Сказка на ночь

      — Па-а-ап! Ты скоро?! — маленькая черноволосая девочка в нетерпении прыгала на большой кровати с кованой спинкой в завитках, которые когда-то заканчивались чугунными шариками. Она очень любила их откручивать, пока ждала свою вечернюю сказку, поскольку родители всегда опаздывали на пару минут, но теперь это развлечение было недоступно. Малышка тяжело вздохнула: спасибо папе.       — Па-а-а-ап! — и тут погас свет. — Бу-ха-ха-ха-ха! — прокатился по комнате глубокий хрипловатый смех, и тут же прервался грохотом. Ноги зацепились за что-то, выступающее над полом, в стороны полетели фрагменты конструктора, тело потеряло равновесие, и победитель драконов впечатался лбом в такую же кованую, как и спинка кровати, люстру, перекосив завитой плафон.       — Ай! Бля… ля-ля-ля-ля… — попробовал замаскировать ругательство незадачливый отец, но попытка выглядела жутко нелепо.       — Мелкая, что это ты тут такое понаставила, что отец чуть не убился?!       — Па, включи свет! Это был замок, который я строила весь день, а ты его разрушил! Теперь ты должен мне купить ту заколку в качестве компенсации! — девочка воспроизвела назидательно-возмущённый тон матери и скуксилась, изобразив вселенскую обиду.       «Арх… Вся в мать! Ох, уж эти женщины! Вертят мной как хотят!» — он уже был готов поверить в то, что замок был построен специально, чтобы быть разрушенным его ногой.       — Хорошо! Я куплю тебе эту отвратительную заколку. Только, — тут Гажил задумался о компенсации для себя, и добавил: — не строй ничего больше, или хотя бы не ставь под ноги.       — Ладно, не буду. Ты, па, ничего не понимаешь в красоте! Эта заколка — последний писк моды! —девчушка мгновенно изменила настроение и подбросила бирюзовые подушки в воздух. Творения Леви пролетели в опасной близости от уже травмированной люстры, но так оную и не задели. Гажил устало проследил взглядом траекторию полёта мягких снарядов.       — Чей писк?       — Да не «чей», а «чего»! Тётя Люси сказала, что это последний писк моды! Па, какой же ты глупый! «Да-да. Папа глупый, а тётя Люси всё пищит и пищит, а глупый папа всё покупает и покупает…»       — Мелкая, тебе всего семь лет, какая мода?!       — Для того, чтобы быть модным, возраст не важен! И вообще, я уже большая! — девочка опять нахохлилась.       — Угу, больша-а-ая! Как гора!       «Могучая кучка папиных проблем. Вся в мать!»       — И раз ты уже большая, то и сказки тебе слушать уже нельзя! Ты когда-нибудь слышала, чтобы взрослые слушали сказки? Во-о-от! Всё, я ушёл, а ты спи, — алые глаза задорно блеснули, рука показательно легла на ручку двери, да-да, тоже кованую и в завитках. Леви почему-то очень любила завитки и ковку.       — Подожди! Не хочу быть большой. Хочу сказку про принцессу!       — Ладно, будет тебе сказка, но чтобы это был последний «писк моды», который я слышал.       — Но папа, девушка всегда должна быть на гребне модной волны. Так сказала тётя Джу!       Мысленно кляня всех женщин и их причуды, Гажил вздохнул. Нет, он долго не протянет в этом «женском царстве» один. Ему определённо нужен сострадалец. В смысле, сын.       «Вот вернётся Леви со своего „книжного“ задания», — стальной убийца драконов как-то гаденько ухмыльнулся.       — Какой ты страшный… — девочка нырнула под одеяло.       — Ага! Боишься?! И не зря! Я такое придумал: ты и мама закачаетесь!       — Па, а может не надо маму качать? Её и так последнее время подташнивает. Я спросила почему, а она сказала, что укачало. Где, интересно? Вы что, без меня ходили на карусели? — Гажил поперхнулся набалдашником, отвинченным с кованого торшера. Ноги сами собой подкосились, и как-то разом размякший дракон рухнул на большой синий пуф, рядом с кроватью.       — Пап, тебе что, плохо?       — Что ты, дочь, мне хорошо, — почти проскулил как-то разом взлетевшим октавы на две голосом один из самых брутальных представителей гильдии Fairy Tail.       — Что? — не поняла девочка.       — Мать твою очень хочу увидеть. Соскучился. Вот вернётся — задушу… в объятьях.       «Ничего мне не сказать и уехать на задание! Убью на фиг!»       — Какой-то ты сегодня странный. Я сказку услышу или нет?! Мне уже спать пора, между прочим!       — Так спи, раз пора! — дракон в гажиловой душе рвался с цепи, и почему-то выл, как собака. Неправильный какой-то дракон.       — Не буду! Сказку на бочку! — не сдавалась дочь книжной феи. «Так, а это уже кажется лексикон Каны».       — Господи, за что?! — Железный Бог промолчал, а «железный дракон» зажевал свою печаль другим набалдашником с торшера, в результате чего тот стал напоминать ободранное плодовое дерево.       — Ладно, слушай! Сказка про Стального Дракона и принцессу Словоплюйку! Или нет! Не так! Словометалку! — в отсутствии жены, Гажил терял тормоза и приобретал необыкновенную тягу к словообразованию. Хорошо, что Леви не знает, какой запас нецензурщины скрывается за дежурным: «Да, дорогая…» Правда, таким прикрытием он пользовался крайне редко, чаще звучало: «Мелкая, какого?!», но смысл у него был тот же, что и у «Да, дорогая…».       — Па, тебе не кажется, что это как-то грубовато, — девочка скептически выгнула бровь.       — Ну, пусть будет Книгожорка…       — Её будут звать Синевласка! И она будет сказочно умна и красива! — подвела итог начинающая вторая «книгожорка». Гажил только плечами пожал: «Синевласка, так Синевласка».       — И вот, в один не слишком прекрасный для дракона день, он решил напасть на эту Синекаркаску, — мужчина вспомнил первую встречу с женой и выпал из реальности. Не для детей эта история, особенно не для их детей.       — Синевласку, папа, Синевласку! — из-под одеяла высунулась недовольная смуглая мордашка.       — А?! А…ну да, Синевласку. Короче, сожрал он эту Синеволоску и не подавился! Конец.       — Папа! Так не честно! А как же счастливый конец?! — маленькая террористка старалась кричать погромче и непременно в ухо. В отлично слышащее и за километр ухо убийцы драконов. Дракон где-то внутри взвыл ещё громче и жалобнее, хотя Луны нигде не наблюдалось.       — Будет тебе продолжение, только прекрати! — Гажил пытался заткнуть уши, дитя ехидно улыбнулось, беря пример с ухмылки отца.        «Будет знать, как зажимать положенную по закону сказку!»       — Дракон хотел проглотить Синевласку, но она не проглотилась, и ему пришлось её выплюнуть, чтобы не умереть от удушья.        «И от чувства вины заодно», — добавил он зачем-то про себя.       — Фу! Папа, как ты можешь?!       — Милая, а что ты думала, драконы делают с принцессами? Они их едят! Если это, конечно, нормальные драконы. По части всяких там спасений — это к принцам.       — Пап, а ты тогда какой дракон? — озадачилась девочка.       — А я вообще мутант — два в одном.        Девочка непонимающе уставилась на отца, который то «дракон», то «мутант», то «два в одном», и наконец выдала:        — Так ты ненормальный?! — Гажил от неожиданности сорвал, словно яблоко с яблони, ещё один набалдашник с торшера и зажевал свою «ненормальность».       — Принцев было целых два, но были они совершенно никчёмными, — наконец продолжил он.       — Не может быть! Принцы всегда кчёмные и красивые! За это их и любят!       — Вот и я думаю, чего эта принцесса к дракону прицепилась? Что она в нём нашла? Даже простила то, что он её чуть не съел, — Гажил опять провалился в воспоминания.       — Па, ты чего?       — Ничего… Принцессу нашу не понимаю! Столько живу и не понимаю ни фига. Слушай, дочь, не складывается у нас сегодня сказка. Может, ты того, без неё уснёшь? — он потрепал девчушку по такой же жёсткой и непослушной шевелюре, как и у него самого.        «Зачем ей эта хрупкая совершенно девчачья заколка?..»       Девочка внимательно посмотрела своими большими тёмными глазёнками на какого-то странного сегодня отца и… не согласилась.       — Хочу продолжение! Про то, как принцесса приручила дракона и начала из него верёвки вить!       — Чего?! Это кто из кого ещё что вьёт?! Да я как минимум стальной трос! Кто ещё вас выдержит?! — рука как-то сама потянулась за ещё одним набалдашником к торшеру, но оказалось, что те закончились. Мученически вздохнув, Редфокс обтёр абсолютно чистые руки об штаны и, не зная что делать дальше, запихнул кулаки в карман; там совершенно случайно обнаружилась горсть гвоздей. Недолго думая, стальной убийца драконов вынул парочку «конфет» и закинул в рот.       — Хочешь? — машинально предложил он ребёнку.       — Пап, ты заболел? Я же не ем металл, — девочка посмотрела в этот раз с нескрываемым беспокойством.       — А-а-а… Ну, да. Вся в мать.       «Вот где она сейчас? — в голове всплыло — Принцев…два… совершенно никчёмными…» — так кусками и всплыло. Дракон завыл отчаяннее — Гажил заёрзал на пуфе.       — Слушай! А давай дракон превратится в принца! Так он и принцессу спасёт «от самого себя в том числе». А сердце он её покорит, спев серенаду! Ты когда-нибудь слышала, как поют драконы?! — оживился «поющий дракон» и потянулся к гитаре.       — Слышала. Пусть он лучше молчит! А то принцесса может или не покориться, или сбежать, — сказано это было тоном, сильно напоминающим тон его жены.       — Ничего вы не понимаете в искусстве! Что ты, что мать!       — Па, ты только не обижайся.       — Не буду. Что с вас взять? — в голове эхом прокаталось: «…или сбежать…».        Маг тряхнул головой: «Да куда она от меня денется?! — но подсознание услужливо подсунуло: принцев…два… — Мужчина резко стукнулся лбом о спинку кровати — …никчёмные…» — «Так-то лучше…»       Девочка в недоумении наблюдала за манипуляциями отца и не могла понять, почему он себя так странно ведёт, но после не слишком долгих размышлений пришла к выводу, что он просто беспокоится за маму. Только вот почему именно — так и не поняла. Тем временем, Гажил вернул себе самообладание.       — Ну, раз ты не хочешь, чтобы он пел — пусть танцует, — предложил он.       — Па, давай он просто будет классно драться!       — А разве принцессы на такое покупаются?       — Ну, мама же купилась, — философски закатив глаза к небу, изрекло его чадо.       «Та-а-ак… что-то я не узнаю, чей это жизненный подход… »       — Ладно, пусть дерётся. Короче, он всех победил и женился на принцессе. Вот и вся сказка, а теперь мне пора. Надо связаться с мамой, — и Гажил уже успел встать, как его схватили за штанину.       — А что было после свадьбы? — внутри у мужчины что-то оборвалось: «Ну вот и дожил я до этого „долгожданного“ вопроса».       — Будни. Суровые будни! Спи уже! — мужчина дёрнулся в направлении двери, но маленькая ручка и не думала отпускать штанину.       — Па, ну расскажи-и!       — Вот подрастёшь и расскажу… Мама расскажет! Она у нас всё знает. Спи давай!       — Па-а-ап…       — Ну, что ещё?! — Редфокс уже почти потерял остатки самообладания.       — А поцеловать? — вздохнув, как каторжник, стальной убийца наклонился, и, наскоро чмокнув дочь в лоб, быстро ретировался из помещения.       Девочка ещё не успела залезть под одеяло, как за дверью раздался страшный грохот, ещё через мгновение звон битого стекла и ругань. Малышка с тоской вздохнула и зарылась в одеяло с головой.       «Не будет никакой заколки. Не надо было разбрасывать ролики…»