Я злая. Но это не точно.

Следующая остановка была в Канзас-Сити. Последняя встреча с Рафаилом уже не давала о себе знать болью в костях. С момента последнего дела у меня не было желания расследовать какие-то новые случаи, поэтому я пользовалась возможностью и просила его по возвращению затариваться в продуктовых. Да, порой и меня лень сражает наповал, что мне не хочется вставать с кровати лишний раз. В этот вечер было точно так же — я позвонила Винчестеру и попросила взять мне две упаковки чизкейка. — Дин! Я же просила без карамели! — возмущенно произнесла я, разбирая пакеты с едой. — Ты не уточняла, что брать, если будет только с карамелью, — устало ответил Дин. — К тому же, там её почти нет. — Ключевое слово «почти», — ворчливо сказала я. И все же, как бы я не капризничала, сложно было не заметить то, что Дин заметно устал. Осунувшиеся плечи, потухший взгляд. Он уже несколько дней носился с какими-то делами, ездил в места по указаниям Каса, который продолжал искать лазейки, которые могли бы нам помочь найти способ убить Люцифера. К слову, о пернатом, он пытался всё же вникать в современный мир и обзавелся телефоном. На самом деле, это было даже смешно — порой ангел разговаривал с автоответчиком, иногда с самим телефоном, думая, что мы его не слышим. — Кас, скорее всего, Кольт переплавили, — со вздохом отвечал ангелу Дин в трубку. На том конце провода что-то невнятно пробубнил ангел. После минуты молчания, Дин назвал место, где мы сейчас находились. И мне это не понравилось, ведь, зачем говорить наше место положения, если не для того, чтобы нас нашли. А выполнять снова сумасшедшие задания пернатого мне никак не хотелось. Сейчас опять заявиться, потом предложит какую-то бредовую идею, а потом снова кто-то кого-то побьют. — Стой, стой, стой! — яростно запротестовал Винчестер, крича в трубку. — Я провел шестнадцать часов подряд на колесах, так? Я человек, и мне нужен сон. Четыре часа сна, поесть, поспать, понимаешь? Давай завтра все обсудим. Винчестер положил трубку и упал на свою кровать, глядя в потолок. — Что на этот раз пришло в голову этой крылатой заднице? — спросила я вкрадчиво. — До него дошли слухи, будто кольт у демонов цел и невредим, — ворчливо отозвался Дин. Похоже, что он мало верил в эту чушь. — Бред какой-то. — Но всё же ты хочешь проверить этот бред, — недовольно произнесла я, скорее утверждая, нежели спрашивая. — А что ещё остается? — тот глубоко вздохнул. — Нужно хвататься за любую соломинку. Я не стала говорить вслух о том, что это говорит не он, а его чувство отчаянья, когда он принял решение отгородиться от Сэма. — Ох, и доведут до могилы его бредовые идеи, — устало сказала я, натягивая на себя одеяло. — Кого? Его? — насмешливо уточнил Дин. — Всех нас! — выпучив глаза, ответила я. — Иногда я сомневаюсь в адекватности этого посланника. Мы замолчали. Дин откинул покрывало со своей койки, снял свои ботинки. Судя по тягостному сопению, он явно хотел что-то ляпнуть или спросить. В воздухе я почувствовала напряженную нерешительность. — Тягостное молчание, слишком громкое сопение, — закатив глаза, заговорила я с едва заметным недовольством, — кажется, ты хочешь сказать, но не решаешься. Учти Дин, я улавливаю всплески твоих внутренних перепадов. Вначале Винчестер ошарашено смотрел на меня, словно не понимая, к чему это я. Я выгнула бровь дугой, продолжая сверлить его взглядом. Дин тяжело выдохнул. — Прям всё чувствуешь? — помедлив, спросил он и при этом посмотрел как-то косо. — Не всё, — сквозь зубы ответила я, — лишь, когда человек слишком сильно что-то ощущает или переживает. — Понятно, — кивнул он, окидывая меня внимательным взглядом. Затем, помедлив, добавил: — Я хотел поблагодарить тебя. У меня в этот момент сверчки подали голос в голове. Я в изумлении приподняла брови. — За что? Я же ничего не делала такого. — Просто, ты пока рядом, — сдавлено пробормотал Дин. В этот момент я и поняла, что говорить о чем-то важном и существенном, вроде благодарности или просить помощи, для этого человека ещё то испытание. — Я имею в виду, ты уж не знаю все подробности той сделки с отцом, но… спасибо, что пытаешься не умереть вместе с нами. Теперь была моя очередь молчать. Что-то