Когда за тебя говорит сердце

Глава 19 Хикару проснулся во второй раз уже около одиннадцати утра. Первое его пробуждение состоялось от тихой вибрации мобильного телефона, на котором был установлен будильник. Тихо встав с кровати, он вышел в гостиную и позвонил в университет, предупредив куратора Шина, что тот приболел и не придет на занятия. Потом вернулся в постель и снова заснул без задних ног. Сейчас же он чувствовал себя абсолютно выспавшимся. Шин рядом прижимался к его боку, невинный, как ангел. Хикару не удержался и погладил пальцами его щеку. Словно почувствовав это, Шин потянулся за прикосновением, ресницы задрожали и поднялись. Сонный взгляд остановился на лице молодого человека. Хикару улыбнулся. - Извини, что разбудил. Я не нарочно. Просто не удержался. Шин заморгал, видимо, пытаясь осознать действительность. - Сколько времени? – хрипловатым голосом спросил он. - Не имеет значения. Если хочешь поспать еще, то можешь спокойно это сделать. - А университет? – Шин чуть прищурился. - Я позвонил твоему куратору, сообщил, что ты плохо себя чувствуешь и останешься дома. На лбу юноши образовалась тонкая складочка: кажется, после этих слов память окончательно вернулась, рассеивая дымку сонливости. Шин молчал, пальцы сжали край подушки. Все это время он смотрел в одну точку, куда-то между плечом Хикару и одеялом. - Эй, иди сюда, - Хикару хотел приобнять его за плечо и притянуть к себе, но Шин не поддался. – Что такое? - Ты… - Шин взволнованно посмотрел на него. – С тобой все в порядке? - Жив и невредим, - Хикару сел и потянул Шина к себе за руку. - Но… - юноша не сводил взгляда с его пораненной губы, которая за ночь успела немного затянуться. - Это ерунда, - Хикару приложил силы, чтобы все-таки крепко обнять Шина. – Пустяки. - Нет. - Да. - У него был… был нож. Нож…- Хикару почувствовал, как Шин задрожал. - Ну и что? С нами же все в порядке. Тебе не стоит бояться Дайчи, я всегда смогу за нас постоять. - Я не за него боюсь – за тебя, - Шин вжался лицом в его грудь. – Больше не хочу терять тех, кто так дорог. Не хочу… «Больше?» - нахмурился Хикару. - Шин, ты помнишь все, что вчера случилось? Юноша тихо кивнул головой. - Прости, - почти простонал он. – Прости, я не думал, что это случится снова. - Так это уже было? Очередной кивок головой. - Так стыдно… - Не говори ерунды, - Хикару положил ладонь на его макушку. – Главное, чтобы с тобой все было хорошо. - Ты не понимаешь... – шепнул Шин и вжался в него еще сильнее. - Может, действительно, не понимаю. Ты расскажешь? – осторожно спросил Хикару. – Я волнуюсь за тебя. Я хочу знать, что с тобой происходит. Шин снова перестал отвечать, и Хикару подумал, что, должно быть, зря затеял сейчас этот разговор. - Ладно, можем и позже поговорить. Сначала позавтракаем. Пойдем умываться, - он потянул Шина за собой с кровати. – Если захочешь, потом можем прогуляться, подышать свежим воздухом. Они остановились перед зеркалом в ванной комнате. Хикару протянул Шину его салатовую зубную щетку, потом взял свою, фиолетовую, выдавил на них пасту. За завтраком, приготовленным на скорую руку, говорил, в основном, Хикару, а Шин лишь изредка сдержанно отвечал. Было такое впечатление, что юноша усиленно о чем-то думает, либо боится озвучить свои мысли вслух. Хикару решил не давить на него, просто протянул после завтрака таблетки, которые оставил доктор для регулярного приема. Шин смотрел на них пару секунд, потом послушно взял и так же молча запил водой. - Что говорил вчера доктор? – спросил он, когда убрав посуду, они пересели на диван, и Хикару закурил. - Он назвал это паническими атаками. Если честно, я не особо разбираюсь в медицине, но он также сказал, что это может быть связано с какой-то психологической травмой, - Хикару взял руку Шина в свою, слегка поглаживая его пальцы. – Когда это происходило с тобой в последний раз? Шин смотрел на свои колени, не поднимая глаз. - Лет пять назад, но не до такой степени. Потом просто изредка снились кошмары. - Тот кошмар… - вспомнил Хикару. Шин кивнул. - Ты проходил какое-то лечение? - Да, мне действительно было лучше. Я думал, что все это закончилось. - Я ждал, пока ты проснешься, чтобы спросить тебя, позвонить ли Митцу и рассказать ему. Шин резко повернулся к нему и схватил за локоть. - Нет! Он не должен знать! Ты же не скажешь?! Хикару поразился такой реакции и десять раз про себя поблагодарил Кайто. - Успокойся, конечно, не буду, если ты не захочешь. Только, думаю, по его возвращению, он сам все может узнать. Доктор сказал, это может повториться. - Я знаю, - Шин снова опустил голову. – Хикару, я… - он шмыгнул носом. - Прости… - Ну и за что ты просишь прощения? – молодой человек притянул его к себе. – Разве что за то, что так сильно напугал меня вчера. - Я не могу это контролировать. - Что? Эти приступы? - Угу, - Шин прижался щекой к его плечу. В голове поплыли объяснения врача его матери в светлом кабинете, где пахло лекарствами. Ему тогда было восемь. Неконтролируемые страхи, приступы необузданной паники, головокружения и тошнота… - Когда они начались у тебя? Шин зажмурился. - В восемь. - В восемь лет? Что стало причиной? - За три дня до рождества. Мы с папой были дома, готовили ужин. Митцу и мама должны были вскоре вернуться. Мы долго решали, что им больше всего понравится. Я помогал ему как мог. Он тогда рассказывал какую-то смешную историю про одного своего знакомого, иногда он даже придумывал их сам, чтобы посмешить нас с Митцу. А потом раздался звонок в дверь… Я не видел, что там было, просто услышал, как на пол полетела посуда, стулья и крик, - Шин глубоко втянул носом воздух, его лицо исказилось. – Там вся кухня была в крови, а он все продолжал махать ножом… Махать и махать, махать… - Шин задрожал, в глазах заблестели слезы. – А потом прибежал Митцу… Он закрыл меня собой… Хикару понял, что что-то не так, когда рваное дыхание стало вырываться из горла юноши. Шин вцепился пальцами в собственные колени, на лице, как и вчера, застыла маска отчаяния и страха. - Шин, Шин! – Хикару поймал его в свои руки. – Тише. Это ведь все прошлое. Прошлое. Он так и не понял сути того, что произошло в тот день, но если продолжать выпытывать все из Шина сейчас, то станет еще хуже. - Малыш, я рядом, слышишь? Я рядом. А все то осталось в прошлом, - он хотел заглянуть Шину в глаза, но