В поисках солнца

      Идея прогулки по вечерне-ночному Лос-Анджелесу оправдала себя в первый же час. В синем тканевом корсете со шнуровкой, облегающей черной кожаной юбке чуть выше колен и черных босоножках на тонком каблуке — я выглядела одной из жительниц города. И напоминала себе персонажа одного из недавно вышедших зомби хорроров. С той разницей, что на бедрах была повязана рубашка в крупную синюю клетку, а на плече был небольшой рюкзак со сменной одеждой и зубной щеткой, а не сумочка. На моей шее ошейник с шипами, как финальная точка образа оторвы, губы окрашены в рубиново-алый, ногти покрыты черным цветом, веки окрашены не слишком популярными сейчас серебристыми тенями с тонкой обводкой карандашом. Из всего этого образа только лака для ногтей хватит на два приема душа. Остальное - сотрется быстро.       Пара карманников лишились сознания и небольшого количества крови, которое пошло мне на закуску, а решивший зажать в подворотне псих — отделался парой ударов по почкам, которые гарантированно сведут его в могилу через несколько дней и длинной царапиной на всю руку из которой я с удовольствием напилась крови. После этого — ничего криминального со мной уже не случалось — я влилась в ряды гуляющих по городу, по комментариям девушек возле одного из кафе узнала местонахождение ближайшего клуба. Легко пройдя фейс-контроль я попала в шумное помещение полное запахов выпивки, пота, духов и прочих запахов.       Кто-то судя по тонкому шлейфу запаха среди толпы — успел потрахаться в туалете клуба, кто-то только собирался, а деваха которая хохотала в стайке подруг неподалеку от барной стойки приняла что-то наркотическое. Точное название этой дряни я назвать не могла, но запах был мерзостно кисло-сладким с привкусом полыни. А полынь у меня ассоциировалась исключительно с кучей средств для обработки помещений от насекомых и травяной смесью для обезвреживания потусторонних существ.       В их уголок я сразу идти отказалась, а вот к барной стойке пристроилась, подмигивая бармену и заказывая шот чистой водки. Прекрасно зная, что она не усвоится организмом, я тем не менее могла попытаться распробовать вкус, продезинфицировав рот. Ведь чуть позже мне предстоит развлечение — я планировала утолить не только кровавый, но и тактильный голод с жертвой на одну ночь. Мужчин сегодня не слишком хотелось, а среди женщин было очень мало чистых, почти не пахнущих постоянными партнерами в единичном количестве. Что было несколько обидно. Но если не попадётся достаточно зацепившая девушка из раскованных — придется брать мужчину.       Бармен, за сотню согласился спрятать под стойкой мой рюкзак, пока я буду на танцполе. И я подмигнув ему, оттянула пальцем ошейник, толкнувшись языком в щёку, демонстративно окинула взглядом из-под прикрытых ресниц стоящих у стойки и под синхронное глотание нескольких возможных партнеров на ночь медленно развернулась и походкой от бедра отправилась в толпу. Посмеиваясь про себя — у этой юбки сзади была шлица, не достающая до задницы всего десяток сантиметров. На танцполе, найдя относительно пустой кусок пространства, я втиснулась туда и прислушалась к музыке, ловя ритм. И уже через несколько секунд поддалась незатейливому ритму песни Анастейши двигая бедрами и руками.       Пара песен сменила друг друга — меня дважды вовлекали в центр круга, подначивая на танец, сначала под задорную Бритни, потом под Наркотический мусор. Под что-то провокационное мы с одной девчонкой устроили друг другу мини-приватный танец, кружась вокруг друг друга и всячески изгибаясь, прикасаясь и приседая. И в итоге, вместе с этой компанией, я отправилась к бару, где заказала на всех не слишком алкогольные коктейли. Пока стояли и знакомились — почувствовала как задницу хозяйски облапала чужая рука. Мужская. Широкая. Крепкая. Скосила глаза на подошедшего к нам мужчину — спортивная мускулатура, строгая, но дорогая ткань одежды, легкий запах возбуждения сквозь запах мужского одеколона и отсутствие ноток лекарств, наркотической дряни и болезней. Брюнет, глаза насыщенно-зеленые, такие называют колдовскими, челюсть мужская, мощная, шея крепкая, а нос слегка искривлен — ранее был сломан и восстановлен. Настоящая мужская красота. На руке часы строгой, невзрачной, но дорогой марки — такой не будет ныть после хорошего секса, но и афишировать ситуацию раздувая её не будет тоже. Здоровый и похоже даже адекватный представитель мужской части населения, даже хорошо почистивший зубы перед посещением клуба. Какой хороший мальчик.       