Привет из прошлого

Неожиданность. Это одно из самых необычных явлений в природе. Калейдоскоп событий, выпадающий на судьбы живых существ в абсолютном сумбуре. Одно явление жизни сменяет другое, принося в души людей все оттенки различных чувств. Неожиданность бывает радостной: когда после долгой разлуки встречаешь любимого посреди улицы, когда приобретаешь так горячо желаемую вещь, которую не мог достать уже который год, когда наконец-то достигаешь цели, которая казалось недостижимой. Неожиданность бывает ужасной: когда самого близкого родственника сбивает машина, когда в одночасье теряешь все деньги из-за банкротства банка, когда узнаешь о страшной болезни... Такой же неожиданностью было появление существа с огромными темными крыльями на пороге школы профессора Ксавьера для одаренных детей. Какой неожиданностью это было? Никто не знает. Во всяком случае, тогда никто не знал. Никто и предположить не мог, к чему приведет эта неожиданность. Внешне это существо выглядело как девушка двадцати лет, и лишь черные крылья с всевозможными отливами винно-бордового, угольного и болотного цветов выдавали в ней нечеловеческое происхождение. Чешуя, что была на них, тускло переливалась, а сами крылья были настолько мощными и большими, что создатель самого большого в мире самолета умер бы от зависти, увидев их. Ее лицо обрамляли желтовато-пепельные короткие волосы, но темные корни, которые были видны на затылке и висках, давали понять о природе цвета этих волос. Лицо было под стать волосам: на бледной коже были более чем хорошо заметны все черты: глаза цвета стали с вкраплениями зелени были как будто в рамке черных длинных ресниц, густо накрашенных тушью, скулы были прорисованы до такой степени, что казалось, что о них можно порезаться, а чуть пухлые небольшие губы были накрашены темно-бордовой матовой помадой. Она была одета в темно-серый брючный костюм с белой футболкой под пиджаком, который очень хорошо открывал торчащие ключицы. Хоть девушка и казалась хрупкой и даже анорексично худой, внешне она выглядела сильной и крепкой. Весь этот мрачный образ дополняла элегантная цепь, свисающая с ее тонкой беленькой шейки. Сделав последнее усилия после долгого полета, который лишил ее сил, девушка скрыла свои крылья, которые уменьшились в размере словно высохли. Она была здесь так давно, последний раз это было, казалось, вечность назад. Все так изменилось, ведь всему в этом мире свойственно меняться, будь то в лучшую или в худшую сторону. Да, внешний вид, оболочка этого места стала другой, но то, что находилось внутри, то, что было сердцем этого места, то, что было его настроением, та любовь, забота и чувство защищенности – они не покинули его, не изменились за сорок лет, не изменятся и за тысячу. Девушка знала, что ее примут и примут хорошо, но что-то останавливало ее от стука в дверь. Да, это был страх. Она боялась. Она боялась увидеть того, кого любила всем сердцем, кого благодарила за помощь, того, кто помог ей принять ее мутацию. Она пронесла чувство настоящего уважения и благоговения перед ее «первым учителем» через сорок лет, но боялась, сама не зная, почему. Наконец она постучала. Через несколько минут за дверью послышались гулкие шаги, дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина лет тридцати: он был мускулистым, даже чересчур для такого человека, как она; во рту его была зажата сигара. - Могу я чем-нибудь помочь? - Мне нужен Профессор Ксавьер, - голос девушки был настолько хриплым, что ей показалось, что это вовсе не ее речь, а кашель. Мужчина только собирался открыть рот, чтобы возразить ей, но другой, твердый, но в то же время бархатистый голос, очевидно, принадлежавший человеку, который прожил много лет и прожил их не зря, перебил его. - Пусть войдет. Логан, сколько раз я просил тебя не курить в доме? – мужчина в инвалидном кресле укоризненно посмотрел на Росомаху. Девушка поспешно вошла в холл. Ее взгляд остановился на Профессоре. Несколько минут она не могла сказать ни слова, настолько чувства обуяли ее. Наконец она справилась