Никогда не поздно полюбить

"      Будущее... Слово, вселяющее надежды в воспалённые работой головы людей. Оно заставляет что-то внутри таинственно колыхаться, и с трепетом перемывать себе все тончайшие фибры души. Космические войны, полёты на сверхсветовой скорости, лазерные пушки, джедаи, эпические битвы добра и зла... Ан нет, похоже, что люди слишком сильно размечтались. И не важно то, что пошел уже некогда казавшийся таким далёким 2098 год. Да-да, не появилось никаких летающих машин, нанотехнологий в медицине и роботов-горничных, выполняющих все функции тяжкого домашнего быта.       Но нет, похоже, кое-что мы все-таки упустили. Как многим нам известно, людям зачастую приедаются многие занятия, и они начинают искать или изобретать какие-либо новые вещи, способные утолить их ненасытную жажду. Хотя учёные и предполагали подобный исход проявляющейся в социуме безнравственности, но, всё же, закон подлости сработал как обычно: в месте и случае совершенно его не ожидающем. Из-за увеличения гомосексуалов понизилась рождаемость, и была создана программа "Ковчег", в которой растут дети - инкубы, юноши, способные к деторождению. По предположениям современных изобретателей..." - Всё надоело... - мужчина отложил в сторону изрядно потрёпанную газету. - Им что, спокойно не живётся? Брюнет слегка съехал вниз по кожаному креслу, издавая звуки, смутно напоминающие песни моржей в брачный период, и бросил взгляд смолисто-чёрных глаз на часы, будто нарочно замедлившие свой ход. "Ещё 15 минут и я смогу по-тихому свалить из этого ада." - пронеслось в достаточно нагревшейся за утомительный рабочий день голове. Главное, чтобы Ли не заметила, а то опять начнётся: "А какую мебель поставить в главный зал? А какие цветы заказать? А бла-бла-бла..." "Ты же женщина, да к тому же и креативный директор моей компании, вот и занимайся обустройством банкета по поводу десятилетия фирмы САМА, да и тем более к этому располагает твоя работа..." - на красивом лице азиата проявились явные признаки раздражения, а между изящных бровей пролегла маленькая морщинка, но всё это произошло не только из-за стройной брюнетки с доволно милым каре. Где-то глубоко в извилинах мозга всплыли воспоминания двухлетней давности: в майский тёпленький денёк, никаким образом не предвещающий беды, брюнет нашёл на столе записку, которая оглашала следующие новости: "Дорогой Юу-тян, поскольку меня душит отсутствие вдохновения в этом душном, заросшем машинами и людьми городе, я оставляю заботу о компании тебе и отправляюсь в путешествие для поиска новой музы. С любовью, твой Папочка." По краям розовой бумаги были изображены тщательно прорисованные купидончики, что заставило Кадну брезгливо поморщиться, хотя он и знал, что Фрой Тидол вложил в это письмо чуть ли не полсердца, а может и больше. Брюнет уже хотел начать очередную дискуссию с самим собой, но гневную тираду мужчины прервали тихо заигравшие часы, а это означало ни что иное, как ВЕЛИКОЕ окончание мытарств на сегодня. Брюнет с готовностью поднялся с насиженного за два года места, сложил папки с важными документами в портфель и, не забыв забрать ненужный в жаркие июльские дни пиджак, поспешил покинуть кабинет.       На счастье Канды, дорога к лифту была свободна, и мужчина с лёгкостью прошмыгнул к стеклянным дверям чудо-техники, а уже через пару минут отщитывал перегородки между этажами: "Одна, две, три... двадцать восем, двадцать девять, тридцать," - прозрачные двери разомкнулись и выпустили азиата в достаточно обширный вестибюль с двумя симметричными цепочками колонн, продолжающихся до самого выхода из помещения. Канда направился прямиком к массивным дверям, на пути встречая множество знакомых лиц и изредко обмениваясь взаимными кивками.       