в этих двух словах вызвало во мне бурю эмоций. Сначала я рассеяно смотрела на Дина, не в состоянии ответить. — Я... — редкий случай, когда мне нечего сказать. — Наверное, пожалуйста. Да. Его взгляд внимательно рассматривал меня. Решив, что не хочу углубляться дальше в этот странный разговор, я поспешно отвернулась от него на бок и уткнулась носом в подушку. Послышался щелчок, и свет в комнате погас. С ужасом осознала, что только что моя кожа буквально покрылась мурашками от того, сколько искренности было в неуклюжих словах Винчестера. Я ещё никогда не встречала столько честности по отношению к себе. С несвязанными мыслями я наконец уснула. Из сна меня выдернула вонь. Прежде, чем я открыла глаза, в голове уже давно прояснилось от этого гадкого запаха, который я знаю слишком хорошо. Не было сомнений, что это говорило о присутствии ангелов. И это точно не Кас, ведь Дин просил его оставить в покое на одну ночь. Не хорошо. Я подорвалась мгновенно на с кровати, и в этот миг мимо меня летит один из пернатых, а на другом конце номера стоит Дин с Захарией. — Придется преподать новый урок, — зло произнес Захария. — Ведь ты теперь мой! Я никогда не сомневалась в том, что дура. Так или иначе мои поступки лишены логики. В два прыжка я преодолела расстояние в полкомнаты и молниеносно кинулась на спину ангела, как только он протянул руку к Винчестеру. Одно из двух — либо Захария был слишком зациклен на Дине, либо попросту не посчитал меня за помеху. Как бы то ни было, мне удалось застать этого ангела врасплох и свалить его тушу на пол. — Тварь! — рыкнул Захария, и вот его рука уже мелькает рядом с моим лицом. — Даже не думай, — прошипела я, хватая первое, что попалось под руку — вазу с тумбы, которая громко и звонко разлетается на куски, встретившись с лысой головой ангела. Краем глаза мне удалось увидеть, как Дин исчез. Отлично, надеюсь, это Кас утащил его. Моё промедление стоило собственной свободы. Пока я оглядывалась в поисках Винчестера, Захария полностью и бесповоротно сосредоточил внимание на мне. — Ты лезешь туда, куда тебя не просят, ничтожество, — угрожающе продолжал ангел. Ангел изловчился и прикоснулся двумя пальцами к моему лбу, от чего я почувствовала волну вибрации по всему телу. Внутри мгновенно обожгло болью. Тряхнув головой, я подобрала несколько крупных осколков от вазы и вооружилась ими, словно двумя кинжалами. Замах, подныриваю под противника. Выпад — и я лезвиями полоснули Захарию по лицу и шее, оставляя кровавые подтеки на коже. Ангел зашипел, но эти увечья не особо помешали ему схватить меня за волосы и направить мою голову на угол комнаты. Во рту сразу же ощутила металлический привкус, я почувствовала, как теплая кровь медленно начинает стекать по лицу. по губам, по подбородку стекает кровь. Закрыв глаза, я прислушалась к себе. Где-то внутри у меня была темная сила. Осталось только дотянуться до этой темной силы, прежде, чем меня размажут по стенке. Меня отшвырнуло к стенке. Бедный, бедный мой хребет. Внутри все органы плясали польку, разрываясь на кусочки! Пытаясь встать на ноги, я чуть было снова не вырубилась — на меня опустилась люстра. — Дьявольская подстилка, — послышался ворчливый голос рядом. — Мне не нужен твой амулет, чтобы стереть тебя в порошок. Сделала мысленно пометочку, что до ангелов ещё не дошли слухи о том, что я уничтожила свой амулет. Хотя, это, пожалуй, и не важно. Вон, сколько я отгребаю, а до сих пор жива. Не желая проверять мой лимит бессмертности, я собралась с силами и поспешно встала на ноги. Набросилась снова на этого противного гада в таком мерзком и непривлекательном земном костюмчике. Только вот на этот, мой сладкий, я не собираюсь тебя бить. Моего поступка он явно не ожидал и с удивлением и непониманием уставился на меня, ведь вместо атак или подсечек, я просто схватила его за ворот пиджака и поцеловала. Я старалась не думать, что сейчас губами касаюсь лысого и толстого ангела — бррр. Сквозь мои вены полилась темная села и перетекала через поцелуй прямо в моего противника. Мне понадобилось всего несколько мгновений, чтобы Захарию стали бить судороги. Он в непонимании оттолкнул меня, рухнув на колени. Его губы почернели, от них черными венками расползался яд по всему телу мужчины. Мне нужно было ещё немного поцелуя, чтобы уничтожить его до конца. Я схватила табуретку, что обрушить её на голову лысого, чтобы он не сопротивлялся перед моим убийственным поцелуем. Едва я замахнулась, как вдруг… ...