когда едва отстранился, тот кинулся к нему, прижимаясь всем телом. - Не уходи! - Я тут. - Хикару… - Я здесь, Шин. Тебе нечего бояться, слышишь? Ну-ка, посмотри на меня. Посмотри на меня, Шин, - он поднял его лицо. Откуда же столько страха в глазах? В тех глазах, которые всегда так блестели, когда он улыбался. – Если Митцу нет, чтобы закрыть собой, закрою я. - Нет, - юноша замотал головой. – Если с тобой что-нибудь случится… - Ничего со мной не случится. У меня еще вся жизнь впереди, я не собираюсь умирать так рано. И о тебе позабочусь, - Хикару поцеловал его в висок. - Я люблю тебя. Люблю. Это все, что ты должен сейчас помнить и знать. Помнишь тот вечер, когда я написал граффити на стене? Запах краски и цветные буквы. И как мы потом прятались от полиции. - Помню, - тихо ответил Шин. Кажется, дрожь постепенно стала проходить. Его эмоции в тот вечер, проведенный с Хикару, были настолько сильными, что стоило их вспомнить, как дыхание само собой стало успокаиваться. Теперь он все больше и больше ощущал силу рук Хикару, в которых находился, его запах, его голос. Реальность возвращалась, закрашивая светлыми мазками мрачные силуэты прошлого. - Хочешь увидеть снова? Мы же можем поехать туда. - Хочу, - честно признался Шин. Почему-то ему казалось, что если он вновь там окажется, события последних суток окончательно улягутся на дно. По крайней мере, ему очень хотелось в это верить. Кайто и Йори сели за свободный столик в кафе, и пока Кайто думал над меню, Йори весь искрутился, явно выглядывая кого-то. - Эй, ловелас, ты сегодня как юла, - заметил Кайто. - С чего это я ловелас? – горделиво ответил тот. - Тебе бы стоило надеть кофту с менее откровенным воротом. Или завязаться шарфом. Йори дотронулся рукой до своей шеи, и на лице тут же засияла довольная ухмылка. - А, это? Подумаешь, пара едва заметных следов. Не завидуй. Кайто улыбнулся и помотал головой. - Ты кого-то ждешь? - Жду. - Добрый день, - раздался рядом голос, и Кайто практически с открытым ртом наблюдал, как Йори расплылся в улыбке, глядя на подошедшего официанта. Он впервые видел друга таким – обычно он же этого несчастного парня только гнобил. Но переведя взгляд на официанта, Кайто вообще подумал, что у него начались галлюцинации: тот тоже улыбался, глядя на Йори, причем так, что даже Кайто увидел, сколько тепла было в его синих глазах. - Мне что-нибудь на твой вкус, - у Йори даже голос изменился. - Хорошо, сделаю, - официант посмотрел на Кайто. – А вам? - Мне? На закуску можно сначала объяснить, что здесь происходит? Йори сложил руки на груди и закатил глаза. - Может сперва заказ сделаешь? Хару же ни какой-то там простой официант, чтобы стоять и ждать. Кайто от неожиданности подобного заявления наобум попросил принести кофе. - Я не понимаю, Йори. Это что, новый способ его довести? Ирония? Сарказм? - Больше я этим не занимаюсь. Да и у Хару сегодня здесь последний рабочий день, так что у меня такой возможности тем более не будет. Кайто нахмурился. - Вы… - он усмехнулся, а потом и вовсе засмеялся. – Только не говори, что это он оставил на твоей шее эти следы! - А что здесь смешного? – нахохлился Йори. – И вообще, он мой парень, поэтому, пожалуйста, подбирай слова. Смех Кайто оборвался. - Так ты о нем мне тогда рассказывал? Я поверить не могу! Ты же издевался над ним! - Любовь такая штука… - протянул юноша, наматывая на палец рыжую прядь волос, потом резко подался к Кайто через стол. – Скажи, он ведь классный, да? Такой прям красивый и… - Ваш кофе, - Хару возник словно из ниоткуда, ставя на стол чашку. – И тебе, на мой вкус, имбирный чай с корицей, – он поставил перед Йори высокий стакан с соломинкой. - Мне уже нравится. Кстати, познакомься, это один из моих лучших друзей – Кайто. - Очень приятно, - кивнул молодой человек. - И мне, - ответил Хару. - Так, значит, это ты приручил нашего Йори? - Эй, меня никто не приручал! Мы же не в зоопарке! - Похвально, - не обращая внимания на возмущенные комментарии юноши, улыбнулся Кайто. – И спасибо за кофе. Я надеюсь, нам еще удастся пообщаться в более неформальной обстановке. Хару кивнул и, бросив на Йори долгий взгляд, пошел к другому столику, куда только что сели вошедшие посетители. - Даже представить не могу, что надо было сделать, чтобы так резко изменить твое отношение к нему. - Просто он замечательный, - мечтательно произнес Йори. – Он здесь уже как год работает из-за меня. - Из-за тебя? - Ага, потому что влюблен в меня. А на самом деле он наследник школы айкидо. - Чудеса случаются, - Кайто пригубил кофе. – Не знаю деталей ваших взаимоотношений, но одно тебе скажу – береги то, что имеешь. - Такое впечатление, будто ты говоришь, пытаясь убедить в этом себя. - Может, так и есть, - Кайто вздохнул, глядя на молочную пенку на поверхности напитка. - У тебя все нормально? – уточнил Йори, заглядывая другу в лицо. – Ты странный в последнее время. - У меня все хорошо, - заверил молодой человек. - А Хикару? - Что Хикару? - Может навестить его после университета, раз ты сказал, что он приболел? - Нет, думаю, не стоит. Он говорил, что хочет отоспаться, так что лучше не беспокоить его. - Ладно, - кивнул Йори. – Странно, что они с Шином одновременно заболели. - Видимо, инфекция, - соврал Кайто и сменил тему, заговорив об экзаменах. Еще утром Хикару позвонил ему, придумав эту историю. Рассказывать другим о том, что вчера произошло с Шином, никто не хотел. Солнце еще грело, раскинув свои руки-лучи над городом. Скоро наступит зима, и оно уже не будет таким ласковым, как сейчас, а прохладные ночи заставят плотнее кутаться в теплое одеяло. Темные волосы Шина отливали золотистым оттенком, и Хикару прижался к ним носом, вдохнув аромат свежего шампуня, которым утром он мыл голову – его же собственного шампуня. Это было необычно, но как-то по-интимному приятно. Они стояли на крыше девятиэтажного дома, глядя через дорогу на огражденную бетонным забором железную дорогу. Ровно посередине этого забора красно-черные английские буквы с белыми вензелями озвучивали то, что было у Хикару на сердце. Он плотнее прижал Шина спиной к себе. - Как тебе панорама? – лукаво спросил он – ведь именно по его идее они сюда поднялись. - Я совершенно не умею выражать чувства так, как ты, - Шин повернулся лицом, глядя ему в глаза, потом снова перевел взгляд на граффити. - Да? А кто