Мгновения вечности.

- И что теперь? - меж алых губ вырвалось сизое облачко, мгновенно растворившись в воздухе, и вновь изящная рука поднесла ко рту тонкую курительную трубку. - Ничего, - последовал равнодушный ответ. В ветвях, на вершине векового каштана, двое аякаси наблюдали за людьми, мелькавшими по территории маленького лесного храма далеко внизу. - Хмм... - Чего хмыкаешь? - Ничего. Думала ты тут же за тетрадью кинешься, - чуть прикрытая издевка в голосе невероятно раздражала. Он фыркнул. - Всегда успею. Тем более, что этот идиот ее всю разбазарил. На кой она теперь?.. - Припоминаю я, ты сам ему в этом помогал... - Заткнись. - Хех, ну тогда можно я ее заберу? - Перетопчешься. Она моя. Так было условленно. - А какой сейчас в этом смысл? Или, - из-под густой челки в притворном удивлении блеснули хитрые глаза, - великий Мадара стал сентиментальным? Никогда прежде не замечала за тобой... Он зарычал в ответ: - Нарываешься, Хиноэ! Женщина опустила голову, спрятав грустную улыбку, и вновь поднесла к губам трубку, вдохнув ароматный дымок. На некоторое время в ветвях повисла тишина. Люди внизу замерли - кто-то вышел из храма с глиняным сосудом в руках и, остановившись на ступенях перевернул его, высыпав содержимое на ладонь. Миг, и ветер разметал с человеческих рук невесомую пыль, подхватив и унося с собой в бесконечную даль. Оба существа на мгновение прикрыли глаза, вслушиваясь в голос ветра. - Почему ты не сделал его одним из нас? - женщина первая нарушила молчание. Мадара искоса взглянул на нее желтым глазом и сделал движение сравнимое с пожатием плеч: - Он не захотел. - С каких пор ты слушаешь людей? Можно подумать - не мог без спроса. Хранитель раздраженно фыркнул: - Так чего же сама не сделала, Хиноэ? - он прорычал зло и отвернулся в намерении покинуть дерево, не заметив, как колыхнулась во взгляде собеседницы неподдельная печаль. - И что теперь? - тихо сросила она вновь. - Ничего, - повторил он свой ответ. - Существовать дальше. Что еще нам остается?...