Air

Сегодня кафе закрыто для простых посетителей. Его специально закрыли для дня рождения Кёнсу. Чонин месяц уговаривал начальство, чтобы провести мероприятие именно здесь. Ещё он упросил Сехуна побыть барменом на время торжества. Художник согласился сразу, когда Лу был категорически против. Вот уже два месяца, как они встречаются. Жили они далеко друг от друга, но Се это расстояние казалось бесконечным. Целых двадцать минут на машине. Жить вместе им казалось ещё рано, но переехать ближе не запрещалось. Вы же помните про квартиру под номером двадцать семь? Так вот, она всё это время была пустой и никто там не жил. Туда Се и переехал. Обеспеченному мангаке не составило труда содержать свою квартиру и снимать эту. Всё ради Лу. Приготовления шли полным ходом. Зал украшен, Сехун осматривает своё "рабочее место", а Лу помогает другим официантам с сервировкой. Хань незаметно подходит к Чонину и тихо говорит: - Псы... да, ты. Можешь последить за мной? - Что, прости? - громко отвечает Чонин. - Да не ори ты, башня. Наклонись ниже, - шипит на него Хань. - Хм... мне Кёнсу недавно то же самое сказал, - шутит Кай, но просьбу выполняет и получает подзатыльник от Лу. - А теперь слушай. Ты должен сделать так, чтобы я НЕ напился. - А что в этом плохого? Или ты на стол полезешь? - Не знаю. И лучше не пытаться узнать, - осматривается по сторонам Хань. - Ладно, я прослежу. - Спасибо. И этого разговора не было!

***

Хань почти сам сказал: "...только не бросай меня в терновый куст...". Чонин теперь во что бы то ни стало хочет увидеть пьяного Лухана. Интерес взял верх, и он направляется к Се, незаметно для Лу. - Дружище, хочешь новых ощущений? - сверкает глазами Чонин. - Хм, только я чур сверху, - отвечает Се и на чониновское "Э-э-э...", - расслабься, я пошутил. Что там у тебя? - Напои Ханя. Он очень боится перебрать сегодня. Видно, что явно себя не контролирует. Это будет отличным воспоминанием. Сехун невольно вспоминает, как они вместе пили... и начинает улыбаться. Эта идея ему нравится. - Согласен.

***

- Нет, не держите меня, - заплетается в ногах пьяный Лухан, - я должен с-спеть для Кёнсу. Чонин и Сехун пытаются забрать у оленя микрофон и не дать залезть ему на стол. Хотя он уже одной ногой там. - Лу, хотя бы не на столе, - уговаривает его Се. - Х-хорошо, тогда держите меня. Я падаю, - и тело заваливается назад, падая в руки успевшему Чонину, не подавая признаков жизни. Сехун перехватывает парня к себе на руки. - Пойду, отвезу эту тушу домой. - Неужели вы настолько благородны и не воспользуетесь моментом? - складывает руки Чонин. - Если мною не воспользуются раньше...

***

Сехун пытается удержать Ханя на руках, открывая дверь в свою квартиру. Он может бы и отвел Лу к нему домой, но тот просто не смог найти свои ключи. Он и ногами плохо сейчас владел. Наконец-то разобравшись с дверью, он втаскивает своего парня к себе домой, аккуратно разувает и ведет в спальню. Лу не сопротивляется и ничего не говорит. Но, тем не менее, не спит. Хань хитро поглядывает на художника и улыбается, когда его кладут на кровать. - А ты куда? - спрашивает Лу у уходящего Се. - В душ, а потом на диван спать. И тебе советую, - бросает он. - Я с тобой, - подрывается Хань, но тут же падает с кровати. - Куда? - поднимает его Се. - В душ. Мы же можем с-сделать это вместе? - Конечно, но...