Облапывал задницу качественно, но не слишком нагло, под саму юбку не лез — понял, что я не против его компании. Пару заказанных коктейлей для меня, которые я честно попробовала, морщась и отдавая девочкам рядом. И наконец, забавно морщусь от кровавой Мери, в которую под хохот девчонок, мне не льют томатного сока, а капают пару капель крови одной из них. Касание её пострадавшей руки подсказывает — у меня появилась новая поклонница, которая легко пойдёт на то, чтобы поделиться кровью. Даже с памятью работать после не придется — я ей запала, в том числе и пройдясь по фетишам, с удовольствием выпив шот с добавлением её крови. Фанатка бладплей и пожестче. Вбиваю в её телефон свой номер и отстукиваю смску, где предлагаю прогуляться после, если она захочет и пишу своё имя. А после, под музыку очередного хита мы разделяемся в толпе танцующих. Мой будущий партнер на ночь посмеивается, но с удовольствием разделяет со мной пару танцев в толпе и после, я с ним возвращаюсь к стойке, где забираю рюкзак, хлопнув по руке бармена и вкладывая ему за хранение ещё двадцатку.       В салоне черного Porsche 911 меня облапывают уже откровеннее и я демонстративно облизываюсь, скользя рукой по чужой груди, дразня и дергая за мелкие пуговицы. Мы почти не говорим, даже не представляясь друг другу — я специально прижимаю палец к его губам на попытке назвать своё имя и прикладываю после к своим. Мне не нужно имя человека, которому я после сотру память. Он явно считает, что у меня какая-то другая причина. Он ведет автомобиль с ослабленным брючным ремнем и полурасстегнутой ширинкой — иначе ему неприятно. Крупный мальчик. Но возле красивой виллы которая явно его, либо им длительно снимается, он заводит автомобиль на стоянку уже более спокойный. Провожает меня до гостиной, предлагая поздний кофе и фыркает, когда я показываю язык и бросаю на диване рубашку. Целоваться начинаем прямо там, правда я сразу предупреждаю: — Я крепче среднестатистического человека — генетическая особенность. И люблю кусаться. Так что не удивляйся. И кстати, полностью здорова. Приятный низкий мужской смех отдается в теле мурашками, как и голос более не заглушаемый звуками вокруг. Моё будущее грехопадение с лукавой улыбкой разводит руками красуясь, и начинает расстегивать рубашку: — Кусай с удовольствием и кричи не стесняясь, у меня хорошая звукоизоляция.       Я усмехаюсь в ответ, потягиваясь и разворачиваюсь к мужчине спиной, убирая волосы и прогибаясь со смешком поддразнивая: — Поможешь?       Параллельно радуюсь тому, что успела перекусить буквально за пятнадцать минут до попадания в клуб и ещё оставалось примерно двадцать минут. Благо после трапезы, пусть даже если она всего около ста миллилитров, моё тело может поддерживать близкое к человеческому тепло около часа. Голод после этого правда сильный, но если в процессе кусать поймавшего кайф от твоей слюны партнера — протянешь подольше. Моё тело, не знаю как со среднестатистическим телом вампира, кроме слюны способно вырабатывать другие жидкости, вроде яда и половой смазки. Но это всё. К счастью, слюна не причиняет вред — это пришлось выяснять на первой многострадальной партнерше, которая пережила от меня многое и в итоге осталась без памяти обо мне, но с хорошей суммой на счете и оплаченным курсом психотерапевта. Слюна не вредит, по крайней мере моя, а даже может поддержать организм, помогая ранам затягиваться, а телу восстанавливаться после марафона со мной. Чем больше моих жидкостей попадёт в тело партнера, кроме яда конечно, тем больше эйфории от процесса он получит и тем меньше последствий на следующий день. Даже бодрости прибавляет, помогая с решением проблем бессонницы. Но слюна действует в разы лучше.       Целоваться с этим человеком прикольно — он умел, знает себе цену, но и только за своим удовольствием не гонится. В голове у него неожиданно достойная жизнь, только с подружками не везёт, вечно вляпывается в тех, кто хочет от него слишком много. Но во мне он увидел хороший шанс отвлечься от последней рабочей недели, без всяких камней за пазухой. Приятно. Одежда в итоге оказывается разбросана по полу и я опускаюсь на колени, лукаво глядя на распаленного мужчину, ведя по его бедрам руками, ожидая кивка. И я его получаю.       