Когда ночью не спится

      Влажная удушливая жара не собиралась спадать даже ночью. За окном оглушительно стрекотали сверчки и надрывались наплодившиеся в каких-то немыслимых количествах лягушки. Эрен вспомнил, как днем вечно голодная Сашка наловила их целое ведро и отправилась на кухню узнать, нельзя ли наварить супу из лягушатины. Кончилась эта инициатива плохо: из кухни с визгом вылетела Петра Рал, а Сашка на пару с сунувшимся туда из любопытства Эреном еще битый час ловили сбежавших под шумок лягушек и выдворяли их вон под чутким руководством рассерженного капрала Ривая. И если Эрен тем и отделался, то Сашка опять бегала кругами да вдобавок без ужина осталась.       Почти полная луна светила невозможно ярко — хоть книгу читать садись. Подушка сбилась неудобным комом, одеяло Эрен давно сбросил на пол, но легче не становилось: тело все равно было влажным и липким от пота. Через две кровати оглушительно храпел Райнер, на втором ярусе тоненько свистел носом Конни. И как только другие умудрялись спать в подобной обстановке?       Эрен посопел сердито, повертелся ужом на кровати, устраиваясь то так, то сяк, попихал подушку — сон не шел. А уж когда перевернувшийся на другой бок Жан присоединился к ночному концерту Конни и Райнера, стало ясно, что можно даже не пытаться уснуть. Сев на постели, Эрен досадливо поморщился, зажимая уши ладонями, и чуть слышно пробурчал:       — Тоже мне, сделали доброе дело! Да лучше бы я и дальше в подвале спал!       Он слез с кровати, нашарил тапки и тихонько выскользнул в коридор. Конечно, шататься по замку после отбоя запрещалось, но всегда можно было отговориться тем, что ему приспичило по нужде. Или не всегда — зависело от того, в каком направлении гулять. Потому что нормальные люди окольными путями в туалет не ходят, а Эрен сейчас целеустремленно топал в прямо противоположном направлении. Сам бы знал еще, куда и зачем.       Одно успокаивало — все давно легли, значит, выволочку за нарушение режима никто не устроит. Или... Поднимаясь по лестнице, Эрен услышал чьи-то шаги парой пролетов ниже и птичкой взлетел на ближайший этаж, потеряв по дороге левый тапок. Испуганно заозирался и юркнул в нишу, за статую какого-то мужика в длинном плаще. За статуей было пыльно, и у Эрена отчаянно зачесалось в носу.       «И как только сюда капрал не добрался, — подумал он. — Тем более, что это командирский этаж, здесь комнаты всех старших по званию. Черт, только бы не чихнуть!»       Тем временем неизвестный явно шел сюда. Вот шаги послышались ближе, а потом стало светлее — он позаботился взять свечу. Снедаемый любопытством Эрен не удержался и осторожно выглянул из-за статуи. И тут же торопливо зажал себе рот, не зная, чего ему больше хочется — чихнуть или расхохотаться. Возле ближайшей двери стоял командор Смит в ночной сорочке чуть ниже колен, ночном колпаке и пушистых тапках. Смотрелся он в этом наряде донельзя потешно.       Смит постучал в дверь. В комнате завозились, что-то упало, кто-то выругался... Вскоре дверь открылась, и на пороге возникла Ханджи в халате поверх пижамы и тоже со свечой.       — Эрвин, — сонно пробурчала она, поправляя на носу очки, — ты чего приперся-то среди ночи?       — А у меня к тебе предложение, — улыбнулся тот.       — Говори скорее, и я дальше спать пойду.       — Непристойное. Пустишь меня, или так и будем на пороге торчать?       Ханджи окинула его пристальным взглядом и вынесла вердикт:       — Не пущу. Несексуально выглядишь.       — А меня пустишь? — из темноты бесшумно вынырнул Ривай, и все застыли. Эрен даже забыл о том, что у него в носу чешется. Еще бы — от такого-то зрелища! Мало кто мог бы похвастаться тем, что видел лучшего бойца разведки в одних только сапогах, экипировочных ремнях и... нежно-розовых трусах с титанами.       Первой отмерла Ханджи: взвизгнула и, вцепившись в нагрудный ремень, так дернула Ривая на себя, что только сапоги в воздухе мелькнули. Эрен еще успел увидеть, как свеча выпала из ее руки и погасла от удара об пол. И как дернулся начищенный до блеска сапог, цепляя край двери и захлопывая ее прямо перед носом недовольного Смита.       — Ну что за бабы пошли, — пробурчал тот.       Эрен с ним едва ли согласился бы, поскольку тоже считал, что Ривай выглядел куда сексуальнее. Но ему было совсем не до того, чтобы выражать свое мнение — в носу зачесалось с новой силой, и Эрен отчаянно сосредоточился на том, чтобы не чихнуть. А командор почему-то не торопился уходить...       Сдержаться все же не вышло, и чих в пустом коридоре прозвучал просто оглушительно. Или Эрену только так показалось? В любом случае, Смит услышал, мгновенно догадался, где искать, и за ухо вытянул из-за статуи тщетно пытавшегося забиться в дальний угол Эрена.       — Режим нарушаем, а, рядовой Йегер? — поинтересовался он, как-то странно глядя на свою сжавшуюся жертву.       — Я... это... в сортир ходил! — выпалил тот и уставился на Смита жалобными глазами нашкодившего щенка.       — Еще и врешь своему командору. Не стыдно? Надо бы тебя за это наказать...       Эрен, наконец-то истолковав значение странного взгляда, тихо икнул и скукожился еще сильнее.       — Э... наряд вне очереди? — с робкой надеждой спросил он.       — Хм. Нет, пожалуй, обойдемся мы без нарядов, — ласково-ласково улыбнулся командор и стиснул тощую мальчишескую ягодицу.       — Может, не надо? — заныл Эрен.       — Надо! — сказал как отрезал Смит, закинув вяло сопротивляющуюся тушку на плечо. — А будешь рыпаться — членорогим отдам.       И, звонко хлопнув по заднице, потащил в сторону своей комнаты.

