Милирина тер Кали

Пустые, погружённые в темноту улицы; фонари давно потухли, только в окнах тускло горели свечи. Казалось, ничто не нарушит тишину. — А-а-а-а-а! — раздалось за окном, из которого мы с братом вылезли. — Держи воров! — прокричала тетка, выбежала на балкон и замахала руками. — Бежим! — крикнул брат и дернул меня за руку, хватая на бегу второй кошель с деньгами. — Бегу! — в ответ крикнула я. Мы прыгнули с балкона и побежали по аллее. — Стража, держи их! — всё кричала тетка, от которой мы сбежали. И чего тебе неймется? Сзади послышались приближающиеся шаги. Я обернулась и вскрикнула: стража нас почти нагнала. Если мы сейчас куда-нибудь не свернем, нам конец! — Не ори! Сейчас уйдём от них, — словно прочитав мои мысли, шикнул на меня брат. Мы свернули в переулок. Наверху был виден чей-то слегка развалившийся балкон. Кто-то очень богато живёт, как та же самая тётка. Отпустив руку брата и отойдя подальше от стены, я разогналась и побежала по ней, руками схватилась за перила и, кувыркнувшись в воздухе, приземлилась на балкон. Брат вспрыгнул следом за мной и потянул меня вниз, чтобы нас не заметили. Как мы сюда забрались, оставалось загадкой — всё произошло как бы само собой. Так как я уже не первый раз убегаю от преследователей, за всё время могла научиться забираться лучше. И вот результат! Брат всегда шутил по этому поводу: "Хрупкая на вид, как хрусталь, ты скрываешь в себе стержень, крепкий, как гранит". Его слова мне были непонятны. Я не считала себя гранитом или кем-то подобным, во время наших "похождений" я скорее чувствовала себя стеклянной вазой. — Не расслабляйся: они ещё тут. Просто ищут, — прошептал мне на ухо брат и усмехнулся: — Собака им бы не помешала. Я кивнула. Да, расслабляться я боялась даже сильнее, чем бегать по стене. Это так глупо! Однажды отец сказал: "Расслабишься — умрёшь, будешь готова — выживешь". Тогда я не поняла его слов... Ещё бы — отец учит, как жить, дочь пятилетнего возраста, только и способную играть целыми днями. Но со временем я осознала, как сильно ошибалась в детстве. Хорошо, что отец не знал, как именно я пользовалась его советом: мог бы отшлёпать. Шикарное было тогда время! Мы с братом разбойники, местные воры, так скажем. Отец и мать умерли при перестрелке крепостей. Попали под катапульту, и их пришибло насмерть. Мы с братом в это время гуляли, а когда вернулись, нас отогнали прочь. Все считали нас чужими, а когда брат решил объясниться, его отпинали. Родные люди и то считали нас УБИЙЦАМИ. Почему? Да потому, что решили, что мы убили собственных родителей ради денег. Отец завещал нам дом и все свое состояние, но нас не признали. Чиновники порвали завещание, дом отдали властям на перестройку в трактир, деньги ушли на его обустройство, а нас с братом вышвырнули вон и прозвали изгоями. С тех пор мы выживали, как могли: грабили людей, после переодевались в украденные плащи, чтобы нас не узнали, и ужинали в какой-нибудь дешевой таверне. О нашем существовании знал каждый житель этого города, но все боялись. Нами даже пугали маленьких детей, которые не хотели ложиться спать. Но никто не знает нас так хорошо, как мы сами; никто не знает и не хочет верить тому, что мы просто хотим выжить в этом мире. — Мили, сиди тихо. Я проверю, — предупредил слегка дрогнувшим голосом брат и приподнялся, но тут же сел. — Плохо дело: они нас скоро заметят. Уже обчищают переулок — долго мы здесь не продержимся. — Может, побежим по крыше? — предложила я. По мне неплохая идея, я с детства это