Утро встречает меня приятной сытостью, на кухне, где я найдя в холодильнике необходимое, готовлю блинчики, яичницу и крепкий кофе. Специально спросила перед последним раундом, после которого бедняга отрубился. Благо кулинарные передачи в голове ещё свежи, пусть я и не чувствую вкуса. На мне строгие черные брюки и розовая шелковая блузка — максимально обыденный вид. Выбранные вчера босоножки максимально подходят к этому виду, а старая одежда уложена в рюкзак, как и сменная до этого. Зубной щеткой я пользуюсь своей, из рюкзака — моя стойкая привычка за последние пару десятилетий. Только зубную пасту пробую у оказавшимся педантом партнера, у которого даже зубная щетка с пастой стояли ровно. Не став разрушать умиляющий меня порядок, вернула всё на свои места. Волосы после душа в который я отправилась сразу после отключки мужчины, давно высохли, завившись крупными волнами. Оглядев кончики я с раздражением заметила слезающую краску — опять краситься. Впрочем это подождёт до вечера — я уже нашла салон с хорошей репутацией и отзывами.        Закончив с завтраком, я разложила его на найденные тарелки и прикрыв крышками которые нашла в том же шкафу, услышала как раздалась сонная ругань в спальне, куда меня всё-таки под конец перетащили. Когда раздался шум душа, взяла ручку и написала в блокноте лежащем у телефона в гостиной. Ночь была прекрасной. Завтрак на столе. Удачного дня, красавчик. Максимально банальная надпись, разве что я добавила хитрый смайлик в конце и прогноз погоды, услышанный мной на радио, которое включилось в шесть утра. Лист блокнота оказался на кухонной стойке, а я подхватив рюкзак, ещё раз проверила вещи и покинула виллу, чуть позже, чем отключилась вода в ванной.       Что меня порадовало, так это то, что у моего ночного приключения были не только высокие автоматические ворота. Так что я спокойно перепрыгнула калитку, просто сняв туфли и разбежавшись, чтобы максимально походить на человека. А после, застегнув на вновь закованных в кожу лодыжках ремешки, поправила волосы, собранные мной в высокий хвост. И усмехнувшись, походкой от бедра дошла до дороги и вызвала такси, которое приехало через пару минут. Сытость от крови из пары укусов делала меня довольной, а знание, что я укатала в постели в этот раз практически не навредив, сильного и умелого мужчину — тешило гордость. И пусть максимальный оргазм удалось получить только своими руками, чтобы не покалечить партнера — ночь и правда была отличной.       Такси довезло меня до дома и там, встретив целую толпу рабочих, что ждали меня, я перехватила чемодан, бронируя на ходу номер в ближайшей гостинице. А после, закинув его в багажник вольво, нажала кнопку уборки крыши и глядя на редкие облака, я со смешком крутанула ключ в замке зажигания. Устрою себе шопинг.       Планы пришлось корректировать совсем скоро.       Я стояла у ворот Отисовского колледжа искусств и дизайна и ждала свою новую знакомую. Познакомились мы весьма своеобразно — я едва её не сбила. Девушка торопившаяся на учебу, решила срезать напрямую и сиганула через дорогу на красный свет. Ошарашены были все. Коллеги автомобилисты, видевшие мой тормозной путь, сама девчонка, которую я не задела только чудом и сосед по полосе, которого я едва не поцарапала вильнув в сторону, пройдя в сантиметрах от зеркала. Осознав, что чуть не отправилась к праотцам, девица рухнула на колени глядя вперед не соображающим взглядом. Оставалось только взять её за шкирку и проверив на наличие повреждений, затолкать в машину. Но довезти до больницы её не удалось, очнувшись от ступора она показала себя как представитель Студиозус Вульгарис* и чуть не выскочила из машины на полном ходу, крича про опоздание. Чуть успела схватить эту истеричку за капюшон толстовки и встряхнуть так, что затрещала ткань. И только после этого мне соизволили сообщить куда и как опаздывают. Ну да, на часах было без пятнадцати минут девять, а до места назначения пешком было больше двадцати. Пришлось вздохнуть и приказать, просчитывая маршрут. — Пристегнись и не вздумай орать. Девица на соседнем сидении шумно вздохнула и шустро пристегнулась, вцепившись в сиденье побелевшими руками. А я хмыкнув, вспомнила маршрут, по которому проезжала здание этого колледжа, знакомясь с городом. И вспомнив, с удовольствием вдавила педаль газа почти в пол.       Мы доехали за семь минут. Еще две девчонка приходила в себя и минуту благодарила меня. А потом бросилась со скоростью напуганной лани, с легкостью перемахнув стоящий у дверей в здание турникет. А я, осознав, что впервые за эти годы не прочла человека перед действиями, со смешком откинулась на сиденье, накрывая лицо ладонью. Это было забавно и столь ярко, что захотелось повторить. Не ошибку, а повторить и если получится продолжить знакомство.       