с этим, и, посмотрев Чарльзу прямо в глаза, произнесла: - Нам нужна Ваша помощь. Пожалуйста. - Я даже не думал, что она настолько боится старости, - после некоторой паузы произнес Ксавьер, - Идем в библиотеку, и мы обсудим то, с чем ты пришла к нам. Если сказать, что в библиотеке было мрачно, то можно считать, что о настроении этого помещения не сказано ничего. Библиотека располагалась в просторном зале с высоким потолком, на котором висела элегантная люстра золотисто-кремового цвета с хрустальными цепями, что свисали с нее. Лампы в ней были не сильными и светили немного слабовато, но, тем не менее, достаточно хорошо для чтения. Пол был выложен добротным дубовым паркетом темно-каштанового цвета; наступая на него, можно было услышать приятный уху тихий скрип, больше похожий на жужжание шмеля или и нежный девичий голос. Посреди зала стояли небольшие письменные столы и стулья, спинки которых были обиты зеленым мягким сукном, пахнущим корицей и мятой. Стены, выкрашенные в цвет обожженного на огне, пыльного кирпича, были обставлены массивными стеллажами из кедра. На их полках стояли книги всех времен, народов и жанров. В этой библиотеке чтиво для себя мог найти и отважный любитель фэнтези, фантастики и детективов, и любопытный ценитель энциклопедий, и улыбчивый знаток книг с английским, американским, российским или каким-нибудь другим юмором. Их разнообразие поражало ум: большие и маленькие, толстые и тонкие, старые и новые, смешные и грустные... Лишь в одном все эти книги походили друг на друга: они были до восхищения прекрасными. В библиотеке не было ни одной неинтересной или глупой книги, и если открыть и начать читать любую из них, то уже не сможешь оторваться. Их обложки были выполнены из самых лучших материалов: мягкой бархатистой кожи, шелковистой парчи или плотного лакированного картона. Темные насыщенные цвета обложек в сочетании с золотистой фольгой тиснения приятно успокаивали глаз, давая читателю возможность предвкушать погружение в другие миры и необычные сюжеты. Плотные страницы книг приятно пахли каким-то совершенно необычным, неповторимым ароматом, состоящим из смеси яркого запаха типографской краски, легкого дуновения свежего воздуха и чего-то еще, невообразимого, неосязаемого, но красивого и даже превосходного. За Ксавьером и девушкой с необычными крыльями в библиотеку вошли Логан, Циклоп, Зверь и Шторм. Четверо последних настороженно переглянулись. − Профессор, кто это? – первой подала голос Шторм. − Я думаю, что мы можем постоять, − игнорируя вопрос мутанта, сказал Ксавьер. – Логан, закрой дверь, − с глухим стуком дверь захлопнулась. – А теперь расскажи всем им, зачем ты сюда пришла. Они еще ничего не знают. В отличие от меня. - Меня зовут Этел Бёрнс, и я мутант, как все вы. Сейчас в моей жизни настала череда ужасных проблем. Все дело в Магнето, - начала девушка, присаживаясь на диван, что стоял между двумя книжными стеллажами, - нас пятеро, мы прекрасно знаем друг друга и прожили вместе более сорока лет. Когда-то мы жили здесь точно так же, как здесь живете вы, мы считали себя отличной командой, мы учились, работали над собой, ссорились, мирились, и жизнь текла своим чередом. Это продолжалось три года, мы пытались все изменить, но Профессор все равно не мог перенести своей потери, и мы это понимали, поэтому и ушли… - Этел тяжело вздохнула, - Все было прекрасно, никто не знал о нас, мы работали, развлекались, встречались с новыми людьми, влюблялись, расставались, были обычными, одним словом, если не считать того, что мы не старели, словно остановились во времени. Своей молодостью все мы обязаны Рине. Она боится смерти, она боится старости, даже не своей, а ее близких. Этот страх передался нам. Каждый год она делает подарок всем тем, кого считает своей семьей – омолаживает. В этом заключается ее мутация – сомоисцеление и исцеление других посредством передачи ее энергии через прикосновения. Не трудно омолодить человека на год, регенерация внутренних тканей должна быть совершенно незначительна. Не трудно и на пять лет. Все