признался мне первым? - Это другое. - Ты себя недооцениваешь, - Хикару отпустил его и встал спиной к перилам. Капюшон его фиолетовой толстовки трепал ветер. – Знаешь, я так рад, что вернулся в Осаку. Останься я в Лондоне, ничего этого бы не было. Не было бы ни тебя, ни этого граффити. Черт, жизнь так прекрасна! – он раскинул руки в стороны и широко улыбнулся. Глядя на него, у Шина улучшалось настроение. В подростковом возрасте он сторонился людей, боясь, что в любой момент когда-то поставленный диагноз может повториться. Но несмотря на то, что теперь это случилось при Хикару, он больше не чувствовал стыда. Неловкость – да, но не больше. Словно Хикару разделил с ним какую-то тайну, и они стали еще ближе друг к другу. Шин снова посмотрел на ранку на губе друга – дело рук Дайчи. Кажется, в нем проснулось такое чувство, которого прежде он не испытывал еще ни к одному человеку – ненависть. Именно ее он чувствовал по отношению к Дайчи. Шин сделал шаг вперед и осторожно коснулся подушечкой пальца затянувшейся ранки. Черные глаза Хикару остановились на его лице, и молодой человек поймал его за запястье, дернул на себя, накрывая губами губы и целуя настолько жадно, словно не делал это уже целую вечность. И чем дольше длился поцелуй, тем сильнее Шин чувствовал нарастающее жжение в области солнечного сплетения, словно от алкоголя, но только было гораздо приятнее. Когда Хикару закончил парой легких прикосновений губ, Шин только тогда понял, что когда-то успел залезть рукой другу под футболку. Щеки покраснели. - Прости, - он убрал руку и неловко засунул ее в карман. - Отчего же, мне было очень приятно. Поясница – мое чувствительное место. Ты их еще не все разведал, зато вот я твои слабые места знаю, - проворковал Хикару, целуя Шина в шею чуть ниже мочки уха – тот поежился. – Вот, я же говорю. - Не нужно, - в противовес своим словам, Шин не отстранялся. – Если кто-то сюда поднимется… - Кто? Спайдермен? И потом, тебе можно, а мне нельзя? Так нечестно, - Хикару по-детски надулся. - Я же случайно. - Случайно он! Такое не бывает случайно. Твои руки же не оказываются, например, под одеждой Йори. Хикару снова коснулся губами его шеи. Черт, если бы заняться любовью прямо здесь, ласкать друг друга хотя бы руками. Нет, руками слишком мало. Хикару хотелось не просто быстрой разрядки, а целоваться, гладить друг друга, кусаться… - Хика… - голос Шина сорвался, и Хикару только тогда осознал, что, увлекшись, уже проник ладонью под джинсы юноши на его ягодицах. – Хикару… - Заставь меня остановиться, - усмехнулся он, а внутри все заныло. – Сам не смогу. Хочу тебя… - Зато я вас сейчас остановлю, извращенцы малолетние! – раздался голос позади, и они обернулись, натыкаясь взглядами на какую-то пожилую женщину с лейкой. Видимо, она поднялась полить стоявшие в горшках цветы. - Валим, - констатировал Хикару, хотя его разрывал смех. - Устроили тут! Куда мир катится?! – продолжала возмущаться женщина. – Как не стыдно только! Они едва вбежали в дверь, как позади них послышался всплеск воды, в спину Хикару ударила мелкая пыль брызгов. Оказавшись на улице, Хикару согнулся пополам от смеха. Шин его веселья не разделял, а встал, прижался плечом к стене дома и сложил руки на груди. Ему до сих пор было совестно, что их кто-то увидел. - А я говорил тебе, - пробурчал он. - Ну, порно же снимают на крышах, а это значит, что там не часто появляются старушки. - Ты что, смотрел порно? Хотя чему я удивляюсь, - цокнул языком Шин. - Ну, мне же надо было как-то коротать время в ожидании любви. - Уж лучше наверно так, чем со всякими Киру. Хикару закинул руку ему на плечо. Он все еще смеялся. - Ты невозможен. Идем уже, пока добропорядочная старушенция не погналась за нами с метлой. - Знали бы преподаватели, что я делаю, прогуливая университет. - Время учебы уже закончилось. Настало время отдыха. - И часа пик, - Шин показал рукой на проезжающий мимо автобус, забитый людьми. - Ничего, поместимся. Поместиться, конечно, они поместились, но Шин уже несколько раз пожалел, что они не пошли пешком. Их вдавило в стену автобуса толпой. Ему еще повезло, что Хикару загородил его собой, хотя оттого, как они прижимались друг к другу, Шину казалось, что вскипит кровь. Да еще какие-то две девчонки рядом шептались, хихикали и постоянно косились в их сторону. - Кажется, мы им нравимся, - шепнул ему на ухо Хикару. Его дыхание обожгло, и щеки Шина запылали еще ярче. Хикару чему-то усмехнулся и, наклонившись к одной из девушек, тихо сказал ей что-то, после чего та захлопала ресницами и стеснительно улыбнулась. Шин вопросительно посмотрел на друга, но Хикару лишь невинно пожал плечами. - Просто сообщил, что мы с тобой встречаемся, поэтому им лучше не тратить время на обсуждение наших кандидатур. - Зачем ты…? – вспыхнул Шин, но не успел договорить, как Хикару потянул его к выходу, пытаясь пробраться сквозь толпу. - Выходим. Шин не был зол на Хикару, но в такие моменты он не понимал, как можно настолько открыто показывать свои чувства и их отношения. Наверняка Хикару был другого мнения – он никогда не стеснялся проявлений своих эмоций. Просто Шину нужно было к этому привыкнуть. Они вышли за несколько остановок до дома, чтобы пройтись пешком. Хикару по своей привычке напевал себе под нос какую-то песню. - Жаль, что, несмотря на то, что мы живем в двадцать первом веке, люди все еще открыто не признают однополые отношения. Иначе я бы тебя отвел в Умеда-билдинг, мы бы поднялись на крышу и смотрели на закат, целуясь, а потом сфотографировались бы на память у большого сердца, где обычно сидят все влюбленные парочки. Хотя если кто-то из нас переоденется в девушку, это вполне осуществимо, - он усмехнулся и подмигнул Шину. – С твоей фигурой это будет сделать проще. - Еще одна безумная идея. Ты просто мастер сумасшедших поступков, - улыбнулся Шин. – Но давай обойдемся без этого. - А мне бы пошло платье? - Что за вопросы? Хикару засмеялся. - Я шучу. Хотя в детстве сестра однажды переодела меня в свое платье ради шутки и накрасила ресницы. Жуткое зрелище было, - Хикару полез в карман. – Подожди, куплю сигарет. Пока Хикару расплачивался с продавцом, Шин засмотрелся на уличных музыкантов в стороне. Это были два молодых парня, один из которых играл на гитаре, а второй пел. Перед ними был разложен чехол, куда прохожие изредка кидали