Ну, здравствуй, папочка!

Проснувшись пораньше, что на самом деле было одиннадцатью часами утра, а для меня это несусветная рань, я с трудом оторвала свою тушку от кровати и поползла в направлении ванной комнаты, обдумывая события вчерашнего дня. Немного о поцелуе с Чарли. Это, конечно, был рискованный шаг, но в итоге мне даже понравилось, учитывая еще и то, что от девушек всегда приятно пахнет и губы у них мягкие. Но это, разумеется, не повод записывать себя в сексуальные меньшинства. Некоторые девушки-подростки так и учатся целоваться – при помощи лучшей подруги. Поскольку лучшей подруги у меня не было, но был лучший друг, я, конечно, тоже могла бы пойти подобным путем, однако это было слишком глупо и рискованно. Вы спросите, в чем проявляется глупость и рискованность? В том, что один из нас может увлечься и дружба может перейти в отношения, хотя, бесспорно, дружба отличный фундамент для семьи и всякое такое прочее, но меня это в корне не устраивало. Миша был мне названным братом и все мысли о романтических отношениях с ним смахивали на инцест, который я не особо любила с тех пор, как наткнулась на винцестовый фанфик. Ужасужасужас. Когда ванная наполнилась горячей водой и пышной пеной, я с наслаждением плюхнулась туда, закидывая в ванную принесенных с собой уточек. Это, конечно, были не уточки дяди Сэма, а мои собственные и звали их Пол и Джон в честь Пола МакКартни и Джона Леннона. Предупреждая вопросы – да, я битломанка и этим горжусь, но, черт возьми, как же я мечтаю о том, чтобы у меня был маховик времени, и я могла спасти Джона Леннона от пули. Правда, к этому еще примешивалось желание навестить Фредди Меркьюри и подарить ему коробку средств контрацепции, вытащить из машины пьяного первого солиста AC/DC, отменить роковую поездку группы Metallica, в которой погиб их барабанщик, отобрать дробовик у Курта Кобейна, на ранней стадии подавить болезнь Джорджа Харрисона… Мда, на это все и прочие планы у меня бы просто не хватило жизни, а так хотелось бы спасти этих замечательных людей. И почему же они ушли? - Потому что на небесах слушают только хорошую музыку,- раздался за дверью голос Бальтазара, и до меня дошло, что последний вопрос я произнесла вслух, а Бальтазар еще и мысли читать умел. Очешуеть просто. - Это я уже поняла. Что тебе здесь нужно?- кричать было и не нужно, ангел бы меня и без этого услышал, потому я просто задала этот вопрос спокойным голосом, выполаскивая из волос шампунь с запахом мяты. - Твой отец просил меня поговорить с тобой. По поводу Чарли. - О, Ауле Махал!- пробормотала я, опуская пригоршню пены себе на голову и делая вид, что я Принцесса Радуга, чему помогала радужная мочалочка,- Передай ему, что я на сто процентов гетеро и менять это пока не собираюсь. - Ладно, ладно,- примирительно произнес Бальтазар и, судя по шелесту крыльев за дверью, отправился уведомлять папу. Чудненько. А самому прийти и поговорить никак? Все еще вздыхая по этому поводу и смывая уже под душем гель для душа с запахом лаванды, я искренне надеялась на то, что Дин успокоится от этого объяснения и все будет нормально. По крайней мере, я смогу избежать разговора о сексе и контрацепции, а так же о том, что девушки должны встречаться с парнями и бла-бла-бла. Но стоило мне выйти из ванной, будучи закутанной в одно полотенце, как на кровати материализовался Кас, чьему виду великого мыслителя и просветителя мешало то, что он залился краской и моментально исчез. - Мать моя Трандуил, отец мой Торин,- прошипела я, в спешном порядке вытаскивая из шкафа белье, джинсы и толстовку с надписью «I Love Rammstein». Быстро одевшись и сделав парочку глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, я остановилась посреди комнаты, скрестив руки на груди,- Касатик, вплывай. - Это ты мне?