═══○◊○══○◊○═══

      Утром Эрен опоздал на завтрак. Явился под самый конец, взял стакан той бурды, которую по недоразумению называли чаем, и уселся рядом с друзьями. Жизнерадостно улыбнулся в ответ на возмущенное «Где ты был?!» Микасы и ответил, что все в порядке. А когда Армин пододвинул к нему тарелку с давно и безнадежно остывшей кашей, сказал:       — Я не голоден. Лучше Сашке отдай.       И опустил голову, чтобы спрятать улыбку.       Ну не рассказывать же им, в самом деле? О том, как ночью, перекинутый через плечо командора, весь трясся и клялся себе, что никогда больше не будет бродить по замку после отбоя. И как наутро, уютно устроившись на командорских коленях и уплетая за обе щеки вкуснейший омлет, которым Эрвин столь щедро поделился, думал: а какая, в сущности, разница? Дурацкая сорочка и не менее дурацкие пушистые тапки — это мелочи, и еще неизвестно, кому этой ночью больше повезло. Ему, пойманному и «наказанному», или Ханджи с Риваем?       А действительно, кому?       Эрен поднял голову и украдкой посмотрел туда, где сидели старшие по званию. Счастливая и бодрая, как кипяток, Ханджи что-то увлеченно рассказывала, забывая отправлять ложку в рот и то и дело дергая за рукав сидящего рядом Майка. С другой стороны от нее сидел Ривай и сонно моргал, пытаясь не свалиться носом в тарелку. Впрочем, недовольным он не выглядел.       Эрен посмотрел на командора и не смог сдержать улыбки, заметив, как обычно холодный взгляд направленных на него голубых глаз на мгновение потеплел.