Back to square one / Всё сначала

Blink-182 – Anthem Part Two

Свой телефон я с удивлением обнаружила под диваном в квартире мальчиков. С диким ужасом я посмотрела на экран, где висело несколько пропущенных звонков от моего начальника. Пришлось перезвонить и сказать, что я себя неважно чувствую (и здесь не было ни капли вранья). Неугомонная Пенни унеслась на йогу, а Стиви поехал домой приходить в себя после ночных приключений. Мальчики остались дома отсыпаться, как с ехидством подчеркнул Калум, припоминая Люку прачечную. Зайдя домой, я устало плюхнулась на диван перед телевизором. Палец машинально переключал каналы, а вот мозг был занят совершенно другим. Меня мучили две мысли, две проблемы, два человека. Трэвис. Хорошенько пораскинув мозгами, я пришла к выводу, что, несмотря на то, как он поступил, я почему-то на него зла не держу. Мне просто обидно. Неприятно, когда вот так вот вламываются в жизнь, приучают к милостями, переворачивают всё с ног на голову, а потом исчезают. А я, дурочка, уже напридумывала себе всего. Значит, не судьба. Другое дело – будет сложно пока его видеть. Надо от этого как-то отвлечься. Ведь я же не злопамятная. Пусть идёт с миром. Но в жопу! Не царское это дело – беспокоиться из-за холопов. Отлично, с этим определились, едем дальше. Эштон. Ну вот что не так с этим человеком-то? Последние сутки меня вообще сбили с толку. Раньше я была абсолютно уверена, что терпеть не могу этого индивидуума, а одно только его присутствие вызывает у меня рвотный рефлекс. Однако теперь, поговорив нормально (насколько это позволяла бутылка коньяка), я уже не могу этого утверждать со стопроцентной гарантией. Этот тип способен на адекватный разговор и даже поддержать и утешить может. Своеобразно, конечно, но и на том спасибо. И костюм ему идёт… Так, Айви, хватит. Столько думать вредно. Сейчас ещё дойду до какой-нибудь идиотской мысли, что мне он нравится, а я ему. Не думаем, а делаем. А сделать мне сегодня предстоит много чего. Начать надо с похода в магазин, а то в холодильнике одиноко помирает кусок сыра и пара пучков салата. Но сначала – поспать, а то усну где-нибудь по дороге в супермаркет, вот веселье-то будет. Очнувшись всё на том же месте, я глянула на часы – 6 вечера. Да уж, нехило я так поспала. Подремала чуток, так сказать, ага. Приведя себя в относительный послепохмельный порядок, я вышла из квартиры. На площадке этажом ниже происходила какая-то непонятная возня. Спустившись по ступенькам, я увидела, что там стоит Трэвис в окружении всяких чемоданов, коробок и сумок. Едва удерживая одной рукой рюкзак, второй он пытался повернуть ключ в замочной скважине. - Тебе помочь? – осторожно спросила я. - Обойдусь, - буркнул он, настойчиво продолжая мучить замок. - Ты переезжаешь? Почему? - У друзей своих поинтересуйся, - зло ответил парень и повернулся ко мне. На правой скуле красовался синяк. - Ох, оёй…эдак…тебя… - вырвалось у меня что-то непонятное. Я даже сама была не уверена, как я к этому отношусь: с одной стороны парня было жаль, а с другой – чувствовала себя отомщённой. «Да, друзья у меня что надо», - подумала я, причём я впервые в жизни могла такое сказать. Раньше как-то не представлялось возможности гордиться друзьями, ведь их и не было. – Что ж, мне жаль, что так получилось, - вслух сказала я. - И мне жаль, - Трэвис посмотрел мне прямо в глаза. – Правда. Прости меня. С этими словами парень подхватил несколько сумок и поспешил вниз по лестнице. Я же осталась стоять в некоем замешательстве. Именно эти слова мне и необходимо было услышать от него. Ещё раз вздохнув от такой