Воспоминания Лиары

- Мама! Ты что? Опять всю ночь не спала? – без всяких любезностей набросилась на Лиару молодая азари. - Прости, дорогая, – нежно улыбнулась Т’Сони. - Я хотела лечь спать, но… - Ты совсем себя не жалеешь! Может, не пойдём никуда? – угрюмо продолжила дева и скрестила руки на груди. - Даже и не думай об этом, Джоанна, – последовал резкий ответ. - Ну почему? – вспыхнула та. - Потому что это больше, чем традиция. Это моя жизнь, – заявила Лиара и указала рукой на картину. - Ну, мам! Я понимаю, что так ты хочешь почтить память моего отца, но… - И не только его. Саманта лишь одна из тех, кто были мне дороги на том корабле, и ты это знаешь, – отрезала Лиара, погрозив дочери пальцем. - Хорошо, – пробубнила под нос та. – Пошли тогда. - Дай переодеться, – снова нежно заулыбалась Лиара и побежала, как молодая, в спальню.       Это был монумент, который не требовал того, чтобы прохожим объясняли его название. Это не было наследие какой-то там отдельной истории отдельно взятой расы. Это был памятник всему, что дорого современной Галактике. Сила, Дух, Благородство, Единство, Честь, Вера, Надежда, Любовь. И это самое меньшее, что воплощала собой «Нормандия», стоящая на постаменте вблизи города-порта Кале. Её Вечный Огонь никогда не затухал, её вечный караул никогда не покидал свою вахту. Это был символ победы. Победы жизни над смертью. И каждый, кто проходил мимо него, знал это. Потому что история о великом корабле все впитывали с молоком матери, а то, чего не слышали из историй, видели сами в огромном количестве фильмов.       Возле мемориала уже стояли тысячи людей, и каждый из них испытывал благоговейное чувство гордости за тех, кто когда-то спас мир. Повсюду размахивали флагами. Тут и там был слышен одобрительный ропот и свист. Толпа была счастлива, что и не говори, именно поэтому она даже и не заметила, как в оградительном кордоне была искусственно создана брешь, через которую по ослепительно ярко-красной дорожке шли две азари. Когда же их, наконец, заметили, поднялся такой шум и гам, что бедные азари чуть не оглохли. К счастью, тут послышался голос из рупора от одного из распорядителей мероприятия о том, чтобы все немного помолчали. Сменившая крики благоговейная тишина была не менее оглушительной для Лиары и Джоанны, но они всё-таки, переборов мандраж, повернулись к толпе лицом и помахали им руками. После сей незатейливой процедуры женщины подошли вплотную к постаменту и возложили на него цветы. Снова поднялся свист, и ликования продолжились. - Каждый год одно и то же! – закричала на ухо матери Джоанна. - Что?! – переспросила та. Джоанна лишь отмахнулась. - Минута молчания, – возвестил зычный голос всё того же распорядителя и все, как один смолкли. Азари же встали по стойке смирно лицом к мемориалу. Прошло почти двенадцать часов по Земному времени. Толпа рассосалась. Все транспаранты и многие другие атрибуты праздника исчезли. У постамента остались только стражи и азари. - Ну, я пойду, мам? – спросила та, что моложе. - Иди, дочка, – улыбнулась Лиара и посмотрела на двух роботизированных мужчин рядом с собой. – Вы тоже можете меня оставить одну? - Так точно, мэм. – резко последовал ответ, и фигуры удалились. Лиара осталась одна. Медленно подняв голову на огромную машину и произведение искусства одновременно, она принялась говорить: - Здравствуйте, друзья мои. Ну, как вы? Скучали тут без меня? Постамент встретил её каменным молчанием. - Знаю, что скучали, – с улыбкой прошептала она. – Я тоже скучаю по вам.       Что чувствовала в этот момент Лиара? Какие эмоции царили в её душе? За пятьсот лет не изменилось ничего. Смесь горя, отчаяния и безмерной любви к тем, кто подарил ей это приключение длиною в жизнь. Они были её судьбой, а она одной из тех, кто в неё не верила. Они спасли мир, а она лишь не хотела быть уничтоженной. Они были героями, а она учёной замахнувшейся слишком на многое. Груз ответственности давил на Лиару все эти годы, но вот, стоя здесь она прошептала те заветные слова: - Я ни о чём не жалею. Это бы не понравилось вам, ребята.        Когда Лиара уже отходила от мемориала она тяжело вздохнула и, посмотрев на всё величие корабля, заплакала навзрыд. "Спасибо Шепард. За всё".