умею. — Сдурела, что ли? Нас заметят! — вскрикнул брат. Ой, чувствую, зря он это сделал... — Вот они! На балконе! Взять их! — крикнули снизу громким басом. Ну всё. — Ты что-то там про крыши говорила? Я думаю, это хорошая идея — по крайней мере, сейчас, — усмехнулся Джей. — Бежим? — Он вскочил на крышу. — Ага. — Я протянула ему руку, и он помог мне подняться. — Согласна, просто гениальная идея! Мы побежали по крышам, шаркая и спотыкаясь в ботинках об черепицы, перескакивая с одной на другую. Так мы проскочили примерно пять крыш. Но я не я, если ничего не испорчу. Поскользнувшись и нечаянно отпустив руку брата, я кубарем полетела вниз по крыше. Тело окатила волна боли, и я вскрикнула. Похоже, я что-то сломала. Как же больно! Не могу шевельнуться. — Мили! Держись, сестрёнка. Я сейчас! — крикнул мне с крыши Джей и съехал по крыше вниз, кувыркнулся, оттолкнулся от стены и приземлился на ноги. В другой ситуации я бы удивилась, но не сейчас: как-то не до этого, когда не можешь даже голову поднять. — Где больно? Мили, ответь! — Всё тело болит. Не могу пошевелиться, — простонала я, и из глаз брызнули слёзы. Больше не могу сдерживаться. — Успокойся, не плачь. — Брат взвалил меня на плечи — от боли я опять закричала. — Да уж, далеко тебя не унести, да и стража на хвосте. Проклятье! — чертыхнулся Джей. — Прости меня. Я не хотела, я не могла тебя подвести. — Не хнычь. Я сам виноват, не уследил. — Нет, ты ни при чём. Это всё я, — отстаивала свою вину я. Он оглянулся на меня и улыбнулся. — Давай оставим разборки на ужин? А потом вместе посмеёмся. А то можем этим гадам под ноги попасть. — Но ты ведь сказал, что со мной далеко не уйдёшь. — Сказал, — согласился он. — Я тебя здесь оставлю. Внезапно боль отступила на второй план, и на смену пришли изумление, потрясение и шок. Я случаем не ослышалась? Он что, всерьёз меня бросает? — Чего? — Не бойся, я тебя не навечно бросаю, просто оставлю здесь, а сам отвлеку их внимание, загоню в ловушку и вернусь к тебе. Хорошо? — Ну, если так… А если меня найдут? — Не найдут, я тебя спрячу. За дом. Брат кое-как притащил меня в безопасное, по его мнению, место и укрыл своим плащом. — Вот! На улице холодно, можно заболеть. — А ты? — Я закалённый, — рассмеялся брат, невольно и я хихикнула. — Сиди тихо, я вернусь. Он слегка наклонился ко мне и заботливо, как делал всегда, когда мне становилось страшно, поцеловал в макушку и улыбнулся. Потом улыбка его резко исчезла, и Джей побежал туда, откуда меня притащил. — Эй, вы! Я тут! — После этих слов стали слышны голоса и громкие шаги. Бегут. Джей, беги. — Лови его! Вот он! — пробасил кто-то, отчего у меня душа ушла в пятки, и я зажмурилась от страха. Джей, мне страшно, быстрее. — Эй! А вторая где? — послышалось совсем рядом. Это конец. Меня заметили. — Ребята, вы ловите парнишку, а я найду девчонку. Уж больно поглядеть на неё охота, — тихо добавил стражник так, что я тоже услышала. Я чуть повернула голову и прищурилась, разглядывая недалёкую фигуру молодого парня. В латах, как, впрочем, и вся стража, только шлема нет, отчего видно, что его волосы собраны в тугой хвост. Он молча смотрел вдаль. Что же он там увидел? Ах да, он же меня ищет. — Ну где же эта паршивка? — сказал кто-то совсем рядом, но это был не тот парень, которого я выглядывала. Неужели их двое? И оружия, как назло, нет. Проклятие! Внезапно парень, на которого я смотрела, повернул голову в мою сторону, и мы встретились глазами. На секунду между нами проскочила искра, и я вмиг отвернулась от