Тайная одержимость

"Однажды утром ты плясала" из мюзикла Notre Dame de Paris Фролло Как-то ранней порой Я тебя увидал, И меня танец твой Словно околдовал. До того никогда И нигде я подобного чуда не видел! С тех пор я погиб, Я пропал, я люблю тебя! Словно адский огонь Эта страсть жжет меня Эсмеральда Он придет, он придет, Солнце жизни моей, Он меня увезет Далеко от людей. В том чудесном краю Как в раю, заживем мы в любви и согласье. А ты - пропадай, Твой огонь пусть пожрет тебя! Фролло Твоя жизнь и любовь - Все в руках у меня. Столько дней и ночей Умирал я, любя. Ты должна стать моей Или казнь ждет тебя. Вот и весь приговор: Либо жизнь, либо смерть Твой единственный выбор. Решай: да иль нет, жизнь иль смерть - Ну, скажи мне: да! А иначе в петле замолчишь навсегда. Эсмеральда Уйди! Уйди! Оставь меня...

Его пальцы сжимали ее подбородок, не давая отстраниться. Она изо всех сил уперлась в его плечи, пытаясь оттолкнуть, но вампир не отпускал. Язык Аро настойчиво проник в ее рот, пробежал по внутренним стенкам щек и, наконец, прикоснулся к кончику ее языка. Боги, какой ужас… Только бы это поскорее закончилось… И, словно уловив ее мысли, Аро оттолкнул ее от себя. Его взгляд сверкал жаждой, вожделением и какой-то непреодолимой неизбежностью. − Мисс Каллен, − проговорил он свистящим шепотом, − послушайте. Это очень важно. Все, что произошло тогда в подземельях, случилось по одной единственной причине. И эту причину вы помните. − О… − тихо простонала она. Только не это. Только не надо заново объяснять причины. Аро был прав. Она помнила. Он сказал тогда, что любит ее. А еще она знала, что Аро Вольтури не из тех, кто просто так выпускает из рук то, чем захотел обладать. − Вы не должны сопротивляться, мисс Каллен. И тогда я не причиню вам вреда. – Серьезно, почти спокойно продолжал он. – Я даю вам слово. Я пока не знаю как, но вы сможете вернуться в Вольтерру. Моей законной женой. Прежде, чем вы примете решение – подумайте о том, что находится теперь в ваших руках. Судьбу чего вы решаете. Подумайте. Его лицо вдруг приняло отстраненное выражение и вампир замер, ожидая ее ответа. Молчание длилось целую вечность. Девушка была в ужасе, но пути назад не было. Губы Ренесми разомкнулись, она сделала резкий вдох, сжалась и прошептала. − Вы убийца и насильник. Как смеете вы предлагать мне… Она не договорила. Щелкнул выключатель. Комната погрузилась во мрак. А затем она почувствовала на себе его прохладные руки − Аро снова стиснул ее в объятиях и разразился безумным хохотом. − Вы правы, мисс Каллен! Убийца! Но, − он еще сильнее прижал ее к себе, − ты все равно будешь принадлежать мне. Не захотела сделать это добровольно, как женщина, любящая своего мужчину, тогда я буду твоим господином! Он снова на несколько секунд зашелся лающим смехом. Закончив смеяться, Аро с безумной улыбкой припал к ее губам. Руки его блуждали по ее телу, гладили спину, ягодицы, шею, а затем уперлись в стену по обе стороны от ее головы, не оставляя ни единого шанса на спасение. Язык его словно змея ворвался в ее рот, коснулся зубов, вышел, очертил линию губ и снова двинулся внутрь. Ренесми задрожала от ощущения собственного бессилия. От твердых губ вампира веяло могильным холодом, а на его языке до сих пор слабо различался вкус крови. Ее крови. Пополам с привкусом ее женственности, которую он несколько минут назад с наслаждением слизывал со своих тонких пальцев. Омерзительно. Девушка почувствовала, как в груди снова защемило, а из желудка наружу устремился ком отвращения. Она резко мотнула головой и тяжело сглотнула, пытаясь подавить рвотный рефлекс. Вампир будто почувствовал ее состояние: его хватка ослабла, а губы перестали терзать ее. Ренесми поспешила воспользоваться моментом: толкнула его в грудь, вывернулась и, тяжело дыша, встала у Аро за спиной. Он не препятствовал, лишь медленно повернулся к ней лицом и замер, смерив ее внимательным взглядом. Уголки его губ дрогнули, а затем расплылись в сдержанной улыбке. − Ну же, не упрямься. Его голос звучал мягко, но настойчиво. Так кот играет с мышью, перед тем как запустить в нее свои когти, − ведь прекрасно знает, что грызун от него никуда не денется. И Ренесми все поняла. Аро явно решил позволить себе короткую демонстрацию великодушного благородства: скрестил руки на груди, отступил назад на пару шагов и ухмыльнулся. Умом она понимала, что не следует делать резких движений – возможно, все еще не так плохо. Он не набросился на нее, срывая одежду, он просто стоит и ждет. Кажется, даже, предложил стать его женой. И если сейчас она проявит благоразумие, то возможно… Девушка подняла взгляд и встретилась в его черными глазами. Внутри все затрепетало. Нет, невозможно! Эмоции перехлестывали через край: нет времени думать, надо просто бежать! Спасаться! Движимая паникой, она в ужасе шарахнулась к двери, вытирая рот ладонью. − Понятно… − проговорил Аро, сцепил руки в замок и поднес к губам, − жаль. Что ему понятно… Через мгновение Аро снова шагнул к ней. На лице его застыла непроницаемая маска. − Не прикасайтесь ко мне! – выкрикнула Ренесми и тут же взвыла от острой боли – пытаясь убежать от своего мучителя, она с разбегу налетела бедром на выступающий угол стола. − Осторожнее, − Аро криво усмехнулся, − еще поранишься. Ренесми могла поклясться, что он смотрит на ее припухшие от жадного поцелуя губы. И она тут же снова вытерла их рукой, но не тут-то было. Кошмар никуда не делся, а только обострился. В памяти пульсировала прохлада его губ. Его запах. Его вкус. Ее вкус на его языке. Девушке стало дурно. Отвратительно! Меня сейчас стошнит! Ренесми схватилась за стену, прикрыла рот рукой и отчаянно зажмурилась, чтобы через мгновение вновь ощутить губы Аро на своей коже, справа, где-то в районе виска. Она распахнула глаза и в ужасе замахнулась, чтобы ударить вампира по лицу, но тут же оказалась прижатой к стене его каменным телом. Он поднял ее руки над головой и, крепко удерживая правой рукой за запястья, прошипел: − Не противься мне. Это все равно случится. Тебе же будет лучше, если ты будешь покорной. Девушка попыталась отвернуться, но тщетно. Пальцы вампира плотно сжали ее подбородок так, что ей показалось, будто хрустнула челюсть. И Аро тут же ослабил хватку. Ренесми сжалась от страха: кот на миг показал зубы, легонько придавив глупого мышонка; обнюхал его, удовлетворенно заурчал и отпустил. Но она знала, что это только на время. На время. А потом… И это «потом» не заставило себя долго ждать. Девушка снова почувствовала себя впечатанной в стену. Губы Аро заскользили по ее скулам, носу, губам, оставляя после себя холодное покалывающее ощущение. Он целовал ее нежно, словно соблазняя, вместо того, чтобы принудить. Он хотел заставить ее захотеть. Захотеть. Как же! Это было вне его власти. Она ненавидела его. И каждый поцелуй подбрасывал очередную вязанку дров в костер ее ненависти. Впрочем, она понимала, что сопротивление бесполезно. Вампир был намного сильнее. Она опустила руки и замерла. − Плохо, мисс Каллен. – Слова щелкнули в сознании ударом кнута. − Никуда не годится. Не думаете же вы, что я стану это терпеть?