монеты. - Неплохо поют, - сзади к нему подошел Хикару. – Песня о любви. По его лицу пробежала какая-то едва заметная тень, он ухмыльнулся и передал Шину пачку сигарет. - Ну-ка, подержи. Говоришь, я мастер сумасшедших поступков? Шин наблюдал, как Хикару подошел к двум парням и заговорил с ними о чем-то. - Ну, хотя бы не женский наряд, - вздохнул юноша, продолжая следить взглядом за другом. Спустя минуту, к его удивлению, один из парней передал гитару Хикару, он одел ее на себя и обернулся на Шина с такой заговорщицкой и хитрой улыбкой, будто задумал что-то противозаконное. Хикару встал лицом к дороге, приняв наигранно гордый и помпезный вид, взял пару аккордов и провозгласил: - Итак, песня о любви. Посвящается… - его взгляд задержался на Шине. – Собственно, моей любви. Несколько прохожих остановились напротив, с улыбками глядя на молодого человека. Хикару театрально прокашлялся и запел какую-то старую поп-песню, подыгрывая себе на гитаре. Шин улыбался, слегка краснел, когда их взгляды пересекались, пока Хикару не запел громче, почти на всю улицу: - … И пока-а-а светит луна-а-а и горит солнце-е-е, я буду любить тебя-я-я, мой Шинни. Последующие слова явно были собственной интерпретацией Хикару. Остановившиеся прохожие повернулись за взглядом молодого человека на Шина, и юноша подумал, что сейчас провалится сквозь землю. А Хикару продолжал: - …Я буду тебя люби-и-ить, мой Ши-и-ин… Он подбежал к другу и закрыл его рот ладонью. - Хикару, не нужно, - жалобно зашептал он, а стоящие рядом парни зааплодировали. - Тебе что, не нравится, как я пою? – выгнул бровь тот. - Нравится, нравится, только… - Шин замялся, а Хикару, воспользовавшись моментом, поймал его за шею и поцеловал. И где тот правильный мальчик, который жил в Нагое и редко выходил их дома, посвящая себя учебе? Где тот застенчивый Шин, которого даже дырки на джинсах Хикару в области бедер смущали и приводили в недоумение? Неужели любовь настолько меняет человека, что еще пять минут назад он целовался с Хикару посреди улицы и на глазах других людей? Хотя нет! Это Хикару его целовал. Именно Хикару. Шин покосился на друга, который, казалось, был настолько доволен самим собой, что даже не скрывал этого. - Странно, почему с тех пор, как я отпустил тебя, ты до сих пор молчишь, – Хикару подтолкнул его локтем. – Вроде я не откусил твой язык, только слегка до него дотронулся. - Думаю, - ответил Шин. - И о чем же? - С тобой я меняюсь. - Да? – Хикару усмехнулся. – Надеюсь, в лучшую сторону? - Уж не знаю. - Ладно тебе. Ну, подумаешь, парочка людей увидела наш поцелуй. - Их было шесть. - Так ты считал вместо того, чтобы наслаждаться? Шин улыбнулся. - Просто у меня хорошая память. - Значит, не злишься? Странно, но Шин действительно на него не сердился. Кажется, он уже стал привыкать, что от Хикару можно ожидать чего угодно. - Нет, все в порядке. Но давай больше не делать этого при людях – мне неудобно. И… спасибо за песню. - Не за что, - Хикару вдруг так ему улыбнулся, что у Шина сердце заныло от нежности. Значит, нужно было просто поблагодарить? - Есть за что, - юноша посмотрел себе под ноги. – Если бы я мог, я бы тебе тоже сыграл что-нибудь на скрипке. - Если бы мог? - Ну, она дома. - Мы всего в паре улиц от магазина, где я работаю. Там есть четыре скрипки. - Боюсь, мы вряд ли сможем их сейчас купить. - Да, но сыграть-то можно. - Он же закрыт. - У меня ключ всегда с собой. Зайдя в темное помещение магазина, Шин поймал Хикару за руку, пока тот включал свет. Оказавшись здесь, чувства смешались. Он помнил, как вчера, заглянув в прикрытую дверь, увидел Дайчи и других парней, дерущихся с Хикару. По спине пробежали мурашки, но расплести клубок воспоминаний не дал Хикару, который обернулся и обнял его за плечо. - Подожди, я закрою дверь на ключ. - Чувствую себя вором. - Перестань, никто не узнает. Смена моего коллеги закончилась час назад. - Все равно, это как-то неправильно. - Ты же со мной. Не бойся. Из-за закрытых ставнями окон магазин казался меньше, чем был на самом деле, а висящие по периметру инструменты придавали ему мистичность. Хикару подвел юношу к висящим на стенде скрипкам. - Выбирай любую. Мастер приходил и настраивал их для того, чтобы покупатели могли сразу опробовать. Шин подошел ближе, разглядывая изящные музыкальные инструменты, и, несмотря на то, что они были похожи друг на друга, один ему все же приглянулся больше. - Вот эта, - он показал пальцем на медно-коричневую скрипку. В последний раз он играл для кого-то так давно, что даже не помнил точно когда, но слушателем была определенно мама. Пока Хикару снимал инструмент, Шин думал, что можно сыграть, но в голову не приходило ничего, кроме одной вещи. Передав скрипку юноше, Хикару сел полубоком на кожаный диванчик рядом с кассой. Его лицо было серьезным. - Признаться, я не часто слышал скрипку. Но мне нравится ее звучание. Что исполнишь? Шин поднял инструмент, устраивая его на плече, посмотрел на новенький смычок, внизу которого болталась этикетка с ценником. - То, что сочинил сам лет пять назад. Я никогда никому не играл эту мелодию. Глаза Хикару блеснули. - Сочинил сам? - Она нетрудная, поэтому не жди какого-то шедевра. У Шина слегка тряслись пальцы. Играть, когда на тебя кто-то смотрит, было стеснительно, но Хикару столько для него сделал за последние дни, каждый раз показывая его отношение к нему, что Шину хотелось сделать для него хоть что-то. Он зажмурился на пару секунд, потом посмотрел на струны, концентрируясь и воспроизводя в голове мелодию, и начал играть. Хикару даже замер, дыхание стало тише. В полной тишине маленького магазина звуки музыки лились из-под смычка, обращенные только к нему. Он никогда не был особым приверженцем классической музыки, но то, что слышал сейчас, было прекрасно. Он не знал, как можно сочинить такую красивую мелодию самому, но почему-то отчетливо представлял, как Шин сидел один в своей комнате и подбирал ноты, в его глазах плескалась толика печали и одиночества – то, чем была пронизана сейчас музыка. Она отражала всего Шина. Когда юноша закончил и опустил скрипку, Хикару так и продолжал смотреть на него. - Ну, как? – немного боязливо уточнил Шин. Хикару молча встал, подошел к нему, забрал скрипку, отложил на столик у кассы, а потом обнял. - Я не знал, что помимо всего прочего у тебя еще и талант к