случилось четыре месяца назад, когда пришел он. Он без затруднения вошел в дом, разворотив металлический замок, он без труда вошел в ее комнату, он говорил с ней, объяснял, что так будет лучше для всех, что его смерть, смерть великого Магнето, похоронит шансы на торжество расы мутантов над людьми, что без его помощи нас не станет. Ему была нужна его молодость, он просил ее помочь добровольно, но она отказалась. Мы все знали, что он вернется, такие как он не отступают просто так, такие как он держатся за свою цель из последних сил. И все, что мы решили – бежать. Бежать как можно дальше, бежать туда, где нет смысла искать. Аляска. Не знаю почему, так получилось. Четыре месяца прошли в страхе и опасении, но как только страх стал отступать – она исчезла. Ее не было нигде. Пять дней назад это случилось. Первое, что пришло нам в голову – это Вы, Профессор, - она посмотрела на своего учителя и в глазах ее была надежда. – Мои друзья будут здесь только послезавтра, я решила лететь вперед, моя мутация заключается, в числе прочего, в отращивании крыльев, схожих с драконьими, - она немного расправила крылья, ровно настолько, насколько ей позволял диван; голос ее стал звучать тише, она оглядела всех своих слушателей и добавила, - пожалуйста, помогите, - Этел закрыла лицо руками. В воздухе повисла звенящая тишина, и мутанты, пытаясь усвоить рассказ девушки, не высказывали своих мнений. Молчание прервал Скотт Саммерс: - Я просто хочу тебя предупредить, что нам не всегда удавалось находить убежища Магнето. Сама понимаешь - он очень искусно прячется от нас, - Скотт с досадой развел руками. - Господи, Саммерс, неужели ты думаешь, что у Магнето где-то в закромах завалялся второй точно такой же шлем?! - с видимым раздражением спросил Логан и закатил глаза, - Мы знаем, что мы ищем. На этот раз у нас все шансы. - А ты, мистер Умник, случаем, не подумал о том, что девушка, которую мы ищем, может оказаться без сознания? - между двумя собеседниками раскалялся воздух, и казалось, что скоро из их глаз начнут сыпаться искры, хотя Циклоп вполне готов был воплотит эту метафору в жизнь. - Перестаньте оба! - Шторм осуждающе посмотрела сначала на одного, затем перевела взгляд на другого мутанта, после чего оба замолчали. - Спасибо, Орора, - Чарльз выехал на середину залы, - Вы должны знать, - продолжал телепат, - что то, что произошло и, вероятно, происходит сейчас - очень серьезно. Омоложение Магнето приведет мир к новым войнам. Мы должны сделать все от нас зависящее, чтобы предотвратить это. - Тогда я зря здесь стою, - небрежно кинул Росомаха, - Магнето за версту чует мой адамантиевый скелет. Я как маячок, указывающий на приближение всей команды. - То есть, если бы тебя не позвали, что-то бы изменилось? - усмехнулся МакКой, - Как будто ты бы не нашел способа участвовать в операции, и мы бы не обнаружили тебя в середине полета на борту Х-джета? - Да, ладно, ты прав. Удачных поисков, Чарльз, а мне еще нужно уладить пару дел, - и Логан, закуривая очередную сигару, вышел из библиотеки. Его примеру последовали остальные. - Шторм! - профессор окликнул мутанта в последнюю минуту, - проводи Этел в свободную комнату. - Конечно, Чарльз. Пойдем со мной, дорогая, - и прислонив руку к плечу Бёрнс, Шторм вывела ее из библиотеки. − Я не думаю, что это будет удобно, у вас здесь своя жизнь, и я не хотела бы мешать, − начала отпираться Бёрнс, когда они вышли. Шторм остановилась. − Послушай, − Повелительница Погоды остановилась и повернулась к Этел. – Ты в опасности. И даже не думай спорить со мной. Тебе нельзя быть одной, как бы тебе этого ни хотелось. Останься тут, пока мы не найдем твою подругу, иначе может быть хуже. – Шторм взяла Этел за руку и улыбнулась. – Здесь живут только такие же, как и ты, так чего тебе бояться! Ты же уже училась тут, ты хорошо знаешь Профессора. Я понимаю, что нам, мутантам, очень тяжело живется, но здесь все такие, здесь все понимают друг друга. В Школе тебя никто не обидит, как никто в свое время не обидел всех нас. Так что можешь быть уверена, что