***

Заметив, что Ренесми перестала вырываться, Аро выпустил ее руки, но они тут же уперлись ему в плечи. Он предположил, что она пытается применить силу, однако это сопротивление было столь несущественно, что он с легкостью мог им пренебречь. Что он и сделал, продолжая вырисовывать своим языком замысловатые узоры на ее нежной коже. − Нет, нет, пожалуйста… − прошептала девушка, − я умоляю… − Мисс Каллен, если мне не изменяет память, − сладко проговорил Аро, − не далее, чем четверть часа назад вы сами установили правила. Мы игнорируем просьбы друг друга. Только власть, − он перекатывал на языке это слово так, будто оно значило для него больше, чем все богатства мира вместе взятые. – Опустите руки по швам. Девушка отчаянно вскрикнула, когда его ледяные пальцы резко сомкнулись на ее запястьях и дернули вниз, но послушно осталась стоять прямо, держа руки плотно прижатыми к телу. Послушная девочка… О, как же он мечтал ощутить ее теплые ладони в своих волосах, почувствовать на губах ее горячее дыхание, чтобы она прижимала его к себе страстно, отчаянно и… добровольно. И вампир снова склонился к ее губам. Он слышал, как захлебывается ее сердце, а кровь гулко стучит в висках. Он и сам горел не меньше. Ее близость раздула настоящий пожар, Аро и предположить не мог, что какие-то поцелуи способны разжечь в нем такую страсть. А девушка стояла, смиренно вынося его ласки, но он чувствовал, что ее покорности скоро придет конец. И все же продолжал целовать ее. Власть. Боль. Отчаяние. В этих поцелуях было всего в избытке. Тьма, которая была частью его сущности, стремилась обвиться вокруг юной мисс Каллен тугими кольцами неизбежности так, чтобы уже никогда не выпустить. − Пустите, − выдохнула она ему в рот как-то слишком обреченно, − прошу. Аро медленно покачал головой. Он видел, что Ренесми больше не борется. Она будто сдалась, безвольно опустив руки и потупив взгляд. Неужели она, наконец, осознала, что следует делать? Поняла, что она будет принадлежать ему и только ему? И он снова смял ее губы рваным поцелуем, чувствуя, как каждый мускул ее тела звенит от напряжения. Все еще боится? Ноги его налились свинцовой тяжестью от нахлынувших эмоций. Даже если бы и пожелал, он бы уже не смог от нее оторваться. Даже, чтобы сохранить остатки гордости. Даже, чтобы не выглядеть жалким. Даже… за все блага мира он бы не смог отойти… Люблю… Как же я люблю ее… Он на мгновение прервал поцелуй, чтобы дать ей перевести дух и рассмотреть лицо покорившейся ему юной мисс Каллен. Умница. Ты же схватываешь на лету. А потом я покажу тебе, что меня не стоит бояться. И все будет хорошо, обещаю. Аро блаженно улыбнулся, размыкая объятия, как вдруг в грудь ему с новой силой ударили ее ладони, а в лицо полетел плевок. Этого владыка не ожидал. Ах ты, маленькая дрянь! В тот миг, когда он будто почувствовал нечто светлое, мисс Каллен снова отпихнула его! Аро вытер лицо рукавом рубашки и зарычал. Не помня себя от бешенства, вампир схватил ее за горло и приподнял над полом. Ворот футболки затрещал под его пальцами. Ренесми захрипела, цепляясь руками за его ладонь. − Умоляй. – Вкрадчиво произнес он, глядя в ее расширившиеся от ужаса глаза. – Попроси меня даровать тебе жизнь. Ренесми мотнула головой. − Неужели? – Аро сильнее сжал хватку, − предпочитаешь умереть сейчас? Он смотрел на нее внимательно, впитывая в себя каждый жест, каждый вдох, каждый всхлип… И постепенно сильнее сжимал пальцы. Девушка билась в удушье, извиваясь изо всех сил. Губы ее синели, а Аро все смотрел и смотрел, с наслаждением истинного садиста отмечая происходящие изменения. Носогубный треугольник стал фиолетовым. Несколько тонких капилляров в глазах полопались − белки заволокла красная пелена, а щеки покрылись синюшно-сизыми пятнами. Там, где раньше полыхал румянец. Ренесми задыхалась. Ей отчаянно не хватало кислорода. Аро выдохнул: − Мне жаль, а ведь все могло быть по-другому. Ее футболка внезапно соскользнула с плеча, открыв его взору правую грудь. И тут он разжал пальцы, внезапно почувствовав, что ему самому будто стало нечем дышать. Осознав, что произошло, Аро резко отпрянул назад. Я чуть было не задушил ее… Девушка, закашлявшись, повалилась на пол и отползла к стене, трясясь от настоящего животного страха. Аро выдохнул, отчаянно пытаясь вернуть себе контроль над эмоциями, но тщетно. Мысли его уже ему не повиновались. Он чуть было не задушил ее. Своими собственными руками. Дьявол, да что со мной такое… − Все-все, не надо бояться. – Он отступил еще на два шага. Но Ренесми явно не слушала. Девушка тряслась, поджав под себя ноги, и безумно вращала глазами, обхватив пальцами шею. Там мгновенно расплывались уродливые кровоподтеки. Следы его рук. Они выделялись на ее белоснежной коже, словно клеймо. Его клеймо. При этой мысли, Аро почувствовал прилив неуместного воодушевления. Она все равно будет принадлежать ему. Хочет она того или нет. Ренесми резко закусила губу так, что на ней выступило несколько алых капель. Вампир почувствовал привычное жжение в горле, но это было ерундой по сравнению с вулканом, извергающимся у