Знакомство со слов «Веришь в любовь?»

По улицам гуляла ночь, в небе - до первых лучей солнца - засела луна. Даже в метро ощущалось это странное присутствие ночи: тихо, глухо, пусто. И лишь пара людей, стоявших рядом, давали надежду, что снаружи, наверху, ещё не начался зомби апокалипсис. «Да... Было бы обидно не увидеть всего с самого начала», - подумал парень, шмыгнув носом и почесав бровь указательным пальцем. Задребезжали рельсы - наконец-то приближается поезд. До нужной станции ехать около сорока минут, плюс ещё и в две пересадки, и стоит задуматься: успеет ли он вообще до закрытия переходов и метро в общем? В крайнем случае придется кататься на трамвае до пяти тридцати. Паша осмотрел вагон, заглянул в последующий и прикрыл глаза. Ничего интересного. Как и всегда. Через пару станций он вновь проверил обстановку. Однако в этот раз его взгляд остановился на парне прямо напротив. Он долго смотрел на него, пока тот не открыл глаза и не посмотрел на него в упор, отчего Паша смущенно отвёл глаза в сторону, как бы «да нет, что вы, я просто смотрел на эти провода за стеклом». В следующую секунду что-то заставило парня подумать о том, что нужно было до последнего сидеть с закрытыми глазами и делать вид, что ты действительно спишь. «Чёрт». - Эй, - позвал незнакомец, которому на вид было около двадцати трёх тире пяти лет. Паша еле заметно вздрогнул. - Веришь в любовь? - Он слегка нахмурился, но взгляд по прежнему оставался пристальным. - Нет, - честно ответил парень, наклоняя голову. - Хорошо, - со вздохом еле слышно произнёс тот, откидываясь полностью на спинку сидения. И этот его вопрос вдруг неожиданно занял все мысли Паши. Если так подумать, то он давно уже не ощущал этого чувства. Для него оно как будто бы отсутствовало, пропало, затерялось где-то, перестало в нём существовать. И нет, пожалуй, это не было психологической травмой или что-то типа этого, просто он насмотрелся достаточно у других, чтобы понять, что любви в мире между людьми бывает очень мало, крайне редко. Лживые фразы, обещания, а после ссоры и «давай расстанемся» вселяли какое-то недоверие. Пашу, конечно, привлекали девушки, да и парни тоже, но это было лишь «привлекали». Ничего более. Сексуальное влечение, если быть точным. - А ты? Незнакомец вновь открыл глаза и оценивающе посмотрел на того. - Я того же мнения, - ответил он, продолжая сидеть в прежнем положении сонного человека. - А причина? - не унимался Паша. Ведь интересно же, чёрт возьми. - Хм. - Вдох. - Раздражает, - и замолчал, просто смотря на своего ночного собеседника. А позже добавил: - Хотя не знаю, просто не умею, наверное, любить. - Хорошо, - таким же тоном повторил за ним Паша недавно брошенное им слово. «Странный диалог», - пронеслось в мыслях парня так же быстро, как поезд в метро. А на выходе из вагона, незнакомец кинул ему вдогонку что-то невнятное, наподобие «и странно ведь, что любовь... она повсюду». Но, если честно, выходя позже, спустя двадцать минут, на улицу из метро, Паша и вовсе забыл про эту поездку, про разговор, про парня... Ничего интересного. Как и всегда.

