Глава 20. Когда ты рядом со мной
16 марта 2015 г., 20:55
Праздновать Рождество большой компанией в доме семейства Уизли уже стало традицией. Многое успело поменяться, но практически все были уверены, что миссис Уизли никогда не прекратит принимать у себя гостей с присущей только ей невероятной степенью гостеприимства. Этот год, несмотря ни на что, не будет исключением.
Дом был красиво украшен, к чему приложила руку и сама Гермиона. На самом деле она потратила большую часть сегодняшнего утра на то, чтобы помочь Джинни с какой-то мелкой работой по дому. Грейнджер была рада провести время со своей лучшей подругой. К тому же, это помогало отвлечься от лишних мыслей и погружало в атмосферу праздника.
Прошло уже несколько дней с того момента, как они с Драко попрощались на вокзале. Сейчас вдали от школы гриффиндорке казалось, что всё, что происходило там, было лишь сном. Слишком реальным, невероятно волнующим сном. Она помнила каждое мгновение, но легче от этого не становилось. Хотелось снова почувствовать это. Хотелось вернуться назад, к нему, просто потому что нужно было снова почувствовать то тепло, которое обволакивало девушку, когда Малфой неуверенно обнимал её и тихонько прижимал ближе.
Кто знал, что это станет настолько необходимо им обоим?
В то утро ей пришло письмо от него, и она этого действительно не ожидала. Красивая сова со светло-серым оперением влетела в приоткрытое окно кухни и, сопровождаемая громким возгласом миссис Уизли, приземлилась на кухонный стол.
Гермиона незамедлительно выхватила письмо и спрятала его в карман своей кофты. Ей действительно не хотелось отвечать ни на чьи вопросы. Особенно, на вопросы родителей Рона, которые до сих пор видели в ней будущую невестку, несмотря на все объяснения сына.
Сова, будто убедившись в том, что письмо попало в надёжные руки, взмахнула крыльями, поднялась и вылетела в то самое окно, даже не дождавшись, когда ей нальют воды или дадут поесть. Гермиона усмехнулась, про себя заметив, что птица чем-то напомнила ей своего хозяина. Своенравная и не принимающая помощь.
Казалось, никто не хотел заострять внимание на этом небольшом инциденте, что девушку вполне устраивало. Но ничто не остаётся незамеченным.
— Это от Малфоя, да? — отрываясь от своего кофе, спросил Джордж.
Ненадолго повисла тишина, прерываемая лишь звоном посуды, доносившемся из кухни.
— Да, от него, — наконец собравшись с силами, ответила девушка.
Поймав на себе заинтересованный взгляд некоторых из сидящих за столом, девушка тяжело вздохнула и решила продолжить завтрак, будто ничего не произошло. Ведь ничего особенного и не случилось, так? Просто она получила письмо от своего друга. Хорошего друга, который по совместительству был источником проблем для Золотого Трио на протяжении всех шести лет их совместной учёбы.
«Главное не думать об этом слишком много».
И иногда это правда помогало.
— Вы собираетесь видеться на этих каникулах? — вдруг спросил Гарри, который до этого почему-то предпочитал не упоминать ничего, что касалось Драко.
Почему же решил сделать это сейчас? Гермиона вновь набрала в лёгкие побольше воздуха и произнесла:
— Да, мы договаривались об этом.
— Как его мать к этому относится? — вдруг спросил мистер Уизли, откладывая в сторону номер «Пророка», тщательным изучением которого занимался в течение последних пяти минут.
Гермиона не была уверена, но, скорее всего, он просто прятался, прикрываясь газетой, и до той поры не желал вмешиваться в разговор. Однако что-то заставило его начать задавать вопросы, и девушка не могла сказать, что её это обрадовало. Ощущение, будто её собирались допрашивать, накрывало с головой. Одно дело отвечать на вопросы Гарри и Джорджа, другое — взрослого человека, который имел полное право осуждать гриффиндорку.
— Нормально, насколько мне известно, — всё же выдавила Гермиона, молясь, чтобы хоть кто-то сменил тему.
