Воспоминания Лиары

      Прошло десять минут. Успокоившаяся Лиара вновь погрузилась взглядом в датапад и искала что-то, способное её отвлечь от мыслей о судьбе Гранта. В комнату зашла Лиманика с новым подносом. Медленно опустив его на стол, служанка села на ближайший стул и взяла свой стакан. Лиара, которая и не вставала из-за стола, отложила датапад в сторону и заплаканными глазами посмотрела в лицо служанке. Повисло неловкое молчание. Первой его прервала дреллка. - Доктор… С вами всё хорошо? Если вы не желаете продолжать, то я… - Стой! – резко ответила Лиара и, испугавшись своего собственного голоса, тихо продолжила: - Извини. Останься, Лиманика. Всё в порядке. Я готова подойти к главному. - Хорошо. О ком вы ещё можете мне, поведать? – ненастойчиво попросила служанка. - О них всех, – твёрдо заявила Т’Сони и отпила горячего чаю, резко вернув стакан на своё место. - Хм… С кого начнём? – поинтересовалась Лиманика и сделала глоток вслед за хозяйкой. - Пошли со мной, – попросила Лиара и, взяв стакан, отправилась к картине, висящей в её кабинете, привлекая дреллку последовать за ней взмахом руки.       Служанка озадаченно осмотрела картину. Ей часто приходилось смахивать с неё пыль по личному указанию хозяйки дома, но она никогда особо не вглядывалась в неё. Обязанности одной смотреть за шестикомнатной квартирой и поддерживать её в чистоте не давали на это времени, но сейчас, взглянув на изображение впервые за пять лет работы ясным взглядом, она осознала, что это скорее общее фото, чем картина. Дреллка удивлённо уставилась в лицо молодой Лиары с картины. - Это же вы! И как я раньше… - Лиманика, всё в порядке. Откуда тебе было знать? – улыбнулась Т’Сони. - Но всё-таки… - её вновь перебили. - Ты не покладая рук трудишься на меня пять лет. Нет ничего постыдного, что ты относилась к обязанностям без интереса и ни на что не обращала внимание. Это твои скромность и трудолюбие. Не больше, не меньше. - Ох. Спасибо, доктор, – засмущалась дреллка и, кашлянув, начала водить глазами по фотографии. – Кроганы слева и справа. Один молодой. Другой намного старше. Это… Грант и Рекс, – вспоминая рассказ, точно определила дреллка. - Всё верно, – проговорила Лиара и, поставив стакан на стол, облокотилась на стену рядом с фотографией, скрестив руки на груди. - Чуть ниже Рекса, справа Касуми и Самара. Трудно не узнать юстицарскую броню и тёмные одежды «гильдии теней». - Ха-ха. Я же говорила. Касуми подготовила многих учеников. Она была первой, кто носила эти чёрные цвета гильдии. Её гильдии. А Самара.... Не она первая и не она последняя носила красную броню юстицара, – вздохнула азари. - Невероятно осознавать, что личности на этом портрете - те самые герои Галактики, – с благоговением произнесла Лиманика и, вздохнув, продолжила осматривать наследие прошлого Лиары. - К сожалению, больше мне никто не знаком. Кто все эти люди в центре? По краям? – ладонью указывала Лиманика на неизвестные ей лица. - А больше я тебе ни о ком пока не рассказывала, – усмехнулась Лиара. - Действительно, – со смешком в голосе проговорила дреллка и отошла от картины, уступая место возле неё азари. - Эта троица в центре слева от Рекса тот самый первый протеанин Явик, наёмник глава «Синих Светил» Заид Массани и почётный советник Альянса по вооружению сержант Джеймс Вега. - Сержант? – изумилась дреллка. – Я думала, у вас друзья меньше чем до ранга генерала в Альянсе не дослуживались. - Его разжаловали за чрезмерную любовь к тяжёлому оружию, – рассмеявшись, уточнила азари. - Как это так? – не скрывая интереса, спросила служанка. Джеймс «Джимми» Вега. Военный до мозга костей служил Альянсу почти сорок лет после «Жатвы», но из-за частых конфликтов с руководством и применения оружия особой огневой мощи против любых противников был трижды разжалован до капрала. Чем и вошёл в историю, как единственный сержант, трижды получивший награду «герой Галактики», четырежды «герой Альянса» и дважды «платиновый крест» (награда за личное уничтожение или выведение из строя 100 единиц вражеской техники). Его судьба была под стать его военным заслугам. Взлёт в виде женитьбы на Трии, с которой он был знаком ещё с Фел Прайм, был чуть ли не его главной радостью в жизни, о чём он заявлял всем друзьям вокруг. Именно таковыми он считал