***

Вдруг неожиданно в середине недели Паша резко ощутил нехватку никотина в крови. Жуткое состояние, которое доводит человека до трясучки. И вроде бы это обычное дело для курильщика при неупотреблении сигарет около двух недель, но в том-то и подвох: парень никогда в жизни не курил. С ума сойти было можно, как ему не хватало сигарет. Да, пускай почвой для этого и послужили некоторые трудности, которые просто нужно разрешить, а после пережить, но как-то слишком странно. Поэтому парень вышел в четверг вечером в круглосуточный магазинчик у остановки, чтобы прикупить одну пачку каких-нибудь типичных сигарет. Паша успел подумать обо всём на свете: и о новой соседке, которая вроде бы старая, но вроде она недавно только вселялась в квартиру напротив... ну, наверное, недавно; и о том, что скоро нужно платить за квартиру, и о проблемах на работе, и о несбывшейся мечте насчёт татуировки на предплечье - и это всего за каких-то пару шагов по направлению к ларьку у остановки. Нет, если у остальных «два шага» действительно является гиперболой, то тут «два шага» являлось двумя шагами. Ну, может быть, два с половиной. Под окнами была дорога в два ряда, та самая злополучная остановка, которая просто так зовётся (но если табличка с расписанием автобусов называется «остановкой», то да, тогда всё в порядке), близлежащий ларёк, в котором продают всё и всем без ограничений, ну, и парочка гопников, плюс мажоры, которые, как ни странно, собрались у того самого вседоступного ларька. Вообще, этот ларёк носил странное название: «Машка с третьего». И как бы тут уж Паша был не глупым мальчиком, всё понял и в тряпочку промолчал, избегая взглядом этот недомагазинчик, выходя иной раз из маршрутки. - Пачку парламента, пожалуйста. Ну, тут в принципе от сигарет до пива недалека дорога, поэтому им оказалось вдвоём по пути с Пашей к нему, в его уютную квартирку. «Да ребят, сегодня ВЫ мои друзья», - горько усмехнулся про себя парень, стоя неподалёку от машки. Как-то со всеми этими мыслями он и забыл, что пару дней напролёт дико желал никотина или просто обычного затяга дымом. Боже мой, как же было бы хорошо не мыслить и вовсе, чтобы не забывать важных вещей, по крайней мере, тех, которые волнуют больше всего, а не обычная бытовуха. - Паш! - позвал знакомый голос. - Пашка! Эй, привет, чего забыл здесь так поздно? Ммм... Друг Виталя. Интересная личность: гуляет где попало, родителям врёт, что скоро - часов так в час ночи - придёт домой, потом гуляет до утра, а родители, как ни странно, не замечают пропажи сына целую ночь. Как ему это удаётся, не понятно. «Господи, побольше бы таких родителей», - подумал парень, смотря на приближающегося друга. - Чего-чего, свежим воздухом дышу, - отозвался Паша, пряча руки в карманах джинсов. Виталя усмехнулся. - Смешно, - серьёзно ответил тот, оглядываясь по сторонам и замечая в поле зрения тачку с заржавевшей выхлопной трубой, из которой вылетали чёрные клубы дыма. - Мдаа.. Но это ничего, мне как-то раз кто-то рассказывал, что в мире скоро чистый, свежий воздух можно будет покупать за деньги в баллонах... - Ммм, - протянул парень и засобирался уходить, так как разговаривать в этот вечер он вроде как ни с кем не планировал, только с сигаретами и бутылкой чёрного. - Стой, я чего подошёл-то, - шмыгнул носом Виталя. - Ты в эту субботу свободен? Я в группе в своей познакомился с одним крутым чуваком, который устраивает вписку на выходных. Ты как, нормально? - Да, да, я обязательно приду, пришли мне по емейлу адрес и имя, - пытался отмазаться Паша, шаря по карманам в поисках зажигалки. - Да ты чего, какой емейл-то? - будто не замечая сарказма в словах, отмахнулся Виталя. - Я тебе лучше смс-кой, двадцать первый век на дворе, ты не забывай, ага. - И скрылся где-то в темноте. А зажигалки так и не нашлось. «Чёрт».

***

И лишь утром в субботу, получив многозначительное смс от друга, Паша вдруг вспомнил об их недавнем разговоре с Виталей. «Чёрт, я и забыл совсем», - протирая лицо руками, дабы очухаться после долгого сна, горько подумал он и сел на кровати. Может быть, отправить ответное сообщение, что он болен? Ну, никто в принципе и не заметит его отсутствие, терять было нечего. Но с другой стороны в груди что-то изнывало от душевной боли - то есть каждодневного одиночества. Паша ещё пару раз чертыхнулся, побрыкался, но всё же отправил другу короткое «Буду в девять». Паша устало вздохнул. Ничего лучше не придумав, парень всё же решил сходить на вписку, тем более что дел других на этот вечер не намечалось. Хотя если просмотр телевизора и поедание фастфуда можно назвать «делом», то да - Паша был очень и очень занят. Прям жуть как занят. Нажав на звонок, под которым был указан нужный номер квартиры, Паша вдруг резко подумал о том, что всё-таки нужно было остаться дома. Ничто не заменит ему тёплое одеяло, особенно какая-то вечеринка. Дверь открыл незнакомый парень, по всему видимому хозяин квартиры. От него пахло алкоголем и кальяном. - Милости просим, - пригласил он, даже не нервничая из-за того, что они видят друг друга в первый раз. На секунду у Паши случилось дежавю, будто где-то уже такое происходило, или просто голос был знаком, или лицо... Было что-то в этом парне знакомое. Паша уставшим взглядом рассматривал окружающих его людей, постоянно задаваясь вопросом «Что я вообще здесь делаю?». По непонятным причинам ему стало крайне неуютно находиться с теми, с кем он видится в первый и, может быть, последний раз. Обычно он напивался до состояния «я пьян, но трезво мыслю», мог подружиться с кем-нибудь, завести флирт с какой-нибудь симпатичной девчонкой, а после залечь с краю на диване под предлогом «всего пару минуточек, подождите». Но сегодня настроение явно ограничило типичные действия по давно заученной стратегии и позволяло лишь изредка делать маленькие глоточки холодного Heineken'a. Насмотревшись всего того, что обычно бывает на вписках, Паша на секунду прикрыл глаза, ощущая, что кто-то на него смотрит. Но он, как и всегда, пропустил это чувство мимо себя, выходя чуть позже на балкон на кухне. Отчего-то парень вдруг резко ощутил, что чего-то в его душе не достаёт. Может быть, немного оптимистичности, хотя куда уж больше. Может быть, чужого тепла, может, отпуска и пару дней для себя. Паша не понимал, что требует от него сердце, и совсем не хотел понимать, так как это дурное чувство, заставляющее впадать в депрессию. И это совсем не то, чего хотелось бы. Сзади послышались звуки: кто-то зашёл на кухню и что-то пытался найти в холодильнике. Паша обернулся и увидел хозяина квартиры. Он тяжело выдохнул и снова отпил чуть терпкой жидкости из стеклянной бутылки. - Чего один стоишь? - спросил парень, неожиданно появившись сбоку в поле зрения. Паша серьёзно взглянул на него - он не знал, что ответить. - Дышу свежим воздухом, - любимая дежурная фраза. Кажется, она действительно подойдёт к любой ситуации: «- Что делаешь? - Дышу свежим воздухом. - Почему опаздываем? - Дышал свежим воздухом. - Какие планы на вечер? - Не знаю, наверное, буду дышать свежим воздухом». В общем, если вам надо будет выкрутиться из затруднительного положения, отвечайте именно таким образом, а если на вас вдруг рассердятся, скажите, что они ущемляют ваши права свободного человека, ведь нельзя же запретить дышать. В особенности свежим воздухом. - Хочешь, чтобы я поговорил с тобой? - осторожно спросил хозяин, всматриваясь в серые глаза напротив. Паша помолчал пару секунд, а позже, усмехнувшись, ответил: - Да вроде бы нет. - В одном предложении - три ответа, - задумчиво произнёс тот и улыбнулся. - Так да, вроде бы или нет? И Паша рассмеялся. Как глупо то, о чём они сейчас пытаются разговаривать. - Ты и так уже со мной говоришь, - прошептал он, снова делая глоток. Повисло неловкое молчание. - Ты друг Витали, верно? - зачем-то спросил Паша, смотря в совершенно другую сторону. - Витали? Кто это? - удивлённо произнёс парень, заглядывая в лицо собеседника. - Ну, он сказал, что он познакомился с тобой в экономическом институте, и ты пригласил его на сегодняшнюю вечеринку, - объяснил Паша, видя как тот до сих пор ничего не понимал. - Я никогда не учился в таком институте, - улыбнувшись, ответил он. - Хах, - выдохнул Паша, широко улыбаясь, и, не веря собственным ушам, вертел головой в стороны. - Да уж... Это так в его стиле.. Прости, ты, наверное, до сих пор не знаешь моего имени, как и я твоего. Паша, - он протянул руку. - В порядке вещей, - усмехнулся парень, протягивая в ответ свою. - Денис.