- приоткрыв дверь, в комнату заглянул Кастиил и, увидев, что я уже одета, прошел внутрь, вновь принимая вид ученого мужа и типичного зануды,- Дин просил меня поговорить с тобой. - О том, что я вчера целовалась с Чарли?- и, стоило мне дождаться утвердительного кивка, как я, если честно, сорвалась,- Я не понимаю, почему если я просто училась целоваться, причем с девушкой, что отца вроде должно радовать – не с парнем же, то я тут же должна становиться абсолютной лесбиянкой и стремиться к тому, чтобы сбежать с Чарли в Вегас и там пожениться?! Я. Не. Собираюсь. Этого. Делать! Понятно? Кас, напуганный моим «взрывом», только молчал и кивал, внимая истеричным высказываниям авторства Розмари Тейлор Винчестер. Разумеется, сейчас последует вопрос, а по какому, собственно говоря, поводу истерика? Да по тому, что всего слишком много и я уже устала копить все это в себе. У меня, впервые за шестнадцать лет, появился отец и родственники с его стороны, это раз. Два – отец, дядя и их друзья – персонажи из книг «Сверхъестественное», а значит, что демоны, ангелы, призраки, ругару, вендиго и прочие монстры существуют! Три – Аббадон, Рыцарь Ада, тоже существует и теперь отец и дядя приманка для того, чтобы заманить ее в ловушку и убить. Четыре – я опасаюсь возвращаться в школу из-за того, что там могут быть демоны и из-за того, что там, блин, Элиза Кингстон, которой я нравлюсь. Пять – из-за неудачной шутки Гавриила, а так же из-за того, что мне захотелось постебаться над дядей и научиться сносно целоваться, отец думает, что я теперь исключительно по девочкам. Агхр! Как же это бесит! Со злости стукнув по стене кулаком, я вдруг услышала жалобный треск костей и тут же заскулила, прижимая поврежденную руку к груди. Истерика вроде бы сошла на нет, но тут же в глазах стали скапливаться чертовы слезы, которые я, увы, удержать не смогла. - Тсс, успокойся Роза,- отмерев, Кастиил подошел ближе и коснулся моей руки, откуда тотчас пропала боль, и до меня дошло, что он меня только что исцелил. Однако, успокоиться по-прежнему не получалось, равно как и остановить слезы, из-за чего ангел, закатив, наверное, глаза, отвел меня к кровати, усадил на нее, опускаясь рядом, и приобнял меня за плечи, мерно покачивая из стороны в сторону. Я же, все еще себя не контролируя, обняла Каса, продолжая поливать слезами уже его рубашку, но у него, видимо, были еще средства в арсенале для успокоения истеричных дурочек. Почувствовав, что ангел начал мягко поглаживать меня по волосам, напевая себе под нос медленную и тихую песню, которая волшебным образом меня успокаивала, я, окутанная уже знакомым запахом дождя и меда, к которому примешалась мята, прекратила всхлипывать и постепенно затихла, все еще обнимая Кастиила и вслушиваясь в его голос. Кажется, мне нужен карманный Кас для того, чтобы в подобных случаях успокаиваться. - Спасибо,- пробормотала я, продолжая обнимать ангела, от чего становилось уютно и спокойно. - Все в порядке, людям это свойственно,- отечески поцеловав меня в макушку, Кастиил вздохнул и исчез, но оставил после себя спокойствие и умиротворенность на моей душе, а на покрывале – черное перо, которое я некоторое время задумчиво вертела в пальцах, а после спрятала в потайной отдел рюкзака. И, надо