Холли Блэк

      Послевоенное время всегда воспринимается как упадок сил и полное магическое истощение. Одержав победу над тёмной стороной, победители радовались недолго. Смерть пронеслась по всем. Кто-то потерял родителей, кто-то лишился последнего наследника. Боль. Отчаяние. Плач. Страх и боль от потерь витали в воздухе, давя на каждого из людей. Даже во время войны не было столько печали и ненависти.       Смерть близких людей накладывает опечаток на каждого, кто потерял близкого человека. Шрам, который наносит смерть — это рана, которая перестанет кровоточить только спустя очень долгое время. Поначалу кровь из неё будет литься рекой, потом постепенно рана начнёт затягиваться, пока полностью не покроется кровавой корочкой, под корой сформируется уродливый шрам, который будет напоминать о тех, кто ушёл из жизни. И если вспомнить, сколько смертей приносит война, то ран у всех очень много.       Уныние захватило волшебный мир Англии.       Летняя пора проходила в полном одиночестве. После победы над Волан-де-Мортом я скрылся ото всех. Меня не покидало ощущение, что все эти люди погибли из-за меня. Война… как много жизней было потрачено впустую. На меня было поставлено слишком много. И всё из-за какого-то пророчества: «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца...». Из двух возможных вариантов Лорд выбрал именно меня. С другой стороны, а кого ему выбирать? Невилла? Я не пожелал бы ему такой жизни.       — Что же двигало им во время выбора? — плюхнувшись на кровать в магловском отеле, я решил поразмышлять над всем, что мне удалось пережить. Именно сейчас, когда всё закончилось, у меня есть время посмотреть на ситуацию под нужным углом.       Крестраж. Я был носителем одной седьмой части души Тома. Зачем он разделил свою душу? Что им двигало в эти моменты? Кто его вообще надоумил на это всё? Чего именно он хотел добиться? Бессмертия? Жизнь без тела и возможности быть человеком, зачем? Что движет людьми, когда они разрывают душу на части? Неужели нельзя было прожить жизнь иначе? Куда смотрел директор? Под его носом родилось зло, которое со временем стало грозой всей Англии. А может он не смотрел? А вдруг он сам это создал? Стоп! Зачем ему? А почему бы и нет?..       Я встряхнул голову и достал первый попавшийся чистый лист бумаги. Хотелось понять мотивы директора, почему-то ведь это всё произошло? Я начал записывать информацию, которую помнил о прошлом Тома. О его детстве в приюте, о его жестоком поведении на курсе, о его первом заявлении миру, что он Тёмный маг. Во всех причастных моментах фигурировал Дамблдор.       — Странно… Почему?..       Меня отвлёк стук в окно. Прищурившись и надев старые очки, я увидел филина. Ухмыльнувшись, я открыл окно и впустил птицу к себе в номер. Гордый пернатый протянул свою лапу, требовательно ухнув, чтобы я отвязал письмо.       — Почту принёс? — отвязываю конверт с гербом школы и беру в руки кусочек печенья. Протягиваю лакомство филину, который радостно замахал крыльями. — Кушай. Спасибо тебе за письмо, — филин ухнул, радостно клюнул меня за палец и улетел.       Конверт. Почему-то в душе проскребли кошки, и на сердце снова стало больно. Там... именно там, в Хогвартсе, произошла финальная битва между двумя силами. Там пал Тёмный Лорд. Там я однажды умер, чтобы вернуться обратно. Смерть друзей, врагов и обычных детей — разве всё это стоило того, чтобы сразились два человека — я и Том? Зачем вообще Трелони предсказала эту битву? Всё было бы гораздо проще. Никто бы не знал о будущем, мои родные были бы живы. У меня могла бы быть семья... и из-за меня не умирали бы люди. Всё было бы лучше если бы… Одни «если бы».       Развернув письмо, я внимательно стал вчитываться в строчки. Больше не красовалась на конверте подпись Альбуса Дамблдора, погибшего от руки его собственного шпиона — Северуса Снейпа. Лишь строчки, выведенные красивым почерком Минервы Макгонагалл — новой директрисы школы. Грустно осознавать, что многое нельзя вернуть обратно. Я бы многое изменил. Многих бы спас от бессмысленной смерти. Однако прошлое не изменить.       