Замужем за чудовищем.

— Жаждешь правды? — улыбнувшись, произнесла Цисса. — На твоем месте я бы то же хотела ее услышать, знаешь, лиса, думаю самое время рассказать дочери правду. Вдохнув воздуха в легкие Хасеки начала свой рассказ: — Был солнечный день, когда голубые воды Босфора прибили корабль, на котором я плыла к пристани. Ты даже не представляешь, какой он был красивый, я его хорошо запомнила: красное дерево, витиеватые позолоченные перила, а какие там были паруса, натуральный шелк бело голубого цвета с золотым узором, просто прелесть. Если честно, я отвратительно знала язык, и поэтому мне часто приходилось пользоваться жестами, было очень трудно понимать, что говорят эти турки. Из-за этого, купив дешевую, не большую комнату, я начала упорно изучать язык. Быстро освоив, как-никак это был уже далеко не первый язык, я вышла на улицу. Именно в тот период я познакомилась с Габриэлой… — Стоп, стоп, стоп, — прервала монолог Михримах. — Какой еще корабль, причем тут Габриэла, а где Султан с великой любовью. Я думала… — Вечно ты что-то выдумываешь, нет бы, подойти, спросить… — Великой любви не будет? — горько спросила Михримах. — Будет, просто может не совсем как все думают. Я могу продолжать рассказ или тебе уже не интересно? — Нет, нет, продолжайте, конечно, — бодро пролепетала султанша, быстро взбодрившись. Девушки, жалея лошадей, снизили скорость до минимума и тихонько шагали к дому Хасеки, внимательно слушая ее историю. — Так, на чем я остановилась… Ах, да. Габриэла. Мы и раньше с ней встречались, во Франции. — Вы были во Франции? — Да, мой друг, милейший старичок, владел несколькими акрами виноградников. А так как потомством он не обзавелся, то сделал меня своим партнером, обучил всему, что умел сам и помер. Наняв хорошего управляющего, я уехала. Но до сих пор внимательно слежу за ними, правда через расстояния, хотя пару раз мне все же удалось туда съездить, и ты Михримах там была, просто не помнишь, я возила тебя туда совсем младенцем. Знаешь, эти плантации приносят мне неплохой такой доход. — Неплохой доход? — вмешалась Цисса. — Вы являетесь одним из первых поставщиков вина, почти во всей Европе. — Вам не кажется, что мы отвлеклись от темы? — спросила Хюррем не желая развивать эту полемику. Воспоминания о давно погибшем друге болезненно впивались в сердце. — Так вот, так как в Стамбуле было мало знакомых мне людей, я начала часто общаться с Габриэлой, таким образом, я могла избавиться от скуки, а Габриэла, зная, что я всегда даю верные советы, пользовалась ими. Она до сих пор благодарна мне, за то, что я ей помогла развить дело, которое приносит доход, но конечно, в нем не я одна была замешана, Ру… — оборвалась Хюррем, но собравшись с мыслями вновь продолжила: — Она хорошая, просто иногда бывает стервозной. Раньше она была чертовски привлекательной, да и сейчас такой остается, мало, кто из мужчин может противостоять ее обаянию. Мы жили вместе в домики, где сейчас живет Цисса и постепенно стали хорошими друзьями. Если говорить, начистоту, — Султанша замолчала, вспоминая что-то, при этом выражения ее лица стало каким-то мутным и совсем непонятным, как будто хотело что-то скрыть или просто непросто она копалась в памяти. — В то время мы веселились постоянно и часто были не в себе. Женщина не захотела говорить, что в тот период она вела не совсем здоровый ночной образ жизни, может, как-нибудь потом, когда ее дочь сможет правильно воспринять эту информацию — Потом у нас обоих появились дела, нужно было вставать на ноги, сделать свою жизнь значимой. И наше веселое время препровождение сильно сократилось, хотя жажда приключений не убавилась и кроме обычных встреч мы каждый год устраиваем себе своеобразный отдых. Сначала нас было двое, потом присоединилась Элизабет, но о ней я думаю, ты слышала, ведь так? Нет! — воскликнула Хасеки, поняв по выражению лица дочери, что о ней она совсем не чего не знает. — Элизабет, девушка с русыми волосами и вытянутым лицом, не лишена привлекательности, ну, ты сегодня увидишь, она жена известного контрабандиста по кличке отец дьявола, он слишком высокомерен, мы вместе были в одной передряги, как-нибудь я расскажу тебе про нее. Она подходила к нам с Габриэлой по характеру, вот мы и сделали ее подругой. А потом и Цисса, про нее не чего рассказывать не буду, если захочет сама расскажет. — Цисс? — перевела взгляд с матери, на свою новую подругу принцесса. — Что мне продолжить рассказ? — увидев согласный кивок Нарцисса начала. — Буду кратка, мой отец бешеный человек, тиран и деспот, а лиса спасла меня от него. Так и познакомились. Все. Неожиданно Нарцисса пустила лошадь в дикий галоп и в один миг улетела далеко вперед, Михримах и Хюррем пришлось поступить так же, и через некоторое время троица стояла перед белоснежным, трехэтажным домом омываемым ветром с моря. Домом, которого построила Хасеки еще в период своей юности. В этом рассказе султанши было много такого, о чем она не захотела упоминать, сократив свой рассказ до невозможности и поэтому в нем оставалась много непонятного, … Эти воспоминания из прошлого были лишь каплей в море.