Улица встретила брюнета жарким зноем: июль, как-никак. На небе горело яркое солнце, лишь изредка скрывавшееся за пушистыми белоснежными облаками. Золотистые зайчики так и норовили ослепить каждого прохожего, захотевшего обратить свой взгляд к голубому небу, и Канда не оказался исключением. Поспешив избавиться от палящего с неимоверной силой солнца, азиат свернул в переулок и, не пройдя даже двадцати метров, снова сменил траекторию своего движения на 90°.       Благодаря хорошей памяти брюнету не пришлось плутать слишком долго: он вышел ко входу в спасительно-прохладный парк. В густых кронах высоких деревьев пели птици, а где-то вдали отчетливо слышались звуки плещущейся воды. Изящние фонтаны, украшенные множеством мифических животных, выточенных из камня, были основным достоянием этого городского парка, но Канда пришёл сюда не для этого. Азиат прошел в глубь парка к той самой аллее, по которой так любил гулять в детстве с отчимом.       Аккуратно подстриженные кусты выстроились в ряд, подтверждая то, что брюнет всё-таки добрался до своего любимого места в парке. Вековые деревья здесь, как и прежде, были украшены свежими изумрудными листочками. Подобно аркам, их могучие стволы несут поражающий своей красотой нефритовый купол, почти не пропускающий солнца.       Канда благоговенно вздохнул, втягивая в себя прохладний воздух, и медленно зашагал по начисто выметенному асфальту. Мысли, доселе мирно спавшие в голове, проснулись и взвились пчелиным роем в великом полёте мысли, чтобы как следует начесать своему хозяину внутреннюю сторону черепа. Канда уже давно понял, что работа ему светит, но абсолютно не греет. А вот с отпуском дела обстоят в точности до наоборот. Такие греющие, но не светящие деньки затерялись где-то в новогодних праздниках далёкого 2099 года...       Брюнет помотал головой, дабы отправить так не вовремя появившиеся мысли в небытие, но одна назойливая вещь не особенно желала покидать просторы черепно-мозгового континиума. Совсем недавно Канда растался со своей так называемой второй половинкой. Нет-нет-нет, никакий розовых соплей, романтики и т.п. Канда давно перестал интересоваться слабым полом.       Если быть кратким, то с Крольчатиной они познакомились на прошлогоднем банкете, устроенном по поводу девятилетия компании, а дальше события начали складываться сами собой: после первого свидания последовал первый секс, а на утро зеленоглазый провозгласил их парой. Как ни странно, их хрупкие отношения, державшиеся в основном на интиме, продлились целый год. Но неделю назад за очередным ужином рыжеволосая бестия сообщила Канде, что им нужно расстаться. Конечно, брюнет уже после первой недели совместной жизни понял, что его пассия обладает весьма скверным или даже шлюшным характером и поэтому не страдал из-за порваных отношений. Единственное, что его немного беспокоило - это пустота в доме. Стало как-то слишком непривычно возвращаться в пустующую обитель, некогда хранившую в себе сумбурную жизнь своего хозяина. В доме не было ни кошки, ни собаки, ни даже попугайчика или хомячка: Канда на дух не переносил животных. Но неожиданно в мыслях промелькнула статья из прочитанной сегодня газеты. - А это вариант, - задумчиво пробормотал брюнет и, развернувшись, неспеша пошел обратно к выходу из парка. "Пожалуй, стоит нанести визит в один из нанотехнологических магазинов," - Канда прибавил шаг.

