Все в порядке, Лиам

Сердце Лиама, одурманенное аконитом, бешено билось в груди. Из последних сил цепляясь за скользкие выступы камней в колодце, юноша пытался добраться до поверхности, но всякий раз срывался, и ему приходилось начинать сначала. Вот его рука вновь соскользнула, затем и ноги потеряли опору. Парень повис, держась одной рукой и боясь пошевелиться. Коснувшись потерянным взглядом дна колодца, Лиам вздрогнул от мысли, что через мгновение он вновь окажется внизу и ему придется начинать сначала. А что, если он не сможет? Силы оборотня на исходе, аконит сильнее его… Что, если вновь очутившись внизу, он уже не сумеет пролезть и половины проделанного им сейчас пути? Мысль об этом разжигала в парне страх такой силы, что его руки переставали ему подчиняться. «Нет… Я должен… Я не могу умереть так… Я не хочу… Помогите… Помогите мне… Скотт…» Рука юноши медленно соскользнула с выступа камня, и он бы полетел вниз, если бы… если бы не тот, кого он больше всего желал увидеть в данный момент. Появившись в последнюю секунду, Скотт схватил Лиама за руку. Юноша зажмурился в момент падения, но когда почувствовал на своей руке жесткую хватку, распахнул глаза. Увидев оборотня, он оживился. Кажется, появление МакКолла настолько взбудоражило его, что даже аконит стал менее чувствоваться в его груди. Скотт быстро вытянул парня и, оказавшись с ним на поверхности, медленно усадил его на землю. Дрожащие ноги не держали Лиама, из-за чего он покорно опустился и сел, подобрав их под себя. Альфа с ужасом смотрел на своего бету. Он весь был охвачен страхом, дрожал и… плакал. Удивительно, что Лиам не позволял себе плакать ни при ком, кроме Скотта. Юноша чисто интуитивно доверял ему, понимал, что именно МакКоллу он и может открыться. Ему и только ему. — Всё в порядке, Лиам, — заглядывая в истерзанные болью голубые глаза парня, проговорил оборотень. Юноша встретился с ним взглядом, и от этого альфе стало только тяжелее, он ощутил весь пережитый парнем страх и просто обнял его, прижав к себе. Бета зажмурился, вздрагивая и утыкаясь носом в плечо Скотта. МакКолл почувствовал, что ему приятно обнимать Лиама, он понял, что в действительности рад взять на себя часть боли своего новообращенного, просто заботиться о нем и оберегать его. Чувство было совершенно непередаваемым. Парень думал лишь о том, какая связь устанавливается между альфой и бетой и какие удивительные чувства она вызывает. Неожиданно рассудок Скотта пронзила еще одна мысль: а чувствовал ли Дерек то же самое, заботясь о нем? Конечно, это не он обратил его, но ведь он также был его наставником. Парня вдруг сильно заинтересовала эта деталь. «Он не мог чувствовать такого. Что-то не так… Я чувствую это не потому, что обратил его… Чем тогда это вызвано?» Оборотень медленно отстранился от парня и вновь заглянул в его светло-голубые глаза. Юноша больше не плакал. Одно лишь прикосновение альфы заставляло его почувствовать себя в безопасности, а когда парень обнял его, Лиам ощутил такое спокойствие, что слезы тут же оставили его. Парень, в отличие от Скотта, не задумывался о том, почему так происходит. Ему просто было хорошо, и он наслаждался моментом. Вот и все. МакКол сглотнул и, оторвавшись от глаз юноши, скользнул к его губам. «Неужели это он сам вызывает во мне такие чувства?» — не веря, подумал про себя оборотень, а затем вернулся к глазам парня. Лиам заметил то, как альфа коснулся взглядом его губ. Юноше стало неловко. Щеки парня стали покрываться легким румянцем. Он почувствовал, что они со Скоттом находятся на слишком близком расстоянии уже достаточно долго, отчего стыдливые мысли посетили и его. Правда говоря, в Лиаме они не вызвали столь бурную реакцию, как в альфе. Парень ощутил, что ему неловко от того, что Скотт его неправильно поймет, но вместе с тем юноша наслаждался каждым мгновением их с МакКоллом контакта. Он просто чувствовал, что ему нравится происходящее, и не хотел его перекраивать под нечто другое. Скотт тем временем дошел в своей голове до еще более опасных мыслей. Медленно придвинувшись к юноше, чтобы не спугнуть его, оборотень потянулся к губам парня. Лиам задрожал от напряжения и, закрыв глаза, подался вперед. Мягкие губы молодых людей медленно соприкоснулись. Поцелуй вышел недолгим и весьма скомканным. Видно было, что оборотни дико боялись происходящего. Боялись спугнуть друг друга. Боялись спугнуть самих себя. Отстранившись, Скотт нахмурился и, собравшись, вновь коснулся губ Лиама, на этот раз действуя с большей живостью: приобняв юношу и стараясь целовать его более развязно. — Скотт, ты нравишься мне, — глядя в глаза альфе, тихо прошептал юноша, когда поцелуй был разорван. МакКолл сглотнул и кивнул. — Ты мне тоже, — сдавленно проговорил он. Лиам искренне улыбнулся, а затем его лицо исказилось болью, а глаза медленно закрылись. — Яд в моем теле… — совсем слабо прошептал он. Скотт широко распахнул глаза и подхватил оборотня на руки. Как он мог забыть об аконите! Да как он только посмел отвлечься от прямой своей задачи на сегодняшний день — спасении жизни Лиама! — Держись! — с серьезным видом проговорил Скотт и понесся с парнем в сторону ветлечебницы. К счастью, доктор Дитон вовремя сумел избавить его от яда. Скотт изъявил желание остаться с оборотнем, пока он не придет в себя, и, сев рядом с лежавшим без сознания юношей, взял его за руку. Док оставил их. Лиам очнулся достаточно быстро. Приподнявшись на столе, он боязливо оглянулся, но взгляд его быстро остановился на Скотте. Почувствовав, что тот держит его за руку, оборотень улыбнулся. «Значит, это мне не привиделось в бреду», — с облегчением подумал парень. Альфа, видя радость беты, и сам улыбнулся. — Впредь, сначала избавляемся от аконита, затем поцелуи, согласен? — неожиданно уверенным голосом проговорил он. Лиам примерил на губах еще более широкую улыбку и ответил: — Пожалуй, это будет сложно… очень сложно… После игриво сказанных слов парень потянулся к губам оборотня, и они вновь поцеловались. Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге появился Стайлз. Заметили его молодые люди сразу, потому что он с грохотом разронял какие-то железные банки. Затем Стилински нахмурился и, возмутившись, повернул голову в сторону, где за стеной кто-то стоял. Обратившись к этому человеку, Стайлз, неожиданно разозлившись, грозно проговорил: — Дерек! Какого черта! Даже они пару дней вместе и уже встречаются в открытую! А мы что, один годик поскрывались, поскрываемся и другой?! Ты трус, Дерек Хейл! Конченный трус! После этого Стайлз бросил к уроненным банкам еще одну, чудом оставшуюся у него в руках, и, демонстративно развернувшись, зашагал к стоявшему за стеной. Послышалось недовольное ворчание Дерека. Скотт усмехнулся, а Лиам не совсем понял, в чем дело, удивленно глядя на оборотня. — Я знал! — победно проговорил МакКолл и повернулся к парню. Юноша продолжил непонимающе хлопать глазами, и тогда Скотт решил это очень просто — вновь прильнул к его губам, после чего все непонятки потеряли какое-либо значение.