Они ждут шанса. Они ждут перемен.

Эта женщина горда и неуместна — Там ее не любят, тут не ждут.       Бартон краем глаза наблюдает, как Наташа читает напротив. Как заправляет безумно-огненные и непослушные волосы за уши, как хмурится, когда в книге происходит что-то нехорошее. Как в синих глазах появляется что-то невыносимое, такое, из-за которого ему хочется ее расцеловать, обнять и никуда больше не отпускать. А другие все уже в невестах С милым другом за руку идут.       Но он не может это сделать. Потому что безумно любит, потому что знает – Наташа ему должна. И этот долг она может отплатить своей фальшивой любовью, она великолепная актриса. Она отплатит и когда-нибудь уйдет, потому что ей это надоест. Бартон не знает этого точно, но почему-то уверен. Эта женщина пронзительно красива — Яркий блеск в задумчивых глазах.       Он не может оторвать взгляд. Смотрит уже в открытую. Цепкие глаза запоминают малейшие детали, вплоть до цвета пуговиц на ее рубашке. Теперь, закрыв глаза, он может вспомнить ее совершенно четко и ясно. Совсем без упущений. Шелк волос и голос переливом, И улыбка жаркая в устах.       Она поднимает свои глаза от книги и их взгляды встречаются. Клинт чуть улыбается, однако, внутри невероятная буря из чувств, сумасшедшие эмоции. Все украдкой смотрят и боятся Подойти беседу завязать.       Она что-то говорит ему и смеется, он улыбается отчетливее, хоть и не понимает о чем речь. Невыносимо, потому что слишком приятны звуки ее голоса. Эта женщина хотела бы смеяться, Ну, а ей приходится рыдать.       Клинт привык, что она приходит к нему плакаться. Вот и сейчас, она говорит о новой неудаче, о том, как от нее сбежал очередной жених. Смеется, однако видно, что глаза уже на мокром месте. И Бартон позволяет ей плакать, уткнувшись лицом в рубашку на его груди. Потому что в этот момент он может ее обнимать и гладить по волосам. Ее руки — тонки и красивы, Ее плечи — горды и нежны.       Он говорит что-то успокаивающее, что всегда говорит. Слова выученные наизусть. Он знает их, она знает их, но так легче. Вновь слышать эти слова и гладить ее плечи. Своеобразное безумие, когда ребенку позволили коснуться того, о чем он давно мечтал. Только у этого безумия вкус боли. Ее любят издали и льстиво, И к чужим она приходит в сны.       Наташа плачет и у Клинта выворачивает душу от боли. Он ненавидит ее слезы, ненавидит всех тех, кто причиняет ей боль. Эта ненависть жжет его изнутри. В этот момент он хочет убивать всех, кто посмотрит на Наташу. На ЕГО Наташу. Эту женщину и время пощадило, Эту женщину и чувство сберегло.       Они знакомы слишком долго, чтобы быть просто друзьями. Но слишком знакомы, чтобы любить друг друга без памяти. Однако Клинт любит, но любит странно. Это причиняет ему боль, но ему это нравится. Потому что он любит. И наплевать на боль ради этой легкости и света в душе, когда Ната улыбается ему невзначай. Сколько рядом этих милых было, Ну а сколько их потом ушло?       Он сбился со счета. Он уже не знает, сколько у нее было мужчин. Он не может ее ни с кем делить, но заставлять ее притворяться тоже не может. Поэтому и ждет шанса, когда она с ним расплатится, чтобы потом сказать все то, о чем молча кричал по ночам. Эта женщина горда и неуместна — Ну, а может слишком хороша.       Но этого шанса все нет, и нет, и нет… И кажется так будет бесконечно. Вечный круговорот, когда она плачет у него на груди, а он перебирает ее волосы и успокаивающе поет что-то по мотиву колыбельной. Но иногда ему кажется, что это весьма неплохо. Ведь Наташа приходит к нему. Больше ни к кому, только к нему. А значит, доверяет. И этого уже ему много. Вечно ждущая прекрасная невеста, Вечно яркие прекрасные глаза.       И ведь Клинт не подозревает, что Наташа плачет из-за него. Из-за этого долга, который связал их и теперь не может дать свободу чувствам, свободу любви. Наташа боится, что он примет ее любовь за выплату долга и отвергнет ее. И она ждет шанса, что бы отплатить ему. И потом рассказать о чем она плакала у него на груди. И этот шанс обязательно будет. Верите?