него внутри. Дьявольское пламя, сжигающее все на своем пути, бурлило в его каменном теле, захватывая все его существо. От кончиков ногтей до корней волос. Девушка еще раз с силой прокусила губу. Все еще напугана… − Моя жемчужина… − прошептал Аро, задыхаясь от затопившего душу странного чувства, − ты же умная девочка и все поняла. Видишь, что бывает, если ты не слушаешься. Пленница еще сильнее вжалась в угол и осела на пол. Плечи ее сотрясались в беззвучных рыданиях. Глаза были зажмурены, а рыжие волосы упали на лицо. − Посмотри на меня, − Аро присел перед ней на корточки, − я не так уж страшен. Она замотала головой и поспешно втянула голову в плечи. − Ты не посмеешь перечить и не повиноваться мне, милая Ренесми, − ласково проговорил он, − ведь ты уже практически сдалась мне. − Нет, − буркнула она куда-то себе в колени, − нет… Этого никогда не произойдет! Вот, значит, ты как… Аро с раздражением ощутил, как в нем темной гремучей змеей вновь пробуждается гнев. Неконтролируемый гнев, делающий его самым опасным созданием на планете. Эти острые эмоции быль столь непривычны, что он едва мог ими управлять. Всегда спокойный и выдержанный, теперь за доли секунды он бросался из одной крайности в другую. − Посмотри на меня! Ренесми молча опустила голову, закрывая ее руками. От бешенства владыка задержал дыхание. − Я сказал, смотри! Вампир схватил ее за волосы, рывком поставил на ноги и, кипя от неудовлетворенной ярости, ударил по лицу. Голова ее неестественно дернулась, но девушка удержала равновесие. Челюсти ее громко ударились друг об друга, а из уголка рта заструилась кровь. Почувствовав непривычное ощущение, вампир бросил взгляд на свою ладонь. Между пальцев его запутался клок рыжих волос. Он брезгливо отшвырнул его прочь. Так то… Аро хладнокровно ухмыльнулся. Впервые за несколько последних минут сделал глубокий вдох и застыл. Ноздри защекотал такой сладкий пьянящий аромат. В горле мгновенно разгорелся пожар жажды. Жажды ее крови. Осознание содеянного пришло незамедлительно. Аро снова втянул воздух, игнорируя собственные инстинкты, и наклонился к девушке. − Ну зачем же ты так… − тихо проговорил он, достав из кармана белоснежный платок и протянул ей. Она презрительно фыркнула и отвернулась. Аро смягчился. − Просто будь послушной… И я не причиню тебе вреда. Больше не причиню. Мужчина скользнул ладонью по ее лицу, стремясь унять боль – если приложить холодное, это смягчит ушиб… И тут же он почувствовал ее теплую руку на своей щеке. Божественное ощущение. Которое почти сразу сменилось тупой болью в груди. Красный туман поднимался перед глазами. В голове против его воли замелькали картинки. Он с легкостью игнорировал образы, но чувства, которые она передавала, захлестнули его с головой. Ненависть. Жгучая ненависть, отвращение и презрение. Сжигающие душу эмоции. О Боги… − Хватит! – Рявкнул он, резко оторвав от себя ее руку. − Довольно! Ты что о себе возомнила?! − Показала вам то, что чувствую! – Она гордо вздернула подбородок. − Раз уж вы все равно решили убить меня, по крайней мере, я не унесу с собой в могилу это знание! Вампиру на мгновение показалось, что он не справится с собой. Что разорвет ее на части прямо здесь, в этой комнате, без дальнейших рассуждений. И плевать, что потом, возможно, его жизнь превратится в ад. Он и так уже давно горел в аду. С тех пор, как узнал ее. И этот огонь выжигал его изнутри каленым железом. Не в силах сопротивляться, он приехал в Лондон, стремясь получить хоть каплю ее тепла, в надежде растопить вековой лед своей окаменевшей души, а сделал себе еще больнее. Ненавидеть и презирать все человечество оказалось куда проще, чем любить одну единственную женщину. Девушку. Дерзкую Ренесми Каллен. Которая не боялась его, которая противостояла ему, даже сейчас, когда он обрушивался на нее всей мощью своей ненависти и злобы. И которая в очередной раз ясно дала понять, что никогда добровольно не станет его. Глупо. Безрассудно. Как истинная Каллен. И Аро чувствовал, что она, как достойная внучка Карлайла, не изменит своим принципам. Но он должен был попытаться. И из всех доступных ему способов он выбрал самый очевидный. Метод силы. − Позволь преподать тебе первый урок, − вампир снова ударил девушку по щеке. Раздался хруст. Аро не мог точно сказать что это было: то ли он сломал ей кость, то ли просто выбил зубы. Плевать. С ее способностями к регенерации через несколько часов от травмы не останется и следа. Зато в голове, возможно, прочно осядет выученный материал. – Не. Смей. Перечить. Мне. − Проговорил он по слогам. − Если хочешь жить. Девушка сплюнула кровавую слюну и с ненавистью посмотрела на него. Собралась, как пружина. Страх в глазах. Волнами излучает решимость. И снова ненависть… Ненависть! Ненавидишь меня? Владыка изо всех сил сжал кулаки. Так умри же! Ужасное, дикое, необузданное чувство рвалось из груди, а древний вампир отчаянно ему сопротивлялся. Нет-нет, еще рано… Ренесми снова пронзила его испепеляющим взглядом. Любому другому такой взгляд мгновенно стоил бы жизни. Но она – нечто особенное. С ней так нельзя.

