Никогда не поздно полюбить

Pov Канда. В комнате жарко, достаточно жарко для того, что бы каждый вдох приносил почти болевые, обжигающие ощущения. Ты лежишь подо мной, робко обнимая за плечи, иногда отводя смущённый взгляд серебристо-серых глаз. На щеках горит пунцовый румянец, обещающий скоро перебраться на маленькие, аккуратные ушки. По виску скатывается маленькая капелька пота, через секунду исчезающая в серебристых волосах, хаотично разметавшихся по подушке. Несколько локонов прилипли к мокрому лбу. Ты просто великолепен... Мягко, почти без нажима провожу ладонями по покрывшемуся испариной телу вниз, от талии к упругим ягодицам. Напрягаешься. Припадаю к шее губами, то прикусывая, то зализывая вспыхнувшие бардовым цветом метки, опускаюсь к ключицам, оставляя после себя мокрую дорожку. Ставлю ещё один засос, а потом провожу кончиком языка от основания шеи к уху, прикусываю мочку и начинаю мягко посасывать, изредка касаясь зубами. Начинаешь дышать быстрее. Оставляю ухо в покое и касаюсь твоих губ своими, почти сразу углубляя поцелуй. Руки беспорядочно блуждают по телу, задевая набухшие соски, настойчиво проводя по нижней части живота. Разрываешь поцелуй и выдыхаешь, почти поскуливая. - К-канда... - голос такой нежный. - Канда, - уже настойчивей. - БаКанда!!! - А? - подскакиваю на постели, начинаю оглядываться. Комнату наполовину заливает солнечный свет. Значит, сейчас утро. Значит, это был сон... Потираю переносицу пальцами, поворачиваю голову в другую стону и натыкаюсь взглядом на тебя. - Не смотри на меня так! Сам просил тебя разбудить, - разворачиваешься и уходишь, громко хлопая дверью. А фартук тебе кстати очень идёт. Твою ж мать, теперь мне надо в душ... За эти никчемные десять дней я успел влюбиться в мелкого, как самый настоящий придурок. Причём я сам не знаю, что именно в нём меня привлекает больше всего. То, как он ест сладости, постоянно облизывая губы? Или же то, как он читает книги, закутываясь в плед и запивая сюжетную линию горячим кофе с молоком. Или то, как он крутит своим филеем, пытаясь достать из холодильника мармелад, который я специально ради подобных моментов кладу на самую верхнюю полку. Или может... Черт, бесполезно перечислять всё, что привлекает меня в нем, ибо мне кажется, что этот список почти бесконечен. Ах да, самую главную вещь я забыл. За какие-то три дня мелкий научился бесподобно готовить, и теперь много времени проводит у плиты. Но важно-то не совсем это. Он прекрасно готовит собу. Покончив с устранением последствий бурных ночных фантазий, одеваюсь и спускаюсь вниз. Пахнет зелёным чаем с жасмином. Обожаю этот запах... Захожу на кухню и сажусь за стол. Ты со сковородкой в руках смотришь что-то в кулинарной книге, и с каждой секундой выражение твоего лица приобретает всё более и более безысходный вид. У меня вырывается тихий смешок. Отрываешься от изучения довольно толстого талмуда и переводишь взгляд на меня. Ей Богу, прям... жёнушка. - С добрым утром, БаКанда. - Мояши, запомни одну простую истину: утро добрым не бывает, - вспоминая сегодняшний сон, пробубнил я. Ведь на самом интересном разбудил... - Аллен я!!! - да знаю-знаю. Аллен, Аллен Уолкер... Просто когда ты обижаешься твоё лицо становится уж слишком милым. Сдвигаешь брови к переносице, поджимаешь губы, и всем своим видом показываешь своё негодование. И вот именно поэтому ты мелкий, Мояши, Шпендель и всё тому подобное, но только не Аллен. Через несколько секунд на столе появляется две тарелки с блинами и ты, снимая фартук, садишься напротив меня. - Приятного аппетита! Ничего не отвечаю, просто наблюдаю за тем, как ты ешь. Постоянно облизывая губы, собирая с них излишки сметаны, иногда жмурясь от удовольствия. Видимо тебе хорошо, даже слишком хорошо... Беру в руки чашку с чаем и смотрю в собственное отражение. Дошёл до ручки... Влюбился в Мояши - ладно ну с кем не бывает. Рядом с ним серьёзным быть вообще не выходит - ну может пройдёт, не надо растраиваться. Каждую ночь мне снится этот грёбанный шпендель - бурная фантазия... Сейчас я ревную мелкого к еде. К ЕДЕ, блин. В обобщении выходит