In With the Tide / По течению

- Так, тебе правда нравится дядя Дерека? - спросила Эрика, мягко толкнув Айзека в плечо. - Ага, - пробормотал парень, выглядящий очень грустным. Это был первый раз, когда он вслух признал свои чувства к Питеру. Было странно, словно он сказал о них на другом языке. - Думаю, я на самом деле влюбился... - Влюбился? Боже, Айзек! - рассмеялась Рейес, покачав головой. - Да уж, если ты и выберешь кого-то, то совсем не того. - Ну, давай, расскажи мне, - фыркнул парень, соглашаясь. Легкая улыбка украсила его задумчивое лицо. Эрика была первой, о ком он подумал, решившись рассказать хоть кому-то. Не его альфа, не Скотт, не Бойд - Эрика. С момента укуса прошло уже почти пять лет, и именно с этой волчицей им пришлось пройти через многое. Вспоминая вражеские стаи, каниму, странных банши, кицунэ, бегущих, не разбирая дороги и которых нужно было наставить на верный путь, Лейхи удивлялся, как они сумели просто выжить. Но все же они здесь, наслаждаются отпуском в обществе своей стаи. - А ты говорил ему, что испытываешь? - поинтересовалась Эрика. Айзек лишь закатил глаза и придвинулся поближе к подруге. - Ты что, Питера никогда не видела? Это заведомо глупая идея. Я бы даже сказал убийственная. Я даже представить не могу, что ему сказать, с чего начать...Все сложно. - О, всегда сложно, когда ты встречаешься с кем-то, кто в два раза старше тебя, - полушутя, выдала Эрика. Если же говорить серьезно, смысл заключался в том, что она не доверяла старшему Хейлу и не могла не напомнить об этом даже сейчас. - Ох, замолчи, - застонал оборотень. - Он хотя бы не ломал мне ребра, привязывая к кровати. - Было-то всего раз! - возмутилась Эрика, защищая своего любимого мужа. - Он просто потерял равновесие, это не выглядело, словно он падал на меня специально. - Сути не меняет, - ввернул Лейхи, приподнимая брови в победном жесте. - Ну, да, ты прав, - подло усмехнулась Эрика. - Суть в том, что кое-кого укусил комарик, переносящий вирус любви... - Господи, не говори так, - застонал Айзек, уронив голову себе в руки. - А как тогда? - поддразнивала девушка. - Мне стоит сказать, что ты заболел любовью, или что ты ею одержим, или... - Никак, - парень перебил ее. - Ты что, все свободное время убиваешь на чтение серии "Любовный роман"? - О, я не нуждаюсь в этой бульварщине, чтобы претворять фантазии моего любимого в жизнь, - Эрика игриво шлепнула его по руке. В их доме стены были недостаточно толстыми, чтобы скрыть громкие крики удовольствия, доносящиеся глубокой ночью до волчьего сверхслуха, и не важно, сколько ватных комочков ты засунул себе в уши или насколько громкую музыку включил. Просто однажды Айзек осознал тот факт, что это его друзья, и нужно относиться к их временами чересчур активной сексуальной жизни уважительно. И не напоминать о ней. Наверное. - Поверь мне, я мог бы и сам написать такой романчик, благо то, что творится за стенкой, может меня вдохновить, - Айзек чуть отодвинулся, смеясь. Зловещая ухмылка появилась на лице Лейхи, когда он склонился над песком, после чего посыпал им свои ноги и заодно Рейес. Унося ноги с места преступления и от визжащей блондинки, Айзек даже не оглядывался, пока не оказался на расстоянии в несколько ярдов. - Ты труп, Лейхи! - крикнула Эрика, поднявшись с песка, чтобы догнать паршивца. Их догонялки были ленивыми, поэтому через некоторое время они присоединись к остальным волкам. Маленький любимый ужас Эрики прибежал к ней и скорее попросился на руки, больше не желая оставаться с отцом. - Мамочка, смотри, какие ракушки я нашла! – воскликнула девочка, усаживаясь на коленки к маме. Ракушки красиво поблескивали в свете заходящего солнца. - Очень красиво, - пролепетала волчица, позволяя маленьким пальчикам уложить ракушки на своей груди. - Это для тебя, - гордо заявила малышка. Эрика поблагодарила ее и чмокнула в лобик. Заметив тихо наблюдающего за ними, сидящего чуть поодаль Бойда, Эрика обошла костер и покинула Айзека, чтобы оказаться на коленях мужа. Лейхи не обиделся и присоединился к Скотту, Дереку и Питеру, которые обсуждали дела стаи. Ему был не особенно интересен разговор об ушедших и, возможно, вновь желающих нагрянуть альф, однако он оказался со всеми, потому что так он был ближе к Питеру. Неосознанно задевая руку Хейла-старшего, Айзек вдруг обнаружил себя вторгающимся в личное пространство старшего волка. Отойдя на шаг, он осторожно откололся от компании и взял себе вина из холодильника. Садящееся солнце, казалось, разгорится в воде ярко-оранжевым пламенем, и цвет этот будет настолько насыщенным, что даже идеальное зрение вервольфа не сможет различить всех оттенков. Айзек зашел в воду по щиколотки, позволяя воде мягко касаться кожи, заманивать его дальше. Хотел бы он, чтобы