***

Жгучая боль полыхала во рту справа. Вероятно, он выбил ей зубы. Подтверждением этому явилась какая-то твердая крошка под языком и за щекой. Кости… Он раскрошил зубы и повредил челюсть. Сволочь! Боль нарастала, но Ренесми старалась держаться. Ненависть. Вот, что она испытывала. Яростная ненависть горела внутри, подпитывая ее силы. Ее взгляд был прикован к Аро, который стоял перед ней, то сжимая, то разжимая кулаки. Его глаза остекленели, губы скривились в бешеном оскале. Сам дьявол! Ренесми тряхнула головой, пытаясь унять разгорающуюся истерику. Слезы неконтролируемым потоком полились из глаз. Почему он не может просто убить? Нравится издеваться? Она зажмурилась, сглотнув свою собственную кровь, которая сочилась из разбитой десны, открыла глаза и в ужасе уставилась на мужчину. Что… что он делает?! Аро вдруг покачнулся, медленно опустился на колени, схватил подол ее футболки и крепко прижал к лицу. − Я прошу тебя… − проговорил он нежно, − ты будешь доброй и ласковой. Пожалуйста. Задыхаясь от отвращения, Ренесми попыталась выдернуть ткань из его рук. Ничего не вышло. Футболка лишь задралась выше, оголяя ее плоский живот. Вампир застонал, прислонившись лицом к ее коже и застыл, не говоря ни слова. Ренесми поежилась: король вампиров стоял перед ней на коленях, прижавшись щекой к ее животу и прикрыв глаза. Дикое зрелище. Но уже через мгновение Аро вдруг резко оттолкнул ее, вскочил на ноги и впился в нее безумным взглядом. − Что… Что?! Нет, как такое возможно! Что он несет?! − Ты не сказала мне… − Аро медленно провел пальцами по алебастровым щекам, вдруг развернулся, нащупал за спиной стул, сел и как-то неловко уронил голову на руки. – Неужели… Он выглядел почти оглушенным. Девушка не имела понятия, чем вызвана эта внезапная отчаянная вспышка. Но его боль и страдания пугали не меньше, чем предшествующие ярость и бешенство. Где-то глубоко появилось смутное сомнение, впрочем, она предпочла не концентрироваться. Он не смотрит! Это шанс! И Ренесми бросилась к двери. Но Аро вырос перед ней как из-под земли, преграждая путь к спасению. − Ты не сказала мне. – Опасно тихим голосом повторил он, резко рванув ее на себя, − и давно ты знаешь?! − О чем? – девушка попыталась освободиться, но пальцы вампира лишь сильнее стиснули ее руку. − Не лги мне. Ведь я слышу это. – Владыка несколько раз ритмично сомкнул большой и указательный палец, имитируя глухие удары. Ренесми в недоумении заморгала глазами. Тогда мужчина прижал ее к себе так сильно, что она едва могла вздохнуть. – Отвечай же! – приказал он. − Я не знаю, что отвечать! − О… − Аро в наигранной печали покачал головой, − я думал, ты способна усвоить урок после неоднократного повторения. Увы. Я ошибся. Тогда придется иначе. Продолжая удерживать девушку перед собой, Аро медленно стянул перчатку сначала с одной руки, потом с другой. Вернул правую руку ей на талию, и Ренесми ощутила, как сжимаются его пальцы. Острая боль в боку заставила ее вскрикнуть. Сломалось ребро. Потом еще одно. Пальцы сжались сильнее. Боль огненной спиралью обожгла внутренности, и Ренесми со стоном закусила губу, чтобы не завопить. А Аро наблюдал. Его, казалось, только забавляли ее мучения. Дьявол! Он совсем обезумел… Наконец, пытка ненадолго прекратилась. Однако, уже через мгновение вампир положил другую руку ей на лицо, немного ущипнул кожу, провел ногтем по линии бровей и шумно вдохнул. Ресницы ее неожиданно стали влажными. Словно от слез… Но девушка знала, что это не слезы. Это была кровь. Его острый как бритва ноготь порезал ее кожу в нескольких местах. Кровь. Что он творит… Ужас медленно, но верно сковывал разум. Паника поднималась откуда-то снизу, мешая думать. Ренесми от волнения часто задышала. И тут же ощутила на своих веках его прохладный язык. Аро слизывал пурпурные капли, урча от наслаждения. − Когда ты спала с ним в последний раз? – прошипел он почти нежно. Девушка все поняла. И в ужасе закусила зубами щеки. Постукивание его пальцев имитировало сердечный ритм. Ребенка, который растет у нее внутри. Без всяких тестов уникальный слух вампира уловил сердцебиение. Значит, она точно беременна. Инстинкт самосохранения заработал на полную катушку. Она беременна! Он не посмеет прикасаться к ней. Не смеет трогать ее, ведь она выполнила свою часть договора – забеременела от вампира. Она носит ребенка Маркуса! Аро должен отступить! Но… что, если он не отступит…? Ее замутило от страха. Во рту появился кислый привкус. Еще немного, и меня вывернет… Ренесми вдруг остро ощутила, что вовсе не хочет умирать. Только не сейчас. Только не так… Ведь, ребенок умрет вместе с ней. Частичка Маркуса, которую она, сама того не осознавая, уже успела принять и полюбить. От отчаяния снова сдавило грудь. Любовь… Любовь… Что он там говорил о любви? Мозг лихорадочно заработал. Если ты действительно любишь меня, Аро, то не сможешь причинить мне вред… Эта мысль показалась спасительной. Подавляя рыдания, девушка шагнула вперед и прижала ладонь к щеке старейшины. Осознавая, что это, возможно, пронзит тысячью раскаленных игл его сердце, она все же показала ему самое главное, что было на душе. Маркус. Мой бывший муж, которого я всегда буду считать своим первым и единственным мужчиной. И я беременна от него. Беременность не наступала, когда я была взволнована или напугана, когда сомневалась в своих чувствах. Но в тот раз сомнений не было. Я была уверена. И уверена сейчас. Я люблю Маркуса. Я нашла мужчину всей своей жизни. И ребенок – яркое тому подтверждение. Сделка состоялась, я могу выносить и родить наследника Вольтури. Почувствовав, как по телу вампира прокатилась волна дрожи, она отдернула руку и инстинктивно отпрянула назад. − Ты думаешь, я заключал с тобой сделку? – все еще подрагивая от напряжения, Аро запрокинул голову и сардонически расхохотался. Через секунду его смех стих. В спальне воцарилась гробовая тишина. Ренесми подняла голову. Вампир напряженно скользил взглядом по ее лицу и явно о чем-то размышлял. Он словно не мог определиться, как именно следует поступить с ней. Каким именно способом лишить ее жизни. И, насколько она могла судить по безумному блеску его глаз, ее смерть не будет легкой. Она хотела рвануться прочь, но он ловко ухватил ее запястье, дернул на себя и снова прижал дрожащую ладонь к своей щеке. Теперь они стояли неподвижно друг перед другом, словно ангел и демон сошлись в неравной схватке. − Покажи мне! − Ч-что? – заикаясь, спросила Ренесми. − Покажи мне, как это случилось. − Что вы имеете в виду?! − Покажи, как ты забеременела, − хрипло проговорил Аро, − этого не должно было произойти. Он не должен был спать с тобой, когда стало ясно, что грядет война! − Это личное, я отказываюсь… − Мерзавка! Она зажмурилась, ожидая очередной пощечины, но Аро просто накрыл ее ладонь своей. Он скрупулезно просматривал ее воспоминания, пока не дошел до ее последнего дня в Вольтерре. Поездка к морю. Их близость с Маркусом. Ее оргазм и сладкий стон на ухо Маркусу, ломающий все преграды: «Я хочу до конца». Видимо, именно тогда она и забеременела. Владыка тоже это понял. В этот момент Аро сжал пальцы с такой силой, что Ренесми почувствовала, как ломается кость. Очередной перелом. Она застонала от боли. И тут же ощутила на ладони его прохладный язык. Он целовал и ласкал языком ее сломанную руку так спокойно, словно это был заурядный акт нежности между влюбленными. − Прости, тебе, наверное, неприятно, − прошептал он ей в запястье и снова поцеловал ладонь, − прикоснись ко мне еще раз. Прохлада должна унять боль. Она застыла, боясь пошевелиться. Аро терпеливо выждал минуту, покачал головой, и опять его язык принялся исступленно выписывать узоры на ее коже. Отвращение снова захлестнуло ее изнутри – стало подташнивать, колени сделались ватными и отказывались удерживать ее вертикально. Боже, это невыносимо терпеть. Чертов псих. Ненавижу! Ее повреждения постепенно восстанавливались, но не так быстро, как хотелось бы. Шею саднило, запястье болело, во рту до сих пор находились крошки сломанных зубов. А язык вампира все блуждал и блуждал по ее руке, вызывая у девушки рвотные позывы. Задыхаясь от омерзения, Ренесми попыталась высвободиться. Ничего не вышло. Он только сильнее притянул ее к себе, прикусывая кожу и медленно увлекая за собой на пол. Она покорно осела вслед за ним. Колени и так были ватные. Сбежать она бы не смогла. Но надо было бороться. Сопротивляйся! Соберись, идиотка! И, повинуясь какому-то животному инстинкту, Ренесми с размаху ударила его по щеке. Тут же вскрикнула, прижав ладонь к губам. Но было поздно. Боже, что я наделала. Аро вздрогнул, замер и поднял на нее взгляд. В нем полыхало истинное безумие. Рывок вверх. Через мгновение они уже стояли на ногах. Мужчина нависал на ней, словно коршун над добычей. Ренесми инстинктивно втянула голову в плечи. − Вы больше не посмеете ударить меня, мисс Каллен, − он схватил ее за ворот и приблизился почти вплотную, − это понятно? Девушка попыталась оттолкнуть его – безрезультатно. − Это понятно? – повторил вампир тихим вкрадчивым голосом. Она судорожно кивнула, каким-то внутренним чутьем понимая, что его в принципе уже мало заботит ее ответ. И если бы Ренесми подняла взгляд, то увидела бы Аро Вольтури во всей красе. Без ужимок. Без масок. Без жеманных гримас и фальшивых улыбок. Лицо Аро приняло теперь совершенно иное выражение. Это было не лицо живого существа – это было лицо убийцы. Холодное. Страшное. Обезумевшее. Перекошенное гримасой ненависти.

