о перепадах настроения и "вместе"

*не бечено* IAMX – Quiet The Mind Хакен долго ждал такой возможности и все же смог реализовать свою глупую идею. Всего лишь поездка с любимым человеком на море с ночевкой. Когда только вдвоем, палатка, и вокруг разве что звери да птицы. Сложно было состыковать время, когда оба свободны, еще сложнее – найти такое место, куда бы они могли поехать, чтобы людей поменьше. Но все же получилось, и Хакен этому рад. Он был по-детски искренне рад, когда они вдвоем только добрались до запланированного места. Казалось, слишком глупо и совершенно не соответственно своему возрасту он улыбался и только мешал Воншику устанавливать палатку. Младший привык уже к выходкам любимого хена, и только старался ничего не выронить из рук, когда вокруг сновало такое вот. Они рассчитывали время на дорогу так, чтобы можно было без спешки поставить палатку и подготовиться ко сну, перед тем, как сходить искупаться, пока солнце не село. Чтобы потом можно было бы вдвоем очень романтично посмотреть на закат и не спать глупо до рассвета, ведь поток болтовни Хакена не иссякаем… Но всегда есть место случаю, поэтому Воншик слишком отвлекается на старшего, что-то делает не так, и установка палатки затягивается совсем. О том, что солнце почти село, они понимают только по потемневшему небу, потому что ночевать на пляже было бы «не весело» со слов Хакена, а из-за деревьев и общего веселья было не заметно. Ча обижается и по-детски дуется на Воншика, ибо «это ты виноват». Ким не понимает, хотя скорее делает вид, что не понимает. Они слишком долго вместе, чтобы что-то «не понимать». Хакен, провожающий взглядом последние лучи заходящего солнца, похож на романтичную девочку, хотя до девочки ему ох как не близко. Воншик только ругает себя за то, что костер придется разводить в почти полной темноте, благо хоть луна на небе полная. Старший умудряется мешать даже при разведении костра. В этот момент он слишком напоминает домашнюю кошку, которая ждала хозяев весь день, а ночью не дает покоя. Но Воншик уже вроде бы привык даже к такому немужественному поведению любимого человека. Когда все готово, и даже вроде есть еда, Хакен все же успокаивается и тихо садится возле костра. Ему тепло, потому что рядом есть огонь и самый важный в его жизни человек, но стоит немного отойти от костра, и сразу станет холодно. Ча боится не уловить тонкую грань между маленьким теплом и окружающим холодом, поэтому и не скачет больше. Воншик заканчивает обжаривать рисовый хлеб и с таким трудом найденные в магазине сосиски над пламенем и протягивает старшему. У Хакена непонимание в глазах, потому что он успел за время неподвижного сидения уплыть мыслями туда, вслед закатному солнцу. Они молча ужинают, хотя уже и слишком поздно, чтобы называть трапезу ужином. Ча кукольно-пустым взглядом смотрит куда-то выше огня, а младший боится тревожить его в таком состоянии. Потому что знает, потому что помнит о том, что у любимого хена бывают такие моменты, которые можно только переждать. -Воншик-а, - старший тянет имя тихо-тихо, и разрушает этим неуютно-уютную тишину вокруг костра. Ким ждет, что Хакен продолжит говорить, но тот замолкает. Лишь повернутая в его сторону голова напоминает о том, что кто-то говорил. Старший весь как сжавшийся, будто тот внешний холод пробрался слишком близко и сковал все тело. Воншик отгоняет все воспоминания о предыдущих таких перепадах настроения Ча и придвигается вплотную в надежде отогреть. -Да, хен? – руки привычно ложатся на талию, Хакен не сопротивляется совершенно, и Воншик прижимает его к себе. Сидя вот так рядом на расстеленном покрывале, они просто молчат, не полностью понимая друг друга, но помогая справляться с какими-то внутренними страхами. Старший молчит долго, и время проходит просто незаметно и как-то мимо. Они вдвоем как вне пространства и времени. Просто вместе и только друг для друга. -Спасибо, Воншик-а, - такой любимый и знакомый голос среди поуютневшей тишины будто пугает. И снова Ча молчит, только с разницей в то, что тоже тянется руками к телу рядом. Киму кажется, что им хорошо вот так, вдали от людей, чужих взглядов и чужого шума. Только друг с другом и друг для друга. -Я честно хотел встретить с тобой рассвет. Но, кажется, я сейчас усну совсем, - так много слов от внезапно неразговорчивого Хакена немного удивляет. – Пойдем спать? А утром искупаемся и домой? Воншик не думая соглашается, ведь делать что-то не так, как хочет старший, бессмысленно и глупо. Они засыпают в объятьях друг друга, и прохладный воздух вокруг становится обще-теплым.