Видимо, её молитвы были услышаны, потому как через несколько минут за столом вновь начался оживлённый разговор. Несмотря на то, что девушка всё ещё пребывала где-то в своих мыслях, она не могла не отвлечься от них, когда Рон вдруг произнёс:
— Я собираюсь бросить работу в Министерстве.
Все присутствующие, за исключением, как успела заметить Гермиона, мистера Уизли и Гарри, с удивлёнными лицами уставились на Рона. Билл подавился соком, Флёр пришлось хорошенько постучать ему по спине, прежде чем он смог заговорить.
— Мерлин, ты ведь все уши прожужжал о том, как невероятно важно всё то, чем вы занимаетесь, — издав нечто похожее на смешок, выдавил Билл.
— Рон, а что ты планируешь делать? — вмешалась Гермиона. — Ведь ты не поехал со мной в Хогвартс только из-за этой работы.
— Не только из-за неё, поверь. — Гарри хмыкнул, но сразу замолчал, как только поймал на себе осуждающий взгляд Грейнджер.
— Я решил, что Джорджу понадобится помощь в магазине, — сказал Рон, косясь в сторону брата. — Я прав?
Джордж улыбнулся. Хотя его улыбка показалась Гермионе грустной и будто бы вымученной, Уизли кивнул, соглашаясь, и весь дальнейший разговор касался исключительно «Всевозможных волшебных вредилок». Грейнджер удивилась, услышав новость, которой всех ошарашил Рон, но постаралась не задавать ненужных вопросов. Абсолютно лишним было спрашивать, почему друг решился на этот шаг. Несмотря на то, что Джордж пытался самостоятельно решать вопросы, связанные с его некогда процветающим делом, всё было далеко не так гладко. Раньше у Джорджа был Фред. Теперь ему нужна была помощь.
После завтрака Гермиона постаралась как можно незаметнее проскользнуть в гостевую комнату, где все её вещи всё ещё лежали в неразобранном виде. Девушка не собиралась покидать дом Уизли в скором времени, но сил на то, чтобы разложить всё по местам, так и не нашлось.
Письмо, несмотря на свой маленький вес, будто бы тянуло карман вниз, и Грейнджер не могла больше терпеть.
Она аккуратно распечатала конверт и достала оттуда листок бумаги. Девушка сразу заметила, что текста на нём немного, почти нигде не было видно следов от пера.
Руки почему-то тряслись в предвкушении чего-то несомненно важного.
«Сможешь приехать?»
По телу Гермионы прошла лёгкая волна мурашек. Вот так просто? Ни приветствия, ни прощания. Лишь два слова, но столько противоречивых эмоций. Гриффиндорке казалось, что внутри развернулась самая настоящая борьба — здравый смысл пытается усмирить сердце, отбивающее бешеный ритм, так и норовя вырваться из грудной клетки.
Несмотря на рациональность мышления, Гермиона никогда не умела противиться своим желаниям, поэтому в следующую минуту уже второпях запихивала некоторые из вещей в сумку и думала о том, что соврать друзьям. Те, конечно же, сразу распознают её ложь, но ничего не скажут. Потому что Грейнджер была уже достаточно взрослой, чтобы принимать самостоятельные решения, даже если никому, кроме неё самой, эти решения не казались правильными.
