Зло в чистом виде или как приручить змея.

Шмидт с трудом поднялась. Она повела плечами, и левое хрустнуло так, что девушка невольно вскрикнула. Бесспорно, ушиб был неслабый. Подавляя нарастающую панику, Гел бессознательно начала напевать мотив старой песенки из детства. Звук, отраженный от бетонных стен, увеличивался и жутким эхом разносился по темному туннелю. С лихорадочной дрожью Гел замолчала. Теперь совсем плохо. Как все ужасно! В голове девушки начали мелькать счастливые моменты её жизни. А она могла спокойно сидеть дома, пить чай и смотреть фильмы. Но нет, она ведь никогда не сдается, всегда полна сил, всегда готова к приключениям, ей надо выйти с похмелья и за чем как вы думаете? За этими треклятыми яйцами! А в результате она, утомленная и злая, с больным плечом стоит в окружении сырости, мрака и неизвестности, и ни единого намека на жажду великих подвигов. Вдоволь выговорившись, Гелла усмирила давящую обиду на саму себя и с облегчением заметила, что боль постепенно проходит. Она пошарила в карманах в поисках телефона и вынула то, что от него осталось. Экран, казалось, порос паутиной из тоненьких трещин, но несмотря на это продолжал работать и на радость девушке показывать дисплей. Ранее бесполезный чехол пригодился и спас луч света, необходимый нашей героине как никогда. Гелла пару раз обернулась вокруг себя, ведя луч фонаря по болотного цвета стенам, затем потолку и ржавому металлу, на месте которого должен был быть ход наверх. Конечно же ни лестницы, ни даже жалкого её подобия не нашлось. Это стало ясно уже тогда, когда теряя сознание и надежду, Шмидт падала в глубину люка. Неожиданно девушку передернуло, она насторожилась. Шорох совсем близкий к ногам, глухое "с-с-ссс...", блеск пары холодных глаз. Яркий фонарный свет, выводящий контраст обволакивающей темноте, переметнулся на пол, а некрепкая рука чуть ли не выронила телефон. С интересом Гелла нагнулась, радостно выдохнув: - Ото! Это ты? - под ногами, возле рюкзака, извивалась маленькая серовато- коричневая змейка, поедая словно специально для нее разлитое желтое желе. - Что ты здесь делаешь? Иди ко мне. Змея недружелюбно сверкнула глазами и зашипела, поднимая тело в атакующую позицию. Гелла, мгновение назад собиравшаяся погладить питомца, схватила его за голову. - Ото, я надеялась, что ты бросил свои хищные замашки, - девушка нахмурилась, но глаза сохраняли заботу и мягкость.- Ты просто не выспался. Правильно, наверное по моей вине все утро сидел в портфеле, - Она положила змею в больший отсек рюкзака, застегнула его и закинула на плечо, - Придется тебе еще немного там посидеть. Кажется, уверенность снова вернулась к ней, так как Шмидт энергично поглядела налево, затем направо, решая куда ей идти. "Итак, исходя из известных мне данных, у меня имеется всего два направления, - сейчас она стояла лицом к той стене, ближе к которой находился люк.- Лево и право... хмм... говорят, что если идти налево, то там чаще плохо, нежели хорошо. Тогда можно сделать предположение: слева - зло, справа - добро. Что выбрал бы Орочимару? Думаю, зло. Однако есть и другие выводы, например, чаще всего в таком положении идти направо - идти вперед, а шиноби никогда не отступают, легендарный саннин - тем более. Но именно мне идти назад можно, ведь для меня назад - это вверх или на выход. В любом случае, такие понятия как назад и вперед ни в коей мере не должны находиться в зависимости от права или лева. Значит я могу пойти налево, следуя идеологии Орочимару и не нарушая закона мира шиноби." Изъявив вышеописанное умозаключение, Шмидт опрометью помчалась в глубину мрака, рассекая его белым светом и хлюпая платформой босоножек по мокрому бетону. Десятиминутный бег трусцой, плавно переходящий в шаг, давал повод задуматься о длине местных канализационных ходов и расстоянии между выходами. Гелла насчитала