Часть 1
25 июля 2014 г., 15:32
Предисловие от автора
Это очень странный фик. Закончив "Цену желания" (http://ficbook.net/readfic/752751) я была уверена, что напишу продолжение. Идеи были! Но чем дальше - тем больше я убеждалась, что в ближайшем будущем продолжения не будет. Но к тому времени была написана первая глава, а именно то, на что вы смотрите. Фактически, это фик, написанный по фику. Отрывок неосуществленного желания. Кусочек той вселенной, что создалась в моей голове по мотивам "Таинственной игры". И этот кусочек сводит меня с ума, требуя его выложить! Простите меня, пожалуйста, за неспособность противиться этому эгоистичному желанию.***
Таски уткнулся лицом в подушку и глухо застонал. С ним точно что-то не так!***
После отъезда из Эйю, поругавшись с утра пораньше, они с Нурико потом не разговаривали целый день. Таски даже в сторону этой шальной бабы не смотрел и делал это так старательно, что к вечеру у него болела шея и затекли плечи, а когда в трактире на вопрос хозяина «Сколько вам комнат?», Нурико ответила «Две», пренебрежительно фыркнул и ушел, демонстративно аккуратно прикрыв за собой дверь. Но так и не заснул, тупо пялясь в потолок и прислушиваясь в надежде, что упертая Жрица-тупица придет мириться. Не пришла. Больше того, на следующее утро возмутительно бодрая девушка, посмотрев на лицо попутчика с темными кругами под глазами, злорадно ухмыльнулась и, виляя задом, пошла седлать лошадь. - Было бы чем крутить, - довольно громко сказал ей в спину Таски. Нурико подхватила повод мула и уехала вперед. На следующую ночевку пришлось останавливаться в лесу. Парень особо не расстроился: в одном из тюков у него была припасена палатка. Нурико такой роскошью обзавестись не догадалась и устроилась на земле, укрывшись с головой. Таски цыкнул в её строну, но уговаривать не стал. Ночью пошел дождь… Пришлось вылезать из уютного тепла и за шиворот тащить упирающуюся идиотку в палатку. Там они легли, решительно отвернувшись друг от друга и не соприкасаясь ни единым сантиметром тела. Уснуть Таски опять не удалось. На третий день у него уже что-то периодически ёкало в голове, и по временам он проваливался в сонную одурь, но с Нурико так и не заговорил. - Вон, - голос девушки заставил парня дернуться. – Смотри, это охотничий дворец императора. Надо же, даже не разграбленный с виду! Давай там переночуем? Таски с трудом сфокусировав взгляд, посмотрел туда, куда показывала Нурико, молча пожал плечами и развернул караван в сторону небольшого аккуратного дома за высоким забором.***
Дворец мало того, что оказался не тронутым войной и мародерами, в нем даже обнаружился управляющий, который немедленно встал на дыбы при мысли, что здесь могут остановиться посторонние. Таски спорить не стал, сунул в руки мужчине кожаный футляр с документами и спустя несколько минут смог полюбоваться на неконтролируемый приступ раболепия и подхалимства, немного отрешенно подумал, что, наверное, стоит самому прочесть, что там Вашество накорябал, что вызывает такую реакцию. Многословно и велеречиво извиняясь за все на свете, от нехватки прислуги до неподобающей встречи, управляющий попытался отобрать у Таски повод коня, но тот не дал, буркнул: - Сам, - и потащил свой обоз в сторону конюшен. Нурико о чем-то пошушукалась с мужчиной и присоединилась к парню как раз, когда он дочищал третьего мула. - Слушай, иди спать, ты зеленый, как лягушка, - озабоченно сказала девушка. У Таски не осталось сил даже на спор. Он чувствовал себя отвратительно, словно вся усталость последнего года разом рухнула на плечи, поэтому просто кивнул и, сосредоточившись на том, чтобы не цепляться за стену, ушел. Пересек двор, пробрел по коридору, толкнул дверь в комнату, уже на полном автомате дошаркал до кровати, которую даже не увидел, а почувствовал, ударившись об неё коленями, и рухнул поперек, успев еще зафиксировать последнюю связную мысль: «Блин, кровать широкая, а мы поругались». Дальше была только благословенная чернота сна.***