***

Если вы случайно подумаете, что общение между этими двумя парнями продолжилось, то вы, скорее всего, ошибётесь. Тогда, на балконе, они с Денисом проговорили не более двадцати минут, и то - этот разговор был крайне неловким и крайне стандартным, потому что в диалоге мелькали до ужаса отвратительные вопросы: где учишься, где работаешь, чем занимаешься в свободное время и так далее. Паша успел уйти с вечеринки до того момента, как кто-нибудь проснётся. Остальное было не важно. Настали привычные будничные дни. Паша считал, что ему не было одиноко наедине с самим собой, а наоборот: он волен делать то, что ему вздумается, он читал какие-нибудь статьи по программированию (его профессии) для повышения собственной квалификации, немного позволял себе отдохнуть и посмотреть новинки фильмов, над чем-нибудь задумывался. У него не было лучших друзей, потому что не получалось поддерживать одностороннее общение. Всегда создавалось ощущение, что все бывшие его лучшие друзья просто не могли ему сказать о его занудстве, отчего и постепенно отдалялись, а после и вовсе - перестали отвечать. Но парню оставалось лишь улыбнуться и развести руки в стороны, мол «ну, что тут поделать, ведь это жизнь». А на подсознательном уровне провести вокруг себя оборонительную стену, не позволяющую никому пробиться сквозь неё, чтобы вновь не дать уничтожить себя другим. Но однажды, когда Паша, бессмысленно лёжа на кровати, начал задумываться над своим предназначением в этой жизни, телефон неожиданно раздался стандартной мелодией. На дисплее незнакомый номер. Перед ним встал трудный выбор - «ответить, но послать или послать, но не ответить». - Да? - сделав над собой усилие, тихо спросил парень. - Знаешь, я тут подумал, - в динамике прозвучал чей-то энергичный голос, - что сейчас на улице такая прекрасная погода, что невозможно не выйти и не насладиться ею. - Кто это? - нахмурившись, осторожно спросил Паша. Знакомый голос. - Неужели это единственный вопрос, который тебя волнует? - рассмеялся кто-то. - И ведь даже не то, что сейчас одиннадцать часов вечера, и не то, что на улице ливень, слякоть и всё такое? Паша не ответил. Но потом, улыбнувшись, вдруг вспомнил кому принадлежит этот голос. - Просто я должен узнать, кого мне всё-таки считать сумасшедшим. - Он перевернулся набок и устремил взгляд в окно, на своё отражение. - Как ты узнал мой номер? - Я работаю на ФБР, и я выследил твой номер, - серьёзно произнёс Денис. - Сейчас в дверь к тебе постучат. Ты не обязан открывать, но иначе они сломают замок и так или иначе, но войдут. - Они? Через секунду в дверь действительно постучали. Паша до ужаса испугался и на мгновение поверил в слова собеседника. Он на цыпочках подошёл к двери, чтобы посмотреть в глазок, но изображение было чёрным. - Что за чёрт? - Ты не собираешься открывать? - насмешливо произнёс тот. Паша приоткрыл дверь, видя перед собой улыбающегося Дениса. - Приглашаю тебя на ночную прогулку, - не отключаясь, сказал парень, отсалютовав, как будто они не стояли сейчас друг напротив друга. - И что я должен по-твоему ответить? - удивлённо произнёс он, смотря в карие глаза Дениса. - Ну, я понимаю, это реально очень странно, и думаю, ты сейчас в полнейшем замешательстве, - с умным видом проговорил Денис, - но прежде чем закрыть дверь, назови мне хоть одну причину, почему ты её закроешь. Паша смотрел на него с открытым ртом, не зная, что ответить. - Ну, мне... завтра... надо встать пораньше, чтобы успеть на собрание в офис, - всё же неуверенно ответил он, не слыша самого себя. - Как скучно. И ты считаешь это причиной? Ведь я не спросил, что ты собираешься делать, когда закроешь её. - Ну, тогда... Ммм... - Значит, у тебя и нет причин, чтобы ответить, почему я должен уйти, - горделиво произнёс парень, широко улыбаясь. - Выходи, погуляем всего часик. Как только Паша, накинув сверху на домашнюю одежду пальто и надев ботинки, вышел из квартиры, то тут же задал волнующий его вопрос Денису: - Так как ты всё-таки узнал мой номер? Плюс ещё и адрес? - поворачивая ключ в замке. - Я не такой зануда, как ты, я умею отлично ладить с людьми, - проговорил тот, держась за перила и прокручиваясь из стороны в сторону. - Оказалось, Виталя, твой друг - неплохой человек. - Чего вдруг стихами заговорил? - усмехнулся Паша, спускаясь по лестнице. - Не будь таким надоедливым, не задавай слишком много вопросов, - устало сказал Денис, спускаясь следом. Наперекор всем ожиданиям Паши их прогулка выдалась отличной от всех остальных его прогулок. Что-то было в этом особенное, которое смогло запасть ненадолго в душу, прежде чем сразу же дать о себе забыть. Денис, на удивление, был энергичным и рассказывал интересные вещи: иногда о психологии, иногда о незамеченных фактах в фильмах. Он не задавал типичные вопросы типа «Как прошёл твой день?» или «Как твоё настроение?» - он просто, независимо от всего, рассказывал обо всём. А Паша был хорошим слушателем, тем более, что ему самому впервые в жизни нравилось это ощущение - ощущение теплоты, - от которого нелегко было избавиться. И весь последующий день парень улыбался, даже тогда, когда ему сказали на работе о не состыковке в HTML коде, что означало кропотливую работу в поисках незамеченного изъяна. Но это было так неважно.

