Огонек в ее глазах

Проснулась Эмма от того, что было довольно жестко спать: «Подо мною книги что ли? Я что, вчера настолько устала, что не разобрала постель? Или я просто забыла о том, что нужно разбирать постель, и о том, что это постель вообще!» За окном было пасмурно, поэтому Спасительница благополучно провалялась в кровати до 11, хотя раньше это было роскошью, благо солнце не светило в глаза, как обычно, и не будило девушку. Стоп! Что-то не то. Как-то, все увеличено в размере: мебель кровать…КРОВАТЬ? «Да, Свон, ты заснула на коврике у твоей кровати. А почему я не у себя в номере, а в доме родителей? Ах, да, вы же с Генри обещали ночевать у них. Но как я могла забыть лечь на кровать? Вот черт, вспомнила!» Придя ночью, Свон тихо прошла к себе в комнату, а может и громко, точно она не помнила. На ее губах еще остался привкус чужих губ. Его губ. Привкус рома и моря, опьяняющий и дарящий свободу одновременно. Поэтому-то она и не помнила как добралась до дома – не до того было. А зайдя в спальню, Эмма первым делом решила посмотреть, что интересного есть у нее в тумбочке – все же делают так в 2 часа ночи, верно? И вдруг она нашла платок. Тот самый. Которым Капитан перевязал ее руку на бобовом стебле. Воспоминания нахлынули с новой силой. Вот он говорит ей, что она для него – открытая книга. Тогда Эмма, сама не понимая почему, расслабилась, всего на одно мгновение, почувствовав себя защищенной. И тут же – уязвимой. Ну не может она открыться, слишком больно. Тем более что какой-то пират видит ее всю до последней капли. Капли рома. Ой, я не против, выпить. Йо-хо, Йо-хо…мысли полетели далеко за пределы адекватности, и Спасительница уснула. В общем, спать уже не хотелось, и Эмма, поднявшись с пола, прошла в ванную, где она еще долго будет вспоминать события прошлой ночи. А тем временем, в другой части Сторибрука мужчина надевал часы на руку. Он был одет в джинсы, рубашку и кожаную куртку. Посмотрев на себя в зеркало, Киллиан Джонс сжал губы и пробормотал что-то вроде: «Нда, пора привыкать, парень. В Сторибруке кожаный плащ и перстни явно никогда не будут в моде.» Он неуверенно усмехнулся, еще раз оглядел себя, 800 раз сказав себе, что он чертовски сексуален, вышел из своего номера. Да, сам Капитан Крюк, тот, чье имя боялись произносить многие, вышел из номера Киллианом Джонсом, убеждая себя, что приключения еще будут. «Особенно, со Свон», - усмехнулся он и, окончательно убедившись, что он остался тем же капитаном корабля, вышел на улицу и сразу пошел к пристани. «Душа просит!» - можно было подумать, и, в общем - то это было правдой. Но была еще одна причина – Крюк нашел работу. Владелец яхт, передал ему это право, сказав, что он уже стар для этого, раз проглядел, как какой-то пират угоняет с маленьким пацаном лодку. Придя на пристань, Крюк сразу приступил к осматриванию яхт. Его сердце забилось быстрее. Ветер развевал его волосы, а волны укатывались вдаль, словно зовя его с собой. «Жизнь налаживается!» - подумал Киллиан. Улыбка озарила его лицо, счастливая и вдохновляющая. -Крюк? Это правда, ты? Обернувшись, Капитан увидел Тинкербелль, стоящую на причале. -Удивительно, правда? Бывший Капитан пиратского корабля стоит на палубе яхты и спускает паруса. Тинк, ты теряешь свою логичность, что так отличала тебя ранее. Влюбилась? -Прекрати острить! Просто я ни разу не видела тебя в одежде этого мира. Тебе идет. "А одежда ему действительно идет",- подумала фея. "Настолько сильно, что если не знаешь, никогда не признаешь в нем пирата. По крайней мере, до тех пор, пока он не откроет рот". Тинк усмехнулась: «Ирония в любой ситуации! Даже когда кажется, что рушится мир. Это делает тебя сильнее!» Крюк говорил ей об этом, когда они были в Неверленде. Говорил всегда, когда Тинк попадала в неприятности. Пожалуй, он единственный близкий человек для нее в этом городе. Словно прочитав ее мысли, Крюк спросил: -Как со знакомствами? Голубая не в счет, она твоя настоятельница. -Пока, кроме тебя никого нет. Тинк. Его маленькая фея. Он всегда над ней подтрунивал по этому поводу. Она же в свою очередь пускала колкости про подводку и крюк. В Неверленде, да и вообще везде, она была единственным другом для него. Всегда верила в его доброту и храбрость. Он обязан ей. Особенно сейчас, когда она в большом незнакомом городе. Нужно помочь с адаптацией этой малютке. -Эй, не хочешь помочь опустить паруса и надраить эти лодки? Либо прошлый хозяин был неряхой, либо он действительно постарел. Тинк с готовностью кивнула головой и улыбнулась. Капитан, улыбнувшись в ответ, и, в который раз удивляясь огню в ее глазах, появляющемуся при виде его, подал ей руку, чтобы она забралась на палубу.