Сердце мое

Локи, закованный в цепи, словно дикий зверь, стоял перед Всеотцом и произносил дерзкие речи. Фригга ушла и Сигюн знала, что поддержки ждать больше не от кого. Один вызвал ее из Ванахейма. Все в девяти мирах уже знали, что Локи напал на Мидгард с армией читаури. Но богиня не могла предположить, для чего она понадобилась царю. За все это время, ее муж даже не взглянул на нее. Это не вселяло особой надежды. - А ты, Сигюн, дочь Арнульва, - услышав, что к ней обращаются, женщина вышла вперед, что Всеотец ее видел. - Да, мой царь. - Ты знала, о том, что твой муж жив? - Один на свое троне подался вперед, пристально глядя на нее своим единственным глазом. Решив, что скрывать это бессмысленно, Сигюн кивнула. - Да, мой царь. - А о том, что он затевает государственную измену, готовясь напасть на мирный Мидгард? - Сигюн вновь дала утвердительный ответ. - А о том, что он сын Лафея, потомок ледяного великана? - богиня вскинула подбородок, смело глядя на Одина. Она знала, что Локи виноват во многих вещах, но это было слишком. - Да, мой царь. Я скрыла от вас правду намеренно, зная, какие последствия это повлечет за собой, - спокойно ответив, Сигюн уже не отводила взгляда. Всеотец откинулся на спинку своего трона и задумчиво потер подбородок. - Локи уже наказан, за свои поступки. Его темница готова. Но твой поступок также заслуживает наказания, - услышав это, Локи, которого стража уже готова была отвести из зала, с силой дернул плечами и повернулся обратно к Всеотцу. - Отец, она не... - Молчать. Здесь я решаю, кто достоин наказания, а кто нет. Твои слова, словно ветер. Они ничего не стоят, - на мгновение, задумавшись, Один поднялся на ноги. - Решено. Ты не только проведешь всю оставшуюся жизнь в камере. Сигюн лично зашьет тебе рот нитью эльфов, чтобы никто больше не пострадал от пустых слов.

***

- Вы не могли бы оставить нас? - богиня сжала в руках золотую иглу и посмотрела на охранников за стеклом. Те согласились уйти, но предупредили, что вернутся через час. Дождавшись, когда они останутся одни, Сигюн повернулась к мужу. Локи, с которого сняли все доспехи, выглядел понуро. - Посмотри на меня, - после нескольких минут тишины произнесла богиня. Трикстер нехотя поднял на нее взгляд. - Этого ты хотел? Хотел навечно остаться запертым в золотой клетке? Хотел больше никогда меня не видеть? - голос ее дрожал от едва сдерживаемых слез. Локи в несколько шагов преодолев разделяющее их расстояние, притянул жену к себе и поцеловал ее, глубоко и страстно, как не целовал уже много лет. Сначала она попыталась сопротивляться, но потом поддалась, давно забытым ощущением и ответила на поцелуй. Крепко обняв мужчину, Сигюн уронила на пол нить и иглу, но совершенно не обратила на это внимание. Они целовались так долго, что у обоих закружилась голова от нехватки воздуха, а потом они просто стояли, прижавшись, друг к другу. - Я не мог поступить по-другому, - после продолжительного молчания произнес трикстер. Женщина слегка улыбнулась. - Это такое извинение? - поинтересовалась она, понимая, что прямого ответа не дождется. Локи пожал плечами и, наконец, отстранился от нее. - Нарви и Вали уже знают? - подняв с пола предметы для своего наказания, ас вложил их в руки жены, а потом сел на край своей новой кровати. - О том, что ты жив? Да. Но не надейся, что они в скором времени придут тебя навестить. Особенно Нарви, - Сигюн подошла к мужу, рассматривая эльфийскую нить. - Думает, что я его бросил, - Локи слегка приподнял платье жены и положил холодную руку на ее бедро. Богиня прикрыла глаза от удовольствия. - И он прав, - не дав зайти мужу слишком далеко, произнесла она и убрала его руку от себя. Локи разочаровано вздохнул и запрокинул голову, смотря на стоящую над ним женщину. - Можешь злиться и обижаться, но я знаю, что ты рада моему возвращению. - Да? И с чего же ты это взял, - Сигюн старательно не смотря на него, продевая нить в игольное ушко. - Потому что столько лет проведя вдали от меня, ты совсем разучилась защищать свои мысли, - усмехнулся трикстер. Сигюн посмотрела на него осуждающе, но постепенно искорка веселье пропала из ее глаз. Уловив это, Локи обхватил ее руку с иглой своей и подвел ее себе к лицу. - Не бойся. Это не самое страшное, что могло быть, - Сигюн прерывисто выдохнула. - Я не хочу, чтобы тебе было больно, - она чувствовала, как ее глаза наполняются слезами. Локи слегка усмехнулся и притянув ее к себе, снова поцеловал. - Не переживай, я что-нибудь придумаю. А теперь приступай. Здесь все-таки Асгард. За всем пристально следят. Не стоит навлекать на тебя еще больше бед, - Сигюн кивнула. Локи снова запрокинул голову, показывая, что он готов принять наказание. Женщина пару секунд смотрела на него, а потом, обхватив его подбородок свободной рукой, сделала первый стежок.

***

Сигюн медленно шла к покоям Всеотца. Остатки кровавой нити она крепко сжимала в руках. Двери в покои Одина были открыты, что было крайне редко. Поэтому богиня вошла без стука. - Вы хотели меня видеть, мой царь? - без приветствия и довольно холодно обратилась она к мужчине, стоявшему возле широкого окна. Один медленно повернулся к вошедшей и его взгляд тут же опустился к ее окровавленным рукам. - Убери это, - строго произнес он. Сигюн не стала спорить и молча, повиновалась. - Значит, ты не стала противиться моему приказу, - Один сел за широкий стол переговоров и указал богине на место возле себя. - Отец еще в детстве научил меня не спорить с волей царей, - так же холодно произнесла она. Ей совершенно не хотелось сейчас разговаривать со Всеотцом. - Да. Твоей отец мудрый ван. Я надеялся, что ты пошла в него, - Сигюн вскинула подбородок и встретилась с царем взглядом. Но тот лишь улыбнулся, увидев это. - Не подумай, что я пытаюсь оскорбить тебя. Я хочу лишь сказать, что ты больше похоже на свою мать, чем на отца. И, исходя из этого, мы не будем с тобой говорить о том, что произошло. И ты, и мой сын сполна наказаны. Я бы хотел поговорить о том, что будет, - Один выжидающе посмотрел на нее, будто бы ожидая каких-либо действий. Сигюн не сразу поняла, к чему ведет царь, а когда поняла, медленно поднялась со стула. - Хотите, чтобы наследники Ванахейма росли в Асгарде. Хорошо. Мы снова будем жить здесь. Но не думайте, что из них все еще можно вырастить асов, - последнюю фразу она произнесла медленно, словно давая Одину возможность одуматься. Но царь лишь кивнул и поднялся вслед за ней. - Значит решено, - Сигюн присела в реверансе и уже направилась к выходу, когда Один окликнул ее. - Они нужны здесь не для того, чтобы я мог присматривать за воспитанием правителей Ванахейма, - богиня непонимающе смотрела на царя. Ей ведь казалось, что она понимала его замыслы. Что еще мог задумать Всеотец? - Они здесь на тот случай, если ты вновь решишь предать царя, чтобы спасти мужа.