***

Всё завертелось так быстро, словно опадающие осенью листья в ветреную погоду. Паша никогда не звонил первым, потому что Денис всегда его опережал и звонил сам. Они то бесцельно гуляли по улицам, то засиживались дома у друг друга допоздна. Они разговаривали о реальности, но, находясь рядом, сбегали от неё. - Николай Васильевич Гоголь, - как-то раз снова начал свой рассказ Денис, - покончил с собой из-за того, что был разочарован в жизни. Если ты вдруг не знаешь, под действием аффекта Гоголь уничтожил свои рукописи. А после из-за этого он уморил себя голодом, написав в своём последнем письме «Как сладко умирать...» - Денис прервался, заливая в чашки горячую воду. - Эрнест Хемингуэй, - продолжил он, - неоднократно пытался покончить с собой. Он понимал, что растратил силы и изрядную часть своего дарования на ничтожное существование. Позже Хемингуэй застрелился. - Парень выдержал небольшую паузу, а Паша понял, что, наверное, тот любит его произведения. - Джек Лондон. Да, странно слышать, что писатель, который высказывал в своих рассказах о вольности и силе человеческого духа, ни с того ни с сего покончил с собой из-за событий в прошлом и чёртовой разочарованности в людях. Я могу продолжать, но всё, что я хочу сказать, это лишь, что если бы люди не могли чувствовать, наш мир давно бы стал намного лучше и более развитым, чем сейчас. Нет, не так... - он помотал головой, подбирая нужные слова. - Если бы люди забыли, что такое негативные эмоции... - Денис замолчал на пару минут, а после с выдохом произнёс: - Так несправедливо погибает множество талантливых людей, а всё из-за чего? По случайности или глупости других или по своей же собственной. И всеми ими, как ни странно, руководят эмоции. - Ими? - Людьми. Денис оказался очень интересным человеком. Таких, наверное, один человек на миллион - думающих и поступающих не так, как все. Он умел объясняться, и это делало его ещё более интересным. Забавно, что Паша, доверяя «первому впечатлению», думал, что он типичный московский. Но, приглядевшись, он вдруг заметил совершенно другого человека.

