Воспитательные меры

POV Гокудера. Утро. Немного душно из-за палящего солнца снаружи. Шея затекла, слегка повернув голову, ощущаю, что лежу на чём-то твердом и тёплом. Не хочу открывать глаза, ведь сейчас так тепло пусть и немного неудобно. Такая умиротворяющая атмосфера. Чёрт. В туалет захотелось. Ещё пару минут полежав, я понял, что если сейчас не пойду в туалет, то идти мне никуда не надо будет. Вздохнув и приподнявшись на здоровой руке, я упал обратно. Резко-ноющая боль пронзила пятую точку. Лишь спустя две минуты, когда она прошла, я позволил себе мыслить нормально: "Этот ублюдок Кёя поимел меня! Я так хотел думать, что это бред. Я убью его!!!" – зло повернувшись, мне на глаза попалась рука, торчащая из под подушки. Переведя взгляд повыше, я увидел голову Хибари. Тело было полностью укутано в одеяло. Меня так переполняла злость, что я, схватив подушку, опустил её на голову «облака» - Травоядное, убью, – раздражённо послышалось из-под подушки. - Да, и я тебя люблю!! – злобно и с иронией сказал я. Подушка улетела к противоположной стене. Я хотел отвернуться от ГДК, но на моё тело накинули одеяло и над ухом прошипели: - Спи, травоядное, – бессильная злоба новой волной накатила на меня. Сделать что-либо мне не дано. Всё тело в синяках, попа, при любом движении ног, горела огнём. И при этом мне всё ещё надо в туалет. - Не могу, – нервно сказал я. В ответ ощутимый толчок в спину. – В туалет я хочу. Но благодаря некоторым, мне не встать, – в каждом слове максимум злобы и ехидства. Я - чёртов счастливчик, если до сих пор не размазан по стене. Да, становиться легче. Сначала меня проигнорировали, но после минуты моего недовольного сопения и кряхтения я оказался на полу. - Ты чего?! – возмутился я. - Достал ты меня, – Хибари вздохнул и завязал на бёдрах простынь. Глаза, обычно холодные и злые, сейчас казались живыми и… наверно, домашними. -Удобно? – кивнул он на меня. Я осмотрелся и покраснел. В данный момент, я лежал на спине голый с раздвинутыми ногами. Сдвинуть ноги было больновато, но когда я это сделал, стало гораздо спокойней. Правда, кожу неприятно стянуло, из-за засохшей спермы. Неожиданно на меня упало одеяло, и тёплые сильные руки приподняли над полом. Повернув голову, я увидел сдержанную полуулыбку Главы Дисциплинарного Комитета. Открыв двери, и выйдя в коридор/туалет/кухню, меня опустили на пол и укутали в одеяло. Сейчас в это утро совершенно не чувствовалось «убийственной» ауры Хибари. Наоборот, хотелось быть капризным ребёнком. - Ну и что? – повернул я голову и поднял бровь. - Вот, туалет. Умывальник или окно решай сам, – почесав подбородок, лениво сказал Кёя. Прикинув, что в окно как-то не так, я выбрал умывальник. Со стоном и кряхтением я подошёл к раковине. Чтобы хоть как-то сходить в туалет, мне надо встать на табуретку. А чтобы встать на табуретку, нужно поднять ногу. А это больно. Потоптавшись с минуту, постоянно примеривая то одну ногу, то другую, я вздохнул и посмотрел на Хибари. Тот закатил глаза и, обняв меня за талию, поставил на табуретку. - Ты виноват! – в очередной раз напомнил я. Кёя кивнул и стал около двери. Я слегка поёрзал. - Можешь идти. Тебя никто не держит, – я показал глазами на дверь. ГДК ухмыльнулся и вышел. Я же сходил нормально в туалет. Если можно так выразиться. Так как я постоянно краснел, ибо писал я очень громко.