него: он приближался. Мне не жить... брат... я не могу! На помощь! — Джей! — крикнула я, но кто-то зажал мне рот и больно схватил за запястья. — Попалась, — довольно отозвались в темноте. — Дружка твоего будут пытать, но ты достанешься нам. Ты теперь одна, — тихо прошептал мне на ухо парень. Его зловонное дыхание опаляло мою кожу. Но он другой, не тот, с которым я встретилась взглядом, он шире, чем предыдущий. Значит, парень зайдёт с другой стороны и схватит так же, как этот. Джей, я буду молиться. Я быстро зашептала слова молитвы, и "враг" рассмеялся. — Это тебе не поможет, Бога не существует. — Эрс, что ты тут забыл? — донесся до меня голос. Как я и думала, пришёл хвостатый. — Ник, тебе не кажется, что ты тут лишний? Я выполняю задание. — Задание? — парень, которого тот назвал Ником, рассмеялся. — Не смеши меня. Твоё задание состоит в том, чтобы найти детей, но никак не насиловать их. Зачем он сказал это? Теперь мне вдвойне страшно... Потому что их теперь двое! Вот уроды! — Ник, не лезь не в своё дело! Девчонка моя, дождись своей очереди. — Видимо, он не знает законов о совращении малолеток, хотя по некоторым меркам я уже достаточно взрослая. — Ты так думаешь? А девушка с тобой не согласна, — Ник мотнул в мою сторону головой, а я согласна закивала. Эрс ударил меня по лицу. Ай! — Мне всё равно! Пусть думает, что хочет! Она моя! — Твоя? Тогда, — Ник вытащил из ножен меч, сверкнувший в свете полной луны, — извини, — и одним взмахом снес Эрсу голову с плеч. Я вскрикнула от неожиданности, когда обезглавленное тело стражника полетело на меня, закрыла лицо ладонями в безуспешной попытке не заляпаться брызнувшей фонтаном кровью — но не почувствовала на себе тяжести закованной в латы туши. Ник пинком откинул от меня труп неудавшегося насильника, и тот повалился на собственную отсеченную голову. Я оторвала дрожащие руки от лица, осмотрела в немом шоке запачканную кровью тыльную сторону ладоней и всхлипнула. — Он неисправим. Прости уж человека, — обратился ко мне парень. — Он становится сам не свой при виде красивой девушки, прилипает к ней не по-детски, как банный лист. Можешь уже не бояться. — Глянув на Эрса, он вдруг наклонился ко мне и убрал прядь моих волос за ухо. — А волосы зачем обрезала? — Н-не важно, — я хотела сказать это злобно, но вышло не свирепее мышиного писка. Если бы я могла его ударить, я бы это сделала, но сил у меня нет. Как же я его боюсь… Мне бы не помешало оружие. — Ты, наверное, испугалась? Неужели по мне видно? — Не бойся меня, я хороший, — рассмеялся он. Не смешно! Совсем не смешно! — Милирина, верно? — неожиданно спросил Ник. Я широко раскрытыми глазами посмотрела на него. Откуда он знает моё имя? — От-ткуда? Ты... — Я давно вас ищу, — улыбнулся парень, но я приняла его улыбку за оскал. — Как д-давно? — С тех самых пор, как ваши родители ушли в мир иной, — с горечью ответил он. Что? Получается, почти пять лет? Но нас объявили в розыск только спустя год смерти родителей. Как он мог уже знать о нашем существовании? Ладно, допустим, парень ищет нас пятый год, но зачем? Зачем мы ему понадобились? Неужели из-за денег? Или он не из королевства? — Зачем? — спросила я. — Понимаешь, — он сел рядом, — в королевстве случайно узнали про двух детей, лишившихся одновременно крова, денег и родителей. Королеве стало интересно, она захотела посмотреть на вас лично и отправила меня, как лучшего шпиона, разыскать вас. Зачем, мне неизвестно. Я три месяца искал вас, но поиски были безуспешны. Я спрашивал многих людей: бедных горожан, сирот, стражу, торговцев и чужеземцев — и никто ничего не знал. Но я не сдавался и однажды наткнулся на одного чиновника, который собственно и рассказал мне о вас. И даже о том, что это именно он лишил вас всего. Я приказал его схватить и доставить королеве. Хотя он утверждал, что вы убийцы. Странно, правда? — Нет, — я была совершенно серьёзна. — Нет ничего странного в том, что нас считают убийцами. После того случая я реально стала чувствовать себя убийцей. — Понятно. Ну, я случайно встретил городскую стражу и предложил свою помощь. Они согласились. От них-то я и узнал о том, что вы объявлены в розыск. Я участвовал во всех поисках, но наши цели различались. Как и сегодня, я пошёл с ними. Кстати, Эрс бы не стал к тебе лезть и, будь ты парнем, просто убил бы тебя. Вот я и применил силу, ибо королева велела, чтобы с ваших голов не упал ни один волосок. Прости, что не пришёл вовремя, — улыбнулся Ник. — Что-то я разговорился… Наверное, ты на меня так действуешь — сразу хочется всё рассказать. — А сейчас ты отведёшь меня в тюрьму? — Нет, — он помотал головой, — сейчас мы найдём твоего пустоголового братца, а затем отправимся к королеве. — Джей не пустоголовый! — заступилась за брата я. Он совершенно не смеет его так называть. — А разве нормальный брат оставил бы сестру без защиты одну? — Это лучшее, что он мог сделать для меня в данной ситуации. — Я так не считаю. Будь я твоим братом, я остался бы и защищал тебя до последнего. — Наверное, — замялась я. — Видишь? Ладно, вставай, — Ник протянул мне руку. — Я не могу. Всё тело болит, не пошевелиться. — Нестрашно. — Парень легко, как пушинку, подхватил меня на руки. — Больно? — Нет, — с удивлением заметила я. Боль прошла? — Тогда идём искать твоего пуст... эээ... брата. Я кивнула. Надо найти, пока не поздно. Надеюсь, Эрс ошибался, когда говорил о том, что брата будут пытать, если поймают. Я очень хорошо знаю его. Он бы так просто не сдался и, зная, что попал в ловушку, применил бы силу. — А-а-а! — яростный крик на секунду оглушил меня. Этот голос я узнаю из тысячи. — Джей! — крикнула я. — Держись, сейчас побежим. — Да, — я обняла Ника за шею, — а далеко? — Нет, каких-то пару сотен метров. — Пару сотен метров? — удивилась я. Недалеко брат от меня сбежал. Хотя почему сбежал? Он спасался, да, точно, спасался. Чёрт, этот Ник совсем меня запутал. — Ага, ну, или сотня с чем-то. Не бери в голову. Вот-вот! Не буду голову ерундой забивать. Нужно больно. Ник рванул с места и побежал по шоссе. Он бежал так, будто за ним гналась целая псарня, готовая разорвать его на части. Неужели надо спешить? А если уже поздно? Что, если стража уже что-то сделала с Джеем? Нет, глупости, он не подастся, и с ним всё будет в порядке. Но надолго ли? Как бы я хотела вернуться в то время, когда родители были живы и не было этих вечных ночных пробежек по домам и преследования стражи и других людей, которые при любом удобном случае с радостью тебя обкрадут. Ой, я загнула. Нет, люди этого не сделают, если только их не нанимали. Ник остановился. Я, посмотрев в его глаза, прочитала в них ярость и гнев. Чувствую, это нехорошо. — Что тут творится? — рявкнул парень. Ого, ну и голосище! — Я... мы... лорд Рейзми, парнишка нарывался на драку, — ответил один из стражей. Значит, Ник — лорд? Добром это не кончится. — Ага, как же, — усмехнулся Джей. Брат полусидел на земле и поглаживал левое плечо, с которого каплями стекала кровь. Его всё-таки ранили. — Заткнись, поганое отродье! — стражник хлестанул