Таски открыл глаза и понял, что он лежит раздетый под одеялом, а на столике рядом с кроватью, накрытые салфеткой, угадываются предметы сервировки. Парень потянулся к чашке. Чай был теплым, значит, либо спал он не так уж и долго, либо кто-то заботливо менял остывающую еду на новую. Скосив глаза на окно и прислушавшись к себе, Таски решил, что скорей первое. Спасть все еще хотелось, но уже без «упал и отрубился», а вполне терпимо. Стоило поесть и продолжить прерванное занятие. Он как раз допивал суп через край тарелки, когда в комнату зашла Нурико. Она вытирала полотенцем мокрые волосы. - О, спящая красавица проснулась! – заметила она. Таски промычал в ответ, вытер испачканные пальцы о салфетку и блаженно откинулся на подушку, наблюдая, как девушка подходит к огромному зеркалу и, сбросив халат, голая крутится перед ним, рассматривая себя со всех сторон. Таски быстро перевернулся на живот и застонал в подушку. С ним точно что-то не так! У нормальных парней не встает, стоит им посмотреть на тощий зад костлявой девки с вредным характером, которая, к тому же, раньше была мужиком! Таски бросил еще один взгляд в сторону зеркала. Нурико изогнулась и темная масса еще влажных после купания волос потекла через её плечо. Девушка нетерпеливым жестом забросила их назад, повернувшись так, что парню стала отчетливо видна небольшая грудь с задорно торчащим соском. Лежать дальше на животе не представлялось возможным, и Таски решил, что поругаться они могут и потом, а сейчас стоит помириться. - Нурико, иди сюда! – позвал он. Девушка бросила взгляд через плечо: - Не-а. Таски надулся: - А еще друг называется! Поспавший и накормленный разум вдруг подал голос: «Да какой она тебе друг!» Таски оцепенел и осторожно спросил сам у себя: «Не друг? А кто?» Ехидный голосок в голове поинтересовался: «Вот скажи мне, кто это: друг?» «Э-э-э-э, ну, это очевидно! Друг, это тот, кто тебе дорог, за кого драться будешь, кто тебя не кинет, за кого, как за себя переживаешь и радуешься!» «Во-о-о-от мы и подошли к самому интересному! Мицукаке тебе друг?» «Да» - Таски понимал, что говорить с самим собой, это не слишком здорОво, но тема его задела и внутренний диалог продолжился: «Ага! И ты радовался, когда он себе девушку нашел?» «Конечно! Ей его «бульки» нравятся, вот и пусть слушает, а ему давно пора было перестать… экспериментировать, а нормальным трахом заняться!» «А Титири? Ты рад, что он с тем офицериком… подружился?» Таски чуть поморщился: «Ну, не понимаю я этого! Но если ему нравится, почему бы и нет?» «А когда Вашество женится, ты будешь радоваться?» «А то! Надеюсь, он все же сумеет по любви, а не по расчету!» «А если это будет Нурико?» Таски резко сел и заморгал. «Чё?!?» «Через плечо! Просто представь себе, что Нурико осталась во дворце, не поехала с тобой. Живет там, роман с кем-нибудь закрутила. Спит с ним…» На отсутствие воображения Таски никогда не мог пожаловаться и сейчас как наяву увидел, как к Нурико приближается придворный хлыщ, одетый в шелка, и по хозяйски кладет руку ей на бедро, проводит по гладкой коже, мнет в ладонях небольшие грудки, заглядывает в широко распахнутые глаза, в которых вечно пляшут смешинки, а девушка вздергивает ему навстречу бровку и, лукаво улыбаясь, прижимает к губам тонкий пальчик… Желтоглазая ревность развернулась, вытеснив воздух из легких, и запустила свои острые зубы под ребра, выдирая сердце из груди… А потом Таски представил, что Нурико НЕТ в этой комнате и ему совсем поплохело… «И кто она тебе?»***