сказать, вовремя, потому что сегодня, судя по всему, был день визитов – все, кому не лень, заходили ко мне с целью поговорить, а те, кому было лень, отправляли вместо себя неленивых. Но тут я просчиталась, поскольку в комнату проскользнул Миша с пакетом из ближайшего супермаркета и коварной улыбочкой на лице. - Приветствую,- изобразив фирменный жест Спока из Стар Трека, Коллинз закрыл за собой дверь и обнял меня, видимо, соскучившись, равно как и я – раньше мы почти каждую секунду были вместе, а сейчас не виделись часами. - И тебе доброго утра, дитя аиста и капусты,- ухмыльнувшись, я все же прекратила обнимашки и утянула за собой на кровать Мишу и пакет,- Рассказывай, какой гениальный и коварный план ты задумал? - О, дщерь моя, мой план по гениальности своей сравнится только с разумом Шерлока Холмса, проводником которого является Джон Ватсон,- поняв намек, я тут же изобразила лицо Джона в исполнении Мартина Фримена и открыла ноутбук, лежащий на прикроватной тумбочке, делая вид, что я веду блог. - Шерлок,- старательно копируя голос мистера Ватсона, сказала я, тыкая на кнопочки клавиатуры,- Что же ты придумал на сей раз? - Джон, все очень просто,- тем временем Миша сделал вид, что я должна все понимать и попытался загадочно пошевелить скулами, что у него не очень получилось, но Коллинз и не огорчился,- У меня есть бутылка колы и пачка чудесных жевательных конфет под названием «Ментос». Сегодня здесь Бальтазар, а для него и твоего отца мы так и не придумали подходящей каверзы. Что ты предлагаешь? - Хм. Дай мне минутку,- все же вчерашний вечер с Чарли не прошел даром – она научила меня взламывать камеры, расположенные в основных помещениях бункера, за исключением ванных и жилых комнат. После ввода пароля на экране высветились несколько окошек с изображениями различных комнат, что было весьма кстати,- Итак. Отец сидит перед телевизором в малой гостиной. С ним две бутылки пива, так что он или ждет кого-то, или завис там надолго. Вероятнее всего второй вариант, поскольку дядя Сэм сейчас… да, в тире. Знаешь в чем еще плюс, Шерлок? В той части бункера, где находится малая гостиная, ангелы не могут перемещаться при помощи крыльев. Смекаешь? - Разумеется, Джон. Итак, нужно выманить твоего отца на десять минут из гостиной. Я тем временем установлю под диваном открытую бутылку колы. При помощи нити закреплю над ней полоску бумаги с приклеенным ментосом, правда, там понадобится крючок, но клей у нас есть. К крючку проведем леску, закрепим ее у входа, как растяжку и готово. Бальтазар заходит в комнату, зацепляет леску, конфеты падают в колу. Красота. - Но одной бутылки ведь будет недостаточно,- я покосилась на объемный пакет, все еще не решившись заглянуть туда. - Разумеется, потому я купил четыре литровые бутылки колы и две пачки ментоса. Эх, столько хорошего продукта пропадает… - Ничего, главное, чтобы все получилось. - Клянусь, что замышляю только шалость,- азартно поблескивая глазами, заявил Миша, приготовляя руку для жеста под названием «дай пять». - Клянусь, что замышляю только шалость,- ответила я и наши ладони встретились с громким хлопком от чего мы рассмеялись, тут же приняв вид мародеров – Сохатого и Бродяги, причем Сохатым была я, поскольку зрение у меня было не особо хорошим и я планировала заказать очки, причем круглые очки, как у Джона Леннона, а Миша был Бродягой из-за темных, почти черных волос и синих глаз. Ну, еще он был красивым, но на это полагалось обращать внимание тем девушкам, которым он нравился.