Слез я сам, не хотелось звать Хибари опять. И когда открыл дверь, то постель была застелена, а Кёя натягивал свитер. - Одевайся быстрее. Скоро должен прийти Рокудо и Такеши. Мы уезжаем, – я широко открыл глаза. Сегодня? Разве мы уезжаем сегодня? У нас же была неделя. Что за ерунда? - А почему…. - Может, ты сначала оденешься? – грубо и резко прервал меня хранитель облака. Стало как-то обидно. Дёрнув головой и сомкнув губы, я пошёл искать свою одежду. Вам не передать того, что я чувствовал, когда поднимал её с пола. Рубашка была порезана. Ну, отлично. Найдя чистые трусы в сумке, я одной рукой надел их, потом брюки. Такое чувство, что прошёл все шесть путей Ада. Вытерев пот с лица, пошёл с расческой к зеркалу. Как бы я хотел сейчас оказаться в душе. Всё бы наверно отдал. Что удивительно я ни разу не посмотрел на Хибари. Наверно, так и нужно, это просто был секс. Мы удовлетворились и всё. Но почему-то обидно. Переведя взгляд на зеркало, я ужаснулся своим волосам. Они у меня за ночь всегда жутко путались, и по утрам я имел возможность лицезреть «взрыв на макаронной фабрике», сейчас же была «Вария на дне рождении Джудайме». Такие масштабы имела моя прическа. Горестно вздохнув, я принялся расчёсываться. Одной рукой это было весьма затруднительно, потому что волосы длинные и их надо придерживать одной рукой, чтобы больно не было. Но теперь одна рука сломана, поэтому приходиться рвать себе волосы. Ещё один незабываемый плюс этого утра. Я буду лысым. В конце концов, я кое-как расчесал их и секретной техникой завязал в хвостик. Теперь отражение показывало помятого парня в джинсах и с хвостиком на голове, да. Мне бы умыться, но какой добрый волшебник даст мне эту возможность?! Правильно, никакой. Развернувшись на пятках, я пошёл в комнату. Хибари сидел и слушал музыку. Весь его вид показывал безмятежность. Так хотелось достать динамит и разнести здесь всё к чёртовой бабушке, но Джудайме наверняка забеспокоиться. Какой же Джудайме добрый. Надо ему письмо написать. В приподнятом настроении я направился к своей сумке, где лежали ручка и бумага. Конец POV Гокудера. Полчаса в домике над гаражом царила тишина. Гокудера строчил свои фанатские письма Тцуне, а Хибари мирно слушал музыку, изредка косо поглядывая на него. Но потом ураганом ворвался Мукуро. - Ку-фу-фу, собирайтесь. Через несколько минут мы уезжаем из этой богом забытой деревушки, – на него не обратили внимания. Все были увлечены своими делами. Иллюзионист пожал плечами и удалился. Ему было плевать на хранителей с высоты Эйфелевой башни. В голове было два слова «душ, Ямомото» и побеждало явно первое. Через пять минут ко двору подъехала чёрная машина Infinity FX35. Из неё вышел смуглый черноволосый мужчина примерно 30 лет. Зло взглянув по сторонам и кивнув водителю, он прошёл вовнутрь двора сжимая в руке бумажки. Минуя главный дом и подойдя к лестнице в дом на гараже, мужчина, тяжело ступая поднялся по ней, ногой выбивая дверь. - Занзас?! Что ты тут делаешь?! – закричал от удивления Гокудера. Хибари снял наушники. В комнату влетают запыхавшиеся Ямамото и Рокудо. Временный Босс Вонголы кинул Хаято бумажки. - Говорите своему никчемному мусору, что бы жопу крестил. Через минуту вы должны сидеть в машине, – и, пылая раздражительностью, Занзас удалился. Все посмотрели на бумажки. Рокудо взял одну, и стал зачитывать: Привет Босс. Это Фран. Пока вас не было, Капитан выебал Саваду-сана. А последний вызвал нам психолога. - Это конец, – задумчиво сказал иллюзионист. Гокудера от шока уставился Кёе в глаза и не моргал. Все остальные философски отнеслись к этой информации. Ямомото взял другую бумажку. - Босс, это снова я. Прикиньте, а Савада простил Капитана и у них всё хорошо. А ещё мне не нравиться доктор, он дурацкий. – Такеши замолк. Все дружно встряхнули головами. Ямомото и Рокудо, подхватив вещи, стали спускаться в низ. Хибари подхватил шокированного Гоку, сумку, и вслед за ними спустился. Все усердно делали вид, что ничего не произошло. Уместив вещи в багажник. Стали думать как сесть. Занзас, конечно, впереди. В конце решили, что ураган будет сидеть на коленях у облака, а дождь на коленях у тумана. Машина тронулась. Все в напряжённом молчании поехали домой.