перенеслась. Я чуть не оступилась на рельсы. Мои руки, словно тряпичные, безвольно чуть было не обрушились на Дина. В поле моего зрения замелькал и Кас. — Эй, эй, потише! — воскликнул Винчестер, который успел вовремя перехватить мои запястья, дабы я ему не проломила голову табуреткой, которая предназначалась Захарии. — Что случилось? — я рассеянно огляделась, не понимая, как тут оказалась. — Я его почти убила! — Чем? — озадачено переспросил старший. — Поцелуем, он у меня ядовитый, — сухо ответила я. Тыльной стороной рук я вытирала с лица кровь, которая всё ещё струилась по лицу из открытых ранок. Вдруг я наткнулась взглядом на пернатого, который буквально замер на месте после моих последних слов. — Расслабься, сладкий, — хмыкнула я с ухмылкой, — ядовитый только иногда и не для всех. Я ему подмигнула, а Дин переводил с меня на Каса непонимающий взгляд. — Ты это о чем? — Не заморачивайся, — отмахнулась я, решив, что лучше сменить тему. — Так и что теперь? — Теперь, — Дин зыркнул на мое лицо, любуясь моими фингалами и ссадинами, — поищем в машине аптечку для твоей физиономии, а затем заедем в одно место. — Что ты хочешь сделать? — вклинился в наш разговор Кас. — Кое-что исправить, — уклончиво ответил Винчестер. Помедлив, он тихо произнес: — Хочу поехать и предложить Сэму снова объединиться. Ангел пристально посмотрел на старшего. — Ничего себе, — фыркнула я, скрестив руки, — наконец до твоей пародии на мозг дошло, что вы должны держаться друг друга! — Эй! — обиженно воскликнул Дин. — А что, разве не так? — развела я руками. Затем глянула искоса на охотника и невзначай так спросила, ощутив толику тревогу у того: — Это у тебя после встречи с Захарией интересные идеи появились? — Почти, — кивнул тот, потупив взгляд. — Вообще, мне вчера звонил Сэм. Люцифер изводил его мысли, говоря, что рано или поздно он станет костюмчиком дьявола. Сэм хотел вернуть всё на свои места, но я ему отказал. А Дин ему благородно отказал, что, в принципе, не удивительно. Но меня всё ещё интересовали какие-то скрытые подробности. Старший явно что-то не договаривал, так как его эмоции сейчас были просто на пике, они фонили так, что моя разбитая голова снова начинала крутиться. — Но ведь было что-то ещё? — произнесла я упрямо, не прекращая сверлить Дина взглядом. — Почему ты испытываешь сейчас страх и волнение? Какое-то время Дин молча стоял, неловко переминаясь с ноги на ногу. Его волнение заметил и пернатый, который всё это время молча наблюдал за нами. И что-то мне подсказывало, рассказ Винчестера не понравится не только мне, но и нашему общему другу. Под моим испытывающим взглядом он сдался. — Захария отправил меня в будущее, — со вздохом начал Дин. — Я думала, тебя Кас увел оттуда, — пробормотала я. — Нет, это был не он, — устало сказал Винчестер, выражая все в одном слове. Он помедлил, словно собирался с силами, прежде, чем продолжать говорить. — Я увидел многое. Это была эра кроатона. — Что ещё за кроатон? — переспросил Кас. — Это смертельный демонический вирус, переносящийся через кровь, — объяснил Дин. — Он сводит людей с ума и заставляет их совершать агрессивные действия, вплоть до братоубийства. Это была целая пандемия Мы с ангелом ошарашено молчали, слушая. Мир на грани вымирания? Звучит не очень круто. — Незараженных людей — единицы, — уныло продолжил Дин, а затем вдруг добавил с тоскливым весельем. — И Кас, кстати, без крыльев, но под постоянным кайфом и устраивает оргии. Винчестер снова притих, прежде, чем продолжать свою историю. Я, сузив глаза, подметила, что на меня Он умолк. Его взгляд снова избегал меня. Спустя минуту он продолжил. — Но самое главное, это — Сэм, — глухо говорил Дин. — Он... он стал сосудом Люцифера. Больше он ничего не сказал. Уж не знаю, о чем думал он, а я была в замешательстве. Стал сосудом? Значит согласился по доброй воле? Ну, конечно, а как иначе. Дьявол умеет находить лазейки к любому, даже не прибегая