Неожиданная любовь

Нью-Йорк, США Крис елозил куском горячего блинчика в кленовом сиропе, хотя ему больше нравились блинчики с шоколадным сиропом, и мечтал сбежать из-за стола и прокатиться с ветерком на любимой Тойоте Камри. Но он не мог. Несмотря на то, что родители баловали его сверх всякой меры, тем не менее мать настаивала на соблюдении некоторых традиций, в число которых входили совместные завтраки и обеды. Слава Богу, хоть ланча это не коснулось. Поэтому он и приходил на завтрак пораньше, чтобы успеть закончить к приходу матери и свести время общения с ней к минимуму. Он как раз приканчивал вторую чашку кофе со сливками, когда услышал цоканье ее каблуков на небольшом промежутке блестящего мраморного пола, не застеленного коврами. - Доброе утро, Кристиан, - пропела Александра Дойли и чмокнула приподнявшегося сына в лоб. - Доброе утро, мама. Приятного аппетита. Ну что ж, еще одна традиция соблюдена, можно отправляться по своим делам. - Я пойду? Увидимся вечером. - Не так быстро, сын. По поводу вчерашнего разговора. - Какого разговора? - Крис сделал вид, что ничего не помнит и попытался «свалить» из-за стола. - Дорогой, ты никуда не пойдешь, пока мы не обсудим твою свадьбу. - Какую свадьбу, мама? Мне всего двадцать три, никто не женится в таком возрасте. И вообще о какой свадьбе может идти речь, если я — гей, причем стопроцентный. У меня не стоит на девушек. Надеюсь, об ЭТОМ ты не забыла? - закатил глаза Крис. - Твой сарказм совершенно не уместен. И эту твою... шутку я не могу принимать всерьез. - Но это не шутка! Когда ты уже начнешь слышать не только себя? - он знал, что напрасно горячится, на мать это все равно не подействует, но и сил терпеть уже не было. Зачастую у него создавалось впечатление, что он тут пустое место, как будто родителям нужен не независимый, умный сын, а послушная кукла. Да, родители выполняли его любые прихоти: машины, одежда самых модных и дорогих брендов, круизы, деньги в неограниченных количествах и все, что только захочет дорогой мальчик. Все, кроме двух: ему не разрешалось жить отдельно и он должен жениться. Жениться на прекрасной Саманте. До этого были Катрин, Аманда, Лиза. Собственно об этом и трындел весь вечер отец, абсолютно не беря в учет признание сына в своей нетрадиционной ориентации, сделанное еще три года назад, когда в первый раз зашла речь о женитьбе. Как только появлялся подходящий партнер с подходящей доченькой, папа как с цепи срывался, пытаясь устроить брак своему единственному сыну. - Дорогой, не стоит волноваться, тебе все равно придется жениться. И раз ты сам не пытаешься искать невесту, соответствующую твоему статусу, значит это сделаем мы с отцом. - Зачем? - устало спросил Крис. - Ты прекрасно знаешь зачем. Ты наследник и должен продолжить наш род. - Почему бы это не сделать Алексу и Стэну? - Сделали бы, если бы Алекс и Стэн были твоими сыновьями, а не детьми твоей сестры. - Да какая разница! - Крис вскочил, в ярости отбросив салфетку. - Они же ваши родные внуки. Он развернулся и побежал на второй этаж в свою комнату, слыша, как вслед несутся слова матери: «Дорогой, свадьба все равно состоится». Он захлопнул дверь в свою комнату и плюхнулся в кресло перед компьютером, быстро щелкая клавишами и бормоча «свадьба, свадьба, как же вы меня задолбали, хоть беги отсюда». Постепенно Крис успокоился и потянувшись, свернул длинный хвост черных волос в пучок, закрепив его простым карандашом. Он посмотрел на экран монитора и глаза его в шоке расширились. Что он, черт побери, набирал последние несколько минут?! Как он вообще попал на этот сайт? «European Matrimonial Centre» - Европейский Центр Создания Семьи. В глаза бросилась фраза «хотите выйти замуж или жениться за два месяца». Он дернул мышь, пытаясь закрыть насмехающийся над ним сайт, но вместо этого открыл каталог с фотографиями. Да что же такое?! Но взгляд уже прикипел к одной из них. Округлое личико с чуть заостренным подбородком, белая кожа, огромные голубые глаза, брови и ресницы немного темнее, ровный носик, розовые губы растянулись в белозубой улыбке, на щеках ямочки, светлые, почти белые волосы, слегка вьющимися короткими прядями обрамляли лицо, придавая ему еще больше женственности и очарования. Он всмотрелся в фотографию, вот еще странность - на лице ни намека на макияж. Рядом лаконичная запись: Бенгта, 21 год, Стокгольм, Швеция. «Ты сможешь любить, ценить и уважать меня? Тогда я тебя жду». И все? Что за бред? Да зачем вообще двадцатилетней девчонке подавать свои данные в брачное агентство? Крис уже хотел закрыть этот сайт, но что-то удержало его. Он стал просматривать информацию про остальных кандидатов. Кого там только не было и все в таких дифирамбах себе, настоящий аукцион. Он задумался, чем-то зацепила его эта девчонка, как ее... Он посмотрел имя. Бенгта. Очень необычное. А что он вообще о Швеции знает? Только то, что там вполне узаконены однополые браки, даже в церкви разрешено венчаться. Самая демократичная страна в этом плане. Он мечтательно зажмурился, но тут же дернулся. Родители проклянут его, если он женится на парне. А если на девушке? Точно! Крис аж подпрыгнул. Можно же заключить фиктивный брак, сделать все втихаря, в той же далекой Швеции, к примеру. Родителям о том, что брак ненастоящий знать необязательно, зато они уже ни на ком женить его