парочку поворотов с тех пор, как она двинулась с места, но ни одной лестницы, дневного луча, пробившегося сквозь щели. Усталость проявляла себя, а отвратительный запах удвоился в объеме. Ноги больше не соглашались бегать, дыхание сбивалось, желудок требовал съестного. Еще через пять минут девушка уже перебирала ногами, только из принципа - если ты движешься, значит ты жив. Ухо начинало глохнуть, казалось, в нем плескалась вода. Или не в нем? Странный звук приближался, набирал громкость, и Гелла поняла, что его источник - совсем не её подсознание или нервное расстройство, а ежедневный слив городских отходов во Всемирный океан. Всепоглощающая волна, набирая скорость, врезалась в стены, заполняя свободные коридоры. Девушка, остановленная собственным открытием, мгновенно начала искать глазами убежище. Голые холодные стены, темный бесконечный туннель. Больше ничего. Шмидт услышала рев удара волны, отметила про себя последний поворот, пройденный минуты три назад, и что было сил побежала дальше, попутно освещая дорогу. Она бежала и кожей чувствовала холодное дыхание надвигавшейся воды и ветер подгонявший действовать быстрее. Внезапно, среди однотонного ряда серых плит показалось грязно-коричневое пятно старого металла. Гелла подлетела и резко дернула ручку. Дверь заскрипела и щелкнула, но не открылась, будто была заперта на щеколду с той стороны. В голове девушки промелькнула мысль, что она зря потеряла время, однако взгляд остановился на чем-то вроде оградительной ленты, только желтой тусклой расцветки. Рука сама сдернула её и снова потянула стальную дверь, та, громко скрипя, поддалась. Протолкнувшись в маленькое душное помещение, некое подобие кладовки с низким потолком, Гелла могла слышать, как поток воды проносится мимо, словно поезд в метро. Вода начала ломиться в комнатку, сочиться сквозь щели, охватывая пространство. Спустя несколько секунд её уровень достигал щиколоток, затем коленей, когда она начала подбирается к поясу, девушка в панике стала толкать дверь, но безрезультатно. Гелла оказалась в ловушке. Вода прибывала, воздух кончался. Глубоко вздохнув, Шмидт выпрямилась и тут же ударилась головой о потолок. Стук оказался глухим, как при ударе о дерево. Насторожившись, Гел постучала рукой. Действительно дерево, в отличие от каменных стен. Набрав побольше воздуха в легкие, девушка уперлась руками в потолок, и к её удивлению, тот словно немного приподнялся. Еще один удар, и " потолок" вылетел, точнее был выбит тяжелой рукой Геллы Шмидт. Девушка подтянулась, держась за каменные выступы, и, сносимая волной, выкарабкалась из грязной пучины. В течение трех минут Гелла лежала на земле, привыкая к дневному свету. Затем она стала разглядывать окружение. Довольно странно, но она лежала на траве, а в пятнадцати метрах от нее росло большое и ветвистое дерево. Много деревьев. Конечно еще не совсем понятно, но это больше похоже на лес... Усевшись на свежем зеленом ковру, девушка также осмотрела " комнату" из которой она только что выбралась, и к своему ужасу поняла что это совсем не комната, а обычный колодец, та дверь, что она выбила, была крышкой и слетела со ржавого замка. Ей становилось страшно. Казалось, она потихоньку сходит с ума... Немного отойдя от шока, Шмидт судорожно схватила телефон. Видимо он был достаточно прочным и включился. Вода в него практически не попала. Недолго думая, она набрала номер МЧС, на что получила короткий монотонный ответ "нет сигнала сотовой связи". Ну все. Это конец. Гелла взяла воды из колодца, сделала несколько глотков и остальное вылила на лицо. Странное ощущение затуманенного сознания, как- то необычно на душе, вроде и не больно, но и не тепло. Разве это не то о чем она всегда мечтала, то чего хотела? Попасть в переплет, оказаться на необитаемом острове, в джунглях или, или потусторонней вселенной (что было