Воспоминания Лиары

      Лиара очнулась, не понимая, где она. Покрутив головой, ей удалось понять, что это её собственный кабинет, и она утопает в своём кресле. Рядом стояла обеспокоенная Лиманика. Т’Сони попыталась встать, но не смогла. - Не двигайтесь, доктор. У вас был шок. Вы лепетали какую-то несуразицу несколько минут, пока сидели на полу. Потом я вас приподняла и усадила в кресло. Помните? – попыталась проследить состояние хозяйки служанка. - Кажется, помню, - тихо простонала Лиара. – Это довольно редкая ситуация. - У вас уже было такое? – удивилась девушка. - Несколько раз ровно в таких же обстоятельствах и попытке вспоминать что-то. Просто никто мне раньше не мог рассказать, что именно происходит со мной в этот момент, – всё так же тихо говорила азари. - Может, врача? - Не стоит. Всё уже постепенно проходит. Что было последним из того, что я говорила? – решила знать Лиара. - Вам рассказать ту часть, где вы говорили внятно или где… - Что я говорила до приступа я и сама знаю. Расскажи, что я лепетала после, – строго приказала женщина. - Вы как будто продолжали рассказывать историю, но тут всё пошло так будто это реальность, а не воспоминание. Вы кричали на Тали и махали руками перед собой. Пару раз озлобленно посмотрели в сторону, будто там стоит тот турианец Гаррус. И про Шепарда было… - Что было про Шепарда? – встрепенулась Лиара. - Вы кричали Тали «зачем ты его бросила?! Я ведь верила тебе и доверила его жизнь!». Что-то в этом роде, – не смогла точно пересказать несуразную речь азари служанка. - Тогда слушай историю до конца, - вздохнула Т’Сони и поудобнее устроилась в кресле.       В день окончания войны на «Нормандии», севшей посреди непонятной планеты, устроили импровизированный пир, где по большей части поминали Шепарда. Во всей этой кутерьме никто и не заметил, что Лиары и Тали среди собравшихся в столовой нет. Гаррус в свою очередь подошёл также нескоро, заявив, что у Тали было заражение, и Лиара осталась за ней приглядывать. Вопросов ни у кого не возникло, и только девушки знали правду того, что было в тот день. - Ты же знала, что я его люблю. Зачем, Тали? Зачем? – спрашивала как заведённая Лиара у девушки. - Потому что любила его так же, как и ты, ещё с первого дня, как попала к нему на корабль, – не стесняясь, отвечала Тали, которая наконец-то пришла в себя после потрясения. - И тогда почему он остался там? На Цитадели? Один?! – вновь закричала азари, специально не используя слово «погиб». - Я бы никогда не бросила его одного! Он заставил нас с Гаррусом уйти! – тяжело проговорила Тали, задыхаясь от душивших её слёз. - И ты хочешь, чтобы я сказала «ну ладно, бывает»? – злобно выпалила Серый Посредник. - Я хочу, чтобы ты оставила меня в покое и поняла, что я люблю его! Я не хотела, чтобы он уходил один. Не хотела, чтобы так всё закончилось. Он обещал… Там на Раннохе он сказал, – начала спотыкаться в словах Тали и громко зарыдала. Лиара только махнула на неё рукой и, кое-как погасив в себе биотические волны, вышла с инженерной палубы.       После этого Лиара и Тали не общались. Ненависть проникла в самое сердце азари и испепеляла её, не давая ей ни дня отдышки, чтобы вспомнить, что кварианка когда-то была её близкой подругой. Тали же наоборот пыталась пойти на контакт с Лиарой, но тщетно. Т’Сони игнорировала её попытки коммуникативной связи и даже личные аудиенции на протяжении всей жизни, а вот сама Зора посвятила себя тому, что всецело пыталась помочь каждому из бывших напарников Шепарда. (Именно таким образом она привлекала к себе внимание Посредника). Впрочем, тем же занималась и Лиара, отчего на её сердце тяжким бременем ложился факт, что кварианка опережает её в некоторых вещах. Адмирал кварианцев своим личным примером вдохновила их починить и восстановить разум гетов, вернула Джеффу СУЗИ, решила многие моральные дилеммы Гарруса. И только встречи с Лиарой этими вещами она не могла добиться, как не пыталась. Развязка наступила в самом конце. Умирая от старости, Тали на смертном одре вновь связалась с Лиарой, умоляя её выслушать ещё один последний раз. - Что она сказала вам? – с огромной жаждой знать воскликнула Лиманика. - То же самое, что и в тот день на «Нормандии». Только добавила туда совместные фотографии с Шепардом с этого самого датапада, - кивнула Лиара на старинную вещь головой и продолжила, - Знаешь, что чувствуешь, когда умирает враг? Удовлетворение, наслаждение, иногда радость, но тогда, стоя у её умирающего тела, я чувствовала только боль. - И чем же кончилась та встреча? – спросила служанка у хозяйки и посмотрела ей в глаза. - Я рыдала, как ребёнок, Лиманика. Она была моей подругой, которая не соврала ни в чём за всю свою жизнь. Она любила его. Отдала ему своё сердце и отдала бы за него жизнь, но он решил иначе. Он не оставил ей выбора, как не оставил его мне. Он хотел, чтобы мы жили, – высказала всё Лиара и резко встав, подошла к картине. – И мы жили так, как он нам и завещал. «Солдатами, союзниками, друзьями».