Прерванный поцелуй. Улыбка бога

Она рассказала все ему, парню. Рассказала о своих сомнениях и чувствах, иначе бы мутант не явился разыскивать Шредера. Да, догадался, у кого точно имелись сведения о местонахождении мастера, кто мог немедленно связаться с ним, вычислил, не побоялся, решил попробовать рискнуть. Сейчас это неважно; ниндзя, проворонившие черепаху, позволившие ему подойти слишком близко, пусть и под благовидным предлогом (японец воспринимал это как промах, а не хитрый план), вызвавшие лидера клана Фут, потому что так того требовал Леонардо, будут наказаны. Потом, все потом. Наглая панцирная тварь, которую выслушал Саки, отпущена, вернулась к своей семье, отцу и братьям. А Эйприл, помощница и подруга всей этой мутировавшей компании, когда ей надоест портить (совместно с дружками) настроение Шредеру, она же является к Кейси, к этому мстителю-неудачнику в дебильной маске, и он же тоже, когда нечем заняться, спешит к девушке. Саки особо не интересовался романтическим сериалом взаимоотношений в стане врагов, но от разведки был наслышан о многом. Полезными сведениями (или таковыми, которые могли ими стать) никогда не следовало пренебрегать. Противники Шредера никогда не оставались одни. Не то, что сам мастер, мрачно смотревший на молчавший мобильный. Его девочка спала, она не позвонит и не напишет. Рокси не до Саки. Неважно почему, но она не с ним, любимице не до японца. Какие звонки, больше всего на свете взбудораженный, хоть и не признавший этого (даже в глубине души) мужчина хотел обнять своего малыша, выкрасть Рокси, забыв обо всем свете. Да что выкрасть - уж что-что, а такую мелочь глава японской мафии мог запросто осуществить в любой момент. Сейчас же Саки как никогда хотелось получить все права на девушку, стать ее не только ухажером, но и супругом. Госпожа Ороку не могла бы и шагу лишнего ступить без разрешения мужа (никаких родителей - Шредер не желал их знать, а тем более Леонардо!), только те действия, что угодны мастеру и им дозволены. Замужняя дама, которой Рокси предстояло в относительно скором времени стать, уже не посмеет знаться с подозрительными панцирными личностями, рассказывать мутантам то, что им не следовало знать. Нашла, с кем делиться! Парень-ровесник, с ним, спору нет, проще, чем со взрослым, пусть любимым и любящим человеком. Рокси, все еще юной и потому в силу возраста глупой, требовалась разнообразная мишура, желание которой проходит с годами: жажда посекретничать и неважно, с кем, с парнем или девушкой, подарки в виде конфет или жвачки, любой мелочи, что преподносится влюбленными детьми, как наивысшей ценности дар, воздушные шары, мягкие игрушки... Все то, что Шредер не считал серьезным и необходимым для своей девочки. Раз его любимице перечисленное так требовалось, мастер позаботится о том, чтобы у подростка появилось желаемое. Правда, такое, как решит Саки: надутая тушка черепашки, набитое чучело мутанта, мясные конфетки, которые наверняка трудно жуются. Рокси будет довольна, потому что именно это чувство будет обуревать и самого Шредера. "Жаль, что у черепах нет шерсти, мягкий теплый свитерок Рокси был бы очень кстати", - во взгляде мастера на мгновение мелькнула теплота, укутанный в новую одежду малыш выглядел очень мило, на взгляд японца. Лео моложе Шредера и больше подходит подростку - не проблема; нет Лео - нет проблем. Мастер катан явился с нравоучениями к Саки - пусть будет благодарен, что ушел живым. Пока. Выдержка, продемонстрированная врагу в непростом разговоре, почти изменила японцу наедине с собой. Шредеру хотелось всего и сразу: прижимая к груди любимицу, ласково баюкать ее в особняке, медленно засыпаемом крупными хлопьями снега, и одновременно обагрять этот самый снег горячей кровью пустоголовых мутантов. - Машину мне! - перестав бороться с противоречивыми чувствами, велел в передатчик мастер. Визит к малышу, пусть наверняка спящему, планировалось обставить строго, без лишних соплей. Адрес известен, разбуженные звонком, стуком в дверь или вообще ее выносом, родители выбегут в коридор и тут же будут задержаны охраной. А Шредер, прихватив с собой теплое одеяло, возьмет на руки подростка. Сильно шуметь не хотелось, важно сохранить сон малыша, пусть она проснется от поцелуя в уютной постели мастера, а никак не раньше. Но в последний момент Шредер изменил свое решение, вновь активировав передатчик: - Броню мне. Приказ ниндзя элиты: сопровождать меня. Кроме них, десять солдат Фут на внедорожниках. Уставшая Рокси пусть немного понежится в постели, пока мастер разберется с врагами, а