***

Аро был в смятении. Он погибал. Осознание того, что в чреве его возлюбленной желанной женщины растет чужеродное существо, горьким ядом разливалось по венам. Это понимание медленно поднималось в нем, разрастаясь и сминая остатки здравого смысла. Все кончено. Она беременна. Жгучая ярость, которой он доселе управлял, просачивалась на свободу. Она подавляла все остальные эмоции, ломала все барьеры, превращая его в совершенную машину для убийств. И он больше не собирался сдерживаться. Она отвергла его. Она показала, что ненавидит его. Она, наконец, носит чужого ребенка. Значит, она не достанется никому! Она должна умереть. Аро резко шагнул к Ренесми и разорвал жалкую футболку. Девушка попыталась прикрыться, но он с легкостью отнял ее руки от груди и сжал над головой. Наслаждаясь теплом ее тела, вампир медленно закрыл глаза и глубоко вдохнул. Его снова окатило понимание. Она беременна! Тварь! Он же все предусмотрел! Они не должны были совокупляться – впереди битва, Маркус должен был проявить благоразумие! Он не смог бы обречь свою супругу на беременность и роды в самый разгар войны… Но Маркус, похоже, думал иначе. Дьявол… Что за лицемерие… Он же любил Дидим, как эта малолетка смогла вскружить ему голову?! Вампир с размаху бросил девушку на постель, развернулся и, в отчаянной попытке выместить негодование, ударил кулаком по столу. Столешница раскололась надвое. Не помогло. Но он, по крайней мере, на миг перестал видеть перед собой эту девчонку. Как же он ненавидел ее в тот момент. Ненавидел Маркуса. И себя вместе с ними. Она беременна… Его мир, скучный и до боли предсказуемый, где все, словно ожившие марионетки, подчинялись его воле, рушился как карточный домик. Она беременна! Будь оно все проклято! Как он мог так просчитаться? Аро скрежетнул зубами. За три тысячи лет он не допускал столько ошибок, сколько совершил за последние годы, с той злополучной несостоявшейся битвы на заснеженном поле Форкса. И все из-за этой проклятой полукровки. Которая сжалась сейчас на постели, в ожидании своей участи. Все ее существо явно молило о пощаде. Все, кроме глаз. Ее взгляд словно насмехался над ним: «Аро Вольтури, в кого ты превратился! Несчастный отвергнутый любовник, вся вековая мудрость которого рассыпалась в пыль перед лицом такого простого и судьбоносного слова «нет». Ты жалок!» И в глубине души он был с этим согласен. Аро в бешенстве швырнул в стену деревянный потрепанный стул. Ренесми вскрикнула и заморгала от страха. Правильно, бойся меня! Ты ввязалась в опасную игру, крошка… И выбрала не того противника… Потому что я никогда не проигрываю. − Мне жаль, что у этой истории будет грустный конец, мисс Каллен. Она вся подобралась, неловко пытаясь прикрыть грудь руками, до крови прокусила губу и привычным движением сдула со лба рыжие слипшиеся пряди. Неужели считает, что может от меня укрыться? Считает. А еще боится. Ее страх приятно щекотал нервы. Вампир жадно втянул носом воздух, не в силах отвести взгляд от ее подрагивающих ладоней. Запахи ее крови и пота наполнили комнату. Дурманящий коктейль. Наркотик. Аро застонал от наслаждения. И заметил, как пальцы ее еще сильнее впились в белоснежные полушария, наивно пытаясь отгородиться. Грудь. Прекрасная девичья грудь. С тех пор, как он видел ее в последний раз в подземельях, она будто поменялась… Это все проклятая беременность. Ее грудь стала больше, соски потемнели, а ореолы стали крупнее. Она беременна… И Аро вдруг подумал, что после родов, как это бывает у смертных, ее соски сочились бы сладким молоком. И она кормила бы этой своей прекрасной грудью младенца. Младенца, которого она зачала с Маркусом. Дрянь! Ошибка природы! Она должна умереть! Внутри потяжелело от тихой ярости, но его мужская сущность брала свое. Девушка выглядела слишком соблазнительно. От нее слишком вкусно пахло. И он, наконец, слишком долго и отчаянно ждал этого… Член напрягся, требуя разрядки. Гнев и возбуждение жгучей лавой неслись по венам. И он покорился им. К чему противиться этому, когда для него все и так уже кончено? Кончено? Возможно. Но сначала он получит то, чего так долго желал. Мисс Каллен будет в сознании, будет смотреть ему в глаза, когда он заполнит ее своим семенем, шепча ей на ухо ее имя. И даже если в ее глазах будет отвращение – плевать. Эта мысль сладко отозвалась где-то в паху, наполняя его черную душу кипящим предвкушением. Он не привык, чтобы решали за него. Он не привык быть заложником обстоятельств. Он всегда был хозяином положения, будет им и теперь. Аро подался вперед, обхватил ее лодыжки и, не обращая внимания на сопротивление, резко потянул на себя. Очутившись сверху, вампир не удержался и укусил ее припухшую губу. Запах крови снова заполнил все окружающее пространство, этот аромат пьянил и высвобождал его темную сущность. Ренесми всхлипнула, провела языком по губам, и он тут же смял ее рот жестким поцелуем, прихватив зубами ее язык. Спустился ниже, припал губами к ее соскам. Облизнул и со стоном втянул в себя. Девушка зарыдала в голос. Резко выгнулась, в смешной попытке сбросить его с себя, но тщетно. Аро был намного сильнее. Он усмехнулся, провел пальцем по ее щеке, стирая слезинки и тут же получил удар в челюсть. Ах ты дрянь! − Я говорил тебе! – рявкнул он, запрокинул ее голову и уткнулся носом ей в шею. Несколько вдохов наполнили его легкие пьянящим ароматом. Ее кожи. Ее страха. Ее женственности. Мгновение, и острые как бритва зубы пропороли теплую плоть. Горячая кровь хлынула ему в рот. Один глоток, другой… Да-а, девочка, какая же ты сладкая… Ренесми билась под ним и хрипела, но ему было уже все равно. Он наслаждался ее вкусом. Пил ее. И владел ею. Прошло несколько минут. Тело девушки обмякло, сердце под ребрами тяжело захлебывалось, а из груди вырывались булькающие звуки. Она отчаянно хватала ртом воздух. Оторвавшись от раны, Аро облизнул губы. И провел языком по следам от зубов, запечатывая их. Ренесми била мелкая дрожь. Глаза ее закатились, а кожа приняла сероватый оттенок. − Мне плохо, − просипела она. − Все пройдет, − Аро погладил ее по щеке и отстранился. – Скоро ты восстановишься. Через секунду он уже очутился на ногах справа от распластавшейся на постели девушки, пригладил волосы и задумчиво потер переносицу. Он знал, что пройдет немного времени, и ей станет легче. Вампирская сущность возьмет свое. В конце концов, не так уж и много крови он у нее забрал. − Зачем вы это делаете? – Ренесми попыталась повернуться на бок. Его взору снова открылась ее грудь, которую она уже не пыталась скрыть. – Почему просто не убьете меня? Вампир сел рядом, заботливо убирая со лба прилипшие окровавленные пряди рыжих волос. Он чувствовал удовлетворение. − Понимаешь, моя дорогая… Ведь я – последнее, что случится в твоей маленькой судьбе. Нельзя допускать, чтобы у тебя остались неприятные впечатления. Вдруг жизнь после смерти существует, − Аро демонически хохотнул, − как утверждает Карлайл. И мне бы не хотелось иметь там, − он поднял взгляд к потолку, − врага в твоем лице. − Вы издеваетесь? – девушка попыталась присесть, и вампир с раздражением отметил, что губы ее побелели. Вероятно, он все же переборщил: она не сможет оставаться в сознании так долго, как ему нужно. Значит, надо торопиться. − Да. Издеваюсь. И это мой реванш, юная мисс. Не было смысла тратить время на пустые беседы. Аро перевернул свою добычу на спину и припал губами к ее правому соску. Он вылизывал его, втягивал в себя, а затем выпускал, чтобы через некоторое время прикусить его зубами, наслаждаясь упругостью теплой груди. Потом все то же самое он проделал с левой грудью. Ренесми не сопротивлялась. Сдалась. Или обессилела. О да, как хорошо… Ощутив настойчивую пульсацию в паху, вампир глухо зарычал. Затем молниеносно расстегнул ремень и, приспустив брюки, достал свой возбужденный орган. Сделав несколько ритмичных движений по стволу вверх-вниз и обратно, Аро впился губами ей в шею, вылизывая след от укуса. Головка тут же увлажнилась, а яички болезненно сдавило скопившееся от длительного воздержания семя. Кто бы мог подумать, что после знакомства с мисс Каллен тогда, на поле боя, он начнет вести почти монашеский образ жизни. Сульпиция перестала приносить удовлетворение, а заниматься любовью с той, которая его не вдохновляет, вампир считал ниже своего достоинства. За исключением случая в подземельях, у него не было секса, потребности в котором он, впрочем, особенно не испытывал. Но сейчас все было иначе. Возбуждение перехлестывало через край. И всему виной была теплая и живая девушка, покорно лежащая под ним. Чью грудь и губы он то и дело покрывал жадными поцелуями. Она сводила его с ума. Черт бы ее побрал. Аро приподнялся на локтях, пытаясь перевести дух. Ренесми судорожно сглотнула и уставилась в него. Зрачки ее расширились, почли сливаясь с радужками, что сделало ее взгляд глубоким и каким-то фатальным. В нем хотелось купаться и тонуть. Вечность. И это подстегивало еще сильнее. Член стал почти каменным, требуя немедленного выпуска. Достаточно было несколько раз оттянуть крайнюю плоть, чтобы густая струя спермы хлынула ей на живот, но не такого финала он хотел. Пока не время. Дернув девушку за волосы, он заставил ее присесть, пальцем разомкнул ей челюсти и, шипя от наслаждения, пробормотал: − Это лучшее использование твоего прекрасного рта, дорогая.