здесь тебе будет только лучше. − Спасибо тебе, Орора. Ты хорошая, - сказала девушка и слегка приподняла уголки губ. − Зови меня Шторм. А теперь пойдем в твою комнату, тебе нужен отдых. − Хорошо, Шторм. Пройдя по коридору, они подошли к красивой деревянной двери. Слегка толкнув ее, они смогли открыть ее и пройти вовнутрь большой комнаты. − Ну вот, располагайся. Не буду тебе мешать. Отдыхай и зови, если что, − сказала Шторм и удалилась. Этел осталась одна. Она осмотрелась. Девушка стояла в просторной комнате. Перед ее лицом было большое окно в каштаново-медовой деревянной раме, завешенное светло-кремовыми шторами. Под ним располагался небольшой письменный стол, на котором одиноко стояла лампа. Ее плафон был сделан из матового стекла, как будто мягкого на ощупь, а ножка лампы была выполнена из золотистого металла и виделась настолько изящной и нежно изогнутой, что ее место было во дворце IXX века. Рядом со столом стоял стул, который был точь-в-точь как те, что располагались в библиотеке. Справа от стола, там, где заканчивалось окно, стояла высокая двуспальная кровать. Ее покрывало казалось сделанным из самого дорогого и красивого шелка, что вообще был на Земле – настолько оно блестело оттенками винного и бордового цветов. Спинка кровати была ровно того же цвета, что и рама, и лишь небольшие нарисованные тени, заменяющие резьбу, говорили о том, что эти две вещи – работы разных мастеров. Слева о слота стоял большой шкаф нежно-орехового цвета с позолоченными ручками, по форме напоминающими букву «С». Обои темно-малинового матового оттенка отлично дополняли изысканный образ комнаты, а в сочетании со светло-ореховым паркетом играли как-то загадочно и мрачновато. Потолок сливочного цвета был украшен небольшими встроенными в него лампочками, что освещали комнату равномерно и очень хорошо. − А тут уютненько, − самой себе сказала Этел, бросила на пол свою небольшую дорожную сумку и прилегла на кровать. Перед ее закрывшимися глазами начали мелькать картины сегодняшнего дня: Профессор, Шторм, Логан, остальные мутанты, имена которых она так и не запомнила, ее комната, школа... Потом она вспомнила Магнето. И Рину. Девушка открыла глаза и нахмурилась. Ей надо спать, а тут сантименты! Этел попыталась снова закрыть глаза, но это мало помогло: образ ее подруги никак не шел из ее головы...

***

Яркие лучи дневного солнца дерзко прыгали по лицу бледнокожей блондинки, заставляя мышцы ее лица немного подергиваться. Она открыла глаза. «Который час?» − проплыло у нее в голове. Она посмотрела на часы, что стояли на ее столе. Странно, почему-то вчера она их не заметила. − О ужас! Как долго я спала! – закричала Этел, вскакивая с кровати. Она быстро достала из своей сумки бутылочку с водой, сделала пару глотков, бросила пластмассовую тару на кровать и выбежала из комнаты. − Ой! – с коротким восклицанием девушка упала на пол. − Надо быть осторожнее, − спокойным тоном произнес Чарльз, сверху вниз смотря на врезавшуюся в него Этел. − Извините, пожалуйста! – подскочила она с пола. Профессор же молчал. − Они уже улетели, − наконец сказал он после затянувшейся паузы. − Кто «они»? Как? Куда? – тут же на него обрушилась гора вопросов. − Шторм, Циклоп, Зверь и Логан. После того, как ты ушла спать, я пошел в «Церебро» на поиски Рины. Я очень долго пытался выяснить, где же она находится, но абсолютно все было безрезультатно. Уже отчаявшись, я уловил небольшой странный сигнал, исходящий из подземного сооружения, очевидно, бункера, что находится в пустыне. Этот сигнал исходил от Магнето. Как только ребята узнали это, они тот час же отправились в путь. − Что?! А почему вы меня не разбудили? Когда они улетели? Где этот бункер? – девушка явно нервничала. − Ты нуждалась в отдыхе. А ребята улетели всего десять минут назад. Вот, держи, − Чарльз протянул девушке листочек с какими-то цифрами. – Это координаты бункера. Именно там находится твоя подруга. Дрожащими руками девушка взяла записку и внимательно всмотрелась в нее. − Не волнуйся. С ней все будет хорошо, − улыбнулся Чарльз.