музыке. Это очень красиво. Шин обнял его в ответ. - Тогда дарю ее тебе. - Мне? – Хикару заглянул ему в глаза. – Спасибо. Мне еще никто не дарил таких оригинальных и искренних подарков. Хикару перевел взгляд на губы юноши и легко коснулся их поцелуем, словно крылья бабочки. Ему еще ни с кем не хотелось быть таким нежным как с Шином, дарить тепло, ласку. Он потянул его к дивану, сел рядом лицом к лицу. Он был уверен, что Шин все еще прекрасно помнит, что произошло здесь вчера. Это было видно даже по тому, как Шин сюда заходил. Такие воспоминания можно перекрыть, только создав что-то новое и сильное, что будет ассоциироваться с этим местом. Хикару коснулся рукой волос Шина, провел вниз к шее, чуть задев цепочку с его бывшим кулоном. И поцеловал. Ладонь легла на талию юноши, язык скользнул ему в рот, приглашая к парному танцу. Шин не сопротивлялся, лишь неторопливо отвечал, путаясь пальцами в волосах друга. Хикару подхватил его и пересадил к себе на бедра, так что юноша оказался чуть выше него. Интересное положение, которое уже само по себе волновало. Он положил ладони ему на ягодицы, чуть сжал. - Раздень меня? Шин чуть дернул тонкими бровями. - Тут? Хикару кивнул. - Но это же магазин, - Шин оглянулся. – Ты же здесь работаешь. - Будет что вспомнить в отсутствие покупателей, - Хикару выдержал паузу. – Я не буду настаивать, если скажешь «нет». Шин колебался, ладони все еще лежали на плечах молодого человека. А потом вдруг двинулись вниз к его животу и краю толстовки, собрали ткань и медленно потянули наверх вместе с футболкой. Хикару улыбнулся и начал расстегивать молнию на черной толстовке Шина. - Давай так: ты делаешь что-то, а я за тобой это повторяю. Он специально решил отдать инициативу в руки юноши. А если и повторять за ним его действия, то тогда Шин сможет в полной мере прочувствовать то, что ощущает Хикару – в этом есть единение, понимание друг друга. Шин улыбнулся уголком губ и опустил взгляд на голый торс Хикару, словно решая, с чего начать. Видимо, ключица привлекла его особое внимание, потому что он наклонился и прикоснулся к ней губами, двигаясь дорожкой поцелуев от одного края к другому. Смуглая кожа Хикару казалась гладкой, как шелк, с легким цитрусовым привкусом, который остался на языке Шина, когда он поднял голову, а Хикару начал повторять за ним. Именно тогда Шин понял смысл идеи друга, ощущая, как по спине бегут мурашки. Должно быть, пару секунд назад Хикару чувствовал то же самое. Когда молодой человек остановился, Шин уже с большим рвением принялся ласкать его шею. А что, если чуть-чуть прикусить? Хикару выдохнул сквозь зубы: - Аррхх… И когда Шин испытал этот легкий укус на себе, то чуть не выкрикнул тоже самое. Боже, как же приятно настолько чувствовать друг друга! Мочка уха. Снова шея. Предплечье. Розовые горошинки сосков. Совсем осмелев, Шин сам скользнул языком между губ Хикару, сводимый с ума разыгравшимся в крови желанием. Ладонь легла на пах друга между ними, нащупывая очевидную выпуклость под джинсами – ладони Хикару крепче обхватили ягодицы Шина и прижали юношу вплотную к себе. Воздуха становилось все меньше и меньше, будто его нагревали их вздохи, стоны, шепот. Кажется, уже все открытое пространство тел было исследовано, осталось только спуститься ниже. Шин с горящими щеками принялся за ремень на джинсах Хикару. Пуговица, молния, резинка белья вниз. Возбужденный член Хикару вздрогнул, когда юноша коснулся пальцами гладкой, блестящей головки. В таком положении продолжать что-то было сложно, поэтому Шин слез с колен друга, помогая стянуть джинсы с его ног, потом сел рядом, наклонился и обхватил губами его плоть. В этот раз делать подобное казалось не таким странным, как впервые, и даже пряный вкус Хикару теперь казался чем-то возбуждающим. Через пару движений, Шин оказался лежащим на диване, а Хикару стягивал с него одежду, после чего улыбнулся и заставил его приподняться и лечь валетом. - Так будет честно, - молодой человек скользнул языком по члену юноши и погрузил его в рот на всю длину. Шин не заставил себя ждать, повторяя за ним. Разница была лишь в том, что заглотнуть настолько глубоко у него не получилось, поэтому просто ласкал Хикару, как мог, старался подстроиться под его темп и движения, периодически сбиваясь, потому что собственное удовольствие заставляло низ живота вздрагивать, а неконтролируемые полустоны и выдохи вырываться между губ. Он и вовсе сбился, когда почувствовал, как в него проникает палец, аккуратно двигаясь, растягивая, затем второй, как они затрагивают ту самую струну, которая словно на скрипке начинала играть внутри высокими нотами. Когда он открыл глаза, даже не сознавая, когда успел их закрыть, Хикару тянул его к себе за талию, помогая встать. - Иди сюда, - он прижал его животом к спинке дивана, попутно целуя вдоль позвоночника, прижимаясь к нему так тесно, что у Шина все внутри переворачивалось от желания. Медленное проникновение, до конца, до основания. Полминуты, чтобы дать привыкнуть, и Шин не выдержал, сам подаваясь назад с грудным стоном. Он не мог больше терпеть. Хотелось выплеснуть из себя все дрожащее напряжение, дойти до финала. Он чувствовал, как ладонь Хикару подстроилась под их темп на его плоти, сжимая все крепче, как и последовавшие сзади толчки. По виску скатилась бусинка пота. На его плече приятно загорелся очередной легкий укус. И Шин уже думал, что скоро наступит разрядка, но Хикару вдруг упал спиной на диван, разворачивая юношу лицом к себе. Черные глаза смотрели прямо на него, заставляя кровь вскипать оттого, сколько скрытых эмоций Шин видел в них. Юноша двинул бедрами вперед и назад, словно раскачиваясь в такт легкому дуновению воздуха, затем еще раз, и еще, быстрее и сильнее, превращая каждое движение в головокружительное удовольствие, пока не упал на Хикару, пытаясь совладать с дыханием. Его влажное тело вжалось в друга, стук сердца отдавался в смуглой груди любимого. Шин был опустошен и счастлив, в голове – пустота, только сердце билось часто и громко. Он даже не думал о том, что теперь научился перенимать инициативу на себя. Хикару успокаивающе гладил его по волосам, хотя у самого внутри все еще крутился вихрь ощущений и эмоций. Сможет ли он теперь спокойно смотреть на этот диван, сидя на работе? Да он будет возбуждаться только от одного взгляда на него