***

- Как ты мог подобное допустить???!!! Осьминог ты недоделанный!!! - невысокий брюнет в очках и берете вертелся вокруг молодого юноши, то и дело постукивая указательным пальцем по затылку паренка или приподнимая опущенные веки. - Это был самый лучший экземпляр, изобретённый мной, а ты, ты-ы-ы... - А я - бесчувственная скотина, - констатировал факт спокойно стоящий рядом шатен, наблюдающий за разыгрываемой трагедией. - Комуи-сан, ну не стоит так растраиваться, вы же и лучше сможете сделать, не правда ли? - Не переводи стрелки, Ривер. Я, как великий учёный, желал лучшую участь для своего детища, а ты, - китаец нервно поправил очки. - Ты...       Но этому спектаклю не было суждено завершиться: электронные двери распахнулись и впустили в достаточно обширное помещение длинноволосого брюнета. Канда мерным шагом прошел в глубь магазина, осматривая имеющийся товар. Перед глазами азиата поплыли разнообразные юноши: блондины, брюнеты, шатены, высокие, стройные, красивые, но азиату было не очень-то и приятно смотреть на них. Все они выглядели не живыми, не настоящими, а искуственными, хотя оно так и было. Однако, повернув голову, Канда наткнулся взглядом на седоволосого мальчишку, стоящего в самом конце зала. Хоть его кожа и была бледной, но не вызывала особо сильной негативной реакции. Мякгие черты лица, показывали принадлежность этого парня к европейской расе людей. Над левым глазом красовалась метка в виде перевёрнутой пентограммы, из которой, словно молния, вниз уходила изящная линия, чуть-чуть не достававшая до подбородка. Канда направился прямиком к заинтересовавшему его экземпляру.       Тем временем в голове горе-ученого созрел захватывающий план. Ли опустился на колени рядом со своим возлюбленным изобретением, и, обняв его за ногу, пустил артистическую слезу. Ну а реакцию двух других присутствующих можно представить в не менее густых и ярких красках: волосы на голове бедного Ривера встали дыбом, а лицо буквально за несколько секунд приобрело молочно-огурцовый оттенок, ведь видеть таким профессора ему приходилось лишь однажды, когда тот был вместе со своей премногообожаемой сестрой. Канда же на долю секунды впал в ступор, а когда немного отошёл, скептически выгнул бровь и посмотрел на сумасшедшего человека. "Тч, наверное, тяжко ему без мозгов живётся," - брюнет хотел было спросить у стоящего рядом человека о причине происходящего... кхм, беспорядка, но не успел. - Мой милый Аллен, как же я мог допустить подобное... - брюнет ещё крепче обнял ногу мальчишки и пустил сопли. - Ведь теперь ты не сможешь найти свою любовь, не сможешь нарожать миленьких детишек, чтобы возиться с ними день и ночь, не сможешь подарить своему папочке счастье быть дедом! Ах, Аллен, Аллен...       Подобные причитания могли бы продолжаться вечно, если бы азиату всё же не удалось достучаться до человека, так упорно распинающегося под ногами последнего изобретения техники. - Что случилось? - вопрос был адресован учёному, но ответ на него дал стоявший рядом человек. - Это последняя модель с собственной личностью и способностью к развитию, - пояснил шатен. - Но его испортили шутники, вставив глаза, когда я ненадолго отвернулся, и обратили его взгляд на еду. К сожалению, даже профессор, создавший этот образец, не знает как сбить эту программу, вот и устраивает тут сущий цирк для привлечения клиентов...       Пока шатен объяснял Канде все подробности происходящего, китаец успел подняться с пола, отряхнуться, стереть с лица пущенные для убедительности слёзы и ещё раз досконально продумать свой план, ибо дело дошло до финальной стадии и проколоться на ровном месте ему, Камуи, не позволила бы совесть. - Кхе-кхе, позвольте представиться, меня зовут Камуи Ли. - брюнет вмешался в разговор. - Перед вами моя последняя разработка - Н14. Этот экземпляр по своей сущности бесподобен и идеален, но у него есть дефект. Думаю, Ривер вам уже обо всём рассказал, - китаец мотнул головой в сторону шатена и продолжил. - Не хотите ли вы приобрести эту модель?       Брюнет задумался. В любом случае, спать с этим недоростком он не собирается, а роль домашнего питомца ему ой как подойдёт, да и неплохо иметь дома человека, на которого при случае полного морального истощения можно будет вылить весь негатив. Канда коротко кивнул и, сказав что-то наподобие: "Я возьму его," - снова посмотрел на испорченное изобретение. - А что это за татуировка на лице у парня? - этот вопрос был абсолютно не в стиле немногословного Канды, но он всё же прозвучал, так как мучал своего автора уже достаточно долго. - Вы про пентаграмму? - задал встречный вопрос до сих пор находящийся здесь шатен. - Это индикатор проявления программы. Когда настраивают отношение подобного человека к его будущему "хозяину", проявляется какая-либо метка. Но метки у всех разные, поэтому никогда не знаешь как и где она проявится.       Как только Ривер закончил свои объяснения, к ним подошёл исчезший на какое-то время Камуи. - Лучше будет, если вы активируете его дома, - китаец протянул Канде небольшую капсулу. - Дайте Аллену выпить это, и его тело начнёт самостоятельно функционировать.       Дальнейшие события можно немного упустить: производилась оплата покупки, оформление документов (человека же купил, как-никак), и погрузка нано-юноши в машину. Вскоре всё вышеперечисленное было выполнено, и Канда со спокойной душой отправился домой.

***

      Багряные краски заката рысплываются по необширному небосводу всё больше и больше, а за окном машины начинают всё реже проноситься высокие офисные дома, сменяясь уютными маленькими коттеджами. Брюнет не покидает попыток оправдать причину совершённой сегодня покупки. Хотя кого он обманывает? Да-да, Канда уже давно понял, что этот шаг он сделал весьма опрометчиво, и в этой запутанной истории всё только начинается...