простое ясное и понятное слово: тряпка... - Канда? - поднимаю взгляд на Мояши. - Что-то не так? - залпом выпиваю чай и встаю из-за стола. - Просто думаю о работе. - Ясно. Кстати, купи сегодня взбитых сливок, пожалуйста. - Зачем тебе сливки? - ой-ёй-ёй, мелкий, не беспокой мою фантазию... - Торт хочу приготовить, - всё ясно, я окончательно превратился в извращенца. - Хорошо. Иду в прихожую обуваюсь и выхожу из дома, напоследок бросив короткое "пока". Впереди ещё целый рабочий день, а мне уже не терпится вернуться домой. Конец Pov. Большая стрелка настенных часов указывает на два ровно. Ещё целый час адских мук нужно перетерпеть, дабы отправиться домой к себе, дивану и стручку. От безделья Канда начал пересматривать всевозможные бумаги, кипами лежащие у него на столе. До чуткого слуха брюнета доносится тихий стук в дверь. - Войдите, - дверь открылась, и в проёме появилась... - А, Линали, - брюнет обречённо выдохнул, готовясь выслушивать очередной бред, выдуманный девушкой на досуге. - Я тебя слушаю. - Помните, я говорила о возможности празднования юбилея в каком-нибудь отеле? - брюнетка подошла к столу и села напротив Канды. - Допустим. - Я нашла вполне подходящее место и заключила контракт на три дня. Всё-таки персонал у нашей компании довольно большой, да и многие наверняка придут со своими парами, так что весь отель в нашем распоряжении, всё включено. - Это укладывается в выделенный бюджет? - Вполне. К тому же хозяин отеля сделал нашей компании довольно-таки большую скидку, - девушка поправила прядь, выбившуюся из причёски. - Думаю, будет гораздо лучше, если вы поговорите с ним сам. Я приглашу его. - Линали поднялась со стула и быстро вышла из комнаты, не до конца закрывая дверь, а через несколько секунд в помещение зашел... - Лави!? - глаза брюнета расширились. - Какого... - Канда не успел договорить. - Ч-ч-ч. Малыш Юу, не сердись и выслушай меня. - рыжий спокойно подошел к столу со стороны брюнета и сел него. - Не смей называть меня... - По имени. Знаю-знаю, - Лави взял в руки рядом лежащие бумаги и с театральным интересом начал разглядывать их. - Ну как поживаешь, мм? - рыжий отложил бумаги в сторону. - В данный момент этот разговор имеет исключительно другие интересы, - Канда старался не показывать какие-либо эмоций, но выходило очень плохо, ибо подобное поведение рыжей бестии не доставляло ему ни малейшего удовольствия. - Я так понимаю, контракт расторгать ты не собираешься. - Угу, - Лави довольно облизнулся и слегка наклонился, что бы коснуться изящными пальцами груди брюнета, именно в том месте, где сейчас бешено колотится сердце. - Скажу больше, я сделаю всё, для того что бы этот договор остался в силе, - пальцы медленно заскользили вниз, но, не дойдя до пряжки ремня пару сантиметров снова отправились вверх, маленькими шажочками отмеряя расстояние от пуговицы к пуговице. Лави слез со стола и, положив одно колено на кресле между ног Канды, наклонился к уху брюнета и провел по нему языком. Тем временем рука уже дошла до узла галстука и растянула его. Через секунду Канда ощутил два холодных пальца на своих губах. - Ты ведь хочешь этого? - Лави лизнул мочку уха языком и принялся посасывать её, иногда прикусывая зубами. По телу прошлась приятная дрожь, но Канда успел сообразить что происходит и вовремя оттолкнул рыжего. Всё внутри всколыхнулось; всё-таки отсутствие секса брюнету в плюс не пошло. - В отличие от некоторых, недотрахом не страдаю, так что иди обратись к кому-нибудь другому, если уж так не терпится почувствовать член в своей шлюшной заднице! - как бы Канда этого не хотел, а всё же удержать себя в руках не получилось. Он сорвался. - Ничего, я подожду, - Лави облизнул губы и медленно пошёл к выходу. Брюнет затянул галстук обратно и с недовольством проводил рыжего взглядом. Парень вышел из комнаты, и брюнет позволил себе расслабленно откинуться на спинку стула, медленно выдыхая. "Мы еще встретимся, Юу." - произнес про себя Лави, когда позади него закрылась дверь. Аллен с удовлетворением достал из духовки только-только приготовившийся торт. В глазах юноши заблестели