***

Ренесми почувствовала, как на язык лег его твердый прохладный орган. И тут же закашлялась, когда Аро, удерживая ее затылок, резко вошел до самого основания. Горло свело спазмом. Позывы к рвоте заставили ее упереться ладонями в его бедра, в попытке отпихнуть мужчину от себя. − Не думай сопротивляться. Не поможет. И снова резкий выпад, головка уперлась ей в гортань, и девушка тут же ощутила солоноватый привкус смазки. Аро замер, явно наслаждаясь ощущением полного безграничного контроля над ней. − Ты же занималась этим с ним? – он вышел, погладил ее по щеке, а затем с силой вжал ее в себя. – Можешь не отвечать. Я знаю, что занималась. Я видел. Его жесткие волосы на животе щекотали ей нос. Стало нечем дышать. Он не двигался, заполняя ее рот. Лицо болело – девушке даже показалось, что она вывихнула челюсть. Раздался жеманно-ласковый приказ: − Работай языком, моя дорогая. Она мотнула головой и тут же получила легкую пощечину, от которой щека снова заныла. − Работай. Языком. – Повторил вампир, подался назад, дав ей возможность вдохнуть, а потом снова проник в ее рот до самого основания. − Мне нравится, как твое горло сжимает его, − застонал он, покачивая бедрами. От этого окаменевшая головка терлась о корень ее языка, вызывая болезненные спазмы. Подавляя их, девушке приходилось глубоко вдыхать носом и держаться рукой за горло. Когда Аро вновь проник в нее, сдержаться не получилось. Желудок сжался, его содержимое устремилось вверх по пищеводу. За секунду до этого девушка почувствовала, как матрас под ней проваливается куда-то в бездну. И очнулась уже на спине. Аро нависал над ней, вытирая ей рот своим платком. − Пришла в себя. – Произнес он почти взволнованно. – Это чудесно. Выпей. Ренесми с недоверием приняла стакан воды из его рук, прополоскала рот и отставила на тумбочку.