***

- Пап, можно с тобой поговорить?- я нарисовалась на пороге малой гостиной, у которой, к счастью, было два входа, и, дождавшись кивка, продолжила,- Пойдем на кухню? - Хорошо, пойдем,- удивленно ответил Дин, но с дивана поднялся, и мы вместе отправились в обитель Кроули, которую он на некоторое время покинул – решил, наверное, закупить продукты. - Ты отправлял ко мне Бальтазара и Каса, чтобы поговорить о Чарли,- начала я разговор, садясь на край стола и скрещивая руки на груди,- Так вот, ты же знаешь, как многие девчонки учатся целоваться?- тут снова последовал кивок и мимолетная усмешка,- Поскольку у меня лучшей подруги нет, то и учиться не с кем. Есть, разумеется, Миша, но он мне как брат, а свои мысли об инцесте я уже озвучивала, и повторяться не собираюсь. Других кандидатур, кроме нашего замечательного хакера, не было, к тому же Чарли довольно близка мне по духу, ведь увлечения у нас схожие. Так что ничего ужасного в этом не было, я гетеро и изменять ориентацию не собираюсь, так что будь спокоен. - Хорошо, я понял тебя. Прости,- отец подошел ближе и обнял меня, на что я ответила, и мы простояли так минуты две, и это было замечательно. Поскольку папа стоял спиной к выходу, я увидела Мишу, показывающего мне два больших пальца и, вздохнув, разжала руки,- Кажется, твое шоу продолжается, пойдешь смотреть? - Естественно, а ты? - Позже, я даже не позавтракала,- улыбнувшись, я направилась к холодильнику, откуда достала йогурт и немного уже вымытой клубники, что и составило мой завтрак. Отец потрепал меня по волосам и направился обратно в малую гостиную, где, сев на диван, снова начал смотреть передачу, где рассказывалось про автомобили фирмы Шевроле. Теперь оставалось уповать на Мишу, который нашу затею не подвел. Не знаю, что он сделал с Бальтазаром, но тот с довольным и бодрым видом направлялся в сторону гостиной по коридору, когда Коллинз устроился рядом со мной и стянул с тарелки клубнику, которую тут же съел, довольно облизываясь. Раз. Шаги Бальтазара уже в нескольких метрах от лески. Два. Мы уже видим улыбающегося ангела. Три. Он задевает ногой леску, вибрация идет по ней, срабатывает механизм, и нити с опустившихся крючков соскальзывают. Бумажные полоски с ментосом погружаются в бутылки с колой, и начинается представление. - БАЛЬТАЗАР!!!- гневный вопль отца, свалившегося с опрокинутого дивана, который он сам и уронил, увидев, как из-под мебели ползет жутковатая коричневая пена, слышен был повсюду и мы, сдавленно хихикая, проскальзываем мимо разбирающихся мужчин и уносимся в комнату Миши, где устало валимся на кровать и уже хохочем в голос. - Шалость удалась! Нокс!- восклицаем хором и снова смеемся, чуть ли не рыдая от того, что только что увидели. - Ну что, Ватсон, продолжаем операцию «Свали из бункера в магазин?»- отсмеявшись, спрашивает Миша, и я киваю, все еще не в силах остановить хохот. Фух, давно мы так не веселились.

***

Когда Миша появляется из примерочной в костюме a la «teddy-boy» прямиком из 50-60-х годов двадцатого века, я снова начинаю смеяться, но когда он, взяв в руки щетку для волос, поет «Love Me Doo» хохочет уже весь магазин, а Коллинзу приятно такое внимание. Он старательно изображает то Джона Леннона, то Пита Беста, который во время первых гастролей в Гамбурге был барабанщиком в группе The Beatles, изредка преображался в Стюарта Сатклифа, знающего мало аккордов на бас-гитаре и играющего исключительно спиной или вполоборота к зрителям. Ходить по магазинам с Мишей было сплошным удовольствием. Ни он, ни я «шопоголиками» не были, но каждый месяц получали от родителей деньги на приобретение необходимых вещей и вместе шли по магазинам, выбирая вещи. Самым забавным было то, что нас принимали то за пару, то за брата и сестру, когда я замазывала тональником веснушки и надевала голубые линзы. Это было весело. Особенно то, что мы выбирали одежду не себе, а друг другу, постоянно дурачась и смеясь. Помнится, один раз Коллинз отыскал