на обратном пути уже заберет ее. Не то иначе девушке придется неудобно лежать в машине, пока Шредер уладит старые дела. Мастер только начал облачение в доспехи, как вошедший в комнату слуга сообщил о прибытии Караи. Радостная новость: возвращение куноити должно было состояться только на следующий день, - не вызвала у Саки положительных эмоций, только сомнения в успехе порученной ей миссии, и бодрое "Доброй ночи, мастер" еще больше укрепило мрачного Шредера в его мнении. Жестом изгнавший слуг Саки опустился в кресло; доспехи пока покоились на специальной подставке, но сам мастер уже был в нижней одежде. - Материалы доставлены для анализа Чаплину, я завезла их прямо с самолета. Думала, вы отдыхаете, отец, а потому не решилась беспокоить сразу по прилету. Девушка ищуще заглядывала в лицо Шредера, не рискуя обращаться к нему "на ты", она хотела сперва узнать его настроение, чтобы неловко не вызвать вспышку гнева, не усугубить текущее, возможно, плохое расположение духа, но спокойные черты лица Саки оставались непроницаемы. - Данные получены раньше срока, и я немедленно доставила их, - пояснила свое самоуправство Караи, не зная, куда себя деть под пронзительным взглядом. Полученная информация была очень кстати, и определенное удовольствие от исполнительности дочери Саки, безусловно, испытал, но дополнительно его тяготило иное. Непослушная Рокси, натворившая дел! Караи, взрослая настолько же, насколько и любимица мастера, но более сознательная, более… взрослая. Она не будет шляться по городу и плакаться всяким сомнительным личностям, которые, как подростку прекрасно известно, еще и являются врагами Ороку Саки. Воскрешая в памяти недавние события, японец как-то эгоистично упускал из виду полнейшую случайность произошедшего, в его мыслях совершенно не фигурировал главный герой случившегося безобразия – тот, кто оставил Рокси на улице в одиночестве. К себе Шредер претензий не имел, а вот девушка и ее бывший парень вызывали у мастера множество нареканий. Кивок головы, послуживший Караи в качестве благодарности за успешное выполнение задания (так движение было истолковано куноити), навело ее на мысль, что отец хоть и чем-то сильно озадачен, но не зол, а потому она несколько расслабилась в его присутствии. В ладони девушки, поднесенной Саки, развернулся смятый и отброшенный им лист – приглашение на злополучный бал у мэра. - Вы же ходили вдвоем? – улыбнулась дочь Шредера, - танцевали и пили шампанское? – она в легком повороте изобразила несколько плавных движений, словно обнимая невидимого партнера. Куноити нисколько не жалела, что предназначенное для нее приглашение было использовано другим человеком. Светские мероприятия не привлекали ее, а вот Рокси наверняка было интересно посетить раут, кроме того, в сопровождении любимого и заботливого спутника. Но мастер молча схватил приглашение и отшвырнул его в угол. Значит, настроение отца неважное, девушка ошиблась, и вызвало его что-то случившееся на званом вечере. Рокси оттоптала мастеру все ноги? Может, она вообще отказалась туда идти? Пожалуй, расспрашивать Шредера о произошедшем точно не стоило, он не скажет, а вот злобу может и не сдержать, и тогда Караи была совершенно не уверена, кого постигнет возмездие. Ее и собственный длинный язык или саму Рокси, что-то сделавшую не так и обеспечившую неудовольствие мастера. - Рокси уже сказала тебе, что хотела бы получить на Рождество? – куноити сменила тему разговора на более приятную, ведь что может быть лучше, чем выбирать подарки любимому человеку. - Тупой американский праздник, - глухо отозвался Шредер, который не собирался потворствовать нации, почитаемой им намного ниже собственной, и принадлежность к ней любимицы его нисколько не смущала. - И ты хочешь лишить его Рокси? – тонко парировала Караи, вполне логично предполагавшая, что мастер не сдержится, и ее настигнет давно и тщательно заслуживаемый удар. Но Саки промолчал – он, конечно, не собирался справлять Рождество, уродовать свой дом глупой ерундой, как иные соседи, но вот порадовать малыша подарком все же стоило. И пусть девушка думает, что эта приятная неожиданность сделана ей именно на праздник, а не просто потому, что так захотелось японцу. Словно перечеркнув весь прошлый обмен фразами, малость повеселевший Шредер отдал дочери интригующий приказ: - Выясни у Рокси аккуратно, что она желает. Так-то намного лучше – едва сдерживая довольную улыбку, куноити быстро поклонилась и выскочила за дверь. А вслед ей понесся отцовский голос: - Только завтра! Приученная выполнять повеления мастера