Чернила

Самое противное – понимать, что уезжал только для того, чтобы вернуться и отметить, что здесь меня ждали. Ждали немым укором, ждали потоком бессмысленных слов, сдобренных целым набором неповторяющихся матов, ждали простым взглядом и легкой улыбкой, от которой спадает гора с плеч, заставляя наконец осознать, что ты дома, что ты там, где есть твое место на самом деле. И это настолько эгоистично, что хочется улыбаться, пока все вокруг не спросят, отчего я так весел. А я отвечу, что просто рад видеть их противные рожи, ведь это правда, и нет ничего лучше правды.

Уезжая из Бейкон-Хиллс, Джексон не думал, что придется вернуться так рано. Если поразмыслить, здесь его ничего не держало, и жажда свободы, присущая едва ли не каждому человеку на планете, толкала на поиски приключений. Лондон, конечно, не лучшее место на всем свете, но зато он находится на другом материке от родного городка, а это Уиттмора вполне устраивало, когда он практически год назад в спешке собирал вещи. Теперь же этот поступок кажется немного опрометчивым, но сам Джексон о нем не жалел, поездка помогла ему собрать в кучу мозги, взять себя в руки и посмотреть на все произошедшее со стороны отличной от подростка, которого интересовали тусовки, хорошие тачки и собственное отражение в зеркале. Всю дорогу до Бейкон-Хиллс он спрашивал себя, почему именно возвращается, почему так легко согласился лишь после одного звонка Дерека, если тот не представлял для него ничего существенного и особым авторитетом не являлся. Короче говоря, Уиттмор не мог дать даже себе точного ответа до тех пор, пока не прислушался к стуку каблучков по выложенному кафелем полу в коридоре школы. Он быстро отвернулся к окну, делая вид, что наблюдение за стекающими по стеклу каплями – чрезвычайно интересное занятие. Для пущей убедительности он подпер щеку кулаком, хотя вряд ли это помогло бы ему остаться неузнанным. - И что же заставило Вас посетить урок, мисс Мартин, когда до его конца осталось… - Профессор Брисбин театрально бросил взгляд на часы, - …семь минут? - Этого больше не повторится, по крайней мере, на этой неделе, - Проговорила Лидия, заправляя локон за ухо. - Естественно. Сегодня суббота, - всплеснул руками профессор и указал девушке на ее место, но та перевела взгляд на класс и не смогла сдвинуться с места. Джексон оторвал руку от щеки и не нашел ничего более оригинального, чем расплыться в привычной ухмылке, которую практиковал на каждой симпатичной лондонской девчонке в короткой юбке. Лидия моргнула и быстро села на свое место, пока учитель продолжал распинаться насчет того, что в его школьные годы уроки были длиннее, а ученики дисциплинированнее. Сама того не замечая, Мартин вертела ручку в руках и старалась выдержать обжигающий взгляд сидящего сзади Джексона. Она не знала, как ей стоит вести себя с ним теперь, когда чувствовала себя еще более оскорбленной этой ухмылкой, чем в тот день, когда узнала, что он просто так смылся, пока она думала, что между ними все наладится и будет как прежде. Первым вариантом было устроить скандал прямо здесь и прямо сейчас, но это грозило отразиться на репутации, а Лидия Мартин никогда не вредит своей репутации. Вторым вариантом было заставить его ревновать: Лидия достаточно явно представляла себе, как подойдет к Стилински, проведет маленькой ладошкой по его щеке и промурлычет, что помнит о сегодняшнем свидании, он тут же расклеится и закивает как китайский болванчик, а потом весь день будет приставать с вопросами. Второй вариант был откинут по той же причине, что и первый, но тут она сама могла признаться, что лукавит, просто Стайлз по какой-то причине стал для нее чем-то большим, чем просто мальчиком-объектом для легкой мести. Третьим вариантом было тотальное и беспрецедентное игнорирование, на этом Лидия и договорилась сама с собой, вот только когда прозвенел звонок, она собрала