В письме было приглашение на восьмой курс обучения, который будет организован для тех, кто в прошлом году так и не закончил седьмой. Несмотря на то, что многие с седьмого курса — герои, справившиеся с кучей проблем, закончить учебу необходимо, и директор всё продумала, чтобы не путать новеньких семикурсников и «старичков». Для этого и был создан на один год восьмой курс.       К письму был приложен список того, что необходимо приобрести для школы, и билет на поезд.       — Как я смогу всё это пережить?       Отложив письмо, я посмотрел на календарь: середина июня. Письмо пришло раньше, чем обычно. Наверное, из-за нас, таких особенных восьмикурсников. Раньше письма приходили в начале августа. Однако и такая ранняя почта мне даже на руку. Собравшись как можно быстрее, я отправился за покупками. Это правильное решение, если я не хочу видеть кого-то из школы. Не хочется видеть сочувствующие взгляды или злобу в глазах. Что я могу сказать им в ответ? Прости? Из-за меня погибли их друзья и близкие. Одного «прости» недостаточно. Оно даже там неуместно.       Переместившись с помощью аппарации в Косой переулок, я быстренько забежал в магазин «Всё для зелий». Необходимо было купить новый котёл и несколько ингредиентов. Наверное, новый преподаватель сможет чему-то научить даже такого неумеху, как я. К сожалению, лучшего учителя по зельям, чем Северуса Снейпа не найти. Хоть у него и был невыносимый характер, однако он был профессионалом в своем деле. Да и возможно сейчас у меня появится время чему-то учиться, ведь для моей профессии зелья просто необходимы.       — Кого я вижу! Сам великий Потти пожаловал в магазин, прячась ото всех обожателей.       Резко поворачиваюсь и смотрю прямо на моего школьного недруга — Драко Малфоя. Его семья была на стороне тёмных сил, однако я могу их понять. Когда сам Тёмный лорд живёт у вас в доме... Не хочется винить их в чём-то, ведь я сам не знаю, как бы я поступил. Сам Драко спас меня в их доме, когда нас привели к Тому. Он прикрыл меня, соврав всем, что это был не я. Хотя Гермионино заклинание и сработало, он меня узнал. Но не выдал, и это достойный поступок Гриффиндорца, и я не ожидал его от Слизеринца. А его мать спасла меня во второй раз... когда я вернулся с небес на землю. Она не выдала тот факт, что я жив, Марволо, тем самым дав выиграть битву светлой стороне. Если бы не она, возможно исход битвы был иной. Что-то не так в семье, где все поступают как факультет алых. Может мы не так понимаем сами факультеты?       — Хорёк, — изрёк я, понимая, что Малфой не самый худший вариант из тех, которые могли произойти. Худой блондин пытался испепелить меня взглядом серых глаз, однако это было бесполезно. — Что ты тут забыл?       — Наверное, то же, что и ты. Не хочу видеть лишних глаз, Потти, — Драко взял несколько бутылочек со стеллажей. — Как живётся тебе, всемирный герой?       — Тебе-то какая разница, Малфой?       — Просто интересно, в чём причина, из-за которой герой Англии прячется от своих обожателей, — в привычной манере протянул Драко. Он посмотрел на меня сверху вниз и, словно его осенило, выдал очередную колкость: — Или ты думал, что я брошусь на тебя с молитвами Всевышнему?       — Боюсь, что твои объятия, Хорёк, будут мне слегка… эм… противны, — с этими словами я отвернулся от Малфоя и принялся выбирать ингредиенты для зелий. В руках я держал какой-то непонятный мне ингредиент.       — Поттер! Следи за своим языком: то, что ты герой, не даёт права на унижение других, — повернувшись, я заметил в глазах Драко ненависть.       — А ты думаешь, что я брошусь тебе на шею? И буду благодарить тебя за то, что ты спас меня тогда? — меня понесло. Слова Малфоя задели струны души, которые я так трепетно убаюкивал всё это время. — Ты просто струсил, Малфой! Ты спасал свою шкуру, а не спасал мир. Или ты скажешь, что я неправ? Что же это было, как не трусость?       