к физическим и кровавым пыткам. И вот тут я поняла, почему увиденное заставило Винчестера так быстро поменять решение и вернуть Сэма: в одиночку он легко поддастся искушению. Но напряженные эмоции вокруг Дин не давали мне покоя, собственно, как и то, что он сказал про всех, но ни словом не заикнулся обо мне. — А я? — тихо спрашиваю и ощущаю снова волну замешательства и страха. — Что случилось со мной? Впрочем, я и так догадывалась, что услышу в ответ. — Ты была подле Люцифера. Я замерла. Что ж, произнесенное вслух звучит куда более жутко, нежели мысленно. Вот оно. Откуда пришла, туда и вернусь. Дин теперь не прятал взгляд. — Поэтому ты боишься меня? — вкрадчиво спросила, глядя на него в упор. — Ты называла его хозяином. Я шумно втянула носом воздух. Сложно было обвинять Винчестера в его чувствах и эмоциях — сильное и могущественное существо, которое помогает братьям, а после в вероятном сценарии будущего становится рабыней Люцифера. Я бы тоже испугалась. Я и так испугалась. И вместе с тем, только сейчас я осознала, что никогда не рассказывала о том, откуда я пошла. То есть, все мифы говорят обо мне, сколько легенд бродит по миру, рассказывая о таинственном существе суккуб, которое является искушением и грехом во плоти. Но ни один сказ не говорит о моем происхождении. — Люцифер создал меня, — сухо ответила я. Прежде, чем в голове у Винчестера появятся тысяча вариантов того, как я проникла в их ряды, чтобы помешать спасению мира, я поспешно продолжила. — Я сбежала из его клетки много столетий назад. И поверь мне, возвращаться обратно к роли игрушки для дьявола не хочу. Пойми, после смерти я не попадаю в рай или чистилище, я возвращаюсь в клетку. Согласись, не похоже на то, чтобы мне было выгодно устраивать вам диверсию. — Как-то трудно в это поверить, — отрешенно произнес Дин, смерив меня взглядом. — Да и должен ли? — Ну Кас же верит, — хмыкнула я, покосившись на пернатого, который молча зыркнул на меня. Ох уж эти голубые глазки. — Иначе давно уже вам всё рассказал да повязал меня в цепи, — я подмигнула ему, — хотя я люблю игры на связывания. Я сосредоточилась снова на Дине. Он о чем-то напряженно думал, потирая переносицу. Его сложно обвинять, пожалуй, не хотелось ему работать бок о бок с кем-то, кто был так близок к Люциферу. — Что, всё? Выгонишь меня из вашей Скуби-команды? — хмыкнула я, сощурив глаза. Кажется, только что встал вопрос о моем дальнейшем участии в общем деле. — Нет, — ответил Дин, но взгляд его не отличался теплотой или дружелюбностью, — пока я верю тебе. — Пока. — Да, — ответил тот с максимальной суровостью, — пока ещё длиться твоя сделка, заключенная с отцом. — Тогда придется ждать ещё долго, — огрызнулась я. Больше мы не говорили на эту тему. Мы быстро вернулись к мотелю, забрали наши вещи и сразу же отправились в дорогу. На заднем сидении, глядя в маленькое зеркальце, найденное в тумбе номера, я обрабатывала свои раны. Регенерация моя была стопроцентной, но проходила она не так быстро, как у ангелов. Пока она закончиться, лучше было лишний раз зашить/обработать ссадины на лице. Мы ехали куда-то за город. Остановились только, когда заехали под мост, на лесополосу. Дин вышел из машины и ждал снаружи, как они и договаривались с младшим. Я ждала их в машине, не желая быть свидетелем сопливого разговоре в духе «брат, ты мне брат, без тебя я не я, брат». Не отличалась я никогда любовью к душевным разговорам. К тому же, у меня было над чем посушить мозги. Слова Дина на повторе уже раз сто прокручивались в мыслях. «Ты была подле Люцифера». Мне сложно было принять тот факт, что это моя участь, ну не верю я, что закончу именно так. В конце концов, мы сами вершим наши судьбы. Но внутри всё равно закрадывался скользкий страх, который обволакивал разум. Есть вероятность и такого исхода, в котором мне так и не удастся самой вершить свою судьбу. В этот момент я осознала, что, каким бы ни было мое отвращение к людям и заботе, мне придется быть до последнего с Винчестерами. Если его кто и остановит, то они. Правда, придется быть где-то рядом, чтобы эти дебилы сделали это нормально, а не напортачили какой-то хуйни в порыве своих человеческих чувств. Мои мысли прервал звук