свои вещи и повернулась к Джексону, пытаясь найти нужные слова. - Так что..? Ты вернулся? – Неуверенно проговорила девушка, стараясь скрыть дрожь в голосе. Она внимательно рассматривала каждую черточку его лица, как будто пытаясь найти, что изменилось за это время. Но Джексон Уиттмор даже через десять лет останется прежним, будет все так же разбрасываться людьми, которым он дорог, и во всех кроме себя будет искать виноватых. - А ты не видишь? – Джексон развел руками, указывая на себя, стоящего рядом. Момент, которого он боялся, настал немного быстрее, чем он предполагал, поэтому тактика действий была еще не продумана. А лучшее средство защиты в случае Уиттмора – заставить смутиться любого, кроме себя. Слова нашли свою цель, и Лидия, не найдя, что сказать, повернулась, чтобы уйти, когда в нее влетел Стайлз. Он придержал ее за талию, не давая упасть и рассыпаясь в извинениях, когда она услышала смешок Джексона, еще больше ударивший по ее самолюбию. Лидия бросила рассерженный взгляд на Стайлза, как будто он был виноват во всех ее бедах, а потом прошла мимо, нервно поправляя сумку на плече. - Ей тяжело, - проговорил Стилински, переводя внимание на Джексона. Он как ни в чем не бывало складывал вещи в рюкзак и даже не смотрел в ту сторону. - Можешь догнать и предложить понести ее сумку, - пожал плечами парень, закидывая рюкзак на одно плечо. - Чувак, ты же понял, что я о другом. А вообще, я не за этим. Вон видишь блондинку, - Стайлз кивнул на первый ряд, где незнакомая Джексону девушка пыталась управиться с книгами. - Новенькая, - добавил Стилински, когда Уиттмор поднял брови в знак непонимания. Тот быстро нацепил стандартную улыбку и подрулил к ее месту, выхватывая книги из неуклюжих рук, пока те не упали на пол и не добавили неприятностей. - Первый день? – Неожиданно дружелюбно спросил он, добавляя в голос капельку участия и понимания. Стайлз чуть не уронил учебник и повернулся на звук его голоса. Он не рассчитывал на то, что Джексон так быстро возьмет ее в оборот. - Второй, - поправила его Ливи, благодарно кивнув за помощь. – А ты? Тоже новенький? Вчера тебя не видела на занятиях. - В какой-то степени, - неоднозначно отозвался Уиттмор, двигаясь в сторону выхода, дождавшись Ливи. Она немного удивленно посматривала в его сторону, но пыталась поддерживать разговор и не принимать это за нелепый подкат. В прошлой школе все было гораздо проще, а здесь новые люди, не блещущие желанием подружиться немного напрягали. «Все устаканится», - любила повторять ее мама, с тех пор как пришел приказ о переводе. - Ты переехала из другого города? – Поинтересовался Джексон, пытаясь перевести диалог в нужную для него сторону. - Колумбус, - кивнула Ливи. - Я бы ни за что не согласился переезжать только из-за родителей, - пожал плечами парень, подходя к кабинету биологии и заставляя Ливи немного притормозить. Она помнила, что не говорила ему, почему перебралась в Бейкон-Хиллс, и его излишняя осведомленность напрягала. - Мы уже пришли, - натянуто улыбнувшись, кивнула на дверь девушка, надеясь, что у Джексона другой урок, но он спокойно зашел следом и сел на прежнее место. Их разделяло несколько парт, и Ливи попыталась сбросить напряженность, убеждая себя, что это все от нервов и от того, что мама – офицер полиции, потому что отстраняться от хоть какого-то намека на друга будет самой большой глупостью на свете. Пока постепенно класс заполнялся учениками, Уиттмор все время посматривал на новенькую, пытаясь разглядеть в ней что-то необычное, но ему казалось, что это лишь пустая трата времени. Оставалось лишь два вопроса: на какой черт присматривать за никому не нужной девчонкой, и где шляется Айзек. К общей радости как Джексона, так и учителя Лейхи объявился сразу после звонка и бросил вещи на свободную парту прямо за Ливи, не обращая внимание ни на маячившего сзади Джексона, ни на учителя, который