Нурико отвернулась от зеркала и озадаченно уставилась на рыжую бестолочь, которая пялилась в пустоту, шевеля губами. - Эй, ты чего? – девушка подошла к кровати. Таски не прореагировал, и Нурико помахала перед его лицом ладонью: - Ты чего завис? Парень перевел на неё совершенно безумный взгляд: - Я тебя люблю. - Что? – не поняла девушка. - Я-тебя-люблю! - Таски обвиняющее тыкнул в Нурико пальцем. От неожиданности она шарахнулась, приземлилась на пятую точку, а потом начала смеяться.***
Нурико повизгивала и молотила розовыми пятками по полу, мотала головой, захлебываясь смехом, прижимала руки к животу, издавая совсем уж нелепые звуки, напоминающие хрюканье… Таски, который так и сидел с вытянутой в её сторону рукой, обиделся: - Эй, ты чего ржешь?! Ты что, не поняла, что я сказал?! Нурико всхлипнула еще раз, вытерла выступившие слезы и спросила: - А ты сам понял, что сказал? - Я сказал, что люблю т-т-т-т-т…. – до Таски дошло.***
Нурико увидела, как часто-часто задрожали пушистые ресницы, а глаза начали закатываться под лоб, и поняла, что сейчас произойдет редкое по своей нелепости событие: человек сам себя до обморока доведет, и не стала медлить. Она встала с пола, забралась на кровать, уселась Таски на живот и отвесила ему несильную пощечину. Парень со скрежетом втянул в себя воздух и уставился на девушку, как кролик на удава. Нурико подалась вперед, поставила локти Таски на грудь и, глядя во все еще не совсем нормальные янтарные глаза, сказала: - Представь себе, я тоже. - Что «тоже»? - Люблю тебя, бестолочь! – и опять хлопнула парня по щеке, увидев, что он собирается повторить попытку с обмороком.***
- И что нам теперь делать? – обалдевшее полено, лежащее под Нурико, наконец подало голос. - А что, обязательно что-то делать? – девушка пожала плечами. – По-моему, все нормально. - Не, ну это, как бы, - замямлил Таски. Он совсем было собрался сказать: «Любовь – это плохо», но потом еще раз посмотрел на Нурико. Все было ужасно запутанно, но может… - Слушай, я же тебя не заставляю, - вдруг нарушила молчание девушка. Поколебалась и добавила: - Я, конечно, понимаю, что сказанного не воротишь, но нет, так нет. Потерять тебя как друга я не хочу. - Ага, - рассеянно отозвался Таски, все еще пытающийся разобраться в себе, а потом сказал: - Ладно, давай… попробуем. Только, Нурико… у меня есть одно условие. Девушка выпятила нижнюю губу, собираясь отпустить ехидное замечание, но потом передумала и кивнула головой: - Говори. - Не ври мне. Делай что хочешь, но не ври. - А то что? – Нурико все-таки не удержалась от реплики, маскируя в ней свою растерянность. Она понимала, что речь идет не просто о вранье как таковом. - А ничего, - Таски откинулся на подушки и забросил руки за голову. Нурико прикусила губу, проследив взглядом по светлому шраму, змеящемуся от запястья до плеча, который остался после удара Накаго и, если бы не вмешательство Судзаку, стоил бы Таски руки - Хорошо, я… попробую, - кивнула девушка. – А теперь, может, отпразднуем такое событие? – она поерзала. Таски колебался не дольше секунды. - Хорошо, - он провел ладонями по стройным бедрам девушки. - Или не будем сейчас праздновать? – сомневающимся голосом заметила Нурико. - Хорошо, - Таски убрал руки. - Или все же отпразднуем? - Хоро… - парень понял, что влип, но было поздно. Нурико опасно прищурилась, ноздри её раздулись, а сама она резко подалась вперед, опять утыкая острые локти Таски в грудь. - А теперь объяснил, бестолочь, с чего это ты такой покладистый? - Ты о чем? – Таски попробовал вывернуться, но Нурико сжала колени: - А то я не знаю, что ты недосып плохо переносишь и сейчас больше дрыхнуть, чем трахаться хочешь? – в голосе девушки послышалось шипение. – Я еще раньше