***

Пока Сехун настраивал воду в душе, Лу осматривал ванну. В его нетрезвую голову пришел план "извиниться" перед художником за то, что он напился. Хотя на самом деле его напоили. Ну он же этого не знает, значит, пусть делает то, что хочет. Се раздевается до боксёров и поворачивается к Лу. Тот, на удивление, стоял уже голый без малейшего стеснения, а его лицо было красным не от смущения, а от шума в голове, который утром явно будет только громче. Художник взглядом зовёт его в кабинку и Лу слушается, идя на ватных ногах. Хань заходит первый и вслед за ним, сняв себя последний предмет одежды, идет и Се. - Я н-не могу стоять. Помоги... - шепчет Лу. Сехун рукой поддерживает его за талию и прижимает к стенке. Лу вздрагивает от неожиданного холода стены, но тут же согревается теплом тела художника. Они слишком близко друг другу. Их губы находятся на маленьком расстоянии, которое нужно сократить. Сехун накрывает его губы своими и сразу же берёт инициативу на себя, проникая языком в ротик Лухана. Он проводит языком по нёбу, слыша от Лу тихий стон в губы. Свободной рукой он начинает тянуться к низу живота и сразу находит то, что так сильно упирается ему в пах. Когда он хотел начать водить рукой по его члену, Лу резко отдернул ее, показав, что хочет что-то сделать. Им пришлось поменяться местами. Теперь Се прижат к стене, а Хань стоит рядом с ним. Лухан начинает спускаться вниз, смотря прямо в глаза Се. Мангака не отводит взгляда от этой завораживающей картины. Он еле сдерживается, чтобы не закрыть глаза, когда Лухан начинает слизывать капельки выступающей смазки. Затем водит языком по головке, выводя странные узоры, от чего Сехун томно выдыхает и запускает свою руку в волосы Лу. Хань начинает брать немного глубже, в основном из-за Се. Тот рукой тянет его за волосы, заставляя буквально насадиться ртом на член. Горячая вода мешает ощущениям, и Се делает ее более прохладной, наводя душ в свою сторону. Прохладные капельки стекают по телу Сехуна, что просто заставляет Лу почти кончить, но он держит себя в руках. Он сделает это только от ласк Се. - Ну же, двигайся! - выдыхает художник, поддаваясь бёдрами вперед. Хань начинает брать до самого основания каждый раз, подавляя в себе рвотный рефлекс. Он не ожидал, что размерчик у его парня окажется слишком большим для его рта. Всё заканчивается, когда мангака кончает прямо в рот любимого. Хань даже не думает сплёвывать. Он проглатывает всё и поднимается с колен. Сехун пальцем убирает с губ оставшиеся капельки смазки и облизывает свой палец. Небольшой поцелуй в губы со вкусом своего семени только заводит Се. Он не забыл, что Лу не кончил. Он позаботится о нём только уже в кровати...

***

Утро добрым не бывает. Особенно если ты пил вчера и плохо помнишь, что было. А вот у Се всё хорошо. Голова особо не болит, воспоминания на месте и рядом лежит любимый. Хотя у этого любимого сейчас голова разорвётся, поэтому Сехун бежит за таблеткой и стаканом воды. - Сколько я вчера выпил? - спрашивает Лу, запив таблетку и не отрываясь от подушки, пока Се сидит возле него на кровати. - Очень много, но градус особо не понижал. Так что тебе плохо просто от того, что ты пил. Может, аллергия на алкоголь? - Откуда ты знаешь, что не понижал? Ты же не следил за этим, - щурится Хань, пытаясь открыть глаза. - А кто тебе наливал? - улыбается Се. - Вопрос - кто мне не наливал? Я помню, как выпил с Кёнсу, Чонином и еще парочкой людей. Потом у меня в руках микрофон и... - Лу начинает вспоминать о происходящем в душе. Потом он понимает, что лежит голый в квартире Сехуна. Картинка сама собой сложилась, - и... Чёрт! - Что-то вспомнил? - по-детски, наигранно спрашивает Се. - Ты мог меня остановить, когда я полез с тобой? - хмурится Лу. - Зачем? Я бы потом бы жалел об этом. Тем более Чонин обещал мне новых ощущений и как я мог это упустить. Ты первый, кто делал мне минет. - Очень мило с твоей стороны, - бурчит Лу, - стоп! Чонин? Он что сказал тебе... Я УБЬЮ ЕГО. Нет! Сначала тебя. - Если сможешь встать, - вскакивает Сехун и успевает скрыться за дверью, в которую летит подушка. Кроме боли в голове, Лу мешает ходить ещё один фактор. Это непреодолимая боль в заднице...