начал урок. Лишь когда в него прилетел комок бумаги, он обернулся и бросил раздраженный взгляд на Уиттмора. Тот указал ему на блондинку, сидящую впереди, и кивнул, мол, бесполезная цель обнаружена. - Сегодня у нас очень интересная тема, - продолжал на заднем плане профессор в своей привычной эксцентричной манере, он не переставал размахивать руками, отчего кудряшки на его голове потрясывались, но уже давно не вызывали смех у учеников. – Разберем цепи питания и посмотрим, что вы запомнили с прошлого года, раньше у нас уже была эта тема, поэтому приступим сразу. Вот Вы, девушка, - он указал рукой на Ливи, - Да-да, Вы. Выходите к доске. Ливи неуверенно поднялась и вышла вперед, подхватывая мел со стола профессора. - Начертите самую простую цепочку, которая Вам известна, - он кивнул на доску, чтобы девушка приступала, и продолжил болтать, пока все остальные занимались своими делами, а затем повернулся, чтобы оценить результат. - Сотрите, пожалуйста, слова и нарисуйте животных хотя бы схематически, - попросил он, разглядывая написанный мелом текст. Ливи энергично замотала головой, спохватываясь, что нужно объяснить свой отказ, потому что теперь даже с задних парт на нее поглядывали заинтересованные хоть какой-то движухой ребята. - Я не умею рисовать, - выдала Бейзен, складывая мел на прежнее место. - Да просто схематически, кружочки там, квадратики, - профессор сунул ей мел в руки, тут же получая его обратно. - Я не умею, - снова повторила Ливи, отправляясь на свое место. Учитель, немного ошарашенный таким отказом, лишь пожал плечами и, иногда поглядывая на девушку, продолжил урок. Айзек повернулся к Джексону, поднимая одну бровь в знак непонимания. В прочем, не понимал не он один, хотя остальные тут же об этом забыли, не принимая во внимание. Лейхи откинулся на спинку стула, вполне разделяя мнение Уиттмора о пустой трате времени, когда слух уловил необычные звуки, как будто кто-то отчаянно скреб по бумаге тонким стержнем ручки, а затем раздался металлический звон, словно упало что-то тяжелое совсем рядом с ним. Все всполошились, а учитель даже поднял очки, сползавшие по носу. Наклонившись, он прошел вдоль ряда Айзека и поднял с пола небольшую продолговатую штуковину, по всей видимости, сделанную из металла, раз она с таким звоном упала на пол. Учитель повертел в руках что-то похожее на ножны, а затем резко вытащил из них кинжал и тут же засунул его обратно, пытаясь скрыть панику. - Это не мое, я не… - начала оправдываться новенькая, понимая, что все подозрения будут сосредоточены на ней, потому как кинжал упал под ее стол. - Э-это моё, - быстро отозвался Айзек, вскакивая с места и выхватывая у учителя оружие, - Всё, что осталось мне от отца, понимаете. Вот я и ношу его с собой, потому что это единственная память о нем и ценность, у меня больше ничего нет, а так мне кажется, что отец всегда со мной и… - Довольно, - остановил его профессор, положив ладонь на плечо, - Я… я понимаю, но будет лучше, если в следующий раз ты оставишь его дома, хорошо? По правилам в школу запрещено проносить любое оружие, в том числе это. Но… может тебе лучше обсудить это с директором? Я не думаю, что он сделает исключение, но можно попытаться, если это так важно для тебя. - Нет-нет, - перебил его Лейхи, складывая кинжал в рюкзак, - Я всё понял, и больше такого не повторится. - Как знаешь, - вздохнул учитель и всплеснул руками, когда прозвенел звонок. Ливи обернулась к Айзеку, не понимая, зачем он это сделал, но тут же вскочила с места, скинула в сумку книги, и уже на ходу скомкала вырванный из тетрадки лист и выкинула его в мусорную корзину. Джексон недоуменно перевел взгляд с двери на Айзека, и оба, словно по команде, бросились к корзине, чтобы достать оттуда скомканный лист. Не нужно была даже разворачивать полностью, чтобы разглядеть в рисунке кинжал, который теперь лежал в рюкзаке Лейхи.