заметила, что в постели ты таким послушным делаешься, аж противно! - И что тебя не устраивает? – парень не понимал. - Меня не устраивает твое поведение! – отчеканила Нурико. – Меня не устраивает, что всегда все так, как я хочу! А если я захочу… - несмотря на то, что в комнате они были вдвоем, она наклонилась и что-то прошептала Таски на ухо, от чего у того глаза стали квадратными, а волосы на голове зашевелились. - Правда?!? – потрясенно выдохнул он. - Нет! – рявкнула Нурико. – Но почему ты никогда не делаешь, как ТЫ хочешь? - Нурико, - Таски опять погладил девушку по бедрам. – Меня все устраивает. Ну, - подумав, уточнил, - почти все. Я и не знал, что люблю целоваться! – с искренним изумлением добавил он. – Ты права, иногда мне хочется по своему, но… я боюсь, что тебе это не понравится. - Хм, - Нурико пристально посмотрела на него. – А откуда ты знаешь, что мне не понравится? Знаешь, если уж ты такой послушный, тогда слушай. Я разрешаю тебе попробовать по своему, когда захочешь. Если мне НЕ понравится, я скажу. - А если я не смогу остановиться? – Таски чуть сильней сжал руки. Нурико хлопнула его по маковке: - Тогда я тебя просто вырублю. - Ладно, - неожиданно Таски крутанул девушку так, что она упала на бок и замерла, ожидая, что будет, но парень просто подгреб её к себе поближе. - Э! – недовольно дернулась Нурико. - Женщина, ты сказала: как хочу и когда хочу. А сейчас я хочу спать, - Таски зевнул. - Вредён, меры нет, - проворчала Нурико, устраиваясь поудобней. – Мы ненормальные, ты в курсе? - В курсе, в курсе. Спи, женщина.***
Это было в первый раз, когда Нурико не удрала из постели под утро. Наверное, именно её сопение между лопаток и рука, обвившаяся вокруг талии, и разбудили Таски. Мысли немедленно сделали попытку заметаться, вспомнив вчерашнее, но парень усилием воли заткнул истошно голосящий внутренний голос и, что бы отвлечься, потянулся за футляром с документами, решив все же прочитать, что там написано…***
Нурико почувствовала опасность еще во сне, но дергаться не стала, а, осторожно приоткрыв глаза, сквозь ресницы попыталась оценить источник и степень угрозы. Угроза темным пятном расплывалась от спины, к которой прижималась девушка. Напряженные мускулы закаменели, а скрип зубов был отчетливо слышен. - Таски, в чем дело? – тихо спросила Нурико, все еще пытаясь понять, что происходит. - Этот… мелкий… коронованный… замочу!!! Девушка приподнялась и перевесилась через бок парня. Таски яростно комкал в кулаке документы. Нурико быстро их выхватила, спасая от полного уничтожения, и пробежала глазами. - Ну и? – не поняла она. – Чем ты недоволен? - Чем? Я? Не? Доволен? – Таски попытался отобрать пергамент, но девушка не дала. – Ты ЭТО читала?!? - Конечно. А ты, что, нет? – Нурико хихикнула. Таски закрыл глаза, видимо собираясь досчитать до десяти и успокоится. Но его хватило только до двух. - Ты что ИЗДЕВАЕШЬСЯ?!? Нет, вы ВСЕ надо мной ИЗДЕВАЕТЕСЬ!!! Эта императорская мелочь!!! Я что у него просил?!? Бумажку, что бы ко мне всякая мелкая шушера не цеплялась!!! А он что накорябал, а?!? - То же что и мне, - Нурико опять отдернула руку с документами. – Чего ты бесишься? Теперь нам только император указ. - Вот я сейчас вернусь в столицу и выдеру его императорскую задницу так, что он полгода подушечку на трон подкладывать будет, - очень зловещим голосом пообещал Таски. – И пусть он тогда сам себе на меня кляузничает! - Таски, это не просто бумажка, - Нурико помахала пергаментом. – Это власть, это статус, это возможности! Мы что, не заслужили?! - А что, заслужили? – парень внимательно посмотрел на собеседницу. – Нурико, да это просто чудо и стечение обстоятельств, что все получилось. Мы как курицы с отрубленными головами по Конану носились. Как подумаю, что это МЫ мир спасали, мне прям нехорошо делается! - Победителей не судят, - Нурико прекрасно понимала, что Таски имеет в виду, но у неё было на этот счет свое мнение. – Или ты предпочел бы четко, организованно и продуманно, как Накаго, проиграть? Так что привыкай… Ваше Высочество! Таски взвыл и сделал еще одну попытку уничтожить документ, но тессен лежал под кроватью, а Нурико хохоча, сбежала с пергаментом, решив, что на всякий случай пока он побудет у неё.***
