Он подскажет, что мне делать

      Несчастная голова младшего шинигами просто раскалывалась, когда он очнулся на диванчике в доме Блекстара и Цубаки. Рядом заботливо стояла миска с акульим супом, а рядом с ней лежала записка «Ушли покупать свадебное платье». Кид тут же принялся за суп, сразу даже не вникнув в смысл ниже написанных строк. А как только головная боль немного отпустила, сразу все осознал. Испугался. Нет, он мечтал жениться на Хроне, даже так быстро и резко… Но все равно испугался.       — Кид! — шинигами повернулся на женский голос и узрел Лиз и Патти, которые коварно улыбались и держали в руках одна смокинг, а другая — галстук-бабочку. Совместными усилиями сестер Кид согласился все это надеть, и любовался собой в зеркале, пока Лиз делала ему прическу — волосы, зачесанные назад, а Патти увлеченно рисовала что-то на обоях.       — Лиз, как я выгляжу? — растерянно спросил Кид. — Я понравлюсь Хроне?       Лиз ехидно заржала.       — А еще бы ты ей не понравился. Если честно, я ей немного завидую. Такого парня отхватила, — тихо призналась старшая Томпсон, поправляя галстук на шее Кида.       — З-задушишь, — прохрипел тот.

***

      Какая же она была красивая! Такая нежная, юная, невинная. Платье — белоснежное, с длинным шлейфом, волосы аккуратно зачесаны и не торчат, как обычно, личико скрывает тонкая вуаль… Когда Кид говорил «да», он даже поперхнулся. Когда танцевал с ней, даже жмурился, как от света. От счастья. Такая она была красивая. И уже потом, когда свадьба отгремела, все наелись, напились, Блек Стар с Соулом подрались из-за последнего стейка, Кид наконец понял, что они с Хроной остались одни в гостиничном номере, куда их запихали доброжелательные друзья.       То есть — совсем одни.       Это и есть брачная ночь?       Хрона тем временем осторожно снимала с себя платье. Шинигами изумленно на нее воззрился. А потом его взгляд остановились на хрупких плечах и острых лопатках, которыми она так соблазнительно повела. Платье белоснежным потоком сползло на пол, и Хрона осталась в одном нижнем белье. Тоже белоснежном. Кид почувствовал, что в брюках стало тесно. И сглотнул, понимая, что не сможет удержаться. Хрона же шагнула к нему и деловито расстегнула его брюки. Хотя руки ее дрожали. Шинигами привлек девушку к себе, осторожно целуя. И Хрона ответила, пусть неумело, но ответила, со всей своей горячностью.       — Что мне теперь делать? — оторвавшись от его губ, пролепетала девушка, — Мака говорила раздеться — я разделась, Цубаки говорила поцеловать — я поцеловала, а дальше они промолчали…       Кид тихо рассмеялся, так забавно сейчас выглядела Хрона.       — Ты ложись на постель пока, а я свечи зажгу.       Хрона послушно улеглась на постель, и терпеливо ждала, пока Кид выключит свет и в темноте, дрожащими руками зажжет свечи. А потом он вернулся к ней, рассматривая её тело при свете огня.       — Ты невозможно красивая, — прошептал юноша, целуя ее ключицу и проводя языком ниже, к груди. Хрона зажмурилась, выдыхая воздух через рот.       — Что мне делать? — она закрыла глаза.       — То, что ты хочешь, и что тебе подсказывает твое тело. Меня так парни учили, — авторитетно заявил Кид, возясь с ремнем на брюках.       Спустя мгновение Хрона вскрикнула от резкой боли, и ощутила сильные толчки внизу живота. Такое до ужаса странное ощущение. И очень приятное. Она помнит все смутно, помнит, как мычала от удовольствия, кусала губы и стонала, извиваясь под телом юноши, помнит упругие толчки снизу и волны оргазма по всему телу, а потом, кажется, она уснула.       Утром Хрона проснулась и поняла, что ее голова лежит на груди Кида. И она абсолютно обнаженная. И почему-то до ужаса счастлива. Даже несмотря на то, что не знает, что ей делать.       Теперь с ней будет Кид — он подскажет.