забавные ярко-зеленые носки в мелкую змейку и мы окрестили их «Слизеринскими носками», а когда нашлись еще и красные с кошачьими мордочками, то они стали «Гриффиндорскими». С того времени у меня был один зеленый и один красный носок, как и у Миши, что несказанно нас забавляло, особенно тогда, когда мы надевали их в один день. В начальной школе девочки, считающие друг друга лучшими подругами, одевались практически одинаково. Пф. Одинаковой одеждой никого не удивишь, хотя один раз я не удержалась, купила парик и создала на нем «прическу Миши», после чего пришла в нем в школу. Класс смеялся так, что директрисе, проходившей мимо, показалось, что это не классная комната, а конюшня, но, тем не менее, я героически провела весь день в этом парике, еле удерживаясь от смеха и от того, чтобы не снять его, ибо было жарковато. Это было классе в четвертом, и мы были не разлей вода. - Лютик, лютик, это я, подорожник. Как слышно? Прием,- лицо Миши внезапно появилось перед моими глазами, и я вздрогнула, подаваясь назад. - Так и заикой сделать можно. Слышно нормально. Я просто задумалась. Прием,- хм. Какого черта мы говорим так, будто у нас рации? А, не важно, главное, что это забавно. - Когда ты задумываешься, у тебя выражение лица похоже на выражение лица Каса. Прием,- продолжил шутку Коллинз, начиная говорить в кулак,- Лютик, есть предложение. Как насчет того, чтобы отправиться за футболками? - О, хоть в чем-то я ангел. Подорожник, идея замечательная, идем. Прием,- продавцы в отделе мужской одежды стали странно на нас посматривать, потому мы ретировались в ряды с футболками, где тут же потеряли друг друга, поскольку каждый искал свою «идеальную футболку». Ни я, ни Миша не могли описать то, как она должна выглядеть, потому что образ этот был весьма расплывчатым. Однако я точно знала, что если увижу свою идеальную футболку, то ни за что ее не упущу. Так, это не то. Это тоже не подходит. Фу, что делает в мужском отделе футболка с Джастином Бибером?! One Direction? Есть парни-дирикшеонеры? Вот это поворот. Хм. Когда же начнутся нормальные футболки уже? О. Абсолютно черная прелесть без принта и прочих украшений. Однозначно беру. Так-с, что тут есть еще? Мать моя Далек, отец мой Освин Освальд! Футболка с ТАРДИС! Тоже беру. Обычно в фильмах в этот момент играет что-то вроде «божественной» музыки, когда сонмы ангелов без слов поют что-то и в центре яркого свечения возникает ОНА. Божественная, идеальная, очешуенная, прекрасная… футболка, естественно. Светло-серая, почему-то женская, но это не так важно и, что сразило меня наповал, пингвин в центре. Обыкновенный пингвинчик, правда, мультяшный немного, но все равно. Уцепившись в идеальную футболку и захватив прочие выбранные, я понеслась на кассу, откуда, расплатившись, исчезла в примерочной. - Теперь я могу с чистой совестью умереть,- пробормотала я, расправляя на себе ИДЕАЛЬНУЮ ФУТБОЛКУ и чуть подгибая ее рукава,- Я видела все самое прекрасное. - А я тебе в этом даже помогу,- раздался за моей спиной женский голос, и я испуганно перевела взгляд на отражение незнакомки, испуганно пискнув. Выглядела женщина превосходно: статная, с выразительными скулами и огненно-рыжими волосами, убранными в высокую прическу, и с пухлыми губами, накрашенными красной помадой. Но все великолепие портили антрацитово-черные демонские глаза и полупрозрачный пакет, в котором виднелись несколько упаковок рыжей краски для волос. Крашеная, значит. - Аббадон?!- кажется, все спокойствие, которым наделил меня Кастиил, мгновенно испарилось, так как вскрик мой был громким и снова истеричным. - Разумеется, милочка. Ах, узнаю эти прекрасные зеленые глаза, точь в точь, как у твоего отца. У него я не сумела их выцарапать, так может получится лишить их тебя?- и, не дожидаясь моей реакции, женщина сгребла меня в охапку и… мы исчезли из примерочной, из магазина, из торгового центра, да и вообще из города, если не из штата. Вот это, как говорит Миша, был тотальный пиздец.