весьма проблематично в наш цивилизованный век, не разработавший, однако, порталов во вселенной и машину времени). И теперь вот, судьба сама предоставляет то самое испытание на прочность, то что можно было бы запомнить на всю жизнь, или чем можно было бы её закончить. Но при первых же шагах, ранее бесстрашный энтузиаст загибается от страха. Гелла самоуверенно сжала кулак, нет, она не настолько слаба, чтобы бросать надежду в самом начале. Она посмотрела на небо, солнце склонялось к западу. Только сейчас девушка здраво оценила ситуацию. Ей ни в коем случае нельзя было терять время, и прежде всего стоило привести себя в порядок. Канализационный запах прочно впитался в одежду, волосы выбивались лохматыми прядями. И макияж потек от сырости, пота и, кажется, пары слезинок, слетевших с отчаявшихся глаз. Шмидт прополоснула одежду, аккуратно уложила волосы, насколько это было возможно, и начала смывать косметику, с трудом разглядывая свое отражение в побитом экране сотового. Неожиданно, на заднем плане промелькнула стена здания или постройки, выкрашенной в белый цвет. Она была прямо за её спиной, но скрывалась за густой кроной деревьев. Едва рассчитав направление и захватив портфель, наша героиня стремительно помчалась туда. На небольшой открытой местности, свободной от растительности, стоял поросший мхом и дикими травами вход. С его старых стен слетала побелка, смытая дождем, поблекшая и потекшая. Довольно странное убежище для жителей леса, если взять в расчет то, что само здание было наполовину под землей. Гелла могла предположить, что находится у заброшенного дома или погреба, но было чувство, убеждающее все же проникнуть туда, во что бы то ни стало. Она толкнула тяжелую дверь, та с пронзительным скрипом повернулась на ржавых петлях. Из темного коридора пахнуло холодом, видимо и дом состоял из камня и мраморных плит, освещаемых желтым светом свечей. Шмидт зачарованно оглядела леденящую кровь обстановку, а в голову затесалась смутная догадка. Естественно такое абсолютно невозможно. Это слишком безумно, чтобы быть правдой! Равномерный поток мыслей сбил странный шорох и последующий шум, похожий на дребезжание посуды. Некто шел по коридору, затем остановился. По телу девушки пробежали мурашки. Окружение действовало угнетающе, а Гел дрожала исключительно от немыслимого желание поскорее смыться - здесь её точно не ждали. Одержимая волнением, Гелла физически чувствовала приближение тени, тянувшейся из тусклого помещения за стеной. Воздух шелохнулся и снова замер. И девушка, поймав на себе пронизывающий взгляд, подняла голову. - Экхм, - прямо перед ней находился мужчина среднего возраста в сине-сиреневом кимоно и, на сколько было видно в полумраке подземной комнаты, он имел длинные черные волосы и рептильного цвета глаза, мерно поблескивающие огнем. Лицо его было словно слеплено из воска, не выражающее никаких эмоций, ни единая морщина не выдавала его впечатления, ни один мускул на нем не дрогнул. Одни глаза. Они изъявляли изучающий интерес, который никак нельзя назвать живым. Это был "мертвый" интерес. Истинный интерес врача-патологоанатома. На данный момент Шмидт всем сердцем желала двинуться в сторону двери пока не поздно, но, по всей видимости, душа её ушла в пятки и мертвой хваткой вцепилась в каменный пол. На пару секунд установилось неловкое молчание. Гелла механическим движением потянулась за сотовым, что лежал у нее в кармане, и тотчас же холодное лезвие, свистя, пролетело у её руки, оставляя за собой красный кровавый след. Девушка в испуге и недоумении схватила правую руку и уставилась на зловещего обидчика. Сам он, вышедший из тени, продолжал пристально наблюдать за новоиспеченной жертвой и, выдержав небольшую паузу, бросил в пространство за своей спиной: - Ты только посмотри на это. Разве я не приказывал тебе запечатать вход... Кабуто?