Бегущий от зверя

POV Гордон Дзинь! По всему огромному особняку разлетелся звук бьющейся посуды. - Ты жалкий плебей! – во всех углах был слышен ор омеги. Альфа уворачивался от еще одной летящей в него тарелки. - Я тебя! Ненавижу! – неунимался парень. Дзинь! И еще одна тарелка влетела в стену прямо за спиной новоявленного мужа этой бестии. - Влачи дальше свое жалкое существование! Но ко мне не приставай! Гордон сидел за широкой тумбой, пытаясь не попасть под обстрел. Мда…. Ни в армии, ни в школе, ни в институте их не учили способам выживания в доме с омегой, который тебе ненавидит за то, что ты сделал, и у которого под рукой куча тарелок, сервизов и ножей. Хрясь! И тарелка влетела прямо в тумбу. - Верни мои беззаботные дни! Безмозглое ты животное! Тут все утихло. Я посидел пять секунд за тумбой и решил выглянуть и посмотреть, что там произошло. Фьюить! Еще одна тарелка пролетела прямо перед моим носом и влетела в стену, разбиваясь на миллион осколков. Ну вот…. Это был мой любимый сервиз…. Так! Пора действовать! Я снова высунул голову и оглядел поле битвы, быстро уворачиваясь от еще одной летящей в меня тарелки. На первый взгляд все просто: я должен пересечь всю кухню, при этом стараясь сделать так, чтобы мне в голову не попал плоский особо бьющийся предмет округлой формы. Мой любимый стоял рядом со столом, на котором находились две стопки тарелок. Никогда не думал, что в моем доме их столько найдется. И ведь это, не считая тех, что он уже разбил. Еще одна тарелка вылетела из его ловких и умелых рук и влетела в стену. На счет три я должен выбежать из своего убежища. Раз…. Тарелка пролетела прямо над головой. Два…. Маленькие осколки разлетелись в разные стороны. Три! Я выпрыгнул из-за тумбы и очень удачливо увернулся от летящего мне в голову снаряда. Секунда…. И мой омега схватил тарелку. Секунда…. И я вырвал тарелку из его рук, закрывая своим телом доступ к снарядам. Бедный предмет выскользнул и разбился у наших ног. Надо будет попросить горничных здесь прибраться. Мой любимый огляделся вокруг и, увидев, что отступать некуда, стащил с ноги ботинок внушительных размеров. Черт! Рядом с ним находились осколки той последней тарелки. «Если он сделает хоть один шаг, то непременно поранит ногу! Надо что-то сделать!» Решение пришло мгновенно. Я кинулся к омеге и схватил его за запястья. Вырываясь из моих рук, он потерял равновесие и, чтобы не упасть сделал шаг назад. - Ай! – омега вскрикнула и перестала вырываться, посмотрев на ногу. Из раны начала литься кровь, не останавливаясь ни на секунду. Скорей всего осколок зашел достаточно глубоко. Мой любимый сморщился от боли. «Черт! Нужно срочно обработать рану!» Я трезво оценил ситуацию: одна нога практически не действительна, а на второй болтался развязанный ботинок. Было ясно как день, что именно я должен был сделать. Омега, кажется, увидел на моем лице прояснение и догадался, что сейчас произойдет. - Только попробуй поднять меня на руки, и я тебя придушу! – вскинулся он. - Но как же я тебя донесу до нашего ложе любви и обработаю рану, мой любимый? Мой омега скривился то ли от боли, то ли от того, что я назвал его «любимый мой». - Рану он мне собрался обрабатывать! Так я тебе и поверил! – я аккуратно поднял его на руки, пытаясь еще больше не повредить его ногу. - Но если ты настаиваешь, то я могу оказать медицинскую помощь по всему телу. Я улыбнулся, неустанно смотря ему прямо в глаза. Ощущение его близости возбуждало, а там, где наша кожа соприкасалась, все горело. Как, черт возьми, я могу быть спокойным, если моя пара находится у меня на руках и пахнет так, как будто только после течки?! Слегка приоткрытые пухлые губа находились всего в нескольких сантиметрах от меня, аккуратненький носик, брови чуть нахмурены, и глаза…. Бездонные серебряные омуты, которые затягивали все больше. В них отражалось столько чувств: боль от раны на ноге, злость, смущение и еще одно чувство, которое я никак не мог разобрать. Это чувство было пока что закрыто от меня, и я не мог до него добраться. Омега так же смотрел мне в глаза, не отрываясь ни на секунду. - Мне интересно что именно ты держишь у себя в брюках, что оно упирается мне в зад? А была такая идиллия…. - Инструмент для медицинского осмотра – усмехнулся я - Как же! Инструмент! – омега задергался и тут же сморщился от пронзительной боли. Я поспешил в свою спальню. И когда добрался до нее, посадил раненого на кровать. В шкафу быстро нашлась аптечка, из которой я достал все необходимое. Омега недоверчиво посмотрел на меня. - Не бойся ногу отрезать не собираюсь – с улыбкой проговорил я, и он слегка смутился, хоть и не подал виду. Я сел у его ног на пол и посмотрел снизу вверх на своего любимого. Даже сейчас после того как он чуть ли не убил меня тарелками и устроил истерику сразу у порога моего дома, я не могу на него злится. Я аккуратно поднял его ногу, чтобы осмотреть стопу. Осколков было несколько, и, слава Богу, они были небольшими и не зашли слишком глубоко. Осторожно достав все осколки, я принялся обрабатывать раны. - Чтоб тебя! – забрыкался любимый – Хирург хренов! Неужели нельзя быть поаккуратнее! - Тише, тише! – успокаивающим тоном проговорил я, не прекращая обрабатывать – Потерпи чуть-чуть…. Омега шипел, впивался ногтями в кровать, но ногу не выдергивал. - Ну, хочешь, я подую на ранки? – я попытался его успокоить. - Подуй! – совершенно серьезно ответил омега. Я посмотрел ему прямо в глаза и не увидел там ни капли наигранности и неуверенности. Наоборот омега смотрел решительно. - Ваше слово - закон для меня…. – тоном покорного слуги проговорил я. Омега растерялся на долю секунды, но продолжил следить за моими движениями. Я легонько провел пальцами по ступне, стараясь не касаться ран. От этих прикосновений он слегка вздрогнул, но не подал виду. Тогда я продолжил. И, опустив слегка голову, подул на ранки. Его кожа оказалась на ощупь такой нежной и гладкой, что не хотелось отрываться. Я еще раз провел пальцами по тому же месту и посмотрел на него. Я, конечно же, ожидал увидеть разъяренное лицо любимого, но уж точно не раскрасневшегося и тяжело дышащего от возбуждения моего омегу. Зверь внутри меня так и рвался на свободу. В штанах было и без того жарко, а теперь вообще снесло крышу. Так и хотелось повалить и отыметь такого желанного омегу. Пока сдерживаемый мной зверь глухо рычал от возбуждения, разум подсказывал обратное. Я старательно отвел взгляд от омеги и потянулся за бинтом. Как бы я не хотел его, все равно нужно было перевязать ногу для начала. Я чувствовал, как мой любимый вздрагивает от каждого моего прикосновения, но остановиться не мог. Закончив с перевязкой, я снова провел пальцами по такой нежной коже и, опустив голову, прикоснулся губами к его лодыжке. Одной рукой прикрыв рот, а второй судорожно цепляясь за край кровати, сгорая от накатившего на нас обоих возбуждения, передо мной сидел мой омега. МОЙ! Только МОЙ омега! С глухим рыком я резко прижал его к себе, впиваясь в его губы. «Как он может быть настолько желанным?!»