звёздочки, и седоволосый сглотнул выделившуюся слюну. - Божественно... Аллен услышал звон колокольчика и с радостью побежал открывать дверь хозяину дома. Странно, всё же Канда припозднился на целый час, а за время пребывания парня в доме брюнета тот ни разу ещё так не опаздывал. Аллен быстро повернул ключ в дверной скважине и, открыв дверь, впустил японца. - Купил? - седоволосый строго посмотрел на Канду. - Ага, - брюнет протянул парню пакет с двумя баллончиками. - Спасибиссимо тебе огромное!!! - седоволосый радостно улыбнулся и побежал обратно на кухню, украшать торт. - Я сначала в душ, - Канда заглянул на кухню и, увидев занятого чересчур "важным" делом парня, улыбнулся, лишь слегка приподнимая уголки губ. - А? - Аллен на секунду оторвался от своего занятия. - Да, хорошо. По телу быстро скатываются маленькие капли ледяной воды, постоянно очерчивая контуры немного выпирающих ключиц. Канда стоит, облокотившись спиной о пластиковую стенку душевой кабинки. Мерзко. От малейшей мысли о произошедшем сегодня в офисе, кожа покрывается мурашками, и всё тело пробивает дрожь. Раньше прикосновения рыжего не приносили даже малейшего ощущения дискомфорта, но сейчас его чувства к Лави кардинально изменились. А самое обидное заключалось в том, что Канда в принципе ничего не сделал, но чувствовал глобальную вину за измену Аллену. - Просто забыть. Брюнет выключил воду, вышел из душевой и невольно поёжился: воздух в комнате был гораздо холоднее, чем в кабине, а с длинных волос постоянно падали крохотные капельки, которые скатывались по телу, оставляя множество мокрых дорожек, леденящей сеткой покрывающих кожу. Канда быстро вытерся полотенцем и, одев свободные домашние штаны и безрукавку, вышел из ванной. Когда японец пришёл на кухню, на столе вместо целого торта остался лишь маленький кусочек, а рядом сидел довольный Аллен и подозрительно смотрел на остатки былого великолепия. - Шпендель, как вообще это в тебя влезает? - Это не особенно важно, - Аллен посмотрел на брюнета. - Попробуешь? - седоволосый взял в руку блюдце с кусочком торта. - Нет, пожалуй, воздержусь! - брюнет сделал один неуверенный шаг назад. - А что так? - седоволосый прихватил со стола ложку и, поднявшись, начал медленно подходить к брюнету. - Из всей моей еды ты попробовал только собу! Я нуждаюсь в критике! - Не-не-не, даже не надейся! - Канда начал отходить всё быстрее и быстрее. - Но... Ты должен... - Аллен состроил грустную мордашку, в надежде, что Канда изменит своё решение, но брюнет лишь отрицательно замотал головой. - Ах, так!? Ну держись! Последующие десять минут седоволосый носился по всему дому за Кандой со злополучной столовой ложкой, на которую предварительно собрал исключительно взбитые сливки с самой вершины торта. В конце концов, Аллену удалось поймать японца в гостиной. Парень повалил брюнета на диван и уселся сверху на его бёдра. - Ну? - седоволосый приставил ложку к губам Канды. - Я жду! - брюнет моментально отвел голову в другую сторону. - Значит, будем действовать по-другому, - Аллен слизнул содержимое ложки и быстро прильнул к губам японца. Канда резко распахнул глаза. Седоволосый легко провёл языком по нижней губе, оставляя на ней сладкий крем, и скользнул им в приоткрытый от удивления рот японца. Сердце брюнета ушло в пятки. Подобного просто быть не могло. Наверное, это просто очередной сон... Аллен принялся ласкать язык Канды своим. "Чёрт, это великолепно..." Канда блаженно прикрыл глаза и ответил на такой приторно сладкий, но на удивление совершенно не противный поцелуй. Но всё хорошее имеет привычку слишком быстро заканчиваться. Аллен оторвался от губ Канды и как ни в чем не бывало спокойно посмотрел на брюнета. - Ну как? - Нормально, - щёки японца покрылись румянцем, а дыхание сбилось. Брюнет облизнул губы, собирая с них остатки сливок. - Просто сладкое. - Это же сливки, Канда! Поэтому "хорошо" или "вкусно" не является правильным ответом, - седоволосый встал с японца и поднял упавшую на пол ложку. - Зато теперь я знаю одну очень интересную вещь, - Аллен довольно ухмыльнулся. - Ты всё-таки любишь сладкое.