По обе стороны

Чернокнижник сосредоточенно вертел в руке зеленоватый камень здоровья. Верная суккуба крутилась рядом, пытаясь привлечь внимание призывателя, но мужчина лишь отмахивался от неё – сейчас его волновали другие проблемы. Честно говоря, он сейчас был не в лучшей форме, а потому не был уверен, что сможет хорошо выполнить заказ. Однако золото в мешке радовало глаз и слух своим бренчаием, так что Соркве понимал – придётся сделать всё ради того, чтобы убить эту девчонку. Ведь на это золото он вполне сможет жить всё оставшееся отведённое ему время, сможет уйти на покой и спокойно будет развлекаться с суккубой, которая, кажется, уже загрустила без его внимания. На его счету было множество убитых людей, но, что для чернокнижника нетипично, он жалел своих жертв, стараясь хоть как-то убавить их боль. «Коллеги по цеху» его не понимали, но он в их мнении и не нуждался. Эта девчонка явно чем-то насолила его бывшему приятелю. Вообще, он мог бы и не браться за это дело, поскольку нужно было восстанавливать силы, да и вообще ему не нравился этот эльф, но сумма, предложенная им, отбросила все причины отказываться от задания. Далатайк, может, и хотел казаться офигенным другом, но таковым он никогда не являлся. Сколько Соркве помнил времена их «дружбы», этот придурок не упускал ни одной юбки, часто ловил на себя кучу проблем, а чернокнижнику приходилось их разгребать. Он тогда ещё только учился своему тёмному искусству, но уже в то время порядком выдыхался, насылая страх на его бывших девушек или кавалеров тех, у кого он этих девушек уводил. После подписания контрактов с демонами Соркве отдалился от своего приятеля и ни капли не жалел. Тот, впрочем, тоже перестал искать встречи, научившись, видимо, самостоятельно избавляться от проблем. Честно говоря, сам Соркве никогда не имел ни друзей, ни девушки. Единственной особой женского пола, которая уделяла ему своё внимание, была его преданная суккуба, да и та наверняка развлекает его исключительно из-за контракта. Демоны не умеют чувствовать, они слепо следуют за своим хозяином исключительно из-за контракта. Также демоны не знают и смерти, ведь чернокнижник всегда может вернуть их к жизни. Даже если самого хозяина убьют вместе с демоном, то демон всего лишь вернётся в Преисподнюю и будет ждать нового контракта, попутно восстанавливая свои жизненные силы. Несмотря на свою максимальную приближённость ко тьме, Соркве всё-таки был смертен. Его жизненные силы, конечно, были высоки, но убить его было вполне возможно. Ладно, к чёрту. Чернокнижник тяжело вздохнул, отсыпал часть золота из мешка в свой кошелёк и взглянул на суккубу, которая капризно надула губы. Хотелось бы, конечно, её развлечь, но лучше поскорее отделаться от задания. - Извини, дорогая, но у нас задание, - он спрятал мешок и положил кошелёк в сумку, висящую на поясе. – Но-но, не злись, - он едва заметно улыбнулся, - после этого задания всё моё время будет уделено исключительно тебе. *** - Ты когда-нибудь задумывался, как жил бы, если бы не спас меня тогда? Грави повернул голову к эльфийке. Они лежали на огромном, устланном зелёной травой поле, и девушка смотрела в небо, заложив руки за голову. Они просто молчали, а тут она решилась задать свой вопрос. - Ну, наверное, жил бы как жил до встречи с тобой. Пытался бы подкатить к той девушке из лавки с пирожными, может, она бы обратила на меня внимание… может, она бы уже мне дома пекла свои пирожные, - он рассмеялся. - Дурак! – девушка хмуро на него посмотрела, а потом сильно пихнула в плечо. - Ну, ты ведь сама спросила, - парень улыбнулся. – Я ни капли не жалею, что ты появилась в моей жизни. Ты то уж точно лучше пирожных. Он осторожно привлёк девушку к себе и поцеловал её в губы. Поцелуй получился достаточно невинным, но именно это ему и было нужно. - Ты именно такая, о какой я всегда мечтал, понимаешь? – он снова улыбнулся. – И я вполне доволен тем, что сейчас происходит, а всякие там неудобства… да