и воспоминаний о том, что здесь происходило. - Шин? В ответ раздалось какое-то невнятное, приглушенное кряхтение. - Спорим, что теперь ты будешь каждый раз краснеть, заходя в магазин? – Хикару усмехнулся, надеясь на реакцию. Она последовала незамедлительно. - Зачем ты это говоришь? Я и сам знаю, - от дыхания Шина на шее стало щекотно. «Кажется, цель достигнута», - одобрительно подумал Хикару и похлопал юношу по ягодице. - Поднимаемся? - Еще пару минут. - Ладно, - Хикару и самому не хотелось никуда идти, но не оставаться же тут ночевать. Тем более ему еще предстоит личный разговор с хозяином магазина по поводу вчерашних событий. Он бросил взгляд на гитару, стоящую в стороне. Именно она тогда упала, и теперь на ее боку красовался скол. Что ж, это меньшее, за что ему придется потом заплатить. Шин поежился, и Хикару накинул на него свою толстовку. «Тебе больше нечего бояться, пока я рядом, - волос юноши коснулся поцелуй. – Я сам избавлю тебя от прошлого, что бы там ни было». Хару поставил пакет с продуктами на стол, когда ему на спину вдруг запрыгнул рыжеволосый юноша и повис на нем. Он был таким легким, что Хару даже не шелохнулся, только подхватил его под колени. - Попался, - захихикал Йори. Его ноги обхватили друга за талию, руки переплелись на шее. Он даже не понимал, больше ли удивлялся или восхищался тем, каким сильным был Хару, хоть и не выглядел так внешне – ведь он даже не согнулся под его тяжестью, осанка по-прежнему оставалась ровной. - Я даже и не пытался от тебя сбежать, - улыбнулся Хару. - Еще бы ты попытался, - фыркнул юноша. – Я быстро бегаю, так что все равно бы догнал. - Хочешь вина? - Нашел способ, чтобы я с тебя слез? - Можешь пить, сидя на моей спине. - Ты мне все будешь позволять? - Пока это в рамках разумного, - Хару протянул руку назад и потрепал его по волосам. - А если я привяжу тебя к кровати и воспользуюсь твоей беззащитностью – это будет в рамках разумного? Хару ничего не ответил, только хмыкнул и потянулся за штопором. - Эй, ответь! – Йори обидчиво сполз с него. – Хару! Когда он заглянул в синие глаза, они улыбались. - Ну, знаешь ли, Хару! – Йори безо всякого стеснения укусил его за плечо, а потом повис на его шее, как балласт. Уткнулся носом в его ключицу. – Теперь ты будешь больше времени посвящать преподаванию в школе, и мы будем меньше видеться. - С чего ты взял? – Хару обнял его в ответ, все еще держа в одной руке бутылку с вином. – Все вечера в нашем распоряжении. Тем более ты же сам настоял, чтобы я уволился из кафе. - Да я понимаю, - Йори отстранился и принялся ходить взад-вперед по небольшому пространству кухни. – Просто мне все еще странно, что я с кем-то вместе. И что у нас с тобой все серьезно. И что я постоянно думаю о тебе. Мне даже преподаватель в университете сегодня сделал замечание за витание в облаках. А что я могу с собой поделать? – он развел руками. – Ничего. Абсолютно ничего. Все ты виноват. Йори подошел к столу, забрал у Хару бутылку с вином и разлил в бокалы. - Тебе в чем-то не комфортно? Юноша помотал головой и улыбнулся. - Нет, все замечательно. В том то и дело. Давай выпьем. Поздравляю с увольнением. Они чокнулись бокалами, пригубили вино. - Кстати, - вспомнил Йори. – У меня была к тебе просьба. Научи меня паре приемов айкидо, чтобы в следующий раз, когда кто-то соберется со мной подраться, я мог дать сдачи. - Он сделал пару боксерских выпадов в сторону Хару, но тот вдруг ловко поймал его за запястье, и уже спустя пару секунд Йори лежал на лопатках, придерживаемый руками молодого человека, не позволившими удариться головой об пол. – К-как ты это сделал? Хару улыбнулся и помог ему подняться. - Я научу тебя. - Когда? - Послезавтра по второй половине дня приходи в школу. Там никого не будет к шести часам. Можем потренироваться. - А то, что я худой и не такой высокий как ты? - Это неважно, - заверил его Хару и сделал еще один глоток вина. - Круто! – приободрился Йори. – Ладно, давай есть! А то уже живот урчит. Они расставили тарелки, сели за стол друг напротив друга, и, пожелав приятного аппетита, Йори сразу принялся уплетать купленную еду за обе щеки. Он даже кряхтел время от времени от удовольствия. А, опустошив второй бокал вина, плотоядно посмотрел на Хару и непроизвольно облизнулся. Он заметил, как молодой человек проследил взглядом за его кончиком языка и убрал за ухо прядь длинных волос. Йори не выдержал, поднялся со своего места, устроился на коленях друга, обнял за шею и счастливо улыбнулся. - Так, на чем мы там остановились до ужина? Кажется, я собирался привязать тебя к кровати и… - Йори влекуще провел пальцем вдоль груди Хару и выгнул бровь. – Надеюсь, ты мне потом не отомстишь парой приемов айкидо? Вместо ответа Хару подался вперед, оставляя на шее юноши дорожку легких, щекочущих поцелуев. - Я бы никогда не поднял на тебя руку. - Ну да, ну да. Тот удар, помнится, предназначался Аки, - Йори скользнул пальцами в густые длинные волосы друга, откидывая голову в сторону и предоставляя тому большее пространство для действий. - Ты все еще обижаешься? - Нет, просто припоминаю, - Йори прикрыл глаза, когда губы на его шее сменились языком. По телу побежали мурашки. – Хару-у-у… Юноша положил ладонь на его щеку и соблазнительно улыбнулся. Потом привстал и сел на его бедра лицом к лицу, расставив ноги, и надеясь, что стул их выдержит. - Теперь мне уже кажется, что до кровати мы сейчас не доберемся. Йори начал поцелуй неторопливо, позволяя превратить его в своеобразную дразнящую игру, опустил руку между ними, поглаживая Хару сквозь плотную ткань брюк. Движения становились все настойчивее, и он чувствовал, как реакция тела друга незамедлительно следует, упираясь в его ладонь. Йори склонился и прикусил шею Хару, намереваясь оставить на ней как минимум пару отметин, когда вдруг звонок в дверь разрушил все его коварные планы. - Это еще кто? – нахмурился Йори, не прекращая покусывать молодого человека. – Ждешь кого-то? - Нет, понятия не имею, - выдохнул Хару, крепче прижав к себе юношу. - Тогда не будем открывать, - заключил Йори. – Тем более это может вызвать некоторые сложности, учитывая то, что творится сейчас в твоих брюках, - он усмехнулся и продолжил свою миссию по соблазнению, но звонок повторился, потом еще раз, уже гораздо настойчивее. – Черт, да что они, с ума посходили?! - Наверно, лучше