***

Со временем они перестали звонить друг другу, вместо этого оба без предупреждения просто заходили друг к другу в гости, как будто были очень давно знакомы. Через пару месяцев они стали оставаться друг у друга на ночь, и пока Денис рассказывал то, что узнал когда-то на лекциях по психологии, Паша постепенно начал осознавать, что, возможно, именно этого ему не хватало в последнее время - простых разговоров, но не о какой-нибудь чепухе. - Я покажу тебе, какова реальность наших дней. - Денис разложил карты на столе, по пять в каждую раздачу на двоих, и отложил остальные в сторону. - Каждый игрок, который приходит в казино или играет с кем-то в дрянном кабаке, ставит на свой выигрыш не меньше сотни. Долларов, разумеется. Давай, Паш, представь себе хоть на мгновение, что ты только что поставил тысячу долларов на свой выигрыш! - И Паша представил. - Ты чувствуешь, что удача на твоей стороне. Каждый человек думает, что он особенный, что вот он я, я само совершенство и дитя чуда. И поверь мне, но ни ты, ни я - не исключение. Каждому игроку кажется, что он выиграет. Они обменяли карты, а после жёсткого «Открывайся» Паша положил свои карты мастью вверх на стол, показывая выигрышный «стрит-флеш». - Но какого же будет их удивление, когда их позиция, - Денис усмехнувшись, открыл свои карты, - окажется никчёмной. - У него в руках оказался беспроигрышный «флеш». На секунду Паша действительно ощутил, как только что проиграл свою тысячу долларов. - Так же и в жизни, - заметив грусть и непонимание во взгляде парня, проговорил он. - Неизвестно, как ляжет карта и на кого укажет удача, хотя ты думаешь, что ты особенный. И ведь не бывает так, чтобы все были счастливы. И знаешь, что здесь самое печальное? Что другие люди счастливы, потому что «выиграли тысячу каких-то никчёмных долларов» - это доставляет им удовольствие! Они счастливы! Ты только подумай, что сейчас, чтобы стать счастливым, нужно «выиграть»! - выкрикнул Денис, позже замолкая и всматриваясь в облака над горизонтом за окном. - Это и есть реальность наших дней. И я не могу с нею смириться. Я не хочу быть... таким... Денис отличался от других. Паша не знал чем, но точно знал - он был не таким, как другие. Он любил говорить на тему любви, точнее осуждать нынешнюю любовь между людьми, может быть, потому что этого слишком много в нашей жизни, практически на каждом углу. Говорил, что от этого становится тошно. Он любил смотреть нудные фильмы, такие, которые никто обычно не смотрит, у которых слишком маленькая аудитория. Бывало до того скучным был фильм, что Паша незаметно засыпал. Денис любил выбирать между темами древней философии и истории. Со временем Паша узнал, что тот действительно очень любит историю! Но между тем, Денис никогда не любил стирать, каким бы умным и правильным он ни был, он всегда закидывал все вещи разом в барабан стиральной машинки, не особо заботясь о температуре или цвете вещей. Это было его минусом. А ещё он никогда не любил готовить, потому что после нужно было мыть посуду. И Паша не знал - он не любил готовить или не любил мыть посуду. Денис всегда ел без соли, пил цикорий, а если чай, то зелёный и без сахара, не так часто выходил на улицу, читал зарубежную классику и детективы. Он очень любил детективы. Поэтому, наверное, Паша и решил, что он не такой, как все. Что-то было в нём загадочное. И что-то было в нём притягивающее. Однажды Денис начал читать стих Анны Ахматовой «Двадцать первое». Он рассказывал его так серьёзно и непринуждённо, что создалось впечатление, что он собственноручно написал этот стих. - Веришь в любовь? - после этого спросил парень, улыбаясь, видя как тот задумчиво всматривался в его глаза. И тут Паша задохнулся. Он не мог в это поверить. - Ты... Мы ведь... - Он глубоко вдохнул и после спокойно сказал: - Мы ведь встречались с тобой раньше! Где-то... Не знаю... Может быть, год назад. В метро. Ты мне задал точно такой же вопрос! - А я читал этот стих? - Нет, не читал. - Странно, я всегда читаю этот стих перед вопросом... - Но я уверен - это был ты. И Денис начал читать, как позже узнал Паша, современный стих «Случайно встретились в толпе...». И Паше показалось странным, что тот никак не отреагировал, может быть, он и вправду не помнил этого момента.

***

Но вы не подумайте, что они всегда были такими занудами и слишком взрослыми для их возраста. Даже в свои двадцать четыре Паша любил немного подурачиться и искренне посмеяться. А Денис, вопреки своим суждениям, любил в шутку обнимать его на людях. Конечно, они прикалывались друг на другом - всегда выключали свет в туалете, проходя мимо, а позже под душераздирающий крик и собственный смех включали свет на обратном пути; Паша иногда показывал Денису разные незаметные приколы в программах, которые они делают с коллегами, а Денис рассказывал нелепые случаи из своей жизни. Незаметно для себя, Паша привязался к Денису - он даже не мог себе представить, что в будущем они окажутся порознь. Просто это было немного странным, что их общение завязалось ещё тогда, в метро, с такого простого, брошенного, как дежурная фраза, вопроса «Веришь в любовь?». Паше показалось это не случайным, и он подумал, что, может быть, это совпадение не так уж и случайно. - Слушай, можно у тебя кое-что спросить? - неуверенно начал Паша, прокашлявшись. - Конечно, конечно же нельзя, - серьёзно ответил Денис, а потом, улыбнувшись, посмотрел на него. - Почему ты решил, - не обращая внимания на шутку Дениса, продолжал парень, пытаясь сосредоточиться на вопросе, - что любовь... Что её нет? - Я не говорю, что её нет, - рассмеялся тот, пристально всматриваясь в серые глаза. - Я лишь говорю, что не верю в нынешнюю любовь между людьми. Просто... Ты оглянись вокруг - все люди стали какими-то помешанными: подростки в свои четырнадцать лет уже занимаются сексом с кем попало, и я даже не хочу себе представлять, о чём они вообще думают; молодёжь только и делает, что соблазняет друг друга, даже если у другого есть "возлюбленный". Всё, чего хотят люди - это утолить свою жажду. В них преобладает желание обладать. Покажи мне хоть одного юного, который бы хотел найти настоящую любовь или который уже её нашёл. Её не существует тогда, когда в них играют гормоны. Они разбрасываются этим, как чем-то не особо важным, сами же, кстати, от этого впоследствии и страдают. Они смотрят и видят перед собой не человека - для них это очередная галочка в переходе во взрослую жизнь. Они все всего лишь жертвы социального вируса, который им внушает телевидение, радио, интернет, что любовь - это хорошо, что любовь - это значит, что ты живой. И они пытаются найти её из-за своей прихоти в каждом, в каждом из своего окружения или где-то неподалёку рядом с собой. Но, знаешь, мне всегда казалось это странным и смешным, что истинная любовь будет у меня перед глазами. На Земле семь миллиардов... Господи! Да неужели я должен буду прожить свою жизнь с кем-то из этого же города? Я не понимаю этого. Я должен объездить все страны мира и все города, чтобы убедиться, что на другом конце света меня нигде не ждёт моя «истинная любовь». Вот о чём я пытаюсь тебе сказать каждый раз. Паша промолчал, обдумывая сказанные слова и всё больше убеждаясь в их правоте. Но стало немного обидно, что, даже если он сейчас скажет ему о своей влюблённости в него, то он просто посчитает это очередной шуткой. - Почему ты так критически к этому относишься?! - вспылил вдруг Паша, нахмурившись. - Ну, я имею ввиду, почему бы тебе не отбросить эти мысли и жить той жизнью и теми чувствами, как большинство?! Денис смотрел на него и явно о чём-то думал. Спустя некоторое время, он спросил: - Что для тебя значит любовь? - Ну, - успокоившись, протянул Паша, - я считаю, что это тёплое чувство, которое несёт за собой и заботу, и поддержку, и взаимопонимание от дорогого тебе человека. - Видишь? Ты сразу же подумал о любви между двумя людьми, но это и понятно - по всем законам физиологии и нейропсихологии, обдумывая наш диалог, ты ответил мне именно так. Но любовь... она ведь повсюду: я люблю солнечную погоду, я люблю, когда идёт дождь, я люблю снег и рождественское настроение, я люблю, когда на лицах других проявляется искренняя улыбка, я люблю, когда ТЫ смеёшься. Понимаешь? Вот, как ты должен был ответить. И именно поэтому я не хочу быть, как большинство. Сердце резко начало биться в ускоренном темпе. - И что же для тебя значит, такая вот любовь? Денис улыбнулся. - Дар божий. И я не хочу им разбрасываться.