Как день начнется, так он и продолжится. Это Таски понял давным-давно и вид тюков, летящих с мула в неглубокую речку, только подтверждали старую истину.***
Нурико и не представляла, что такое можно делать с человеческим телом… даже на словах. Эквилибрисы, которые выдавал разъяренный Таски, сначала заставили девушку захихикать, а потом шокировано распахнуть глаза, потому как воображение, спасовав, отказалось воспроизводить эти картины. Поэтому она молча спрыгнула в воду и начала выкидывать поклажу на берег. Таски по инерции прошелся было и по «дурной девке, которая не зная броду ну и т.д», но потом внезапно заткнулся и мула они перевьючивали в полной тишине. Буквально звенящая от злости тишина продержалась до самого вечера. Нурико сама от своего голоса вздрогнула, когда начала договариваться с хозяином постоялого двора о ночлеге. Таски, не обращая на неё внимания, потащил мулов в конюшню.***
- Эй! – девушка заглянула в пахнущее сеном и навозом помещение. – Ты что, заснул тут? - Р-р-р-р. - Ладно тебе, - примирительно заметила она, - не бесись. Все выловили, ничего не промокло и не утонуло, - она понимала, что порвавшаяся подпруга просто повод для бесёжа, а на самом деле Таски выводит из себя мысль, что теперь кто-нибудь шибко умный с чистой совестью может назвать его «Вашсество». - Гр-р-р-р. - Не думаю, что, если ты собакой будешь подрабатывать, хозяин нам цену за постой снизит, - с трудом удерживаясь, чтобы не начать смеяться, заметила Нурико. – Пошли ужинать, а? Таски появился из темноты, вытирая пучком соломы испачканные руки, угрюмо зыркнул на девушку и молча пошел через двор.***
Поужинали они так же молча, причем Таски шкрябал ложкой по дну тарелки с таким ожесточением, словно яму там пытался прокопать. - Бедный супчик, пал жертвой негодования! – пропела Нурико, но когда Таски медленно поднял на неё взгляд, почувствовала мурашки вдоль позвоночника. Янтарные кошачьи глаза были темны и непроницаемы. - Я пойду спать? – с некоторой опаской спросила девушка. Парень кивнул.***
Но дойти до комнаты у Нурико не получилось. Онa не услышала мягких шагов за спиной и только когда её подхватили, закрутили и буквально пришпилили к стене, затыкая рождающийся крик жадным, грубым поцелуем, она поняла, кто это. - Таски? Что ты делаешь?! – сумела вскрикнуть девушка, чувствуя, как комкают и рвут на ней одежду. - Когда хочу и как хочу, - губы Таски изогнулись в усмешке. – Что, не нравится по-моему? Нурико многое могла бы сказать. Она могла бы сказать, что все происходящее граничит с насилием, что её не устраивает, когда на ней срывают плохое настроение, что секс в коридоре гостиницы, это не то, что она имела в виду под «по-своему» и что, в конце-концов, она предупреждала, что в случае чего просто вырубит этого идиота, но… С огромным удивлением Нурико поняла, что происходящее её возбуждает. Что ей нравится, когда ей до боли стискивают ягодицы и проникают пальцами между ног, прямо в горячую, начинающую истекать влагой глубину. Нравится чувство беспомощности, когда, чтобы не упасть, ей приходится целиком полагаться на кого-то другого, а самой только упираться ладонями в широкие плечи и зарываться лицом в рыжие пряди. Ей нравилось быть женщиной сильной в своей слабости, способной покорностью добиться того, что яростный натиск постепенно чуть успокоился, превратившись в пусть грубую, но ласку. Нурико попробовала было устроиться поудобней, но ей не дали этого сделать, дернув на себя и заставив фактически повиснуть в воздухе, царапая плечи о грубую штукатурку, ногами судорожно обвивая талию Таски, а руками вцепившись в рукава его куртки. Толчки били Нурико затылком об стену и именно поэтому вспыхнувшие перед глазами искры мощнейшего оргазма, накрывшего её, она в первую долю секунды приняла за простое сотрясение мозга…***