машины. В окне я увидела, что к нам подъезжает еще одна машина. За рулем сидел Сэм. Остановившись он вышел из машины. Дин, который стоял, облокотившись на капот Импалы, не спеша направился к брату. Я невольно засмотрелась на них. Когда Джон тогда меня связал этим сраным уговором я долго возмущалась. Буквально, ходила днями и бурчала себя под нос, как старый ворчливый гном-канимед. Но неожиданно для себя, наблюдая за ними, прониклась интересом. Интересом к этой человеческой природе. Они действительно могли творить абсолютную ахинею, если на кону стояла жизнь друг друга. То, с каким безрассудством Винчестеры бросались защищать своих, тех, кто входит в их понятие «семья», удивляло. То есть, вот я, разумное и рациональное существо, никогда бы не стала делать каких-то вещей из-за инстинктов самосохранения. И вот они, чуть ли не каждое воскресенье вызывают кого-то, бросаются на абсолютно сильных и могущественных созданий, если только появляется хоть малейшая угроза для их семьи или для человечества. Это вообще возможно, чтобы благородство и тупость шли рука об руку? Быть может, эта заинтересованность и стала моей причиной того, что я до сих пор не бросила привычки следить за ними. Когда разрывается сделка, не знаешь этого наверняка, если нет каких-то временных рамок. Джон ясно тогда ночью сказал «защищать до и после моей смерти». Но он ведь не указывал, что делать после их смерти. Уверена, их папаша и в страшном сне себе не мог представить, что его остолопы станут мотаться на тот свет чуть ли не раз в год — как в Диснейленд. Вот я и не знала точно, могу ли я дальше проводить свою бесконечность, занимаясь чем-то, не связанным с Винчестерами… впрочем, мне пока и не хотелось узнавать, пока, собственно и не хотелось. Моя внутренняя философия начала уносить меня куда-то так далеко, что я рассеянно тряхнула головой, оглядываясь на заднем сидении. Нужно было определенно заканчивать их мыльную оперу братьев, так как стало отчаянно скучно. — Эй, парни, — крикнула я, высунувшись из машины, — мне почти жаль прерывать вашу лирическую беседу, но я хочу жрать, а пешком к ближайшему кафетерию я не пойду. Парни обернулись на мой голос. Дин раздраженно закатил глаза, а Сэм улыбнулся краешками губ. — И как это вы за эти дни друг друга не сожрали, — хмыкнул младший, — учитывая ваши аппетиты. — Сейчас по шее отхватишь, — угрожающе произнес Дин, потрепав брата по плечу. — Залазь уже, умник. Сэм залез на переднее сидение и обернулся ко мне. — Выглядишь, как боксерская груша, — с горькой ухмылкой сказал он, оглядывая моё лицо. — Вот поэтому у тебя и нет девушки, — скорчив гримасу, ответила я, — у тебя отстойные комплименты. В зеркале я мельком увидела свое отражение. Мда, не красавица. Над бровью и возле губы несколько мелких шрамов — от осколков стекла. На шее начинается огромный синяк. — А представь как я по утрам шугался, когда такое с утра видел? — насмешливо спросил Дин, заводя машину. — Эй, на дорогу смотри, желательно молча, — огрызнулась я, — пока машину не разнесла. В доказательство я стукнула ногой сидение Дина. — Эй, не тронь, детку! — послышался голос Винчестера. — Бей меня, но не тронь детку! — Вот после таких слов, я точно её разхерачу в дребезги! — со смешком отозвалась я. — Похоже, вы нашли общий язык, — устало протянул Сэм, с улыбкой наблюдая за нами. — А я думал делать ставки, кто из вас убьет первым другого. — Я тебя сейчас, прибью, Винчестер, — отозвалась я. — Прям сверчок Гемини, нашелся тут! — Видишь, зубрила, даже она это заметила, — со смехом повернулся Дин к брату. — Пора становится брутальным мачо, как я. — Прости, Дин, — скептически начала я. — Но даже Кас больше тянет на мачо, чем ты. — Это ещё с каких пор? — возмутился тут. — Да он же святоша до мозга костей. — Зато этот святоша может так засосать, мало не покажется, — фыркнула я. В какой-то момент Винчестеры почти синхронно обернулись на меня с ошарашенными лицами. — Неужели я это вслух сказала? — с безнадегой пробормотала я. Винчестер что-то сказал мне, а я огрызнулась в ответ. Сэм забавлялся с нас, вставляя колкости в беседу. Что ж, кажется, на миг все пошло очень правильно и уютно, с толикой юмора. Как раз то, что нужно.