Но девчонки не было больше часа, а сидение на одном месте убивало меня, поэтому мысленно попрощавшись, я завела автомобиль. Впереди было много свободного времени, а мне еще требовалось крайне много работать, чтобы прикрыть тех, кто будет со мной рядом со всех сторон. И первым на моём пути было большое интернет кафе. И социальные сети, которые понемногу зарождались в это время. И в этом мне помог мой собственный ноутбук, который после оплаты интернета и места, был задействован по максимуму. Это я оценила после, когда провела распечатку всех подготовленных бумаг, разложив их по конвертам и папкам, которые, неожиданно, продавались в канцелярском отделе кафе.       Дождавшись следующим утром появления на пороге группы из дизайнерского агентства, я торжественно передала им дубликат ключей и после пяти обходов всего участка, итогового согласования цветов, материалов для отделки и стиля мебели, покинула дом, направляясь по своим делам. Первым делом, заехала в Беверли Центр, с которым была знакома ещё с момента его открытия, так как была проездом в Лос-Анджелесе ещё по заданию Вольтури. Ну и как один из акционеров вложившихся в постройку сего здания, точнее владелец капиталов, управляющий части которыми вложился после моего одобрения. Кстати, это здание приносит стабильный доход до двухсот тысяч долларов за аренду помещений, после вычета налогов, ежемесячно. И это только мне.       Несколько этажей с магазинами, ресторанчиками и толпами снующих людей несмотря на день среды, по идее рабочий, настроили на добродушный лад. Удалось даже пройтись по магазинам, в итоге обзаведясь кучей пакетов с брендовой символикой. Их содержимое оставило меня без полутора тысяч долларов, с хорошим настроением и парой поменявшихся планов на день. Я наконец-то смогла найти нормальный телефон! Тонкая алюминиевая раскладушка Motorolla RAZR V3, которую ещё называют бритвенной. Мой первый мобильный телефон ещё в родном мире. Даже вспоминать не пришлось — всё было до сих пор отдалённо знакомо. Не смартфон, но тоже ничего. Учитывая мою силу, закупила пять штук в разных цветах, сразу настроив и поставив заряжаться.       Так как в одном из магазинов я переоделась в купленные вещи и теперь щеголяла в блузке с длинными и сейчас закатанными рукавами, кожаной жилетке и черных джинсах клеш, с наконец найденной нормальной обувью на платформе — оборачивались поменьше. Шарфик прикрывал шею, а двуцветные очки — треть лица, так что добравшись до вольво, я активировала механизм и дождавшись развертки крыши, убрала пакеты в освобождённый багажник, а после этого снова её сложила. И сев за руль вновь ставшего кабриолетом автомобиля, настроила радио, под лиричную песню Сары Коннор выезжая со стоянки торгового центра. В процессе удовлетворения внутреннего шопоголика мне позвонил Джонатан, предложив встретиться лично, пока я сама нахожусь в Лос-Анджелесе. Мой новый дом не предлагали ни он, ни я — о ремонте и перепланировке сказала сразу. В итоге, было предложено встретиться неподалёку от его нового места жительства — мужчина сумел наконец купить себе второй дом, в качестве отпускной резиденции. С чем я его кстати и поздравила.       На перекрестке Линдбрук драйв и Уэствуд бульвар, где мы договорились встретиться, оказалась небольшая кофейня, оформленная в темных тонах. Я бы даже, назвала её скорее слегка готичной. Припарковавшись, я вошла в кофейню, с удовольствием вдыхая запах натурального кофе, качественного средства для мытья полов, свежего молока и сливок и лишь единую кислую ноту пота у баристы — тот явно задолбался уже.       Джонатан, в этот момент вызнающий у официантки где лучше сесть, чтобы провести рабочие переговоры, был вежливо послан на улицу, где в тени тента и в окружении забора из зеленых фигурно выстриженных кустов стояло несколько дополнительных столиков. Сев туда и увидев меня он профессионально улыбнулся и призывно помахал рукой мне и следом официантке.       Официантка, оперативно приняла заказ на два небольших латте и две порции лимонного пирога. Которые, когда их принесли, Джонатан прекрасно зная о моей любви подкармливать собеседников во время подобных встреч, сразу демонстративно отодвинул к себе. Под мой кивок и довольную усмешку. Отмазался, хитрюга. Теперь запихивать в него ещё что-то мне не позволит совесть и забота об его здоровье. И так подарила всей семье годовой абонемент в фитнес клуб, когда у бедняги на нервной почве начались проблемы со спиной, благо таковые абонементы существовали аж с конца 70-тых. И он это запомнил, ведь я дополнила наш с ним контракт ещё своими обязательствами по контролю его здоровья.       