мгновенно девушка могла по глупости броситься беспокоить Рокси сейчас, тем самым прервав ее сон. Оставшись наедине с собой, Саки мог констатировать только одно: ехать разыскивать перенесенное черепашье убежище ему совершенно не хотелось. На это могла уйти не одна ночь, да и дело неблагодарное – канализация грязного Нью-Йорка велика, а бросать все силы клана Фут на выполнение явно непродуманного задания бессмысленно. Никуда не денутся эти черепахи, сами объявятся, как только у Шредера возникнет какой-либо хороший план, а пока мастер предпочел заняться насущными делами. Не считая вечно мешающихся мутантов, дела в теневой империи всесильного Ороку Саки шли великолепно, официальный бизнес процветал – грамотное руководство помогает избежать многих проблем, чтобы потом не решать их в авральном порядке. Словно почувствовав неладное, надвигавшуюся на спокойный мир грозу, причиной которой стала она, и одобряя окончательное решение японца, неожиданно проснувшаяся Рокси отправила Саки сообщение: "Я тебя люблю!" Ответом ушло лишь одно слово, больше напоминавшее приказ: "Спи!", но сладко потянувшаяся под одеялом девушка лишь улыбнулась – о подростке заботились, и она это знала. Отменив приказы солдатам и слугам, Шредер расположился в японской гостиной для обдумывания очень важного вопроса – выбора подарка для Рокси. Теоретически, зная его финансовые возможности, девушка могла захотеть что угодно. Например, собственный особняк. Но тогда требовалось поторопить Караи, чтобы все тайное скорее стало явным. На подбор и покупку дома требуется продолжительное время, пока будут скрупулезно осмотрены все подходящие варианты, пока улажены все бюрократические формальности. Опять же необходимо успеть выбрать интерьер, дождаться окончания ремонта, обставить комнаты. Времени до праздника практически не остается. Но не мог же Саки отказать подростку только из-за того, что Рождество так скоро. Можно, конечно, сначала преподнести Рокси квартиру, а дом уже на день рождения, только нехорошо выйдет: она мечтала об одном, а сюрприз будет уступать размерами заказанному. Нет, скорее всего, любимица возжелает машину, ей же понравилось носиться вместе с мастером по территории завода, когда они не очень удачно застряли там в выходные. Заказать на Родине чистокровного "японца" выходило намного быстрее, чем осуществление иных возникших вариантов. Постепенно мысли Шредера из области предположений о желаниях малыша переместились в другую, устремившись к тем вещам, которые он хотел для Рокси. Тончайшего плетения золотая цепочка обовьет тонкую давно не целованную шейку девушки, а чистой воды бриллианты подчеркнут аккуратные пальчики, нежно поглаживающие смуглую кожу Саки. Настоящее кимоно, в котором подросток войдет в спальню в ночь, когда случаются любые чудеса, - американцы же, как правило, проводят Рождество со своей семьей, значит, и Рокси будет здесь, с мастером. И он будет выбирать и ее внешний вид, и то, что она подарит ему. Никакой ерунды в перевязанных лентами разноцветных коробках, только одна юная особа, любимая и покорная. Заказать, что ли, такой подарок для себя самой Рокси? Она знала, что делать, благо учитель у подростка самый лучший. Идея Шредеру очень даже нравилась, вызывая в душе если не цветение трепетной сакуры, то некоторое тепло; даже недавнее недовольство уверенностью, что с ровесниками девушка ощущала себя намного лучше, ослабла. Пусть всякие мальчики дарят своим подругам дурацких медвежат с сердечками, пишут на воздушных шариках имена и отправляют их в небо, у серьезного Ороку Саки все строго, так же должно быть и у Рокси. За время ее отсутствия Караи и любимица мастера практически не общались, а потому, лишенная новостей, девушка могла лишь предполагать, что у пары все хорошо. Обменивались новостями, несмотря на современные технические возможности, нечасто: куноити с головой поглотили дела, лишь изредка она, утомленная, в конце вечера добиралась до компьютера и знакомилась с жизнью Рокси и собственного отца в другом амплуа. Ничего подозрительного, последние сообщения пестрили восторгами от предстоящего бала. Любимица мастера не огорчала находившуюся далеко подругу, ей и так несладко, да выслушивать негатив об отце любой дочери неприятно, потому некоторые моменты обхождения Саки оставались в душе подростка, оседали там, и прорвались только в пик эмоций, вылившись на Леонардо. Счастливо предвкушая долгожданную встречу с Рокси и окрыленная визитом к отцу, по которому куноити, разумеется, тоже очень соскучилась, Караи принялась распаковывать вещи.