ладонью по щеке Джея. Брат усмехнулся. — Как слабо, сильней не можешь? — Ах ты ж! — Хватит. Карл, ты, кажется, женат? — спокойно спросил Ник. Как он может вести себя спокойно, когда Джея бьют? — Да, ещё трое детей есть. — Ты ведь не хочешь, чтобы дети остались без отца, а твоя жена — без мужа? — Никак нет-с. — Тогда не смей трогать и бить этого мальца. Оставь его мне — иначе то, что я сказал, сбудется. Обещаю тебе, — всё тем же спокойным тоном пообещал Ник. — Но, лорд, приказ командира! Я не могу ослушаться. — Тогда можешь забыть про свою семью. — Нет! Прошу вас! Я... я отдам вам его, только не лишайте меня жизни! Вот, — Карл отошёл на треть локтя от Джея и отогнал остальных. — Я рад, что мы договорились. Ступай, Карл. — А что сказать командиру, лорд? — Скажи, что я забираю этих детей к себе. И не спрашивай, почему. Тебя это не касается. — Слушаюсь и повинуюсь. Ребята, уходим. — Все последовали за уходящим Карлом. — Зря ты это, парень, — усмехнулся Джей. — Думаешь, мы тебя будем слушать? — Он поднялся на ноги. — Почему ты держишь мою сестру? Передай её мне, — Джей подошёл ближе и, протянув руки ко мне, взял меня на руки. — С тобой нелегко говорить, — хмыкнул лорд. — Что тебе от нас надо? — А как насчёт "спасибо" для начала? — Перетопчешься. Ты не ответил на мой вопрос. — Мне кажется, девушка расскажет об этом лучше, чем я. — Мили? — брат удивлённо взглянул на меня. — Ты что-то знаешь? — Немного... — Расскажи! — Ну...

***

— Значит, ты отведёшь нас к королеве? — сделал вывод из сказанного мной брат и посмотрел на Ника. — Да. К мадам Гаспирии тер Кали. — А есть гарантия того, что ты не ведёшь нас под этим предлогом в тюрьму? Ник хмуро глянул на Джея и кивнул. — Ты мне не доверяешь? — Я тебя впервые вижу, почти не знаю, так что вполне логично, что ты мне не внушаешь доверия, — заключил брат, поднёс кружку медовухи к губам, скривился и поставил обратно на стол. Мы находились в трактире "Еда и сон", куда позвал нас Ник. За ночь я успела рассказать брату всё от начала до конца. После он долго молчал, а потом, отложив разговор на завтра, уснул. По реакции Джея я поняла, что ему не очень-то хочется идти на встречу с королевой, как, в принципе, и мне. Он предпочитает оставить всё как есть, но так ведь жить нельзя. Нужно двигаться дальше, и неважно, насколько это трудно. — Ну что, ты решил? — Да, мы, — брат посмотрел на меня — я кивнула, — согласны. — Отлично! Тогда допивай медовуху, и мы навестим мадам Гаспирию. — Я не могу её пить, — возразил Джей. — Ну, ладно. Я пока оплачу, а вы подождите меня снаружи. Мы вышли из таверны. Уф, всё прошло гладко: Джей не пререкался, Ник — то есть лорд Рейзми — не поднял голоса, да и я не возражала. Мне кажется, встреча пройдёт нормально. — Мили. — Что? — Ты ему веришь? Он сомневается? — Ну, есть немного. А ты? — А я нет! Знаешь, бывает, поверишь людям, а они тебя предадут. С нами это уже было. И после этого я понял, что не могу никому доверять так хорошо, как тебе. — Ты прав, но, братик, наверняка появятся люди, которым ты доверишься больше, чем мне. — Никогда, Мили! Слышишь? Никогда! — Это случится, Джей. Поверь мне. — Мили, ты так говоришь, будто не хочешь, чтоб я тебе доверял. — Да нет. Прост... — Ах, вот вы где! — перебил меня Ник. — Ну что, идём? — Да. — Пешком или на лошадях? — Ник указал на стойло лошадей. Попятившись назад, я прижалась к брату. Лучше пешком пойду, всё равно не умею сидеть на лошади. — Пешком, — ответил за нас обоих Джей и обнял меня. — Ну, пешком так пешком.