***

Владыка чувствовал легкое разочарование – вместо того, чтобы довести дело до конца, девчонка отключилась. Если бы не его реакция, возможно, ее бы стошнило прямо на него. Аро брезгливо повел плечами. И все же, Маркус так ничему ее и не обучил… Ренесми всхлипнула. И вампир прикусил ее плечо, стремясь переключить свое внимание с той бури, что разгорелась у него в паху. Он предпочел не слизывать кровь, позволив ей сочиться прямо на ткань постельного белья. Красные разводы завораживали. Аромат ее крови сводил с ума. Нежная. Прекрасная. Только моя. Ей явно стало легче. Ее губы сжались в плотную линию, а ноздри раздувались от негодования. − Решили трусливо взять меня силой? Удар ниже пояса. Аро хотел было ответить, как вдруг, к своему изумлению почувствовал, что девушка под ним сжала ноги, согнула правую и невольно уперлась коленом ему в бедро. Она думала, так будет безопаснее, а сделала только хуже. От этого прикосновения его тело содрогнулось, и он не смог отказать себе в удовольствии: чуть двинул бедрами, коснулся членом ее кожи, оставляя на ней легкие влажные следы от ее слюны смешанной с его смазкой, и резко подался вниз, прижимаясь головкой к ее коленной чашечке. Терпеть дальше не было сил. Он рванул ее шорты, обнажая белоснежные хлопковые трусики. Кожа ее тут же покрылась мурашками. Избавившись от последней преграды, Аро резко развел ей ноги и прижался своей ноющей от возбуждения плотью к ее нежным складочкам. − Говорят, раздвигать ноги таким скромницам, как ты – ни с чем не сравнимое удовольствие. И это было так. Он парил в небесах, чувствуя себя всемогущим. Хозяином душ. Вершителем судеб. Она была здесь, в его власти, и не суть важно, что ее тело излучало жгучую ненависть. Он давно уже научился не обжигаться. − Пожалуйста… лучше умереть… − Конечно. Но позже. Она умрет. Но сначала отдаст ему то, что должно принадлежать ему по праву. Как в замедленной съемке, девушка повернула голову набок, уставилась в стену и расслабилась.

***

Его член упирался прямо в ее влагалище. А ей было почти все равно. Какая-то смутная мысль блуждала в ее сознании, но все никак не могла оформиться в нечто связное. Интуиция подсказывала, что это конец. Сопротивляться? Глупо. Кричать? Бесполезно. Драться с ним? Безумно. Поэтому Ренесми лежала под Аро, глядя в потолок. Не сопротивлялась. Не кричала. Не вырывалась. Изнасилованный рот болел, но даже это перестало ее занимать. В груди была густая почти совершенная пустота. Непривычно… Откуда она взялась… Неутешительный вывод напрашивался: она сдалась. Покорилась ему. А ведь она так хотела быть сильной, и биться до конца. Но сил не было. Больше ничего не было. И мысль о ребенке, которого она должна защищать, теперь тоже казалась какой-то далекой и бестолковой. Проблеск надежды на мгновение озарил ее затуманенный разум. Может быть, если я ненадолго стану покорной… − Даже не думай, − прошипел вампир, и тут же вошел в ее лоно двумя пальцами, − все твои мысли как на ладони. Ты обессилена. Твой щит не работает. Девушка почувствовала, как по щекам покатились слезы. Странно. Ведь она почти ничего не чувствовала. Словно все происходящее было лишь дурным сном, фильмом на мерцающем экране, который можно прервать в любой момент нажатием кнопки power. Но, увы, это была явь. − Это, − Аро провел ладонью по низу ее живота, − определило твою судьбу. Беременность. Как же я могла забыть. Ребенок… Мысли путались. Очень хотелось спать. Пусть не думает, что выиграл… Я что-нибудь придумаю… Вот только немного отдохну… Ренесми вдруг почувствовала, как блаженная тьма поглощает ее. Веки сомкнулись. Конечности расслабились. Стало хорошо и спокойно. Но тут же удар по щеке привел ее в чувство. − Моя красавица, ты должна быть в сознании, − Аро причмокнул языком, − я хочу видеть твои глаза. Словно в подтверждение своих слов, он раздвинул пальцами ее складки, двинул бедрами и вошел в нее до самого основания. Резкая боль пронзила низ ее живота – каменный член вампира уперся в матку, но так и не вошел до конца. Ренесми чуть слышно застонала. Боже, он же меня разорвет… Будто почувствовав сопротивление ее плоти, Аро схватил ее за бедра и с силой насадил на себя, прорываясь глубже. Ренесми попыталась вывернуться – тщетно. Боль нахлестывала на нее тяжелыми волнами, внизу все пульсировало и горело. Аро хрипло застонал. Ему явно нравилось погружаться в нее на всю длину, разрывая нежную плоть. Было больно. Адски больно. На глаза навернулись слезы. Но кричать и вырываться было все так же бесполезно. Член вампира таранил ее тело, яростно проникая много дальше, чем она могла его пустить. Девушка закрыла глаза. Слезы катились по щекам. Была только боль там, между ног, жгучая, пронизывающая, колючая… И снова в воздухе ощутился металлический запах – ее плоть рвалась от его неистовых атак, а он все продолжал резко входить в нее. Шейка матки, наверняка, была растерзана в клочья. Хлюпающие звуки наполнили пространство комнаты. Очередное болезненное глубокое проникновение. Ренесми почувствовала, как под ней расползается влажное кровавое пятно, а матка начинает неистово сокращаться спазмирующими схватками, выталкивая содержимое. Ребенок… Я потеряла ребенка… У нее словно вырвали сердце и бросили ей под ноги. Теперь все действительно кончено. И она обессилено закрыла глаза, чтобы не видеть перед собой перекошенное похотью лицо вампира. Аро Вольтури, будь ты проклят. Будь ты проклят! Опьяненный ее близостью, ее кровью, ее запахом, Аро словно обезумел. Он брал ее так, словно она была вещью, а не живым существом – хватал резко, грубо, оставляя на теле варварские отметины. Сколько крови… Но ей было уже наплевать. Обессиленная, Ренесми провалилась в небытие. Неизвестно, сколько она была без сознания, но болезненные ощущения притупились, а потом и вовсе сошли на нет. Внезапно все закончилось. И снова удар по щеке привел ее в чувство. − Очнись! Боже, я еще жива… Она почувствовала, как холодные руки стиснули ее и перевернули на живот. В воздухе раздался свист, удар и дикая боль – по ребрам побежали струйки теплой крови. Еще удар. Девушка попыталась приподняться, но Аро резким толчком вернул ее в исходное положение. − Это мои перчатки, милая. Я хочу, чтобы они пропитались тобой. И снова удар. Боль. Перчатки рассекали ее кожу на манер хлыста. Господи, с какой же силой он бьет… Аро отстранился, и затуманенным от боли взором Ренесми заметила, как он встал, выпрямился и бережно сложил перчатки в карман висящего на спинке стула пальто. Девушка застонала. Простыня под ней почти полностью промокла. Ее кровь была повсюду, даже, кажется, на стенах… − Зачем вы… − перед глазами все плыло, − зачем вы это делаете? За что вы так меня ненавидите? Вместо ответа, он рывком поставил ее на четвереньки. Сквозь плотный туман Ренесми почувствовала, как его руки заскользили по ее кожа в районе бедер, поясницы и, наконец, легли на ягодицы. Вампир раздвинул полушария, прошелся пальцами по складочкам, нащупывая влагу. Бесполезно. Все, что он мог взять от нее – только кровь. Недовольно выругавшись, Аро дернул ее на себя. − Это же единственное место, которое осталось нетронутым. Я прав? – очередной отрезвляющий шлепок пришелся на левую ягодицу. Она резко вынырнула из дымки и тихо всхлипнула. Пускай все это поскорее кончится…

