Ночное происшествие

Шел третий час ночи. Граф Каспар неспешно возвращался домой после посещения одной крайне милой и приятной женщины. Поздний час объяснялся очень просто: граф не желал компрометировать эту госпожу. Правда, в XXI-м веке скомпрометировать кого-либо было бы весьма трудно, но граф продолжал мыслить несколько устаревшими категориями. Нежелание взять такси имело столь же логичное объяснение: Каспар по-прежнему недолюбливал «эту новомодную технику». Граф наслаждался легкой ночной прохладой и непривычной тишиной улиц и с удовольствием вспоминал подробности сегодняшней ночи (и частично вчерашнего вечера, разумеется). Внезапно дорогу ему перегородили три парня крупных габаритов и не самой располагающей наружности. - Слышь, ты это, все ценное отдавай. Деньги, цацки, телефон, - как-то даже немного неуверенно пробасил самый крупный из них. Трудно сказать, на что рассчитывали эти люди, ожидая беспечных путников в такое время и в таком месте – на самой окраине города, куда и днем-то мало кто заходил. Да и час, прямо скажем, был не самый подходящий. - С какой стати? – вежливо поинтересовался в ответ граф, телефона у которого, кстати, не было. - А то мы тебя того… - словарный запас второго парня был столь же велик, как у первого. - Убьем! - радостно подсказал третий. Его лысина явственно блестела в слабом свете неполной луны, отчего граф внезапно вспомнил своего вечного конкурента Макса. - А если не желаю? - спокойно спросил Каспар, оторвавшись от воспоминаний. Парни задумались, трудный мыслительный процесс явственно проглядывался во внезапно помрачневших лицах. Умственная деятельность всегда давалась этим молодым людям нелегко, а в данной ситуации положение еще усугублялось тем, что ранее никто из жертв не высказывал им своего несогласия. По крайней мере, столь очевидно. Наконец один из парней пришел к какому-то выводу, достал из кармана своей кожаной куртки короткий нож и с недвусмысленной угрозой двинулся в сторону графа. - Одумайтесь! – безуспешно воззвал к его разуму Каспар, но парень не замедлил своего движения, а его дружки согласно направились к порядком удивленному графу. Каспар не очень любил фехтование, но это не значило, что оно ему плохо давалось, а взятая из желания покрасоваться перед дамой шпага не оставляла ему другого варианта действий. Несмотря на то, что во времена юности графа институт дуэли уже начал приходить в упадок, в благородных семьях считалось, что молодым людям необходимо уметь сносно владеть каким-либо оружием. Именно поэтому Каспар неплохо фехтовал и недурно стрелял. Дождавшись первого же замаха ножом и без особых усилий увернувшись от него, граф сделал стремительный выпад и аккуратно нанес первому нападающему укол в корпус. Грабитель с шумом осел в груду опавшей листвы и, судя по всему, потерял сознание. Второму граф лишь слегка оцарапал руку, но незадачливому бандиту хватило и этого: подвывая, грабитель умчался куда-то вдаль. Третьего граф без особых сантиментов прижал к дереву, удерживая в таком положении с помощью находящейся в опасной близости от горла бандита шпаги. Ситуация была дурацкой, и что делать дальше, граф не знал. Гражданская сознательность и гражданский же долг повелевали сдать молодчиков в ближайшее отделение органов правопорядка и найти пострадавшему врача. Но поскольку «дуэль» была скоропалительной, доктора (этого, по мнению Каспара, безусловно важного при любой схватке человека) поблизости не было, а до больницы и участка грабителей надо было как-то довести, а как – граф не имел понятия. Сначала у Каспара была мысль заставить припертого к дереву парня тащить раненого напарника, но от этой идеи пришлось отказаться, поскольку пострадавший по своим габаритам едва ли не вдвое превышал невредимого. Связать бандитов тоже было нечем, ведь граф не рассчитывал на подобный вариант событий. Была еще слабая надежда на припозднившихся граждан, но почему-то видевшие столь живописную картину (графа и двух бандитов), старались как можно скорее сбежать подальше, демонстрируя тем самым отсутствие гражданской сознательности. Граф задумался о вероломной человеческой природе, от этой мысли он плавно перешел к размышлениям о женском коварстве, а далее, безо всякого логического перехода, - к рассуждениям о погоде. Просто становилось уже ощутимо прохладно. Вероятно, Каспар еще долго бы рассуждал о том, как следует поступить, если бы ситуация не была решена появлением еще одного припозднившегося путника. Ни о чем не подозревающий Бастилль возвращался в особняк после мероприятия, сходного с тем, в котором участвовал граф. Проще говоря, Бастилль шел от своей нынешней прелестницы. Увидев столь оригинальное зрелище, Бастилль мигом сориентировался и помог графу довести парней к ближайшему отделению полиции, где злосчастные бандиты были наконец переданы в руки служителей правопорядка. К счастью, у случившийся инцидент не имел особенных последствий, и графу не представили обвинений из-за ношения холодного оружия. Но шпагу Бастилль все-таки спрятал подальше, а граф с тех пор стал лояльнее относиться к такси.