Горький флирт

      Прошло несколько недель, когда Дебра оставила мою жизнь в покое. Не знаю, брать ли в серьез ее слова о мести... Разве ей было мало того, что она и так превратила меня на несколько дней в монстра, которого избегала вся школа? Скорее, это я отплатила ей за ложь и притворства, которыми она кормила своих друзей. И спасибо, конечно, за это Розе. Вряд ли бы я придумала что-то путное, лишь снова дала Дебре обвинить себя в чем-то еще — у меня в этом талант. Даже Амбэр не кажется такой стервой. Хотя Натаниэлю с ней нелегко, однако даже эта девица не способна так играть чувствами людей, как Дебра.       К счастью, все встало на свои места: ребята больше не косят на меня ненавистным взглядом, не шепчутся за спиной, не боятся общения. В общем, все стало как раньше. Ирис, Мелоди и Виолетт, правда, все еще чувствуют себя не в своей тарелке. Хотя прошло довольно много времени, все пытаются искупить свою вину за недоверие ко мне. Я, конечно, не обижаюсь на них. Это нормально верить больше тому человеку, с которым дружил несколько лет и души в нем не чаял. Представляю, какая у них каша сейчас в голове. Бедные.       Все стало по-прежнему. По правде, я надеялась, что Натаниэль и Кастиэль немного наладят отношения, но, к сожалению, их ссоры участились, причем случались они по самым бредовым причинам. Я уже перестала вмешиваться в их песочницу, поэтому с раздражением наблюдала за их бессмысленными нападками друг на друга. Иногда мою компанию скрашивали Лизандр или Армин, и мы общаемся об обычных школьных делах, стараясь не обращать внимания в их сторону, пока те гавкаются. Но на удивление, сегодня выдался вполне спокойный день. Все потому что Нат пропадал где-то в учительской все перемены и приходил лишь со звонком на уроки. А Кастиэль, в свою очередь, распластавшись по-хозяйски на стуле, слушал музыку. Можно подумать, что он даже заскучал без привычных перебранок со старостой.       Хороший сегодня день. Солнце все еще тепло пригревает, хотя уже середина октября. Можно подставить лицо навстречу осенним лучикам и ловить последнюю теплоту через школьное окно, даже не вставая из-за парты. Совсем скоро начнется последний урок, а потом мертвая домашняя и долгожданная ти-ши-на.       Я отвернулась от окна и украдкой посмотрела на Кастиэля. Одноклассник со скучающим видом покачивался на стуле. Который раз удивляюсь, что он еще не навернулся. Живучий гад. Помнится, Алекси не слабо шлепнулся, когда точно так же раскачивался на нем, словно это не обычный школьный стул, а кресло-качалка. Кастиэль поймал мой взгляд и самодовольно ухмыльнулся. Я тут же несколько раз моргнула, потому что задумалась о чем-то и уставилась на парня. А ведь я на него в обиде сегодня. Снова задразнил меня, отпустив пару комментариев о моей груди. Я бы ни за что сказала, что она маленькая... Просто умею прятаться под одеждой. Да и ему вообще какое дело?       Я отвернулась, показывая всем своим видом, что не хочу с ним разговаривать и даже встречаться взглядом. Он недовольно фыркнул, но зная парня, готова поклясться, что на его губах все еще висит довольная ухмылка.