***

Он не ждал ответа. Все и так было понятно. Тихую скромницу мисс Каллен Маркус просто не мог брать таким образом. Они играли в любовь и нежность, понимание и доверие, в которых не было место грубости и боли. Боли, которую он, Аро, испытывал почти постоянно, с тех пор, как увидел ее на поле боя. Боли, которой он щедро делился с ней этой ночью. Ренесми Каллен была повинна во всем. И теперь она за все заплатит! Упрямая дрянь! Он с силой раздвинул ее ягодицы, приставил головку члена к ее маленькому девственному входу и дернулся вперед. Ренесми невольно выгнула спину и вскрикнула. Ноги расползались, она потеряла равновесие и уткнулась носом в подушку. Заплакала. Но ему было все равно. Аро подхватил ее под живот и прочно зафиксировал. Головка уже вошла, тугое кольцо ее мускулов сжималось вокруг него, заставляя вампира рычать от наслаждения Какая она тесная. Тугая. И нежная. Моя девочка… Через минуту вампир полностью вышел из тела девушки, а потом вошел до конца, причиняя ей столько боли, сколько было возможно. Периодически он отстранялся, оставляя внутри мучительно растянутого прохода только головку, а потом опять входил до основания, наслаждаясь ее теснотой. Кожа ее трескалась, не выдерживая натиска, он предполагал, какие мучения испытывает при этом юная мисс Каллен. И видел, как по внутренней стороне ее бедер уже нескончаемым потоком струится кровь. Он слышал ее стоны и мучительные вскрики, но это еще больше распаляло. Чувствуя приближение разрядки, вампир ускорил темп. Аро вцепился рукой в ее волосы, заставляя девушку запрокинуть голову. В момент своего оргазма он хотел видеть ее лицо. Яички запульсировали, оставалось каких-то несколько движений до экстаза. − Ты все равно не прикоснулся к моей душе, Аро… − прошептала Ренесми, и он почувствовал, как ее тело вдруг подалось вперед и расслабилось. Она потеряла сознание. Дрянь! Она не дала ему кончить. Она должна была смотреть на него! Скрипя зубами от гнева, Аро резко перевернул ее на спину, протянул руку к тумбочке, снял с нее стакан с ледяной водой и окатил девушку. Ренесми вздрогнула. Правильно. Ты должна смотреть. Глаза ее несколько раз моргнули, пытаясь сфокусироваться. И вампир развел ей ноги, до основания погружаясь в растерзанное влагалище. Он знал, что ей больно. Знал, что она почти умирает от боли. И ему было от этого хорошо. Но девушка не стонала. Она лежала неподвижно и молча смотрела на него своими большими карими глазами. Аро настороженно уловил в них искру упрямства. А затем… Ее губы дрогнули, и вдруг она начала смеяться. Все громче и громче. Никогда еще он не слышал смеха, в котором было бы столько ненависти и презрения. Заткнись! Ярость черной волной поднялась у него внутри. Кулак впечатался в ее череп как в глину. Кровь брызнула ему на лицо, попав в глаза и на губы, но это уже не имело значения. Он продолжал избивать ее, одновременно проникая своим членом в ее кровавые глубины. Бил по голове, по груди, по шее и снова по голове. Рыжие волосы мгновенно стали бордовыми. Он чувствовал, что дробит ее кости в муку, но уже не мог остановиться. С каждым ударом долгожданный финал приближался. Аро в последний раз вошел в порванное влагалище, дернулся и остановился, выплескиваясь в нее пьянящей болезненной волной. Через несколько мгновений, вампир отстранился и уставился на свою жертву. Она лежала молча, не шевелясь, даже, кажется, не дыша. Ренесми распласталась, раздвинув ноги и подставляя его взору результат содеянного. Владыка выдохнул. Его семя потекло по измазанным кровью половым губам девушки, впитываясь в простыню. Аро застыл. Ее сердцебиение, подстегивающее его все это время, стихло. Он резко наклонился и прижался щекой к ее груди. Тишина. Ее сердце остановилось. С непроницаемым лицом вампир поднялся на ноги. Нащупал на полу смятое покрывало и накрыл им девушку. Медленно, почти с человеческой скоростью он оделся, стряхнув с ткани несколько рыжих волос. Замер. И продолжил, словно на автомате. Пара шагов к подоконнику, там бутылка с питьевой водой: обмыть руки, избавляясь от остатков крови. Лужа натекла на пол, забрызгав его ботинки. Плевать. Он действовал машинально, отмечая про себя странное ощущение в груди. Аро так боялся эмоций, которые могут затопить его, если он убьет свою возлюбленную: жалости, чувства сожаления или вины; но их не было. Была пустота. Безразличие. И совершенно нечеловеческая усталость. Еще шаг к зеркалу. Пригладить волосы. Застегнуть пальто. Нащупать в кармане зажигалку. Отлично. Неуловимое движение рукой – синтетическое дешевое покрывало вспыхнуло мгновенно. Еще секунда, и все тело девушки уже полыхало огнем. Удушливый запах горящей плоти наполнил помещение. Задержать дыхание. Аро задумчиво опустил зажигалку в карман и нащупал нечто прохладное, гладкое… Перчатки. Пропитанные ее кровью. Вампир безразлично поднес их к лицу. Вдохнул аромат. На мгновение вздрогнул и, резко развернувшись, швырнул их в огонь. Себя обманывать будет куда проще, если ничего не останется на память. Кто такая эта рыжеволосая девушка, перевернувшая его мир? Наполовину смертная, наполовину бессмертная. Выдумка, иллюзия, фантом. Ее не существует более, и не существовало никогда. Она – плод его воображения. И он любил ее. Единственное, что казалось ему реальным в бесконечной вечности, отныне станет для него табу. Его страсть уничтожила ее. Но это было неизбежно. Потому что у демонов не бывает иначе. Все кончено.

***

Ветер лениво гонял по воздуху крупные снежинки. Мужчина в сером пальто медленно шел по улице Эктон Вейл, убрав руки в карманы. Его черные волосы развевались на ветру, бледная кожа почти сливалась со снежной пеленой. А вокруг стояла тишина: звонкая, вязкая, чарующая. И жуткая. Такая, которая окружала его почти три тысячи лет. Только теперь она пришла вместе с апатией и пустотой. Возможно, так даже лучше. Недолго думая, Аро достал из кармана телефон. − Джейн. Убей оборотня.