***

− О боже мой, какая же тут жара! – воскликнул Росомаха, когда вся команда вышла из самолета. И правда, сказать, что в пустыне было жарко – не сказать ничего. Тем более, с непривычки это пекло казалось просто адским. В самолете было прохладно и очень приятно, а когда попадаешь из прохлады в жару, то кажется, будто кожу пронизывают раскаленные металлические иглы. − А ты как хотел? Это же пустыня, − вполне резонно заметила Шторм. – Но жару можно исправить. Ее глаза побелели, и над мутантами стало скапливаться нешуточных размеров грозовое облако. Не прошло и минуты, как на них обрушился сильнейший ливень. Именно в такие моменты наблюдаешь явление, которое называется «ожившая природа»: из всех щелей повылезали всеразличные ящерицы, змеи и прочие обитатели сего жуткого места. Дюны будто стали живыми: из-за миниатюрных потоков воды песок начал двигаться, и создавалось ощущение, что это не просто пустыня, а искусная ее механическая подделка. − Шторм, да ты настоящая волшебница! – искренне обрадовался Циклоп. – Вот только знать бы, куда нам идти... − Туда, − сказал Зверь, указав рукой на глыбу песка, немного непохожую на все остальные. – Очевидно, там что-то есть. Все дружно ринулись в указанном направлении. Освеженные дождевой водой, которая так стремительно испарялась с их разгоряченных тел, они буквально бежали к своей зацепке. Когда они, наконец, добрались до нужного места, то поняли, что под песком что-то находится. − Разойдитесь! Сейчас начнутся раскопки! – закричала Шторм. Когда все разбежались на достаточное расстояние, она вызвала мощный порыв ветра, который сдул песок в нужном направлении. − Смотрите! – воскликнула Шторм. Из-под песка появилось нечто деревянное, по форме напоминающее крышу дома. По центру был виден кусочек металла, когда все подошли на «крышу» и даже зашли на нее, они увидели, что металлическим куском оказалась решетка вентиляции. Зверь молча подошел к ней и открыл вентиляционный проход лишь одним быстрым движением своей сильной руки.

***

Мутанты продвигались по вентиляции, стараясь делать это как можно тише, как вдруг Логан, который полз во главе команды, со скрежетом разрезаемого метала, покинул воздуховодные пути. Остальные мутанты сразу же кинулись на помощь своему другу, но не успев опомниться, обнаружили себя в объятьях металических прутьев. Магнето стоял спиной к своим пленникам, видно было, что его ни капли не заботил тот факт, что его убежище нашли и пытались напасть. Эрик неподвижно стоял с минуту, очевидно ожидая того, что его "пленники" оправятся и заведут с ним диалог. Реплик так и не последовало. - Это не вежливо - вот так врываться в дом, тем более, когда вас пригласили, - начал Леншерр, не поворачивая головы к собеседникам. - Честно говоря, я ожидал, что вас будет больше… Логан слушал голос мутанта и не мог понять чей он. Да, это был безусловно знакомый ему голос, но уж точно не голос того старого и видавшего виды Магнето, это был голос из прошлого, стойкий и крепкий, способный повеливать и подчинять, способный вселять страх в сердца людей и уважение в сердца мутантов, но в то же время молодой и чистый. Это был голос Эрика Леншерра. Того самого Эрика, с которым был знаком Логан в далеком прошлом, когда еще существовало мрачное будущее. Сердце Росомахи тяжело бухнуло от этого голоса, и надежда на то, что сил Рины не хватило на его омоложение, растворилась в тяжелом воздухе, сделав его еще тяжелее. - Надеюсь, в глубине души каждый из вас понимает, что то, что случилось - просто необходимо! Иначе Чарльз доведет все до того, что позволит люлям убивать нас. Мутантам нужен лидер, который поможет им выжить. - Ты ничтожен! - в нападке ярости выкрикнула Шторм, - Ты больной психопат! Смирись уже с мыслью о том, что люди перестали нас ненавидить! - Перестали ненавидить? - с усмешкой переспросил Эрик, - Серьезно? Это Чарльз вам сказал? - казалось, что Леншерр сейчас разразиться смехом, - Для них мир никогда не будет вариантом. Закончив свою речь, Эрик обернулся. На голове его не было шлема, и седые пряди волос не выбивались из-под него. Не было и морщин на лице, почти скрывавших его серые, выцветшие от времени глаза, не было той насмешливой улыбки тонких, бледно-розовых губ. Это был молодой, здоровый человек, излучавший силу, энергию и власть, и лишь немногим напоминал того старика, против которого команда боролась столько лет. - Это великий дар, не правда ли? - обратился он к своим слушателям, добавляя в голос