***

      — Так и будешь дуться? — Кас подошел ко мне после урока, пока я собирала свой рюкзак. Я не оборачивалась на него, делая неприступный вид. Однако гулкое «бум-бум» в груди жаждало встречи с его серыми глазами, а вот разум советовал игнорировать этого молодого человека по всем постам. Когда я успела так сильно привыкнуть к этому грубияну?       — Ну-ну, Леа, ты так яростно боролась за меня три недели назад, а теперь делаешь вид, что я тебе безразличен? Не стесняйся своих чувств. Это нормально, что девчонки без ума от меня.       — Идиот, я всего лишь хотела, чтобы тебе не навредили, — я резко повернулась и увидела на его губах улыбку. Тут же прикусила язык, ругая себя за то, что повелась на такой детский трюк.       Мне показалось, или он уж как-то близко стоит? Я сглотнула и отвела взгляд. Положив свою ладонь на его твердую грудь, я вытянула руку вперед, отстраняя парня подальше от себя. Каждый раз, когда он так делает, я начинаю чувствовать себя неловко и краснею, как его волосы. Кастиэль давно приметил эту реакцию и постоянно дразнит с этой ухмылочкой на губах. Его глаза хитро прищурились. Что у него на уме, я не смогу понять это, даже если он скажет свои мысли вслух. И вот опять он сравнял мое лицо с цветом свеклы и нагло прожигает взглядом.       Появление Дебры круто повлияло на наши отношения. Лично для себя я поняла, что он мне очень нравится. Даже сказала ему об этом, когда этот кретин наговорил кучу гадостей тогда на лестничной клетке, не желая выслушать ни единого моего слова и увиваясь за своей бывшей подружкой, как послушная собачонка. А теперь Кастиэль все время мельтешит у меня перед глазами, и это порядком раздражает, особенно потому что молчать рядом со мной он не может. Зато я твердо уверена, что он никуда не исчезнет. Конечно, я этому рада. Моему сердцу спокойнее.       — Эй, хватит ворон считать. Уже все ушли, — окликнул меня Кас.       Я подняла голову и осмотрелась, будто не верила его словам. Класс действительно оказался пуст. Закинув рюкзак на плечо и старательно избегая взора парня, скрестившего руки на груди, я громко выдохнула и направилась к выходу. В самых дверях я столкнулась с Натом. Это давно стало привычным делом, что в кого-нибудь, да врежется мой нос, а Натаниэль имел особенность появляться именно тогда, когда я переступала порог класса. Какое совпадение...       — Извини! — Натаниэль тут же густо покраснел и отошел в сторону, давая мне пройти.       — Ничего, — улыбнулась ему я. Он всегда чувствует себя виноватым, хотя это я в облаках витаю. — Это уже в порядке вещей.       — Пожалуй… — парень виновато почесал затылок, слегка задев светлую отросшую челку, и тоже улыбнулся.       — И что у вас тут в порядке вещей? — я аж вздрогнула, когда рядом тихо появился Кастиэль. Он пронзил старосту надменным, презрительным взглядом. Натаниэль тоже насторожился и нахмурил брови.       Ну вот, началось, а я уже успела обрадовалась тишине и спокойствию.       — Не твоего ума дело, Кастиэль, — твердо сказал Нат. Мне оставалось только тяжело вздохнуть и приготовиться выслушивать их очередную перебранку.       Вот, Кастиэль уже заметно напрягся. Наверное, хорошо, что я стою между ними, иначе этот экспрессивный парень затеял бы драку со старостой по щелчку пальцев.       — Захлопнись, — прорычал Кас и вдруг обратил внимание на меня.       Мне стало жутко от его взгляда, но мужественно выстояла и не отвела глаз. Так продолжалось несколько секунд, пока самому парню не надоела эта игра в гляделки.       — Ты еще долго будешь здесь стоять? — раздраженно спросил он, видимо, уже позабыв о присутствии старосты.       — Нет, я отойду, — как дура таращилась на него, не двигаясь с места.       — Тогда чего ждешь? — цыкнул Кас, но я так и не дернулась.       Вдруг он взял меня за руку, немного грубо, и потащил за собой, одарив Натаниэля на прощание презрительным взглядом. Когда мы оказались на улице, Кастиэль выпустил мою кисть из своей медвежьей хватки, и я смогла наконец-то убрать пряди с глаз. Первое, что я увидела, это недовольное выражение лица Кастиэля. Хотя даже не знаю, есть ли у него другие эмоции…       — И что это было? — чертов Кас снова меня разозлил.       — Не оставайся наедине с этим кретином, — потребовал он и нервно повел плечами в сторону. — Вот и все.       — Я остаюсь с кем хочу, — с каких это пор он еще указывать мне будет круг общения.       — С кем хочешь, но только не с этим кретином.       Я отскочила от Каса на пару шагов, пытаясь разглядеть его получше и разгадать. Он действительно выходит из себя каждый раз в присутствии Натаниэля или после разговора с ним. Да что такое происходит? Если это то самое... Нет-нет, даже не стоит об этом думать. Это же Кастиэль Сам-Себе-На-Уме.       