***
Через несколько часов Гермиона бесшумно пробралась в коридор первого этажа, где её поджидала Джинни. — Удачи тебе там. — Младшая Уизли ухмыльнулась и подошла ближе. — В смысле? Вопрос вырвался сам собой, потому как Гермиона не планировала долгих прощаний, и ей не нужно было никаких объяснений, чтобы понять, что имеет в виду Джинни. — Ты отправляешься в логово змеи, — заговорщически проговорила Уизли. Удивительно, но эти слова не произвели на Гермиону должного эффекта, а лишь ещё больше разожгли в ней желание поскорее отправиться в путь. Заметив выражение, появившееся на лице подруги после сказанных слов, Джинни широко улыбнулась и через минуту уже крепко обнимала Грейнджер, тихонько шепча: — Если будешь думать слишком много, сойдёшь с ума. Просто будь осторожна, хорошо? — Конечно, — ответила гриффиндорка, кивая головой слишком сильно, пытаясь убедить саму себя в правдивости этих слов.***
Идея бросить всё и незамедлительно отправиться в Малфой-Мэнор совсем скоро показалась девушке идиотской. Она невероятно нервничала и совершенно не знала, как успокоиться. Воспоминания сами проникали в её мысли, окутывая холодом. Она прекрасно помнила, что происходило в её прошлый визит, и вряд ли когда-нибудь у неё найдутся силы забыть об этом. Однако сил хватило на то, чтобы отгородиться от всех эмоций буквально на несколько минут и трансгрессировать к воротам особняка. И застыть в восхищении. Это место... изменилось. Гермиона сначала подумала, что попала не туда, но ошибки быть не могло. Замок стал гораздо светлее снаружи, что давало возможность в полной мере насладиться его великолепием. Девушка была уверена, что здесь всегда следили за тем, чтобы окрестности особняка выглядели аккуратно и красиво, но она могла поклясться, что Волан-де-Морт бы не одобрил, чтобы в штаб-квартире Пожирателей занимались облагораживанием прилегающей территории с таким усердием. Что же ещё её сегодня ждёт? Она глубоко вздохнула, наслаждаясь прохладным воздухом, освещающим мысли. Девушка не увидела, как он приближается, и развернулась в сторону Драко лишь тогда, когда не заметить юношу стало совершенно невозможно. Нельзя игнорировать присутствие того, кто смотрит на тебя так, как Малфой смотрел на Гермиону. Его взгляд прожигал насквозь, принося огромное наслаждение. — Ты всегда так быстро прилетаешь на зов? — На лице Драко появилась ухмылка, которую девушка уже успела полюбить. Она внимательно вглядывалась в его лицо, которое вовсе не стёрлось из памяти, хотя у Грейнджер и были такие подозрения. Гермиона всё же не выдержала и звонко рассмеялась, а затем неуверенно подошла к нему. Он широко развёл руки в разные стороны, приглашая её в свои объятия, и девушка не смогла бы отказаться от такого заманчивого предложения, даже если бы сильно захотела. — На зов нуждающегося — всегда, — прошептала она куда-то в его плечо, обжигая открытый участок кожи своим горячим дыханием. — Ты правда нужна мне, — ответил он. Никто из них не мог сказать, как это началось. Стоять, прижавшись друг к другу, наслаждаясь погружением в круговорот эмоций, вдыхая в себя родной запах, — слишком приятно, чтобы думать о чём-либо. Никто не знал, что будет дальше и что ждёт их впереди. Но сейчас оба верили в то, что всё будет в порядке. Им было наплевать на то, что скажут другие. Им было наплевать на то, что они должны сказать друг другу. Они оба привыкли к тишине. Люди никогда не забывают о прошлом, но Гермиона будет прилагать все усилия, чтобы видеть в Драко другого человека. Люди меняются? Она смело отвечает себе «да», отбрасывая в стороны все прошлые рассуждения по этому поводу. Малфой, в свою очередь, сделает всё, чтобы доказать ей, что это действительно так. Она всегда сможет поделиться с ним своими мыслями и будет уверена в том, что Драко поймёт. Она не будет судить его за то, что он делал, потому что знает, что сейчас он способен осудить себя самостоятельно. Возможно, ей не раз придётся вытаскивать его из океана ненависти к самому себе. Она не даст ему утонуть и постарается осветить путь, позволяя подняться на поверхность. Он снова обретёт возможность дышать, а если не сможет, Гермиона поделится с ним своим кислородом. — Пошли в дом, Гермиона. Так много нежности было в его голосе, что девушка незамедлительно поверила в то, что это место правда можно называть домом. В ту ночь Драко Малфой впервые за долгое время смог уснуть спокойно.