открыть. Может, это Джун? - С чего бы Джуну к тебе по вечерам наведываться? - Я не знаю. Звонок прозвенел снова. - Я посмотрю, кто там. - Я с тобой. Стоило Хару подняться со стула, как Йори снова запрыгнул ему на спину, намереваясь всем своим видом показать Джуну, что они заняты более важными делами. Он не видел, кто стоял за дверью, когда Хару ее приоткрыл, а только услышал женский голос, взорвавший тишину: - Хару, ну что ты так долго возился?! У меня уже ноги от каблуков заболели столько стоять под твоей дверью! - Ниши? - Ну а кто же еще! Конечно я, твоя сестренка. «Сестренка?» - едва успел подумать Йори, как дверь распахнулась и перед ним предстала девушка с рыжевато-русыми волосами, пушистыми ресницами, в цветном платьице и серых коротких сапожках. Ее взгляд упал на юношу, и на лице отразилось такое выражение, будто она увидела перед собой дохлую лягушку. - А это еще что за обезьяна на тебе висит? Йори сполз с Хару, замечая, как тот оттягивает вниз футболку. - Это кто еще здесь обезьяна? - пробубнил он, но его просто оттолкнули, задев плечом. Девушка вальяжно прошла в квартиру, поставила на пол сумку. - Хару, так это твое новое домашнее животное, о котором ты говорил? – она обернулась и сверкнула глазами в сторону Йори. – То, которое ты подобрал на улице? Странно, я думала, оно более милое. - Животное?! – вскипел Йори, но Хару вмешался. - Ниши, ты даже не предупредила, что приедешь. Мы были несколько заняты, - он снова оттянул футболку вниз, пытаясь скрыть эрекцию под брюками. – Я тебе рассказывал о коте. А это – Йори. Познакомься, Йори, это моя сестра Ниши. Юноша изучающе посмотрел в ее сторону. - Обычно о визитах предупреждают, - проворчал он. - Я — исключение, ведь я любимая сестренка Хару, - театрально улыбнулась та, плюхаясь в кресло и закидывая ногу на ногу. – Странно, что ты об этом еще не слышал. - Ниши, располагайся, я… я сейчас, - Хару дернул ручку двери ванной комнаты и шепнул Йори на ухо. – Займи ее пока чем-нибудь, пожалуйста. Я же не могу стоять перед сестрой в таком виде. Оставшись без друга, Йори прошел до кровати, сел, косясь на незваного гостя. - И что ты на меня пялишься? – бросила девушка. – Ждешь извинений за то, что прервала ваши утехи с Хару? Не дождешься. - Даже и не надеялся, - фыркнул юноша. – Кажется, вежливость – это вообще не твое сильное качество. - И это мне говорит обезьяна, которая сидела на моем брате, как на пальме. Он тебя бананами подкармливает? - Эй! – грозно прикрикнул Йори. – Какого черта ты так со мной разговариваешь? Я же не говорю, что ты на курицу похожа в этом наряде. - Еще и хам, - заключила она, выгнув бровь. – И откуда у моего Хару такие вкусы? Ладно уж, что предпочитает мужчин, но мог хотя бы нормальных выбирать. Надо его отвезти в какой-нибудь хост-клуб. - Какой еще хост-клуб?! - Где красивые, мужественные парни. Такие же, как Хару, - Ниши смерила его презрительным взглядом. – А не хамоватые, тощие обезьяны, похожие на пошлых анимешных героев. Их взгляды скрестились словно шпаги. Где-то в памяти Йори промелькнуло упоминание этой наглой девицы в рассказе Джуна. Мегера? По-моему, Джун дал ей слишком ласковое определение. Йори уже всем своим сердцем ненавидел эту девчонку. - И часто ты бываешь в хост-клубах? – съязвил юноша. – Судя по всему, часто. Вряд ли нормальные парни бесплатно ведутся на таких, как ты. Ниши только лишь скривилась в ответ и ухмыльнулась. - Ну, а тебя-то где Хару подцепил? Где еще такие млекопитающие водятся? - Слушай, какого черта ты ко мне лезешь и оскорбляешь?! - Намекаю, что тебе пора домой, в свои джунгли. - Это квартира Хару, а не твоя. Так что, кому и нужно было бы катиться отсюда – так это тебе, пришедшей без приглашения, в свой курятник, где такие же как ты кудахчут днями напролет. Ниши вдруг звонко засмеялась. - Ты, правда, думаешь, что я, сестра Хару, должна уходить от своего брата? – она посмотрела на него как на дурака. – Ты считаешь, что он может предпочесть какого-то легкомысленного мальчишку, раздвигающего свои ноги, мне?! Йори вскочил с кровати, сжав руки в кулаки. Девушка последовала его примеру. Еще немного – и он на нее набросится. Это уже просто выходило за все рамки! - Да пошла ты… Послышался хлопок двери в ванной комнате, и к ним вышел Хару. Заметив боевые стойки обоих, он сперва оторопел. - Сам туда иди, мартышка, - прошипела Ниши и показала пальцем на Йори, - Хару, сделай так, чтобы это существо отсюда исчезло. Поигрался и хватит! - Ниши… - Он назвал меня курицей! – топнула ногой она. - Это тебе за обезьяну! – прикрикнул Йори. Хару встал между ними. - Перестаньте. Ниши, сядь, пожалуйста. - Мне и так неплохо! И было бы еще лучше, если бы эта говорливая мартышка, - она презрительно махнула рукой в сторону Йори, - исчезла. - Не называй его так. Мы с Йори вместе. Ее глаза округлились, на лице отразился полный шок. - Что?! Только не говори, что серьезно встречаешься с ним! - Ну, ты же его сестра, - пожал плечами Йори. – Тоже бы никогда не подумал. - Ниши, я понимаю, что для тебя это неожиданно, но ты даже не дала возможности предупредить, - Хару положил руки ей на плечи. - Неожиданно? Неожиданно?! Хару!!! Йори показалось, что от ее крика у него сейчас взорвется голова. Вся эта ситуация его уже стала порядком утомлять. Кажется, теперь он понимал, почему Хару был таким спокойным и выдержанным – вся двойная порция эмоциональности перешла по генам его сестре. Но и отдавать ей Хару без боя он был не намерен. - И что ты кричишь на всю квартиру? Соседей распугаешь, - Йори встал рядом с другом, сложил руки на груди. - А ты вообще не лезь в наш разговор, извращенец! - Эй, выбирай слова, детка! – снова разозлился Йори. - Ну, перестаньте же вы, - вздохнул Хару. – Вы даже еще не знаете друг друга, а уже ссоритесь. Ниши скривила лицо и вернулась к креслу, приняв независимый вид. Йори проводил ее презренным взглядом и опустил руки. - Хару, проводи меня. Я, пожалуй, пойду. Наверно, тебе действительно хочется побыть с сестрой. Раз уж она пришла. Молодой человек отвел его до дверей. - Извини, - Хару обнял его уже на пороге. – Я уверен, что вы подружитесь. Просто все так спонтанно случилось. Я загляну к тебе позже? - Хорошо, - Йори кивнул, на прощанье награждая друга быстрым поцелуем. – Не беспокойся обо мне. Ее придирки я переживу. Гораздо важнее, что