Я не нашла что ответь и поспешила вернуться обратно в школу. Как же бесят его спонтанные смены настроения. То он видеть тебя не хочет, то сам никуда с глаз исчезнуть не пытается. Начинаю сомневаться, что этому человеку восемнадцать лет. Ведет себя, как подросток на начальной стадии своего вредничества.       — Ты возвращаешься? — услышала я голос Кастиэля, когда поднималась по ступеням к дверям. Естественно, он недоволен.       — А ты предлагаешь идти домой раздетой? — я обернулась на пару секунд, чтобы обжечь его своим яростным взглядом.       Кастиэль же стоял как ни в чем не бывало и, казалось, даже не заметил мое раздражение. Это разозлило меня еще больше, но я продолжила свой путь к шкафчику, мысленно ругаясь на парня.       Выйдя из школы, я уже его не увидела. Это вполне в его стиле: уйти и слова не сказать на прощание. И здесь, противореча всем своим ранним эмоциям, мне стало немного грустно и одиноко без него. Надо же... он так приручил меня к себе.       Солнце как-то быстро и незаметно скрылось за серыми тучами; стало еще прохладнее. Судя по тому, что мои волосы стали похожи на пружинки, ожидался дождь. Надо бы поторапливаться домой, пока он не начался, но на улице так хорошо. Почти голые деревья возвышались над головой в мертвом сне. В этом году поздняя осень наступила гораздо раньше. Не так далеко уже Хэллоуин, а значит и костюм стоит продумать с учетом того, что на улице не так уж тепло.       Мне всегда нравилась такая погода. Особенно хорошо в эту пору устроиться поудобнее в кресле с горячей кружкой зеленого чая и мяты и понемногу уплетать любимый каштановый мед с легкой горчинкой. От предвкушения я зашагала быстрее, не обращая внимания на осенний пейзаж парка, через который лежал мой путь. Буквально через пару минут после того, как переступила порог дома, я услышала нарастающий звук дождя.       — Как вовремя, — сказала себе я, вешая куртку в прихожей. — Привет, дружок.       Я потрепала за ухом Кая, который вышел меня встретить, радостно виляя хвостом.       В пустом доме казалось непривычно тихо. Родители отправились в путешествие на пару недель, о котором уже давно мечтали, но никак не могли спланировать из-за разных отпусков. Я тоже должна была поехать, но не могла пропустить школу в самом начале семестра. Мама и папа хотели снова перенести поездку, из-за меня, но я убедила их, что достаточно взрослая, чтобы позаботиться здесь о себе сама. До сих пор не вериться, что у меня получилось. Не то что бы я только и мечтала избавиться от родителей поскорее, скорее мне было любопытно вкусить немного самостоятельной жизни.       И всё же совсем одну оставлять меня не собирались. Совсем скоро должен прибыть гость.       До моих ушей все еще доносился шум дождя. Он то уменьшался, то нарастал, будто отыскивая нужный ритм. Далекие раскаты грома вывели меня из некой прострации и заставили немного поерзать на стуле. Пусть звук и далекий, но все равно немного пугал. Я встала со стула и поставила чайник на плиту, затем отыскала любимую баночку меда и вылила тягучую массу в стеклянную чашку. Мои глаза алчно блестели, поглядывая в сторону лакомства цветом напоминавшего янтарь, пока чайник невыносимо медленно грелся на плите. Наконец он закипел, и я тут же бросилась к нему со своей любимой огромной кружкой. Когда я наливала кипяток в емкость, горячий пар тут же обдал мои ноздри ароматом мяты. Я осторожно проделала путь от плиты до обеденного стола, стараясь не вылить на себя чай и заодно наслаждаясь его благоуханием. Мама все время говорит мне, чтобы я наливала чай, когда кружка стоит на столе, но постоянно об этом забывая, я все продолжаю проделывать этот наполненный опасностью путь через всю кухню. Все-таки это уже давно вошло в привычку.       Только я села за стол, намереваясь отпить из кружки горячего чая и неизбежно обжечь губы и язык, я услышала звонок в дверь.       Наверное, это Леон.       Я быстро встала со своего места и направилась к двери с трепещущим сердцем от радостного чувства того, что сейчас увижу его за столь долгое время. Не успела я открыть дверь, как тут же оказалась в объятиях, так и не увидев своего гостя. Моего лица коснулись несколько капель воды, а затем я постепенно начинала чувствовать, как моя одежда становится влажной.       — Как же мы давно не виделись! — стискивая в своих крепких объятьях, радостно прорычал Леон мне в шею, от чего кожа покрылась мурашками не только от влажной прохлады.       — Я рада, что ты здесь, — с нежностью в голосе сказала я, обнимая его в ответ и не обращая внимание на то, что парень вымок до нитки.       