***

Замок был просто огромным! Я даже не знаю, как описать то, что я испытала при виде него! Это просто нечто! До сих пор я даже не думала, что смогу увидеть его вблизи. А уж о том, чтобы увидеть его изнутри, я и мечтать не смела. Невольно я опустила голову. — Кто здесь? — голос со сторожевой вышки на миг оглушил меня. — Лорд Николас тер Рейзми! — Вот это имечко! — О, Ник! А с тобой кто? — Это по приказу королевы. — Опустить мост! Пусть войдут! — Вот видите, как всё просто, — обратимся к нам лорд и улыбнулся. — Иди уже, — подтолкнул его брат. Мы прошли мимо стражи по лестнице к дверям. Меня пропустили вперёд: дамы ведь всегда впереди. Я вошла и замерла: как красиво! Витражи на окнах, герба с нарисованными драконами и доспехи. Настоящие. Как же мне их хочется! — Ха-ха, не думала, что вас так привлекут доспехи, — хихикнули справа от меня. Замерев, я повернула голову, и челюсть сама собой оказалась на полу. Это была женщина с серо-фиолетовыми глазами, яркой улыбкой, с украшенной алмазами прической из светлых волос и в расшитом золотом и кружевом синем платье. Сомнений не было: это королева — сама Гаспирия тер Кали! — Прошу прощения, я не хотела. То есть я хотела эти доспехи, но не в том суть. Я не хотела их трогать здесь, в зале. Они мне нравится. Очень, — добавила я и поклонилась. — Какие нынче дети пошли! Доспехи для них — это чудо, — усмехнулась королева, отчего я смутилась. — Мили, что на тебя нашло? — шикнул на меня брат. А я знаю? Я просто была в восторге от увиденной красоты. Эти доспехи, покрытые серебром, великолепны! Глаз не оторвать. — Мили, не забывай, нас считают ворами. Чёрт, забыла. Неужели я выглядела так, будто хотела украсть? Как стыдно! — Ваше Величество, леди Гаспирия тер Кали, это дети, лишившиеся всего, что у них было. Всё, что было в моих силах, я сделал. — Отличная работа, — улыбнулась королева. Мне стало легче от ее улыбки. Похоже, она не такая уж и плохая, как кажется на первый взгляд. — Ступай, отдохни. А я займусь гостями, — и она повернулась к нам с серьезным лицом. Меня аж передёрнуло. Видимо, всё-таки кажется, что хорошая. — Я немедленно удалюсь, — кивнул Ник, мягко улыбнувшись, посмотрел на меня и, откланявшись, ушёл, волоча за собой плащ. Я спряталась за братом. — Ну что, устали? Может, вас накормить? Слуга! — Мы не голодны, — ответил брат. — Как так-то? — с сожалением проговорила Гаспирия. Издевается, что ли? То, что мы "всего лишились", не значит, что мы, извините, бомжи. В некотором смысле, да, мы бомжи, но раз уж мы воры, то можем украсть деньги, а потом на них же купить себе все необходимое. Но опускать нас так низко? Я ожидала иного. — Нас накормил ваш шпион в трактире. Спасибо. — Что ж, раз вы не голодны, то прошу за мной, — сказала королева и повела нас куда-то. Идти долго не пришлось, по крайней мере, так показалось. Сначала мы поднялись по витой лестнице, потом свернули направо к заполненной книгами комнате — к библиотеке, проще говоря. Затем попали на балкон с видом на сад, посреди которого возвышался фонтан в виде дракона. Я ошарашено взглянула на него. Наверное, величиной с само огнедышащее чудовище... Хотя откуда мне знать... Мы