Ты станешь моей игрушкой!

      «Ксо, как же голова болит!» — подумал блондин, открывая свои синие глаза. Думать совсем не хотелось, но воспоминания о вчерашнем дне так и лезли в голову. Сначала Саске целовался с Сакурой, потом издевался во время миссии, пока все были увлечены тем, как бы им остаться живыми. Так нет, Учихе показалось мало! Он его еще догнал и изнасиловал!       И разговор… Этот вчерашний разговор больше всего не давал Наруто покоя. Значит, это что-то вроде мести? Или Саске просто бесится, потому, что не может получить то, что хочет? Но в таком случае почему же он не может им сказать, что же ему надо? Хм, а может ему любви и секса мало? (вот тут уже начало сказываться влияние насилия Саске над Наруто, хотя он не осознавал на сколько близко был к разгадке) Ну, секса — еще ладно, хотя за ним столько девушек и парней бегает, что это мало вероятно. Но любви? Что бы этому засранцу Учихе нужна была любовь, это не-ре-аль-но! Хотя, если хорошенько подумать, то он без родителей, и все его хотят лишь из-за внешности. Но ведь он — полный уебок, эгоист и последняя блядь, которую я только встречал!» — продолжал разглагольствовать Узумаки.       Когда мозги закипели, оповестив, что на сегодня ему хватит думать, он решил сфокусировать свой взгляд и понять, где же он находится. Повернув голову налево, он ощутил сильную боль во всем теле. Но было уже настолько пофиг и привычно, что он не обратил на это никакого внимания, лишь поморщившись. На больничную палату было не очень похоже. Хотя по идее он должен был оказаться именно в госпитале, как и всегда в таких ситуациях. Тогда где же он находится?       Оглядевшись повнимательнее, он увидел серый потолок, черные стены, с редким рисунком в виде красно-белых вееров. Маленькую прикроватную тумбочку, около черной кровати с шелковыми простынями. Сев на кровать, он почувствовал пушистый ковер под ногами. Невысокий шкафчик около стены, дверь с красивой резьбой. Большое окно выходит на безлюдную улицу, так как возле квартала Учиха боялся кто-либо жить, из-за печальной истории. А сейчас в это окно заглядывала круглая белая луна.       С трудом подойдя к нему, Наруто открыл створки и вдохнул свежий ночной воздух. И только взглянув на близстоящие дома, он понял, что находится в главном доме клана Учих. Едва он хотел хоть что-то предпринять, как открылась дверь, в которую зашел Саске. — Уйди. — хриплым от бессилия и слабости в теле, попросил его Наруто. Ему очень не хотелось смотреть в эти темные, как сама ночь, глаза, чувствовать его запах, ощущать его рядом. Просто не хотелось. А может и наоборот. Ему хотелось остаться одному, забиться в темный угол, что бы никто не мог его достать. Но в тоже время ему хотелось и что бы в этом углу его обнял этот брюнет, прижал к себе, прошептав: «Все будет хорошо, теперь ты не один…».       Наруто сам не знал, почему он этого желал и почему этим человеком должен был быть именно Учиха. Но чувствовал, что с другим или другой он не сможет почувствовать себя защищенным и счастливым. Даже рядом с Сакурой, или Хинатой, которая его искренне любила. «Я че, влюбился в эту эгоистичную сволочь? Неее, просто привык, видать. Ведь он член команды №7…» — Это мой дом, что хочу — то и делаю. Удивлю тебя больше — это моя комната, и в ней я живу. Так что не пизди. Скажи спасибо, что ты вообще еще живой. — невозмутимо ответил Учиха. Его забавляла эта ситуация. Все выглядело так, как будто он охотник, а Нару — всего лишь его жертва. Но, как говорится, охотник сам может стать жертвой. Так что берегись, Учиха. Рано или поздно ты сам станешь жертвой — овечкой этого, на первый взгляд тупого, блондина. — Твой? Хорошо, тогда мне тут нечего делать. — гордо, но тихо, проговорил лисенок, медленно идя к двери. Было больно, было обидно, было тяжело. Болела голова и тело, болело сердце и душа. Но выбора-то не было. Оставалось лишь дышать и продолжать существовать. Собрав всю свою волю, силу и желание жить воедино, он хотел было уйти, уже положил руку на дверную ручку, как чужая сильная рука сжала плечо и повернула к себе лицо.       Подняв измученный взгляд глаз, цвета моря, он встретился с темными глазами. В них не было ни сожаления, ни дерзости, ни холода, ни брезгливости, ни презрения, ни эгоизма. Приблизив свое лицо вплотную к лицу Узумаки, Саске, подняв пальцами его подбородок, прильнул своими губами к пухлым, но пересохшим от переутомления, губам Наруто. От Кьюби никакого ответа не последовало. Он вообще стоял в руках Учихи как тряпичная кукла, не в силах пошевелится или предпринять какое-либо действие. У него просто не было сил ни на что.       Оторвавшись от столь желанных губ, Саске отпустил его. Во взгляде темных глаз было лишь некое сожаление и разочарованность. Он этот момент как-то по-другому представлял. Сами посудите: теплая летняя ночь, лунный свет заливает просторную комнату, в которой стоят два парня, брюнет и блондин, они целуются…Хех, романтика. А тут получилось, что один целует, а другому похуй… Учиха и сам не знал, что на него нашло. Обычно он сосредоточенный, холодный, никого к себе не подпускает, эгоист и сволочь, равнодушный ко всему. А тут ему по какой-то неведомой причине захотелось просто взять, и поцеловать Наруто. Помотав головой, он попытался выкинуть это желание из головы и забыть об этом.       Вздохнув, он отпустил из своих объятий Узумаки. Тот, больше не почувствовав никакой поддержки, облокотился о дверь и начал сползать вниз. Усталость и недосып сказывались. Увидев это, Саске подхватил его на руки и отнес обратно в кровать. Он опять не понял, почему это сделал. Раньше он бы лишь презренно усмехнулся и ушел. А тут его тело само метнулось вперед, ловя тело блондина.       Аккуратно опустив его на кровать, Учиха окинул его взглядом: весь дрожит, походу температура, уставший вид, бледнее штукатурки, тело в ссадинах, ранках, царапинах и глубоких порезах. С одной стороны ему было вроде жалко его, но с другой Учиха получал садистское удовольствие от такой картины. Усмехнувшись своим мыслям, он наклонился, чтобы еще раз поцеловать Наруто. Но тот отвернул лицо и прошептал: — С игрушками не целуются… — и вновь потерял сознание, второй раз за ночь.