пафоса, - Пришлось, правда, ввести в дело телепата. Девчонка попалась упрямая. Она была под властью другого ума, поэтому Чарльз не смог ее найти, но нужно же было как-то дать вам знать, где я нахожусь. - Эрик кивнул на шлем, который лежал на возвышении. - Ты не в праве решать, как распоряжаться ее даром! - не выдержал Скотт, - Где она?! - Она в порядке, но без сознания. Девушка потратила не мало сил на меня. - Отдай нам ее по хорошему, и мы уйдем, - тоном поверженного попросил Хэнк. - Конечно! Иначе, зачем бы я звал вас? - Магнето взмахнул рукой, и створки огромных металлических дверей разьехались. За ними оказалась комната, освещенная приглушенным светом, в которой стояла одна лишь кровать. На этой кровати и лежала Рина Райан, темноволосая девушка с побледневшей кожей, измученным лицом и исхудавшим телом. В следующее мгновение Магнето освободил своих пленников из железных оков, мотнув головой в сторону девушки, со словами: "Забирайте!" Пока мутанты пытались привести Рину в чувства, Магнето и след простыл, и когда Логан спохватился о нем, помолодевшего мужчины уже нигде не было. − Эй, Рина! Рина! очнись! – причитала Шторм, похлопывая девушку по щекам. Надо сказать, что девушка была весьма недурна: лицо ее было чуть смуглым, но в то же время очень бледным; закрытые глаза были ярко очерчены густыми черными ресницами; темные волосы были очень мягкими и блестящими; на лице красовались небольшие черные очки, оправа которых была очень изящной. − Кто вы? – в искреннем недоумении прошептала Рина, немного придя в себя. − Слава богу, она вернулась в сознание! Не переживай, скоро ты будешь в безопасности, − заверила девушку Шторм. – Несите ее в самолет! Быстро! Весь полет Рина то приходила в себя, то отключалась; то бредила, то спрашивала, куда они летят; то звала на помощь, то говорила, что с ней все в порядке. Словом, девушка была в ужасном состоянии. Рядом ней сидела Шторм и успокаивающе гладила ее по голове, а взволнованный Скотт то и дело пытался дать спасенной немного воды. Когда BlackBird приземлился в предназначенное ему помещение под школой, Рина заснула крепким сном. Девушку решили не беспокоить, поэтому Логан отнес ее в просторную комнату и уложил на кровать. В эту же минуту, словно из-под земли, перед Росомахой возникла хрупкая Этел. Она взглянула на Логана своими большими глазами, говорящими куда больше, чем она могла бы выразить словами. Хоулетт вздознул и, непророня ни слова, отошел от двери, дав дорогу Бёрнс.

***

Рина лежала на кровати и крепко спала, в то время как Этел сидела подле нее, почти не дыша, чтобы не разбудить подругу. Лмцо последней было оживлено улыбкой неподдельной радости за свою подругу, ей не было никакого дела до того, что Магнето снова молод и силен, главным для нее оставалось то, что Райан жива, а до остального ей не было никакого дела. Из раздумий девушку вывел звук ревущего мотора. "Приехали" - мелькнуло в голове у девушки, и она пулей выбежала с парадного входа, где уже был профессор, встречать своих друзей. Черный семейный автомобиль остановился у раскрывающихся ворот. Вскоре из него начали выходить люди. Первой, кто вышла из машины, была рыжеволосая девушка с, казалось, светящимся от улыбки лицом. Волосы ее беспорядочно выглядывали из-под маленькой черной шляпы, и были разбросаны по всему лицу, закрывая серо-голубые глаза. Выйдя из машины, запутываясь в своем огромном вязаном цветастом шарфе и издав пронзительный крик, бросилась к Чарльзу, пытаясь обнять его. - Профессор! - вскрикнула она своим детским голосом, - Вы… вы!.. Я так рада вас видеть! - и она обняла Ксавьера. И обняла. И обняла… - Деб, не мучай профессора! - послышался грубый голос с водительского сидения. Перед все прибывавшими мутантами, желающих увидеть новых гостей, возник высокий широкоплечий мужчина с аккуратной бородой. Он так же подошел к Чарльзу и холодно пожал ему руку, в то время как в глазах его читалась теплота и мягкость. Последним, кто остался стоять у машины, не отходя от нее, был низкий тощий парень с непослушными волосами и неестественно яркими синими глазами. "Можешь не смущаться, Шон. Здесь все свои" - прозвучало у него в голове, отчего парень дернулся, но, улыбнувшись, поприветствовал профессора теплым объятием. У всех на душе вдруг стало тепло и приятно. После тихого ужина учителя школы Ксавьера проводили новоприбывших в свои комнаты, где каждый из них, окруженный мыслями, воспоминаниями и чувством защищенности, погрузились в сон.