимально удобную позу и облокачивается спиной на стенку шкафа, прикрывая глаза. На его лице мгновенно появляется мечтательная улыбка: он только что был с Блейном Андерсоном, и тот не выгнал его сразу после секса. Может, это что-то и значит. Тем временем, Блейн, пригладив волосы и заперев за собой дверь, пытался как можно более бесшумно добраться до комнаты Баса и взять оттуда все вещи Курта. Себастиан заходит в дом раздраженным, потому что спину ломит и все мышцы устали после лакросса. Их новый тренер Хантер Кларингтон - настоящий мучитель. По-другому и не скажешь. Усталый, он швыряет сумки, мало на что обращая внимание, и начинает лениво, расстегивать куртку. - Курти, - кричит он. - Спускайся и встречай своего лучшего друга, - в ответ тишина. Смайт раздевается и первым делом идет на кухню, думая, где шляются его лучший друг и опекун. Пить хочется безумно, поэтому он достает из холодильника бутылку минералки, выпивая залпом почти пол-литра. Замечая краем глаза ветчину, он решает, что время сэндвича. - Курти, если ты там не спишь, то подожди пару минут. Я сделаю нам сэндвичей и схожу в подвал за колой. Рука Блейна замерла над ручкой двери такой важной сейчас комнаты от громкого окрика Себастиана. Поняв, что беспокоиться не о чем, Блейн быстро проскальзывает в комнату подростка. Себастиан делает сэндвичи, потом идет в подвал, где находит нужный напиток, взяв обычную колу для себя и для Курта ту, что без сахара. Сгрудив все на поднос, он поднимается наверх, заходя в свою комнату, и с удивлением понимает, что она АБСОЛЮТНО пустая. - Блейн, а Курт разве не приходил? - кричит он опекуну, удивленно хмурясь. Блейн, вернувшись с вещами Курта в свою спальню, быстро кинул их под кровать, а сам решительно направился к шкафу, чтобы сорвать с алых губок Хаммела ещё хотя бы один поцелуй, когда услышал пронзительный окрик Себастиана. Мужчина, ещё раз критично оглядев себя на наличие неприкрытых засосов и решив надеть сверху лёгкий кардиган, выдохнул и направился к Смайту. - Ты меня звал, Себ? - Привет, - Себастиан критично оглядел Андерсона, хмыкнул себе под нос и решил, что тот привел в дом любовника. Потому что весь запыхался и вообще выглядел ужасно взбудораженным. - А ты Курта не видел? Он вообще приходил? Он на мобильник не отвечает. Или уехал? - Ну... Эм... Да, приходил. Но ему надо было срочно уйти, отцу помочь, как он сказал, вот. И он тебе привет передавал, ага. Так что вот. - Я-я-ясно, - тянет Смайт, понимая, что Блейну не терпится вернуться к любовнику. - Ну, раз Курти уехал, а значит, мой вечер свободен, то я поехал на вечеринку к Джеффу, чтобы тебе не мешать, - он подмигивает мужчине. - Завтра узнаю, что там у Хаммела-старшего случилось. - До встречи, Себ. Смайт кивает опекуну и спускается по лестнице. Странно, что Курт не позвонил и не написал, но да ладно. Уточнит у него завтра. А сегодня Джефф закатил вечеринку в честь нового тренера. Почему бы там не показаться? Как только раздался хлопок закрывающейся за Бастом двери, Блейн взбежал по лестнице в свою спальню. Найдя Курта на том же месте, что и оставил, он прижал его к себе, мягко поцеловав в плечо. - Он ушел? - бормочет Курт, обнимая мужчину в ответ и едва не урча от столь приятного тепла. Тело все еще ломит от того, что было полчаса назад, да и мальчик вообще с трудом управляет конечностями, поэтому он попросту повисает на Блейне, раздумывая, как доберется домой. - Ага, и зная Себастиана, могу с уверенностью с сказать, что на всю ночь дом в нашем распоряжении. - игриво подмигнув Курту, ответил мужчина. - Останешься? - внимательно всматриваясь в глаза-океаны, спрашивает Блейн. - А ты не против? - чуть изумленно