***

Где-то в начале зимы Паша пришёл к Денису с пакетиком особых ингредиентов для их совместного позднего завтрака. Или обеда. Если ещё не ужина. Он просто прошёл мимо заспанного парня на кухню, пока тот сонно стоял в проходе и, позже уйдя обратно в спальню, досматривал, наверное, десятый сон по счёту. Через час Денис всё же решил проверить, что так вкусно пахнет и кто это там на кухне так шумно кашеварит. - Привет, - пробормотал он, останавливаясь в дверном проёме и ёжась от холода. - М, проснулся? - радостно спросил Паша, указывая взглядом на стопку блинчиков на столе. Тёплых и сладких блинчиков. Денис блаженно прикрыл глаза, втягивая немного печённый запах миндаля. - Моя умничка, - близко подходя, протянул парень и обнял Пашу за талию, кладя подбородок на его костлявое плечо, - готовишь, моешь посуду, ругаешь меня за то, что неправильно стираю, - перечислял он все его плюсы и наблюдал, как тот неподвижно замер и замедлил дыхание. Денис провёл кончиком носа по его шеи и крепче сжал худое тело в своих руках. - Что за прилив нежности? - с насмешкой спросил Паша, брыкаясь в объятиях. - Денис, сейчас же подгорит. И парень отступил на шаг назад. - Ладно, буду стоять у тебя над душой и сверлить тебя взглядом. Денис встал сбоку от плиты. Он до сих пор был таким сонным, что ему показалось, что Паша за пять секунд успел несколько раз обежать всю кухню за необходимыми ингредиентами. - И где ты этому только научился? - удивлённо проговорил он, протирая лицо руками и отгоняя последние отголоски сна. - Рано ушёл из дома, пришлось, - с улыбкой на губах ответил Паша, смотря на полуголого рядом с собой парня. - В детстве, - тихо проговорил Денис, всё так же наблюдая за чужими действиями, - моя мать однажды сказала: «Это так странно, что в каждом окне своя жизнь, своя история». И ведь действительно, посмотри из окна на дом напротив и посчитай, сколько историй живёт рядом с тобой. А сколько вдалеке от тебя. Так много историй... И у всех она разная. - Он провёл ладонью по спине того. - Просто хотел сказать, что ведь и у тебя она тоже есть. Но я никогда об этом не задумывался. - Я расскажу тебе как-нибудь, - прошептал Паша, не поднимая головы. - Лучше ответь мне на один вопрос. - Это я люблю, давай, задавай, - и снова Денис принял эту свою любимую позу - сложенные руки на груди и гордо поднятая голова. - Неужели ты ни разу не любил в своей жизни? Парень с немым непониманием во взгляде, мол «Что за вопрос?», неподвижно стоял минуты две. - Ну, я такого не говорил, - отведя взгляд и отходя к обеденному столу, резко сказал Денис. - Конечно же, я как и все подростки, был влюблён в девчонок, во всех одновременно, но это прошло. - Он невинно рассмеялся, по-видимому вспоминая своё давно забытое прошлое. - Только влюблён? - осторожно спросил Паша, прислушиваясь к каждому шороху за спиной. - Не знаю, к чему ты клонишь, но опережу тебя и отвечу - да, я всё ещё девственник, - прищурив взгляд, сказал тот, прожигая спину с видимыми чёткими очертаниями. - Да ладно? - поворачиваясь, удивлённо выкрикнул парень. - Да я не верю тебе, - отмахнувшись и смешно искривив лицо, неуверенно проговорил он. - Тебе же... Двадцать.. Двадцать шесть, верно? - Пять. - Всё равно не верю. - Твоё право, - шмыгнул тот и, не удержавшись, взял один блинчик со стола. - И никогда не было интересно? - Я тебе уже говорил свою точку зрения. - Денис отчего-то залился краской до самых кончиков ушей. - Да и вообще, я не понимаю как это - заниматься сексом с человеком, которого не любишь. Как должен унизиться человек перед самим собой, чтобы отдать своё тело? Нет, это не для меня, ненавижу это. - И даже просто... Ради опыта? - Ну, это должен быть человек, которому я доверяю. Пока что, это ты. Паша громко сглотнул быстро накопившуюся во рту слюну. «Вот и как сказать об этом человеку?» - подумал он, производя глубокий мыслительный процесс насчёт, как бы тонко намекнуть Денису, что он готов помочь. Денис лишь смотрел на то, как Паша нервно кусает свои губы, а в следующую же секунду резко подскочил со своего места, подходя к парню и обхватывая ладонями его лицо. Он наклонился и провёл сухими губами по чужим, чувствуя, как по руке отдаёт бешеный темп сердцебиения Паши. - Пообещай мне, что это ничего не изменит... - Я не могу обещать тебе будущее, - прошептал Паша, всё ещё не открывая глаза, боясь, что это всего лишь сон или иллюзия. - Но я постараюсь... На самом деле, всё закончилось, как только их поцелуй превратился из невинного в более страстный: Денис упёрся руками в столешницу, прижимая тело к тумбе и пытаясь отдышаться, но у него ничего не выходило. По ощущениям - он готов был заплакать. Парень извинился и ушёл в ванную, включая воду. Паша не понимал, что только что произошло, и внутреннее предчувствие подсказывало ему, что что-то не так. - Денис, ты в порядке? - ответа не последовало. - Денис? - Извини, - сказал тот, не открывая двери. - Ты мог бы оставить меня одного? - Ладно, но с тобой всё в порядке? - озадаченно спросил Паша, пытаясь рассмотреть то, что было за дверью. - Да, конечно. - Ладно. Позвони мне потом. Паша действительно пытался сделать вид, что ничего не произошло, однако это не позволило ему остаться здесь, потому что стало стыдно за себя. Он вдруг обвинил себя в том, что ведёт себя «как большинство», что он помешан на этой социальной низшей идеологии людей и в то же время позволил себе поддаться ей. В тот момент он ненавидел себя больше всех на свете.