спустились в сад, прошли по тропинке, усыпанной камнями и ведущей к дверце в глубине сада. Как оказалось, за дверью был винный погреб. Интересно, зачем она нас сюда привела? Выпить? Вряд ли. За погребом оказалась ещё одна дверь. Королева приложила ладонь к косяку — дверь поддалась. Мы прошли на балкон, из которого была видна... библиотека! Мы что, круг обошли? Вот это да! Справа и слева находились двери. Гаспирия тер Кали вошла в левую дверь (мы, естественно, за ней), за которой обнаружилась столовая — множество столов, окруженные стульями, накрытые будто для огромного количества народа, как... школьная столовая? Хотя какая школа? Это же замок! Но всё-таки... Королева села за один из столов и поманила нас к себе. Мы сели рядом. Первой молчание нарушила королева: — Ну, как вам замок? — Мы ведь не всё обошли? — вопросом на вопрос ответил брат. — Нет, но всё остальное вам покажут позже. — Почему? — спросила я. Брат ущипнул меня за руку, но я не обратила на него внимание. — Потому что всё, что осталось, вам покажет мой советник, который скоро к нам присоединится. — А когда он придет? — умирала от любопытства я. — Тебе прямо невтерпеж, — хихикнула королева. — Он оформляет бумаги, с помощью которых вы сможете поступить в ближайшее учебное заведение. — Как поступить?! — Вы поступите в академию "Куримбей" как наследники королевства. Мы с братом переглянулись. — Чего?! — в унисон спросили мы. — Какие наследники? — Ах да, забыла сказать: я вас приютила. — Когда? — снова одновременно воскликнули мы. — Когда лорд Рейзми впервые узнал о вас. Четыре года назад. Ему дали вашу личную информацию, и я решила оформить над вами опекунство. Хотя у меня есть родная дочь, мне ужасно хочется ещё детей, и неважно, родные они или нет. Когда-то вы лишились всего, и я позволяю вам вернуть это "всё": дом, деньги и даже родителя — меня. Отныне вы будете носить фамилию тер Кали. — Подождите, а почему вы за нас решили? Может, нам этого не надо? И как на это отреагирует ваша дочь? — запротестовал Джей. Что ему не нравится? Ведь нам предлагают чуть ли не райский подарок! Конечно, не исключено, что в будущем мне это будет не нравится и я буду считать себя дурой из-за того, что согласилась, но сейчас я так счастлива, что мне не до этого. — Мы решили, что вам это сейчас необходимо. Я знала, что вы начнёте брыкаться, и поэтому сделала всё сама. И да, моя дочь, Джонес, знает, что вы теперь её родня, и она совершенно не против. — Так, значит, — задумался брат. — А как же наше прошлое? Ведь мы, — он сглотнул, — воры. — Забудьте прошлое и двигайтесь вперед — к будущему. Забудьте, кем были вчера, и начните жизнь с чистого листа. Угу. Легко сказать "забудьте", когда ты не занимался воровством с десяти лет. Но жить так дальше больше нельзя. Мы кинулись обнимать королеву. Я хочу измениться. И как можно скорее... Хочу быть лучшей и в то же время незаметной. Сильной и красивой. Изменюсь совсем, сменю характер, внешность и всё остальное, чтобы от прошлой меня ничего не осталось. Надеюсь, у меня всё время будут тренировки, и я сама буду стараться как можно больше проводить за ними время. Вот так и началась моя весёлая жизнь!