жизненной несправедливости – как такой красавчик мог оказаться таким козлиной – я вышла из подъезда. Трэвис складывал вещи в багажник старенького «рено». Сначала я хотела подойти и попрощаться, но потом решила, что не стоит, и пошла в другом направлении. Лучше оставить всё, как есть. *** Видимо звёзды на небе сложились таким образом, что сегодня я должна была встретить всех, кого только можно. Взять хотя бы, к примеру, мистера Эдварда Драммонда, мужа хозяйки. Я уже подходила к дому, думая, как же я буду открывать дверь в подъезд, ведь руки были заняты пакетами с продуктами. Однако откуда ни возьмись нарисовался Эдвард и открыл мне дверь. Взгляд зацепился за руки Драммонда, а точнее за его ногти. По краям, у самой кутикулы были едва заметные следы красного лака. Девушки, красящие ногти в этот цвет, в курсе, как сложно сразу оттереть такой лак. «И что это ещё у них за ролевые игры такие», - подумала я, молча кивнула в знак благодарности и пошла к себе. Старательно отгоняя мысли об Эстер и о том, что она делает с Эдвардом, я занялась приготовлением ужина. Постепенно ко мне в квартиру собралась вся компания, и мы спокойно кушали, вспоминая ночные похождения, давясь от хохота. Наконец, я решила, что пора: - Ну и кто врезал Трэвису? Парни переглянулись между собой, а Пенни удивлённо подняла брови. - А что он тебе сказал? – спросил Майкл. - Гораздо важнее, что сейчас скажете мне вы. - Нууу…я, - нехотя признался Люк. – Ты – моя подруга, и то, как он с тобой обошёлся, просто отвратительно, - поспешно начал объяснять он. – Ты же не сердишься? - Я? Нет. Спасибо, Люкки, - я улыбнулась и потрепала его по волосам, встав собирать посуду со стола. Тот рассмеялся и начал мне помогать. Остальных склонить к труду не удалось, и они тупо развалились на моём диване. Все, кроме Пенни, которая, чмокнув Майкла, убежала на работу. Она сегодня старшая по смене, и открытие-закрытие бара лежало на её хрупких плечах. - А теперь рассказывай, - приказала я Хеммингсу, вытирающему тарелки. - Что рассказывать? – как-то напрягся он. - Про девушку твою. По переписке. - Ааа, это, - выдохнул он. – Её зовут Эбигейл, мы с ней познакомились в твиттере. - И это всё? – разочарованно протянула я. – А как же двусмысленные разговоры ни о чём и странные непонятые намёки с обеих сторон? - Не знаю, мы просто общаемся, - пожал плечами этот доморощенный герой-любовник. - Ага, а Эбигейл в курсе? – прищурилась я. – Она уже по-любому мысленно представила вашу свадьбу, медовый месяц и собаку, которую вы заведёте. - В смысле? – заморгал Хеммингс. - Девушка не будет просто так переписываться с парнем, который ей не интересен. Есть, конечно, исключения, но это не тот вариант. - Погоди, - Люк расширил глаза. – Так это…я ей нравлюсь что ли? Я кивнула. - Так и что теперь делать? Нужно же что-то делать! А вдруг она думает, что она мне не нравится? А вдруг она воспринимает обычные фразы как намёки, а намёки не понимает? – если судить по внешнему виду Хеммингса, то можно смело звать медиков. Или экспертов. Он побледнел, испугавшись собственных мыслей. – Айви, зачем ты мне это сказала? Вы что, серьёзно всегда это продумываете от и до? - Именно. А теперь живи с этим. *** Прошло две недели, и жизнь постепенно вошла в прежнюю колею. Трэвис съехал в неизвестном направлении, а в «Ребус» мы больше не заходили, поэтому с барменом не пересекались. Оно и к лучшему. К тому же приближалась сессия, и я строила из себя прилежную студентку, исправно открывая учебники каждый день и говоря всем, чтобы меня не беспокоили. Однако надоедало мне это очень быстро, и поверх