плевать на них. Эльфийка мигом оттаяла и улыбнулась. Все девушки любят ласковые и милые слова, и она – не исключение. Впрочем, Грави говорил всё это от чистого сердца, а не чтобы очаровать её и запудрить ей мозги. Он отвернулся от девушки и уставился в небо. Он никогда не думал, что влюбится в кого-то так сильно, а уж что его избранницей будет ордынка… но он не мог сказать, что расстроен. Девушка оказалась просто прекрасной собеседницей, спутницей, да и просто отличным человеком, хотя и скромной немного. Но это её только украшало. Он смотрел на облака, думая о том, что никогда не замечал, как прекрасен мир вокруг. Должно быть, любовь всё украшает в миллионы раз. Неожиданно, из раздумий его вывел тихий и робкий голос, полный смущения: - Грави… - А? – он повернулся к девушке, замечая на её щеках очаровательный румянец. Она уже сидела, робко теребя низ футболки и опустив глаза. Выдохнув, она тихо сказала: - Никогда меня не бросай. - Касси, ну чего ты? – он тоже сел, привлёк девушку к себе поближе, обняв её и прижав к себе. – Не воспринимай ты так уж серьёзно всё, что я тебе сейчас сказал. Важно не то, что могло бы быть, важно то, что есть сейчас. Ведь ты бы тоже могла быть сейчас без меня, но ведь я есть. И я рядом с тобой, а ты – рядом со мной. Поэтому не грусти, - он погладил её по щеке и улыбнулся. Дождавшись ответной улыбки, он чмокнул её в щёку, а потом поднялся и сам поднял её за собой. – Давай мне не кисни. И не придумывай себе ничего. А то знаю я, как вы, девушки, любите себя накручивать. Касси кивнула, и всякая печаль пропала с её лица. Всё-таки она понимала, что надумывает себе лишнего, но это вполне свойственно девушкам. А поэтому придётся Грави ещё много-много всяких глупостей терпеть, слушать и разуверять её в них. Совсем повеселев, она обхватила руками его руку, и потащила его в сторону их домика, который едва виднелся вдали. - Будешь чай? В доме приятно пахло травами, которые Касси собрала по пути домой. Она сказала, что из них получится самый вкусный чай к тому торту, что она испекла утром. Торт был великолепный, а вот чай он ещё попробовать не успел. Приняв из рук девушки стакан, парень отпил немного горячей жидкости и улыбнулся. Внутри разливалось приятное тепло, а сам чай был просто восхитительным. По части готовки Касси делала определённые успехи – с каждым разом у неё получалось готовить всё лучше и лучше. Жрица уселась на диван рядом с разбойником, отпивая из своего стакана. - Даже не думала, что получится так вкусно, - задумчиво произнесла она. Кошка залезла к ней на колени и свернулась клубочком, тихо мурча. – Слушай, Грави, как ты думаешь, Далатайк отвяжется от нас наконец? Он ведь, кажется, перепробовал все варианты. Грави пожал плечами. - Давно уже должен отвязаться. Так трусливо посылать кого-то разбираться вместо него самого. Впрочем, знаешь, в этот вечер я совсем не хочу о нём думать, - он поставил посуду на столик и хитро улыбнулся. – Знаешь, он так о тебе печётся, что я уже начинаю ревновать. Может у вас что-то есть, а? – он приподнял бровь, скорчив гримасу. Касси рассмеялась, но потом с трудом приняла серьёзный вид, даже строгий. - Дурак! – сказала она, но её голос дрожал от с трудом сдерживаемого желания рассмеяться. Она пихнула его в плечо и ухмыльнулась. – Могу с радостью его тебе уступить! - Ну нет, спасибо, разбирайся со своими кавалерами сама, - хмыкнул парень. Он не знал, как увернулся от полетевшего в него стакана, который, к счастью, не разбился, но сам он оказался в чае, хотя жаловаться всё-таки не стал – чай имел приятный аромат. - Зато теперь я вкусно пахну! – он показал девушке язык, а та едва не запустила в него несчастной кошкой. Как бы ему хотелось, чтобы так теперь было всегда – такие беззаботные вечера, наполненные весельем и смехом, Касси, которая готовила на кухне, а он ей помогал (точнее, только мешался, но она никогда не ругала его), а ещё её улыбка… Как бы ему хотелось, чтобы так было всегда.