***

От Дениса не было ничего слышно около полторы недели, а, когда Паша приходил к нему, дома никого не оказывалось. Он как будто растворился на эти полторы недели, за которую парень успел мысленно сброситься в Москву-реку больше ста раз. Хотелось убежать от проблем, поэтому Паша нагрузил себя работой, а дома в свободное время пытался спать, чтобы ни о чём не думать. В субботу вечером телефон наконец-то раздался знакомой мелодией, которая стояла на контакте Дениса. Но Паша лежал на кровати и смотрел пустым взглядом в потолок. Снова заиграла мелодия. И снова. На пятой парень не выдержал и подошёл к компьютерному столу за телефоном. - Да? - Существует так много разных фильмов про стойких и сильных людей. Возьмём даже к примеру этот фильм «Неприкасаемые»... Как думаешь, сколько людей пролило слёз вовремя и после просмотра? А всё знаешь почему? Потому что на внутреннем подсознании, они знают, что они бы так не смогли. - Почему ты вдруг так решил? - Обычная психология, если хочешь со мной поспорить - я на детской площадке в твоём дворе, катаюсь на качельке. И Паша неожиданно рассмеялся, но не знал почему. Может быть, потому что тот говорит об умных вещах, хотя ведёт себя, как маленький ребёнок, или потому что осознал, что он даже не может рассердиться на Дениса из-за его чудного характера. Сидя на качелях, они так спокойно и непринуждённо разговаривали, как будто этот промежуток в полторы недели стёрли из их памяти. Паша действительно чувствовал себя уютно. Ему хотелось обнять Дениса, но он понимал, что сейчас - не самое лучшее время. Чем больше Денис улыбался, тем сильнее его улыбка была похожа на выдавленную с силой. Паша заметил, как тот ведёт себя немного необычно для своего привычного состояния. - Денис? - М? - глухо отозвался парень. - С тобой всё в порядке? Честно. Денис промолчал. - Эй, я же твой друг, я пытаюсь тебе помочь, в конце-то концов! - выкрикнул Паша, злясь, скорее всего, на самого себя. Минутой позже Денис хмуро посмотрел на него и прошептал: - Мне не нужен друг, мне не нужна любовь, мне нужна «семья». - Он замолчал на некоторое время. - Мне нужен тот, кто делил бы со мной мои мысли, не осуждая их, кто бросил бы ВСЁ ради путешествия по миру вместе со мной. Предложи кому-нибудь, и он посчитает это шуткой, хотя ты говоришь на полном серьёзе. Мне нужен тот, кто согласился бы отыскать мою «истинную любовь» на другом конце света. Вот кто мне нужен, чёрт возьми! Неужели ты этого не понимаешь?! Паша жалостливо взглянул на него. - Почему ты не считаешь меня таковым? - Он посмотрел в недоумевающие глаза Дениса, а после, помотав головой, отвернулся в другую сторону. - А если бы я согласился? Если бы я согласился стать таким человеком для тебя? - И ты этого действительно хочешь? - Денис серьёзно посмотрел в его серые глаза, искрящиеся уверенностью. Он, прикрыв веки, выдохнул и глубоко вдохнул. - Хорошо, раз ты согласен... Мы улетаем через три дня. Денис встал с качели, направляясь в сторону метро. - Подож!.. - Аэропорт Шереметьево! - перебив, выкрикнул он. - Если в понедельник вечером, в шесть часов, ты не придёшь, я пойму, но не прощу за то, что так легко разбрасываешься словами! В любом случае, я улечу... Это были последние слова, сказанные Денисом.