учебника ставился ноутбук. В один из таких «загруженных учёбой» вечеров мне позвонил Стиви и сказал, что завтра он ждёт нас всех у себя снимать видос для выпуска видеоблога, посвящённому 5 seconds of summer. С радостью забив на все дела, на следующий день мы уже всей толпой сидели на просторной кухне Стива. - Так, концепция такая: сначала снимаю вас всех вместе, потом поодиночке поболтаем. Смонтирую, вам покажу, ну а потом выкладываю на канал, - объяснил хозяин, и мы принялись за дело. Пенелопа и я помогли прибраться в гостиной, чтобы всё происходящее не выглядело так, как будто парни дают интервью на свалке. Стиви за это время настроил оборудование и был полностью готов к съёмкам. Не хватало только ребят. - Алё, вы там где? – крикнул блоггер. - Марафет наводят, - фыркнула я и оказалась права. Парни крутились перед зеркалом в коридоре, приглаживая волосы и поправляя майки. - Всё отлично, вас все хотят, - одобрила их внешний вид Пенни. – Идите уже в гостиную. Всё то время, пока мальчики снимали интервью, мы с Пенелопой просидели на кухне, лениво переключая каналы телевизора или разговаривая. В конце концов, мы решили заказать пиццу. Уже через полчаса раздался звонок, и я пошла открывать. Распахнув дверь, я остолбенела: на пороге стоял парень, который явно стоял в очереди за охрененской внешностью, когда её раздавали где-то перед его рождением. Не слишком высокого роста, тёмноволосый, с аккуратными чертами лица и с обожемойкакой улыбкой. Не разносчик пиццы, а конфетка. - Здрасьте, - тут же растеклась я. Вы бы его только видели, сами бы так же себя повели. Теперь я понимаю сюжеты некоторых «немецких фильмов». Так о чём это я. - Добрый день, пиццу заказывали? – у него ещё и голос как у ангела, держите меня. А если ещё и неглупым окажется – вообще джек-пот. – Держите, одна пицца-маргарита, одна четыре сыра и одна мясная. Парень протянул коробки, и из-под рукава футболки показалась татуировка – стая птиц. А ещё я успела углядеть какие-то рога, похожие на оленьи, выглядывающие из-за ворота футболки. Неплохо. - Спасибо большое, - я выдала самую очаровательную улыбку, на которую была способна и отсчитала деньги. Естественно уронила мелочь на пол. Естественно мы вдвоём наклонились за ней, столкнувшись лбами. - Извините, пожалуйста, - не переставала повторять я. - Ничего страшного, - улыбнулся разносчик-полубог. – Меня Кайро зовут. Ну это на случай, если вы захотите ещё…эээ…пиццы, - неожиданно сказал он. - Айви, - ответила я и хотела продолжить так удачно завязавшийся разговор, как из гостиной вышел Ирвин. - Ооо, милая, ты заказала пиццу! – радостно потёр он руки, взял у меня коробки и поцеловал меня в щёку. - Что ты вытворяешь? – прошипела я, разворачиваясь к нему. С лица Кайро уже пропала улыбка. - Помогаю тебе забрать нашу еду, - ответил поганец. – Всего доброго, спасибо за доставку, - с этими словами барабанщик помахал рукой и, прежде чем я успела что-то сказать Кайро, захлопнул дверь. - Какого. Хрена. Ты. Так. Делаешь, - чётко проговаривая слова, я начала надвигаться на Ирвина. Тот отступал назад до тех пор, пока не упёрся спиной в стену. - Тебя спасал, - наконец, выдал он ответ. – А то опять влюбишься, а он опять козёл, и опять придётся тебя выручать. За себя же беспокоился, за свои нервы. Приходила бы, плакалась. - Рот закрой, - пригрозила я. – Иди, становись звездой ютуба, пока это за тебя не сделала я. Видео-то всё ещё существует. Ирвин побледнел, скорее от злости, чем от страха за свою репутацию, но ничего не сказал, а понёс пиццу в кухню. Нет, ну вот какого чёрта она лезет в мою личную жизнь?