спрашивает мальчик, уставившись на него в растерянности. - В смысле, ты хочешь, чтобы я остался, несмотря на то, что ты уже кончил? - он тут же краснеет. - Хочешь, чтобы я остался в твоей постели? Блейн не смог сдержать лёгкого смешка: - Уже кончил, говоришь? А что мне мешает сделать это ещё раз, м? - по-доброму усмехаясь, протянул Блейн. - И, кстати, если мне не изменяет память, не я один. Что думаешь по этому поводу? И, наверное, я бы не стал предлагать тебе остаться, если бы сам не хотел этого. Блейн притянул вновь зардевшегося мальчика к себе и зарылся носом в мягкие волосы. Курт закусывает губку, улыбаясь, и обнимает его в ответ. - Тогда, может, не стоит менять простыни пока что, - тихо мурлычет он на ухо мужчине, зарываясь пальчиками в темные кудрявые волосы и мягко перебирая их, чуть путая. - Ну, если мы будем еще, - он вновь розовеет и, помолчав, добавляет: - шалить. - Думаю, тебе на сегодня хватит, малыш, - как бы трудно Блейну ни было отказаться от такой великолепной перспективы разложить этого сладкого мальчика ещё раз и грубо отыметь, он прежде всего думал о том, что он буквально полчаса назад лишил его девственности, а это значит, что его бедной оттраханной киске нужен отдых. - Тогда нам, пожалуй, стоит поменять белье, - советует Курт, продолжая цепляться за Андерсона, как за спасательный круг. - Или, может быть, пойдем спать в гостевую. Мальчик поспешно откидывает мысли о том, что все-таки был бы не против повторить с Блейном все произошедшее, потому что согласен, что сейчас он не совсем готов физически, и, раз уж его не прогнали, есть шанс, что они повторят позже. И не раз. Через 20 минут парни уже лежа на чистых простынях обмениваются ленивыми поцелуями и разговаривают о всякой ерунде. Не проходит и минуты, чтобы тихие разговоры не прерывались звонким счастливым хихиканьем мальчика, что лежал на Блейне, расставив ноги по бокам от бедер мужчины. - Знаешь, это было так странно, - доверительно бормочет Курт, глядя в глаза мужчины с бесконечным обожанием и восхищением, - сидеть в шкафу, пока ты заметаешь следы моего присутствия. Я чувствовал себя, как тайный любовник, - он снова хихикает. - Но я не против быть для тебя кем-угодно, - шепчет он, касаясь губ мужчины в невесомом поцелуе. - Я влюблен в тебя с нашей первой встречи. Ты необыкновенный. Сражённый невинностью мальчика, Блейн перемещает руки с талии на попку мальчика, жёстко сжимая его полушария двумя руками. Курт издает негромкий стон, невольно толкнувшись бедрами в его сторону. Его глаза становятся еще больше, отчего еще выразительнее, а сам он то и дело облизывает пересохшие губки. Мальчик смотрит на любимого еще несколько мгновений, после наклоняясь и начиная нежно целовать его шею, скользя язычком по ключицам, желая приносить Блейну лишь удовольствие, наслаждаться его близостью, как сейчас, иметь возможность чувствовать его рядом, ощущать его вновь возбужденный член, сейчас так приятно давящий на киску Курта через тоненькие трусики и шортики пижамы, который все еще седлает Андерсона. Все это сводит с ума, заставляет любить мужчину еще больше, если это вообще возможно. Почувствовав, как Курт ерзает на его полувозбуждённом члене, Блейн понимает, что пора притормозить. Мягко сняв мальчика с себя, он укладывает его рядом, крепко прижимаясь грудью к худенькой спинке. - Спи, малыш. - Малыш, - мурлычет Курт, прикрывая глаза и расслабляясь. Блейну так хочется доверять, так хочется его слушать. Сильные руки обхватывают мальчика, удерживая в объятиях, и сам мужчина так близко, что Хаммел тает от удовольствия. Они будут спать вместе, и вряд ли существует что-то еще, что было бы Курту столь желанным.