волны действительно смогли унести его подальше от берега. Понимание того, что влюбился в кого-то вдвое старше себя и кто был не более чем одним из стаи, пусть и с привилегиями, одолевало… Айзек не мог думать ни о чем, кроме этого. Он не помнил, когда он свернул с нужного пути в никуда, не знал, как позволил себе свернуть. Он вздохнул; его мысли кружились в полном хаосе в голове, в то время как гребни волн прибивались к берегу. Он ощущал себя пустым, наполненным, разве что, знанием, что он не в силах избавиться от этой неразделенной любви, пока не решит уйти. Питер никогда не полюбит его в ответ, Айзек даже не надеялся на это. - Я был уверен, что найду тебя здесь, играющим с водой, - тихо прозвучал голос над волнами, становящийся громче по мере приближения его обладателя. Лейхи глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, а потом повернулся к Питеру. - Привет, Питер, - мягко улыбаясь ему, Айзек предложил то, что осталось от вина. – Да, я такой предсказуемый… - Да, достаточно, - согласился старший Хейл, принимая предложенную бутылку, и повернулся к океану. – Вернемся на виллу. О чем ты думал? - А я не думал. Я просто неосознанно прижался к тебе. Больше не повторится, обещаю. Питер помолчал после слов волчонка, понимая, что порой тишина - лучшее наказание. Даже после всех тех лет, что Айзек провел в стае, он не обзавелся талантом читать Хейла, поэтому сейчас был вынужден мучиться невыносимым ожиданием. В голове роились ужасные сценарии обозримого будущего. Наконец старший оборотень решил заговорить. - Я тебе нравлюсь, Лейхи? У Айзека засосало под ложечкой. Питер нравился ему уже очень долго, а недавно парень и вовсе втрескался по самые уши. Помня об этом, он не знал, стоит ли рассказывать Хейлу-старшему. Питер был таким же непредсказуемым, как и чувства, которые внезапно начал испытывать Айзек. Никто точно не мог сказать, какой будет реакция Питера на те или иные слова и действия, потому что тому удавалось сохранять лицо в любой ситуации. - Я... - Айзек остановился, и его взгляд вновь устремился в море. Вода медленно прибывала и скрывала ноги сильнее. Сейчас, в свои двадцать два, Айзек до сих пор ощущает себя подростком рядом с этим волком. Эмоции внутри зашкаливали, каждый ожидаемый исход был заведомо проигрышным и лишенным логики. И, наконец, прямой взгляд Питера, благодаря которому Лейхи все-таки сдался. - Думаю, не просто нравишься. Я влюблен. Я не ожидал этого, не могу сказать, что хотел, чтобы это произошло, но...Во время нашего "приключения" я влюбился. И мне не стыдно из-за этого. Скорее мне стыдно за то, что не уверен, останешься ли ты рядом. - Ох, щен, - ласково пробормотал Хейл. Это глупая кличка появилась, пока они были вместе, и каким-то образом "прилипла" к Лейхи, будто муха на липкую ленту. Айзек был близок к тому, чтобы расплакаться, услышав прозвище, услышав, с какой любовью Питер произнес его. Боже, он не должен быть таким нежным, собираясь разбить ему сердце. - Не стоит бояться, я слишком стар для всего этого, - сказал Питер, обнимая его за шею и притягивая его ближе. - Если хочешь меня, я буду твоим. - Что? - удивленно выдал Айзек. - Ты прекрасно меня слышал, - усмехнувшись, Хейл прижался губами к кудрявой макушке. - Мне сорок четыре, я, знаешь ли, больше не зеленый волчонок и, честно говоря, сам влюбился в тебя, пока мы делили одну постель. Даже представить не могу, что придется учить кого-то другого, как именно мне нравится... Айзек невольно рассмеялся, не обращая внимания на то, каким потерянным и неуверенным себя чувствовал. Он до сих пор силился понять, что только что сказал Питер. Сейчас без опаски прижимаясь к нему, Айзек позволил себе обнять Питера, устроив руку на чужом бедре. - Ты хотя бы немного любишь меня? - тихо, боясь услышать ответ, спросил Лейхи. - Думаю, - обращаясь больше к океану, - буду плыть по течению. Это была далеко не та любовь, которую Айзек Лейхи представлял себе в детстве. Ни принцессы, которую нужно спасти, ни замка, из которого нужно сбежать. Однако эти отношения прекрасны по-своему. Они с Питером никогда не разговаривали о будущем, мучая себя вопросами о детях и банковских счетах, как делало большинство пар, и Айзек даже не думал, что они когда-нибудь начнут. Сложно было сказать, что что-то действительно изменится, хотя в глубине души, он знал, что так и будет. Тем не менее, единственное изменение, которое Лейхи ощущал сейчас - это теплый бриз, дующий ему в лицо и обещающий сохранить прохладу ночи. Питер Хейл и он ни в коей мере не были идеальной парой, и иногда Айзек задумывался, как им вообще удалось сойтись. Но сейчас, как и всегда, они просто были вместе, и Лейхи обнаруживал себя абсолютно открытым перед Питером, зная, что тот чувствует то же самое.