***

Паша был очень сильно рассержен на Дениса, что тот не пришёл в аэропорт, не отвечал на мобильный и снова пропал. Он как будто испытывал всё его терпение, пытаясь заставить привязать к себе ещё больше. На этот раз Денис пропал надолго - его не было два месяца. Что происходило с Пашей в эти два месяца, не описать словами. Но, спустя такое длительное время, заиграла знакомая мелодия, и Паша, не раздумывая, тут же ответил. - Да? - Должно быть, вы и есть тот самый Павел, - прозвучал грубый мужской голос. - Что значит тот самый? - не понимая сказанного, озадаченно произнёс парень. Ему назвали адрес и сказали, что он может приехать в любое удобное для него время. Это так сильно задело Пашу, что он, не задумываясь, тут же отправился по указанному адресу. Все мысли вылетели из головы. Приехав на место, что оказалось каким-то санаторием за городом, Паша незамедлительно встретился с мужчиной, который ему недавно звонил. - Павел? - Я, - кивнул парень. - Я лечащий врач Дениса, точнее был им. И после этих слов, всё как будто в тумане. Человек в белом халате говорил ему что-то из биографии Дениса, но Паша успел лишь уловить краем уха что-то вроде «у него был врождённый порок сердца», «последняя стадия» и «состояние ухудшалось». Он просто не мог поверить... Этот человек... Оказывается, он так отчаянно цеплялся за жизнь своими, как думал когда-то Паша, глупыми предубеждениями. Всё, что было связано с Денисом, пронеслось в голове с одной долей секунды, но Паша успел заметить то, чему раньше не придавал значения: Денис всегда улыбался и устраивал вечеринки, чтобы развлечь других, но между тем у него всегда дрожали руки, он пил какие-то таблетки - Паша не видел, но замечал пластиковые оранжевые баночки в его квартире; Денис всегда повторял, что в этом мире нет места для негативных эмоций, что мир полон хаоса и было бы замечательно проснуться в один прекрасный день и не видеть всего этого. Вспоминал, как тот осуждал «любовь» и пытался угнаться за настоящей - теперь Паша понял, какого ему было: он, наверное, знал, что скоро всё закончится, поэтому так злобно отзывался о тех, кому достался счастливый билет. Наверное, ему было больно видеть, как множество людей губит себя не только в своей вымышленной любви, но и в собственной реальности. Он был очень добрым, щедрым, но и, как оказалось, ещё и очень сильным. В это просто невозможно было поверить, ведь они совсем недавно, только-только виделись, а сейчас всё кажется плохим сном, таким, который до сих пор помнишь даже через пару десятков лет. Паша узнал дату смерти Дениса, не веря собственным ушам, так как дата в точности совпадала с датой их несостоявшийся совместной поездки. Чёртов идеалист. Ему показали надгробие, на котором были написаны какие-то слова, выбранные, судя по всему, управляющими этого санатория, а не самим Денисом. На самом деле Паша почувствовал нечто особенное, некое тепло, разливающееся по его телу. - Ты всё-таки умеешь держать обещание, - прошептал Паша, проведя пальцами по имени, которое никогда не забудется. - Ты всё-таки улетел... Паша прикрыл глаза. Всего за три года с момента их первого диалога, в метро, Паша успел не только привязаться к нему.

***

- Понимаешь, в чём прикол, что все, если собираются куда-то поехать, пускай даже в другой город, пытаются накопить много-много денег, чтобы растратить их в первый же день. Все хотят жить в прекрасном отеле, есть отличную еду, пить дорогое вино по вечерам. Но разве ты не находишь это смешным?... Что люди так сильно привязаны и зависимы от своих вещей, что даже не замечают жизни вокруг себя. А после они жалуются, что «как быстро летит время». Если бы люди были хоть чуточку свободными от материальной зависимости, как думаешь, сколько бы желаний исполнилось? Паша бросил всё, как и обещал когда-то Денису, и отправился в путешествие. Он хотел бы сказать, что он полетел на поиски, но тогда, на кладбище санатория, Паша вдруг осознал, что вряд ли сможет кого-то полюбить так же сильно, как Дениса. И парень всегда улыбался, напоминая самому себе, что не так уж Денис был и идеален: кое в чём он всё-таки ошибся - «истинная любовь» действительно была у него перед глазами.

Оттого что человек умер, его нельзя перестать любить, чёрт побери, особенно если он был лучше всех живых, понимаешь? «Над пропастью во ржи» Джером Д. Сэлинджер