В каменном круге

Рассвет как мечом тело неба рубит, алея изорванными краями. Кого повстречаешь в гранитном круге застывших в безмолвии изваяний, замерших в прохладе рассветной скорби подобно зубцам в ледяной короне. Но словно полотна на лицах горбит усмешка сарказма или иронии. Становятся ближе пустые стены, давящим сомнением о грядущем. Под сенью отброшенной кем-то тени — другая становится только гуще, окрасившись контуром в ярко-алый. Твой страх одичавшего волка кормит — все то, что подспудно тебя пугало, теперь воплощается в новой форме. ...Покорно глядит, протянув ладони, как будто бы сердце без боли вынет. А в светлых глазах — темнота, огонь и сияние мрачной чужой гордыни, что ищет исход, нарастая валом. Глядит, вызывая в душе смятенье. Под тенью чужой, где и не бывало, из малых ростков прорастают тени. И взять — погасить этот свет мятежный... Почувствуешь вдруг себя страшно старым. Посмотришь, поймешь, что глаза все те же. Рука не поднимется для удара. Плен круга. Оскал ядовитых кольев. Незрячие бельма — пустые двери. Отречься словами — почти не больно. Больнее — заставить себя поверить.