ты обо мне думаешь. - А то ты не знаешь. От улыбки Хару, проводившей его, было гораздо спокойнее, хотя Йори до сих пор не понимал, как эта девчонка могла быть родной сестрой его парня. Да если бы Хару не разнял их, он бы высказал этой выскочке все, что о ней думает, по полной и не стесняясь в выражениях. Хотя, черт возьми, ей тоже палец в рот не клади – приложит так, что мало не покажется. - Вот ведь! – Йори сел на кровать, взял ноутбук. – Жили мирно и счастливо, а тут такое «счастье» на голову упало. - Зачем ты так с ним? Ты его видишь в первый раз, - Хару присел на подлокотник кресла рядом с сестрой. - Надеюсь, и в последний. - Ниши! - Нет, ну, а что ты хочешь?! – развела она руками. – Я захожу, а тут он на тебе виснет. Почему кто-то должен использовать моего брата как шест для стриптиза? - Не преувеличивай. И это не повод оскорблять его. - Заметь, он мне тоже хамил. - Ваши характеры очень похожи, - Хару с улыбкой пожал плечами. - Не сравнивай нас! - Но это факт. - Неправда, я не такая. Он мне сразу не понравился. Ты заслуживаешь лучшего. - Ты его совершенно не знаешь. - А ты уверен, что знаешь? Хару кивнул и взял из фруктовницы яблоко, пару раз подбросил в руке, откусил. - И откуда такая уверенность? - Просто знаю, и все. Чувствую вот здесь, - Хару приложил ладонь к сердцу. - Ха! Всего лишь интуиция? – Ниши подхватила его за локоть. – Давай наймем детектива, пусть узнает о нем все подробности. Наверняка откопает что-то грязное. - Что за глупости? Ты пересмотрела дорам? – улыбнулся молодой человек. – Я понимаю, что ты беспокоишься обо мне, но не задирай Йори – он для меня особенный. - Тоже мне… какой-то рыжий странный парень и мой брат, - фыркнула девушка и, встав с кресла, подошла к своей сумке. – Поможешь развесить вещи? - Вещи? – удивился Хару. - Да, я к тебе погостить на пару дней. - У тебя что-то случилось? - Просто решила отдохнуть от родителей. Ты же не против? – она улыбнулась и достала целую стопку платьев, передавая их в руки подошедшему брату. - Странное решение. - Почему это? - Раньше ты говорила, что не понимаешь, как можно жить в такой маленькой квартире. - Передумала, - пожала плечами Ниши. – Тем более вон у тебя что в жизни происходит. Кажется, я очень вовремя. Хоть узнаю, что творится с братцем. Не то, чтобы Хару не был рад видеть сестру, но у них с Йори только все наладилось и хотелось все свободное время проводить вдвоем. Уж не считая того, что Ниши и Йори повздорили, едва познакомившись. А ведь Ниши всегда была такой – любящей внимание только к себе. - И надолго ты? – уточнил Хару. - На пару дней. Не так уж и много, если подождать. Хару обернулся на входную дверь, помня об обещании Йори заглянуть к нему вечером. Кажется, сегодня они вынуждены будут воздержаться от близости – это уже казалось какой-то пыткой, а что же будет потом? - У тебя есть что-нибудь перекусить? – раздался за спиной голос Ниши. - Да, конечно. Пойдем на кухню? - Отлично, заодно поболтаем. Вечер пролетел незаметно за разговором с сестрой, и уже в полночь Хару лежал на футоне на полу, подложив руки под голову. Он смотрел в потолок, вспоминая ту пару поцелуев, которыми обменялся с Йори полчаса назад, когда, сдержав обещание, заглянул к нему на десять минут пожелать спокойной ночи. Надо сказать, Ниши едва отпустила его, до последнего пытаясь убедить в том, что она достойна большего внимания с его стороны, особенно учитывая, что видятся они нечасто. Но Хару бы никогда себе не простил, если бы не увидел Йори этим вечером еще раз хотя бы на пару минут, пусть даже такого полусонного, в чуть помявшихся шортах и свободной футболке ярко-желтого цвета. Улыбка тронула губы. Она всегда таилась в их уголках, когда он думал о юноше, и сейчас не стало исключением. - Что это ты такой довольный? - он перевел взгляд на Ниши, которая смотрела на него с кровати. - Просто задумался. - Хару, а может, учитывая, что ты оставил эту дурацкую работу официантом, то снова вернешься домой? Молодой человек ответил только после паузы: - Нет, Ниши, я не вернусь. Я привык к самостоятельности и жизни вне дома, и не хочу ее менять. - Все еще обижаешься на отца? На то, что он был против того, чтобы ты разносил кофе, как простой бедняк? - Я не обижаюсь на него, и не обижался. Это его мнение, и, так или иначе, я его уважаю. - Не льсти, - вздохнула Ниши. – Кому, как не мне, знать, что зачастую строгость и принципы отца заставляют его забывать о том, что мы его любимые дети. На самом деле, я тоже не просто погостить к тебе приехала. - Что? Ниши легла на спину и подтянула одеяло. - Надоели его придирки и указы. Решила отдохнуть, но не буду же на улице ночевать, а обе подруги уехали. Поэтому и пришла к тебе. - Думаешь, отец не догадается, что ты у меня? - Конечно, догадается. Но уверена, дня три он даст мне возможность отдохнуть. Так что будь готов, что он тебя обо мне спросит. Хару кивнул: ему действительно никуда не деться от вопросов отца. Странно, что тот еще до сих пор не позвонил и не задал вопрос, где Ниши. - Вы поругались? – спросил Хару и услышал в ответ тихий смешок. - Мы часто ругаемся, ты забыл? Я слишком свободолюбива, чтобы держать меня в ежовых рукавицах, и всегда говорю прямо то, что думаю. - Я же говорю, вы похожи с Йори, - в голосе непроизвольно прозвучало столько тепла, что Ниши прищурилась, всматриваясь в темноте в лицо брата. - Не сравнивай нас! - Ниши… - Я сказала, не сравнивай! Он назойливый, громкий, хамоватый тип, который совершенно тебе не подходит. - Я люблю его. - Что?! – ее глаза превратились в блюдца. – Нет, погоди… То, что вы спите, еще не означает, любовь. - Ниши, я и не говорю про секс. Я говорю про то, что люблю его. Кажется, это утверждение привело сестру в ступор, потому что она больше ничего не ответила, только отвернулась к стене, а Хару снова взглянул в темный потолок над головой. Несмотря на то, что и началось у них с Йори все с секса, чувства были намного глубже – так глубоко, что уже даже не вырежешь ни ножом, ни лезвием. «А если я привяжу тебя к кровати и…?» - он вспомнил озорное лицо Йори, его вкрадчивый голос, полуоткрытые губы и усмехнулся. «Только дождись, пока мы снова останемся одни, и я позволю тебе делать с собой все, что захочешь», - мысленно ответил он юноше, представляя, как тот сейчас спит в своей постели, раскинув ноги и руки.