Аленко, Джокера, Кортеза, Заида и Гарруса. Именно с этой компанией Вега с размахом отметил мальчишник, который до сих пор висит жутким воспоминанием для стриптиз-бара на Иллиуме. Пьяные песни, драка, перестрелка - и это только в первой половине дня. Впрочем, это скоро забылось, а вот бракоразводный процесс, устроенный Джеймсом в возрасте 68-ми лет по инициативе его жены, помнят до сих пор родственники Трии. Пришедший на развод пьяным Джеймс умолял Трию не бросать его и не увозить трёх дочерей с собой, но азари была непреклонна. Однако вошедшие вслед за Джеймсом бойцы подразделения особого назначения «Дельта» (личный отряд Веги) по его приказу встали в струнку посреди помещения и начали исполнять песню, которую Джеймс специально написал для Трии. Сам Вега всё это время не вставал с колен. Поражённые члены семьи азари и участники бракоразводного процесса стояли как вкопанные вплоть до окончания сего момента. Сердце жены Джеймса растаяло, и она его простила, но, как бы это ни было печально, сути это уже не меняло. Джеймсу с того момента оставалось жить совсем немного. Он умер во время одного из инструктажей своему отряду от обширного инфаркта в возрасте 98-ми лет. Поставленный ему в пятнадцать метров высотой памятник на Земле до сих пор является символом поклонения многих молодых солдат. По их поверью, если перед отправкой на боевые действия потрогать монумент, то вся удача «Джимми» перейдёт солдату и это защитит его от ранения или смерти в бою. Действительно ли примета срабатывает - точно не знает никто. - Интересная личность, – усмехнулась Лиманика. – И довольно сильная. - Он был настоящим солдатом. Я думаю, что в умении стрелять и драться врукопашную он не уступал бы даже кроганам. - А как насчёт вот этой парочки на диване? Которые ниже Самары и Касуми. Это ведь робот? Причём по виду точно не ВИ. - Ха-ха. Конечно, нет. Это СУЗИ и Джефф. Ну, или Джокер. Иначе его обычно не называли, – пояснила Т’Сони. - Судя по фотографии, его что-то связывало с этим роботом? – спросила дреллка. - Называй её СУЗИ. И да. Их связывало нечто большее, чем пилота и ИИ корабля.       После окончания войны Джокер наотрез отказался покидать корабль и работал на нём вплоть до его списания на берег. То, что случилось с СУЗИ, тяжким бременем ложилось на его сердце, однако это не мешало ему помнить о том, что он боевой пилот этого судна. Впрочем, несмотря на это, Моро с каждым днём становился всё слабее. Он перестал принимать лекарства. Почти разучился ходить. Это могло бы закончиться трагедией, но в судьбу корабля и самого пилота уже после их списания на берег вмешалась своего рода фортуна. Обеспокоенные фактом тотального уничтожения сети гетов кварианцы решили восстановить их, и когда им это успешно удалось, небезызвестная Тали’Зора откликнулась на слухи о том, что Джефф совсем зачах. Тело СУЗИ было успешно сохранено Моро, и он его лично хранил в своём домике у Атлантического океана на Земле, когда туда лично прибыла бывшая мисс «Нормандия». После непродолжительной беседы Тали пояснила, для чего она прибыла на планету и попросила отдать ей тело ИИ. Моро долго отпирался, но предложение Тали вернуть его любовь оказалось выше воспоминаний. Спустя полгода кварианка вновь прибыла к Джеффу и в этот раз не одна. Джокер долго не мог поверить своим глазам, но они его не обманывали. Перед ним стояла она. Та самая СУЗИ, которая числилась для него мёртвой почти десять лет. С теми же мыслями, с теми же воспоминаниями. Потухшие глаза Джеффа вновь прояснились, а Тали ушла из их жизни так же неожиданно, как и появилась, не приняв ни благодарности, ни подарков. Джокер долго бесновался от этого факта, чуть ли не каждый месяц отправляя на Раннох подарки, чем даже иногда заслуживал «ревностные взгляды» СУЗИ, если их можно было так назвать. Что не говори, она всё ещё оставалась роботом. Роботом, который подарил Моро счастье и провёл с ним всю жизнь. Когда однажды утром СУЗИ не смогла разбудить Джокера, по её лицу покатились слёзы. Этого не могла объяснить техника или природа. Был только факт. Плачущая, но всё ещё контролирующая свой голос СУЗИ связалась всё с той же Тали, чтобы спросить у неё совета, но не смогла добиться связи. Волну поймала Лиара. - Это настолько невероятно… - прошептала Лиманика. – Что было