не смогут. Дворец в Дроттнингхольме, Швеция Король Карл XVI Густав не спеша завтракал, просматривая утреннюю прессу. По какой-то странной привычке он обожал читать за завтраком «Экспрессен», хотя она являлась типичным таблоидом, ориентированным преимущественно на спорт, знаменитостей и сенсации. Он перевернул последнюю страницу и хотел уже отложить газету, так как единственное, что он никогда не читал — это некрологи. Но знакомое имя само бросилось в глаза: «... скорбим... Астрид Хольмберг... на сорок втором году жизни... остался сиротой...». Он сложил газету, спокойно допил кофе, отставил чашку, увидев, что жена смотрит на него, чуть склонил голову и встал из-за стола. В кабинете король еще раз перечитал заметку и вызвал Олафа Свенсона, самого верного и надежного человека. Он даже не мог охарактеризовать, кем тот был для него по своей сути: другом, телохранителем, слугой или всем вместе. Он показал ему заметку в газете и попросил узнать все, что возможно о сыне Астрид Хольмберг, двадцати однолетнем Бенедикте, оставшимся сиротой. Когда Олаф вышел, король, устремив свой взор в окно, задумался. Тогда двадцать с лишним лет назад у Асти не было никакого сына. Она была молоденькой девятнадцатилетней девушкой, робкой и скромной, безумно хорошенькой, с белыми вьющимися волосами и голубыми глазами, горящими любовью. Скромной мышкой она просочилась к нему ночью в спальню. Хотя, бывая в очередных официальных поездках в каждый регион и лен Швеции*, он никогда нигде не оставался ночевать, возвращаясь в королевский дворец. Но в тот раз что-то его постоянно задерживало, да и общение с Астрид, которая в ландстинге Стокгольма занималась медицинским обслуживанием в лене, было очень волнующим. Каким образом студентка попала туда, да и еще участвовала во встрече короля, он не задумывался. И отказать в ту ночь не смог, ни себе, ни ей. И больше он ее никогда не встречал, хотя сердце всегда ёкало, когда он приезжал в этот лен с очередным визитом. Олаф пришел после ужина и вечерней прогулки короля в дворцовом парке. Он посмотрел таким взглядом, что у Карла внутри все сжалось и похолодело, но голос даже не дрогнул, когда он задал вопрос: - Когда мальчик родился? - 11 июня 1990 года, Ваше Величество. Король прекрасно помнил дату ночи любви с Астрид — 12 сентября 1989 года. - Вот копии документов, - Олаф положил на стол тоненькую папку и с сожалением посмотрел на короля. Карл, проигнорировав взгляд, открыл папку и изучил свидетельство о рождении Бенедикта, в графе отца которого значился некий Карл Густав Хольмберг. Он просмотрел остальные документы. Олаф, словно догадавшись о том, что ищет король тихо сказал: - Она никогда не была замужем. Он поставил на стол ноутбук и добавил: - Я скинул сюда фотографии мальчика, не рискнул на Ваш компьютер, да и телевизор может просматриваться откуда не надо. - Показывай, что там у тебя. Но Олаф замялся: -Даже не знаю, Ваше Величество, стоит ли Вам это смотреть? Король кивнул на ноутбук и Олаф нехотя открыл его. Просмотрев всю подборку, даже не дрогнув, а фотографий было много: Олаф не только наснимал мальчика сейчас, но еще и отсканировал множество его снимков, начиная с детства, Карл прикрыл глаза и устало вздохнул: - Я не понимаю, зачем она это делала? Зачем одевала его в девичью одежду? - Чокнутая, не иначе, - припечатал Свенсон, - это ж надо додуматься - пацана в женские тряпки рядить. Нью-Йорк, США На то, чтобы связаться с агентством, открыть счет в филиале шведского банка, перевести туда все свои деньги, а то мало ли, что родителям в голову придет, и заказать билет в Стокгольм много времени не понадобилось. Было странно бежать от свадьбы в Америке на свадьбу в Швеции. Но разница была и огромная. Женившись здесь, он бы навсегда оказался связанным с нелюбимой женщиной и ее семейкой, да и отец бы не слез, требуя продолжения рода, а женившись там, он по сути останется вольной птицей, совершенно свободной от всяких обязательств. Да и отцу вряд ли удастся воздействовать на его жену, особенно если сам Кристиан останется жить где-нибудь в Европе. Побег прошел благополучно. Багаж он заранее отдал друзьям, чтобы те привезли его в аэропорт Кеннеди. Ну, вот он и в самолете, который несет его к свободе. Семь с половиной часов и он в Стокгольме встретится с Бенгтой. Тут Крис задумался, пытаясь вспомнить, что он знает о скандинавской расе, но все, что приходило ему в голову: блондины и викинги. Так что вполне возможно его встретит в аэропорту девушка-викинг. Он чуть не рассмеялся, но сумел сдержаться, правда проходившая мимо стюардесса, увидев его улыбку, заулыбалась в ответ. Ладно, у него самого шесть футов четыре дюйма, так что есть надежда, что шведка все-таки окажется хоть немного ниже. А то папочка этого не переживет, доведись им когда-нибудь встретиться. Продремав большую часть пути, Крис и не заметил, как пролетело время перелета, и вот он уже шел в аэровокзале Стокгольма, выискивая глазами свою «невесту». Сначала он увидел белый плакат, на котором огромными черными буквами было написано «Кристиан Дойли», а потом небесно-хрупкое создание, которое его держало, глядя перед собой испуганными глазами. Вот тебе и девушка-викинг! Бенгта, по меньшей мере, на голову ниже его. *Старинная королевская традиция, так называемая «эриксгата», восходящая к средним векам.