Shaman King: Выбор Короля Духов.

Йо пытался прицепить календарь обратно на стену, но тому жутко не хотелось вести обычную скучную жизнь, вися на одном месте, и он постоянно сваливался шаману на голову. В конце концов Асакуре это надоело, и он, оставив свои бесплодные попытки, плюхнулся на кровать, на которой стоял, пытаясь присобачить лист бумаги к вертикальной поверхности. Конечно же, противный календарик, оставшись без внимания, приземлился на Йо. Хао хмыкнул. Его близнец в очередной раз за день стянул со своей головы бумажный рулон, и перевернувшись на живот, стал с интересом рассматривать двенадцать овечек c цифрами и днями недели, изображённых на календаре. Разумеется, на голове каждой овцы было подписано название месяца. Вся вместе эта белоснежная в буковках-цыфорках отара водила хоровод вокруг большой надписи в центре листа «2012 ГОД». - Интересно, а он правда наступит? - Кто он? – не понял Манта. - Конец света! Услышав ответ Йо, Оямада непроизвольно вздрогнул и покосился на Хао, который выкурил Моске из ноутбука и, забравшись с ногами на широкий подоконник, обсуждал с ним творение Манты. Оба ржали как породистые и сыто накормленные жеребцы. «Боюсь даже подумать, что они там сочиняют!» - вздохнув, подумал писатель (в голове непрошенная огненная личность буркнула «Вот и не думай!»), а вслух сказал: - Ты сейчас имеешь в виду ту легенду про календарь майа, который заканчивается в конце декабря 2012 года? - Ага! - Так там же вроде учёные выяснили, что у них не конец света должен был быть, а как бы конец витка летоисчисления, смена эпох. А потом раз – и начало новой эры, всеобщее обновление и всякое такое… - Вот и Хао так говорит… И что это обновление как-то затронет и шаманов… Но он не знает, как именно… Брат мне ещё что-то пытался объяснить, но… Ты же знаешь, как он объясняет? Манта знал. После нескольких лекций Хао о природе людей и шаманов, а также о преимуществах последних по сравнению с первыми, насыщенных кучей непонятных слов и выражений, Оямада чувствовал себя как студент-двоечник перед мудрым седовласым академиком университета, и зарёкся просить Асакуру объяснить что-либо, так или иначе связанное с шаманизмом. - Короче, я ничего не понял, - расстроенно закончил свою речь Йо. Манте ничего не оставалось, как внутренне пожалеть младшего Асакуру, вынужденного неизвестно сколько слушать страшно заумные и непонятные рассказы старшего близнеца. Правда, своего интереса и притягательности к тайнам мироздания из-за манеры изложения Хао они не теряли. Йо между тем продолжал свои размышления, перевернувшись обратно на спину и откинув голову на подушки. Календарь он наконец откинул в сторону, на смятое после их падения одеяло. На брата Асакура старался не смотреть. - Я вот что думаю… Шаман ненадолго замолчал, будто подбирая слова. Манта внутренне сжался, ожидая дальнейших слов собеседника. Он примерно представлял, что услышит, всё-таки и сам про это не раз задумывался. И до последнего момента надеялся, что Йо скажет что-то другое. Но в этот раз его надеждам не суждено было сбыться. - Тебе никогда не казалось, что всё как-то неправильно? Оямада почувствовал, что его тело резко ухнуло куда-то вниз, как на американских гонках. В голове снова мелькнули образы кошмара, мучившего его уже более десяти лет. …Пустое кладбище с сотнями надгробий… …Безжизненные глаза окровавленного тёмноволосого самоубийцы, чья попытка суицида снова провалилась… …Смеющаяся девчонка в школьной форме с таким знакомым насмешливым взглядом… …И кошки, кошки… «Конечно, казалось… И не раз…» Хао резко оборвал очередную шутку и притих, стараясь быть как можно незаметнее. Глядя на его лицо, внезапно ставшее серьёзным, замолчал и совершенно ничего не понимающий Моске. Шаман и дух старались не пропустить не единого слова. - Ты, наверное, считаешь, я лентяй и не люблю думать, - усмехнулся Йо. – Но иногда, когда много свободного времени, а сон ещё не пришёл, мысли сами навещают мою голову. И они мне не нравятся. Наша жизнь после Турнира стала какой-то… ненастоящей. Мы плывём в череде будней и праздников, постоянно сталкиваясь с какими-то мелкими или серьёзными проблемами и благополучно разрешая их. Как будто проходим квест, играя в компьютерную игру! - Можно подумать, у нас раньше каждый день не превращался в проблему, благодаря некоторым больным на голову шаманам! – возразил другу Манта. Оямада прекрасно понимал, ЧТО хочет донести до него Йо. Также он ясно осознавал справедливость уже сказанных и ждущих своей очереди быть произнесёнными слов собеседника. И всё же Манта решил до последнего защищать привычный им мир, в котором не надо думать, почему это происходит так, а не эдак, и единственная поставленная для выполнения задача – просто жить… Ни о чём не задумываясь, ни о чём не переживая… - Посуди сам, - убеждал его между тем Асакура. – Звезда Разрушения должна была пролететь после Звезды Судьбы. Где она? - Может быть, прилетит 21 декабря? – улыбнулся Манта. - Возможно, - серьёзно квнул Йо. – Дальше. Король Шаманов выбран. Но что мы делаем? Оямада неопределённо пожал плечами. - Вот именно, носимся целый день, но ничего полезного до сих пор не совершили… А что делает Король Духов? Дрыхнет и подкалывает нас, наблюдая за нашим бесполезным мельчешением. А на все наши просьбы у него один ответ. Какой? - Это не в моей компетенции… - Манта съёжился ещё больше. – «Молчи, Йо, пожалуйста, молчи!» Но младший Асакура мысленным крикам друга не внимал и молчать не собирался. - Мы не имеем над Королём Духов никакой власти. А он по сути дела, не даёт нам никакой силы. И ещё это путешествие во времени… Разве можно совершать прыжки сквозь временной поток, не покидая тела, да ещё при этом прихватывая с собой из прошлого людей? С каждым словом шаман говорил всё тише, но Манте казалось, что в доме таинственным образом появилось шикарное эхо, многократно увеличивающее громкость произнесённого. - Не знаю… Это у тебя надо спросить. Ты у нас специалист по путешествиям во времени. - Возможно, это бред, но мне кажется, что после Турнира Шаманов наши жизни стала игрушками в чьих-то руках. Как будто кто-то снимает фильм по заранее придуманному сценарию… - Или пишет книгу, - как-то странно улыбнулся Хао, поглаживая ноутбук. Похоже, старшему Асакуре надоело изображать из себя статую греческого бога, и он решил принять участие в довольно-таки необычном разговоре. Точнее, положить ему конец: братик и так уже сказал слишком много лишнего. Вон, Оямаду даже нервная дрожь бьёт. Того и гляди, упадёт в обморок. - Конечно, хотя это и полный бред, но в твоих словах действительно есть доля здравого смысла. Впрочем, братишка, тебе не кажется, что сейчас не совсем подходящий момент для философии? Что мы имеем? А имеем мы разрушенную стену в нашем доме – раз, и взбешённую Анну – два. Предлагаю оставить размышления на тему «Кто мы есть в этом мире?» для более подходящего случая. А сейчас куда важнее устроить военный совет, что я и предлагаю сделать.