Драко молчал, по нему было видно, что я попал в самое больное место в его воспоминаниях. Я с вызовом смотрел на Малфоя и ждал ответы на свои вопросы. Что-то внутри меня взбунтовалось против моих слов, наверное, не стоило так рубить с плеча.       — Да ты хуже своего обожаемого Сириуса, — Драко резанул в самое больное место — смерть моего крёстного была именно тем местом, которое я так и не смогу залечить. — Он хоть был Блэком!       — Заткнись! Эварте статум!       Меня отбрасывает в полку с зельями. Куча маленьких баночек с различными жидкостями падают и разбиваются. Тело, куда попадают различные зелья, печёт так, словно я нахожусь в кипящем котле. Внутренности выворачивает, суставы ломаются, и боль отдаётся в каждой клеточке моего тела. Больно. Очень-очень больно. Я словно попал в адский огонь.       — Поттер! Эскуро! Поттер, очнись!       Голос Малфоя доносится словно издалека. Мои мысли словно в дурмане. Ничего не хочу. Ничего нет вокруг. Я один. Я устал быть одним. Вокруг только пустота...       — Что за?..       С этими словами меня обливают водой, и сознание возвращается обратно. Боли словно не было. С трудом открыв глаза, я с удивлением посмотрел на высокого худощавого паренька. Аристократическая внешность наградила его бледным цветом кожи, идеально гармонировавшим с его белыми волосами и серыми глазами, в которых было столько удивления, что становилось неприятно. Кинув злобный взгляд на Малфоя, я зажмурился, пытаясь понять, что же произошло. Точно! В подобных магазинах установлены защитные заклинания. Метнувший заклинание сам попадает под свою атаку. Чёрт! Как я мог об этом забыть? Надо что-то делать с агрессией и своими ранами, а то я половину людей могу искалечить.       — Девушка, вы в порядке? — рядом с парнем появился владелец лавки и с обеспокоенным взглядом посмотрел на меня. Девушка? Он видимо мозгом тронулся на старости лет. Тряхнув головой, я улыбнулся и посмотрел на старика.       — Всё в порядке, простите меня, пожалуйста, — и до меня понемногу доходит, что мой голос изменился. Стал другим. Более женственным. — Что за?       Я пытаюсь встать и замечаю, что одежда стала мне великовата. Словно я надел вещи на три размера больше. Поправляя очки, начинаю путаться в длинных волосах — своих волосах. Взгляд на Малфоя — и по его глазам читаю, что мне это не кажется. Я девушка. Шок. Паника. Хаотично перебираю руками, ощупывая своё тело. Руки вновь запутались в мокрых волосах. На помощь пришел Драко, аккуратно высушив мою одежду. Окончательно поняв, что это мне не снится, с ужасом смотрю на парня.       В состоянии паники резко вскакиваю на ноги и ошарашенно ощупываю самого себя. Нет! Мне не показалось. Что делать? Как это произошло? Что именно произошло?       — О, Мерлин!       Извиняюсь на ходу и выбегаю из магазина. Сердце бешено стучит в груди, пытаясь отогнать плохие мысли. Страх. Ужас. Паника. Что делать? Куда идти? Что произошло?       — Да постой ты! — голос Драко возвращает к реальности, и я, пытаясь избежать встречи, аппарирую прямо на ходу.       Приземляюсь прямо перед зеркалом в собственном номере и с удивлением смотрю на своё отражение.       — Я девушка. Почему я девушка? Это оборотное зелье на меня вылилось? Что мне делать? Может… пройдёт? Нет. Не могу в это поверить, — со стоном подбегаю к зеркалу и застываю на месте.       Смотрю на себя и не верю. Изменилось всё: тело стало более женственным и непривычным. Короткие волосы, которые вечно были в хаотическом беспорядке, отросли до поясницы. Длинная чёлка слегка прикрывала правый глаз. Женская грудь и отсутствие полового органа вообще вгоняло в краску. Если это чужое тело, то не хотелось бы его изучать. Нужно просто подождать, пока действие зелья спадёт на нет.       Спустя час ожидания не выдерживаю и аппарирую прямо к дому Гермионы. Она сможет понять и помочь. Это же Гермиона! Самая умная ведьма во всей школе. Стучусь в дверь, и её открывает невысокая хрупкая девушка с копной тяжёлых, густых и блестящих каштановых волос. Светлая кожа, большие карие глаза, упрямый открытый лоб, высокие скулы и точёный подбородок — в этом всём была моя лучшая подруга.       