Нурико молча подошла к кровати, завернулась в одеяло и устроилась носом к стенке. - Нурико, ты чего? – голос Таски звучал испуганно. - Таски, какой же ты гад, - тоскливо сказала девушка, отчаянно жмурясь, чтобы не разреветься. Она прекрасно понимала, что это нечестно и даже жестоко по отношению к Таски, но поделать с собой ничего не могла. Мысль, что она только что получила самое сильное за время своей недолгой практики удовольствие, которое все еще томительными спазмами бродило по телу, заставляя его вздрагивать от наслаждения, приводила Нурико в полное расстройство. Она позволила сделать с собой такое! Нурико уже с трудом вспоминала, что была мужчиной, но внезапно факт превращения снова накрыл её. Нурико хлюпнула носом. Она всегда решала все сама, была гордой, самостоятельной, независимой и то, что тело так коварно предало её, выводило бывшее лицо нетрадиционной ориентации из себя. - Убью! – рыкнула она и дрыгнула ногой. Лучше бы она этого не делала… Мышцы отозвались дружным похабным стоном, рождая в голове совершенно непристойные картины, о том, как было бы хорошо, если бы её сейчас… снова поимели на этой кровати. Нурико выгнуло, и она только сумела выдавить: - Да когда ж это прекратиться… - и тут же нервно захихикала, осознавая, что на самом деле она этого совершенно не хочет. Наконец тело угомонилось. Ощущая сонную негу, Нурико перевернулась на другой бок и нос к носу столкнулась с Таски, который стоял на коленях у кровати. Бледный, с блуждающими по лицу красными пятнами, он нервно обкусывал ногти. - А ну, прекратил, - лениво скомандовала Нурико. - Что?! – от неожиданности вскрикнул парень. – Нурико… с тобой все порядке? – голос его срывался. Нурико с кряхтением села. - Пальцы грызть перестал! – для усиления приказа она слегка пихнула Таски ногой в грудь. Слегка перестаралась, и тот отлетел на середину комнаты, а Нурико, зевнув, пробормотала: - Ты был прав. «По-твоему» было…. - Больше никогда! – яростно перебил её Таски. – Чер-р-р-рт, да чтобы я когда-нибудь еще… - он вцепился в рыжие патлы, словно собираясь их выдрать. - Прости! Прости-прости-прости... - Заткнулся, а? – расслабленно попросила Нурико. – Довел несчастную девушку, - она скорчила гримаску из своего прежнего арсенала и подпустила хрипотцы в голос: - До сногсшибательного удовольствия… - она все же смутилась, - а теперь несчастненьким прикидываешься? - Что? – в полном отупении переспросил Таски. - Хорошо мне было, придурок, вот что! – буркнула Нурико, снова отворачиваясь к стене, что бы Таски не увидел стремительно краснеющие щеки. – Так что я оставляю свое разрешение в силе: когда хочешь и как хочешь, - поразительно, но тут Нурико смутилась уже по-настоящему сильно и, борясь с этим непривычным чувством, ничего не сказала, когда почувствовала, как на край её кровати сначала садятся, а потом ложатся и отреагировала, только когда Таски обнял её: - Что прямо сейчас? – по идее, она хотела сказать это ехидно, но голос подвел и получилось почти жалобно. - Я действительно люблю тебя, - выдохнул Таски ей в затылок и, вздрогнув, Нурико всхлипнула: - Действительно. Мы друг друга стоим, - вздохнула она. – Давай спать, что ли? До Долины еще долгий путь.