А далее, я достала обычную и перьевую ручки, очередной купленный ещё в Вашингтоне блокнот, который исписала планами и предложениями уже наполовину, старый блокнот с записями ещё с девяносто девятого и очки. На этот раз с простыми стёклами, чтобы делать умный вид. На самом деле, я, когда ещё формировала образ для мира за пределами Вольтерры, сделала себе пару прибабахов, которые делали бы меня понятнее для людей. На всякий случай. Проверено было не раз, что такие мелкие «слабости» действительно делали людей более спокойными рядом со мной. Да и самой мне вид в строгих очках в тонкой металлической оправе, нравился неимоверно.       Джонатан, знакомый с моими причудами, привычно дал мне пару минут настроиться на разговор, пока доставал бумаги. А после, мы разложили их на столе и занялись основными делами. Со старыми обязательствами разобрались быстро, мужчина не успел доесть даже половину от первой порции пирога. А вот дальше, он убрал подписанные договора и пододвинул к себе ближе уже собственную записную книжку и я набрав воздуха, заговорила.       Разговор получился долгим и трудным. Джонатан не был всеведущим, а мои вопросы зачастую выходили за рамки его деятельности. В конечном итоге, пришлось заказать ещё один латте, а потом я оплатила счёт и в итоге мы разошлись довольные друг другом.       Я получила контакты будущего управляющего и секретаря, включая геморрой в виде своей идеи заработка и десятка планов. А решила я дополнительно зарабатывать сдачей жилья в аренду. В комплекте к покупке недвижимости в разных частях света, уже для семьи, чтобы было где просто скрыться и отдохнуть, или начать жизнь с нуля. Учитывая нашу неизменную внешность, прятаться придется часто. Причем кроме этого, будущая семья частью будет изображать сверкание опалов, а частью просто и нагло убивать себе подобных. Причина? Вполне. И это не учитывая развитие техники и всяческих баз данных отвечающих за безопасность, от которых уже лет через 30 будет не скрыться.        И ведь еще нужно учитывать не только возможность раскрытия, но и потребность каждого в спокойном месте, где ему будут рады. И тут опять вступает в силу главный пункт в требовании к этим местам — отсутствие поблизости людей. И при этом, наличие возможностей для реализации совершенно разных увлечений, включая чтение, пение у костра и катание на лыжах. Ведь от скуки может свихнуться даже потенциально бессмертное существо.       В общем, геморрой. А ведь одной арендой сыт не будешь. И деньги нагло украденные у Вольтури, могут внезапно закончиться. Значит придется думать, где достать еще и не только нелегально. В общем мысли, планы и так далее. И все на меня одну. Я даже уже успела подумать, что у Вольтури было чуть проще.       Однако, план был составлен и запрос в соответствующую контору сделан. И я нажала отбой на мобильном, касаясь горла. Жажда, успешно игнорируемая несколько дней, уже начала расти. Потерпеть можно было, но через сутки она станет заметна внешне, выражаясь в виде постепенно темнеющих кругов под глазами и потемнением радужки. И если цвет объяснить будет можно, то усиливающееся притяжение всех подряд, включая женщин и детей — нет. Нужна была кровь и желательно человеческая. В Лос-Анджелесе было опасно питаться слишком часто — звездный городок охранялся довольно сильно, с чем я столкнулась пару раз, пусть и косвенно.       Так что пришлось вернуться в особняк, оставить покупки и забрать смену одежды на 4 раза. На всякий случай. В багажник была поставлена сумка с вещами. А я, переоделась в черные джинсы, вишневую шелковую блузку без рукавов и черное вязаное болеро. Не забыла я также снять все украшения и спрятала в поясе джинс нож, а в заднем кармане кастет, прихватив с собой трость из чемодана с оружием. Банковская карточка, оформленная на моё первое имя, была отправлена во внутренний карман куртки, а права и прочие необходимые документы, отправились в бардачок. Наконец закончив с этим, я поправила макияж и пересобрала волосы в простой высокий хвост. Посмотрев на наручные часы, я усмехнулась и захлопнув багажник, села в машину. После посещения заправки, я надеваю солнечные очки и развернув карту дорог определяю направление. И направляюсь по главному шоссе в сторону Сан-Франциско.