***

Единственное, что я успела уловить, так это то, что помещение, в котором мы оказались, было мрачным, полуподвальным и напоминающим заброшенный завод. «Почему все злодеи выбирают именно такую обстановку?»- мелькнула мысль, и тотчас кто-то ударил меня по голове и я, что вполне закономерно, отключилась, падая на грязный пол. Моя футболочка…!

***

Очнулась я только тогда, когда опять таинственный кто-то изволил плеснуть на меня воды, еще больше испортив мою великолепную футболку. Сволочи. Вот развяжусь и покажу им, где пингвины зимуют. Мало того, что моя прелесть теперь ни на что не похожа, так еще кожа на запястьях стерлась в кровь, поскольку похитившие меня уникумы привязали меня к стулу. Ну, спасибо, что не к кровати, хотя что-то меня в сторону БДСМ потянуло. Надо завязывать с фанфиками. - Очнулась,- довольно проговорил уже знакомый голос и я, морщась, поскольку при падении ударилась лицом об пол, открыла глаза, благодаря чему мне открывался замечательный вид на Аббадон. - А чего ты хотела? Кстати, корни отрасли,- кто, будучи в плену и вообще в незавидном положении, будет хамить Рыцарю Ада и указывать на то, что она на самом деле не рыжая, а какая-то невнятно пегая? Конечно же Розмари Тейлор Винчестер! Кто ж еще-то? - Молчи,- теперь стерва, испортившая мою футболку, а я это до конца своих дней помнить буду, уже была раздражена, видимо, потому, что я тоже заметила несовершенство ее волос. Поделом. - А вот и не буду. Мы живем в свободной демократической стране, где есть такие демократические свободы, как свобода слова, свобода передвижения, так что не затыкай мне рот и развяжи меня. Это насильственное лишение свободы, не помню, каким сроком карается по обыкновенным законам, а вот по законам Винчестеров – это изгнание в Ад или вовсе уничтожение. - Еще хоть слово и я вырву тебе язык,- упс, кажется, я ее разозлила. Что поделаешь, всегда, когда волнуюсь, начинаю много и быстро говорить, причем не просто говорить, а нести полный и беспросветный бред. Ну как Стайлз Стилински из Волчонка, чтобы уж было понятнее. Ну, или как Гвендолин Шеферд. Чтобы как-то скрасить ожидание невесть чего, я принялась мысленно напевать «Any Other Day» группы Bon Jovi, но пришлось прекратить из-за взбешенного взгляда Аббадон. Ну, очешуеть теперь. Меня похитили только для того, чтобы я посидела связанной на стульчике в ИСПОРЧЕННОЙ ИДЕАЛЬНОЙ ФУТБОЛКЕ и при этом не говорила ни слова, пока рыжая стерва, пардон, крашенная рыжая стерва, чего-то или кого-то ожидает. - Нет, серьезно, а зачем ты вообще меня похитила?- я рискнула нарушить молчание, потому что наблюдать за тем, как Рыцарь Ада красит ногти было немного скучновато. Конечно, тут мое больное воображение подкинуло идею, что Аббадон сейчас ответит: «Прост))0)» и это уж точно было бы сумасшествием. - Потому что сюда скоро прибежит твой отец. И попадет в ловушку. Я лично убью его, его брата и твою мать. Ну и твоего дружка тоже, он слишком много знает. И ангелов. Ах, да, совсем забыла, встречать их я буду в твоем теле,- Мерлин, я не думала, что улыбающаяся демоница выглядит настолько жутко. - Э-э-э… А может не надо? У меня как раз месячные начались, неприятно жутко будет, я это гарантирую. А еще у меня сейчас раскалывается голова, и ты это тоже будешь чувствовать. - Месячные? Серьезно?