Его выбор

Он мчался. Воин в златых доспехах. Он воин света, небесная рать. Крылья, губы, глаза рвутся к свету, Но смерть позади, и надо бежать. Баргест лает - амброзии запах Режет ноздри страшного пса Создание света в серости лапах. Чистилищу, как и душе, нет конца. Зловонные глотки созданий ада. Знатное пиршество демонов ждет, Смерть крадется на мягких лапах. Ангелу страшно, их близость гнетет. Вот зал горечи, вот - вины, А лабиринту все нет конца. Стена из камня. Вот они, Жертвы собственного отца. Убитые дети. Велели найти И помочь к Свету вернуться, Ведь из чистилища два пути. А демонов когти все ближе скребутся. Замер. Он - вершитель судеб, И эти души - его забота. Он нашел их. Он их разбудит. А рев все ближе из-за поворота. Слова молитвы с их губ срывались, Застыли первым шорохом листьев. Кристаллы слез навсегда В их глазах, голубых и чистых. Мальчонки руки - сплошная рана, Как черный лебедь он сам. Забвенье - Крылья сломаны слишком рано, В глазах торжествует над смертью глумленье. Мальчик был одинок при жизни, Лишь в сестре находил утешенье. Теперь он только бесплотный призрак, Но ангел принес наконец прощенье. Девочка - нежный крылатый цветок, Испивший отравы вместо нектара. Прекрасный, застывший навек, мотылек. Не заслужила смертельного дара. Ангел любуется, не дыша Горлинками, в колодце забытыми, Даже у Бога застыла б душа От красоты. Глазами открытыми Ангел смотрит. Сейчас он, как Бог, Может спасти, прекратить заточение, Вывести к вечному солнцу... Мог. Адские твари нагнали быстрее. Победный рев и алчный взгляд Мириадов жадных очей. Невинные души ждет теперь ад. Крыльями он заслонил детей, Но тут же в сторону отшатнулся В отвращении. Безгубый рот Смерти все ближе к жертвам тянулся, Глаза заливает предательски пот. Кровавые реки, смердящие глотки, Ангел руками лицо закрыл. Пламя ластится, лижет ноги, Опаляя остатки крыл. Он недостоин. Хоть с неба прибыл, Он не по правилам неба жил. Сегодня он сделал неверный выбор Смерть в наказание заслужил.