Когда мы закончили с приветственными обжиманиями, наконец, сумели разглядеть друг друга. С мальчишеской и как всегда немного смущенной улыбкой на губах он восхищенным взглядом глядел в мою сторону. Леон заметно вырос. Когда я виделась с ним последний раз, а это было года два назад, он лишь на пару дюймов опережал меня в росте. Сейчас же он на голову выше, если не больше. Темные короткие волосы, с которых капала вода, падали ему на лоб, придавая парню озорной и мальчишеский вид. Когда он вот так улыбался, на его щеках появлялись милые ямочки, а этот зеленоватый блеск в глазах, наверное, привлекал еще больше поклонниц. Леон никогда не был обделен вниманием девушек, а сейчас, мне кажется, и отбоя от них нет.       — Ты... Леа, ты красавица, — восхищенно произнес Леон, заставив меня покраснеть.       Я опустила взгляд и с ужасом увидела, что моя футболка после приветствия сильно намокла и бесстыдно просвечивала бюстгальтер, поэтому, раскрасневшись еще больше, прикрылась руками.       — Прости, там льет как из ведра, — Леон тут же отвел глаза в сторону, понимая мое смущение.       — Ничего страшного, — успокоила его я. — Тебе, наверное, лучше сходить в душ и переодеться. — Да и мне тоже бы.       Пока Леон был в ванной, я думала, где его разместить, но зайдя в комнату родителей, поняла, что они уже все предусмотрели. Поверх их большой двуспальной кровати лежали несколько чистых полотенец, а прикроватные столики пустовали, как и комод. Я даже позавидовала Леону, потому что всегда мечтала о такой большой кровати, на которой можно разлечься хоть вдоль, хоть поперек. Утром здесь всегда темнее, чем в моей комнате, потому что солнце восходит именно с моей стороны. Возможно, будь наоборот, я бы дольше спала по выходным.       С мыслями о размещении Леона, я совсем забыла о своей мокрой футболке, поэтому решила не медлить с переодеванием и скрылась в своей комнате. Пару минут покопавшись в шкафу, я выудила оттуда майку на бретелях и джинсовые шортики. Переодевшись, мне подумалось, что Леон наверняка проголодался. Только я сунула нос в коридор, как он вышел из ванной, поправляя полотенце на бедрах. Я даже загляделась на его смуглое, спортивное и рельефное тело. Видимо, он все так же занимается плаванием, судя по его широким плечам. Да, пожалуй, девушки от него в восторге.       — Лео, располагайся в спальне родителей, а я пока сделаю что-нибудь поесть, — с паром из ушей оповестила я парня и аккуратно вдоль стены старалась пройти к лестнице, чтобы попасть на первый этаж.       — А мы будем в разных комнатах спать? — с разочарованием спросил Леон, состроив щенячьи глазки.       — К-конечно, — я старалась уже быстрее убежать на кухню, чтобы не смущаться, однако помидор из меня получился отменный.       — Жаль… — расстроился он и направился к своим сумкам, которые лежали около лестницы. — Я бы хотел провести больше времени с тобой. Как в детстве, — добавил он и приподнял одну бровь.       — Не думаю, что теперь это будет хорошей идеей.       — Да расслабься. Я просто прикалываюсь.       В детстве мне тайно нравился Леон, но наверное это было слишком очевидно, что со временем он начал меня поддразнивать. Ему нравилось постоянно меня смущать. Я сразу вспомнила в этот момент о Кастиэле, ведь он играл сейчас со мной в похожую игру.       Как только я зашла на кухню, мой жадный взгляд упал на уже давно остывший чай и янтарную массу в прозрачной посудине, которая заставила мой желудок сжаться от печали.       «Мед, меди-и-ик!» — грустно выла про себя и надвигалась к холодильнику моя поникшая голова.       Открыв дверцу, я начала изучать содержимое полочек в поисках чего-то особенно вкусного, что могло бы не только накормить сытно двух подростков, но и возместить остывшую кружку чая с любимым лакомством. Мама не обделила нас голодающих подростков и приготовила нашу любимую пасту под грибным соусом.       Мы попытались одновременно накрутить пасту на вилки, но вышло это не так элегантно, как планировалось. Сидя напротив и приготовившись запустить столовый прибор в рот, мы мысленно отсчитали до трех и наблюдали за жующими и блаженными лицами друг друга, еле сдерживая смех. Так мы и провели свою трапезу, кривляясь и смеясь. Оставшуюся часть дня мы проболтали на кухне о всякой всячине. Я потягивала свой долгожданный чай, а Леон — ароматный кофе. Потом мы вымыли посуду. Хоть мытье нескольких тарелок должно было занять от силы минуты три, наши мыльные бои растянули это «удовольствие» на час.       Я плюхнулась на диван в гостиной, убирая намокшие волосы со лба. Леон, тяжело дыша, с ребяческой улыбкой на лице устроился рядом.       «Как же давно мне этого не хватало!» — подумала я, наслаждаясь минутами детского счастья. Только с Леоном я могла так веселиться и смеяться до боли в животе. Вот так всегда: сначала мы дурачимся, а потом устало падаем с ног, уставшие, зато довольные.       — Леа, — позвал меня Леон, улыбаясь. Его грудь то высоко вздымалась, то опускалась, помогая легким восстановить уровень кислорода. — Из тебя всё-таки выйдет прекрасная женушка.       Я приложила ладони к своему лицу и смущенно улыбнулась, пряча раскрасневшиеся щеки от парня.