- Аббадон скривилась, и это выглядело похуже, чем ее улыбка,- Ты ломаешь все мои планы. Я эти дни в этом теле с трудом терплю, а тут еще и у тебя… - Ну, это, прости,- скорчив виноватую мордашку, я принялась от нечего делать раскачиваться на стуле,- А можно я стихи почитаю? Там о смерти, тлене и гибели мира. - Ладно. - Одни говорят, мир умрёт в огне, Другие твердят про лёд, Я долго жил, и кажется мне, Огонь скорей подойдёт. Но если бы кто-нибудь мне сказал, Что дважды нас гибель ждёт, Я не удивился бы, Я узнал, что ненависть толще, чем лёд,- стихи Роберта Фроста, быть может, не совсем подходили к обстановке, но я только разогревалась, теперь уже вспоминая зарубежную литературу. - Все это было, было, было, Свершился дней круговорот. Какая ложь, какая сила Тебя, прошедшее, вернет? В час утра, чистый и хрустальный, У стен Московского Кремля, Восторг души первоначальный Вернет ли мне моя земля? Иль в ночь на Пасху, над Невою Под ветром, в стужу, в ледоход - Старуха нищая клюкою Мой труп спокойный шевельнет? Иль на возлюбленной поляне Под шелест осени седой Мне тело в дождевом тумане Расклюет коршун молодой? Иль просто в час тоски беззвездной, В каких-то четырех стенах, С необходимостью железной Усну на белых простынях? И в новой жизни, непохожей, Забуду прежнюю мечту, И буду так же помнить дожей, Как нынче помню Калиту? Но верю – не пройдет бесследно Все, что я страстно так любил, Весь этот трепет жизни бедной, Весь этот непонятный пыл!- теперь настала пора стихов Александра Александровича Блока, которые я учила уже самостоятельно, вне школьной программы, потому как этот стихи его мне настолько нравились, что часть из них я до сих пор знаю наизусть. - Неплохо. Кто написал?- полюбопытствовала Рыцарь Ада, продолжая красить ногти, но я заметила, что пару раз она заинтересованно поглядывала на меня, а один раз, строфы на две, даже замерла, прислушиваясь. - Александр Блок. Родился в 1880 и умер в 1921 году,- ответила я и, не давая Аббадон и слова молвить, продолжила вечер памяти этого замечательного русского поэта,- Ты твердишь, что я холоден, замкнут и сух, Да, таким я и буду с тобой: Не для ласковых слов я выковал дух, Не для дружб я боролся с судьбой. Ты и сам был когда-то мрачней и смелей, По звездам прочитать ты умел, Что грядущие ночи – темней и темней, Что ночам неизвестен предел,- глубоко вдохнув застоявшийся воздух и помолчав пару секунд, я продолжила, чеканя каждое слово, вкладывая в строки частичку души, заковывая в них бурю эмоций и чувств.- Не стучись же напрасно у плотных дверей, Тщетным стоном себя не томи: Ты не встретишь участья у бедных зверей, Называвшихся прежде людьми. Ты – железною маской лицо закрывай, Поклоняясь священным гробам, Охраняя железом до времени рай, Недоступный безумным рабам. Последнюю строфу я дочитывала уже в абсолютной тишине, которую в ту же секунду нарушил чей-то тихий вскрик и яркая вспышка света. Открыла глаза я в довольно противоречивый момент. С одной стороны, я вовремя подняла веки, поскольку увидела, как чей-то кончик сияющего клинка торчит между ребер Аббадон, которая из-за этого светилась огненно-красным светом и, казалось, умирала. А с другой стороны, мне следовало зажмуриться, ибо свет был практически ослепляющим, да и видеть чью-то смерть вовсе не хотелось, но было уже поздно. Вместилище Рыцаря Ада соскользнуло с клинка архангела и рухнуло на пол, а мне лишь хватило ума пробормотать,- Вот она, убийственная сила поэзии. Дальнейшее я помню плохо, а если быть честной, то не помню вообще – после фразочки про поэзию мой мозг решил, что похищение, угрозы, стихи, убийство и ГИБЕЛЬ ИДЕАЛЬНОЙ ФУТБОЛКИ для него и всего тела ужасная перегрузка, потому я и отключилась, причем второй раз за день. Ну и дела…