потом? - Я лично прилетела на Землю и встретила СУЗИ в слезах. Она сообщила мне, что согласно базовым программам в её памяти вызвала врачей, но они не смогли спасти Джеффа. После чего… - понизила голос Лиара и на глазах застыли слёзы. - Что доктор? – попыталась продолжить мысль Лиары служанка. - Она попросила её отключить. Я не знаю и никогда не знала, что чувствуют роботы, но факт того, что она сказала «Я хочу уйти вслед за Джеффом» навсегда убедил меня в одном: СУЗИ была жива. И она не была одинока… До самой его смерти, – очень тихо проговорила Лиара и отошла от картины. - Вы выполнили её просьбу? - А я могла бы поступить иначе? – с горечью в голосе прошептала Лиара и посмотрела в глаза дреллке. - Не могли, – твёрдо заявила Лиманика. - Она показала мне какой блок памяти нужно вынуть из её тела, чтобы навсегда прекратить её активность, после чего пожелала мне удачи, – азари горько улыбнулась. – Мне пожелала удачи СУЗИ. Искусственный интеллект, который совсем незадолго до этого был нашим врагом. Лиманика продолжала смотреть на фотографию, пытаясь найти скрытый смысл в словах Лиары. Она всегда считала гетов и роботов, произведённых людьми, азари и прочими расами, массово ходивших по улицам со своими друзьями, союзниками и не могла поверить, что когда-то они могли быть врагами всего живого. - А… Кто вот эти девушки по левую и правую руку от вас? – попыталась сменить тему Лиманика. - Слева Джек, а справа Миранда, – не задумываясь, ответила азари. - Джек? Разве это не мужское имя? – удивилась дреллка. - Ах да. Извини, – рассмеялась Лиара. – Джек. Жаклин. Подопытная Ноль. У неё много имён, но самое настоящее из них - это Дженнифер. - Вы были хорошо знакомы? - Не то что бы, но она была довольно колоритной личностью. - Расскажите о ней, – улыбнулась девушка и вновь присела на стул. После окончания войны, на которой Джек постоянно занималась тем, что «спасала задницы своих учеников от пуль и их же тупости», отправилась с ними обратно в отстроенную с нуля Гриссомскую академию. Ни война, ни ученическая бравада о том, что они уже взрослые, не убедили Жаклин в том, что тренировки, как и само обучение обращения с биотикой, можно заканчивать. Именно поэтому Дженнифер почти не вылетала за пределы академии, воспитывая своих учеников. Им на смену пришло следующее поколение, а за ними ещё одно. Так раз за разом бывшая маньячка Джек всё больше уходила от своих принципов и проникалась чувством любви. Это, в конце концов, вылилось в то, что она даже удочерила маленькую девочку биотика, которую нашла потерянной во время одного из рейдов на Землю. В будущем эта девочка тоже стала преподавателем в академии, как и её мать, а сама Джек со спокойной душой ушла на покой, отправившись в отпуск на Землю. Скандал, устроенный её письмом Примарху по поводу «Нормандии», был успешно забыт, а в будущем сам же Виктус извинился перед ней за то, что по глупости политиков наследие человечества чуть не было присвоено турианской иерархией. За те годы, что Джек прожила, она не уделяла времени никому, кроме своей дочери и учеников, однако лучшая подруга у неё всё-таки была, и, как ни странно, ею была Миранда Лоусон. Бывшую оперативницу «Цербера» и бывшую подопытную «Цербера», как оказалось, связывает нечто большее, чем ненависть. Это показал факт того, что когда Дженнифер отошла в мир иной из-за частого в прошлом употребления наркотиков и выпивки, именно Миранда прилетела к ней на похороны одной из первых. И именно она попросила слово на поминках. - «Джек никогда не скрывала того, что ей мерзки сами понятия о семье, но и никогда не скрывала факта, что своей единственной семьёй считала экипаж «Нормандии» и собственную дочь. Сегодня я провожаю её как женщину и прекрасную мать и сегодня я не могу назвать её стервой. Спасибо тебе, Джени. Без тебя этот мир уже не будет столь ярок», - по памяти произнесла речь Миранды на поминках Лиара, и слёзы закапали из её глаз. Дреллка без лишних слов подошла к азари и обняла её. Переживания, нахлынувшие на эту женщину, подарили Лиманике столь небывалые чувства сострадания, что она на секунду и сама не поверила, что пытается успокоить свою непосредственную начальницу, будто она ей старая подруга. Впрочем, она стала убеждать себя в том, что иначе поступить сейчас просто нельзя.