Вопросительный взгляд девушки заскользил по мне. Она не узнавала меня. Я с мольбой посмотрел на подругу и вдруг она удивилась.       — Гарри? — девушка неуверенно осмотрела меня с ног до головы. — Это ты?       — Гермиона, пожалуйста, мне нужна твоя помощь!       Проскользнувшая неуверенность в глазах и испуганно-удивлённый взгляд Гермионы дали понять, что она действительно узнала меня.       — Гарри, как так получилось? — девушка осмотрела меня с ног до головы и глубоко вдохнула. — Проходи скорее, не нужно пугать соседей, — она улыбнулась и быстренько затащила меня в свой дом.       — Мне больше не к кому идти, прости, Герм, — я устало закрыл лицо ладонями.       — О чём ты говоришь? — Гермиона так строго посмотрела на меня, что даже стало как-то неудобно. — Ты мой лучший друг, Гарри Джеймс Поттер! Ты можешь обращаться ко мне за помощью в любой момент! — она наколдовала полотенце на волосы и слегка привела мои вещи в порядок, подогнав всё по размеру. — Рассказывай, что с тобой случилось. И не упускай ни одну деталь. Мне нужно точно понимать, что могло повлиять на твои… эм… изменения во внешности.       С благодарностью взглянув на девушку, я принялся рассказывать ей, как же именно я стал девушкой. При упоминании Малфоя, Гермиона слегка нахмурилась, а при описании разбития зелий она и вовсе испугалась. Она отложила ручку и испуганно посмотрела на меня.       — Ты хоть понимаешь, что теперь сложно определить какое зелье тебя так... хм... превратило?       На столе в маленькой кухне давно стояли чашки чая и отрезанные ломтики пирога. Перед подругой лежал обычный листок в клеточку, на котором она всё быстро-быстро записывала. Аромат лесных ягод, уютная обстановка... я и не заметил, как стал улыбаться и накручивать волосы на палец. Лишь после того, как Гермиона посмотрела на меня с удивлением, я понял, что делаю совершенно несвойственные мне вещи. Но… они казались мне такими обычными.       — Гермиона?       — Гарри, ты становишься девушкой...       — Нет. Я как-то... не заметил, что начал накручивать волосы, — я поспешно убрал руки под стол и опустил голову, словно засмущавшись. — Я просто устал, наверное, и ещё эти длинные волосы появились. Как-то рука сама… словно я это делал миллион раз, — с этими словами я испуганно посмотрел на подругу. Автоматизм несвойственных мне вещей — это не самое лучшее последствие для зелья.       — Вставай! — Гермиона схватила меня за руку. — Нам нужно срочно к Макгонагалл!       — Но ещё лето...       — Она точно в школе. Она может сказать, что с тобой происходит. Ты же меняешься даже в психологическом плане, Гарри. Я уверенна, что это не оборотное. Я просто не знаю таких зелий. Я даже не могу представить, что за зелье ты вылил на себя. Быстрее! Нам нельзя терять время, нам надо найти антидот!       Она схватила сумку и поспешно вкинула в неё некоторые вещи. Осмотрев меня с ног до головы, она начала колдовать палочкой. Спустя пару минут моя старая одежда сидела на мне идеально. Довольно улыбнувшись, Гермиона взяла палочку в руки, и мы начали перемещение.       Хлопок. Ещё один хлопок, только за несколько сотен километров от первого. Школа Хогвартс — уже полностью отстроенная заново, словно тут не было никакой войны, которая унесла множество жизней. С болью в душе я пытался воспротивиться столь раннему возврату в школу, однако не смог противостоять собственной подруге. Всё ещё держа меня за руку, Гермиона быстрым шагом повела меня в кабинет директора. Мне лишь оставалось идти следом и осматривать вновь построенную школу.       Нахлынувшие воспоминания резали по свежим ранам, и я не заметил, как вот уже мы стоим в кабинете. Директриса с удивлением посмотрела на Гермиону, а затем на меня. Что-то подсказывало мне, что она узнала во мне Гарри Поттера — Мальчика-Который-Выжил.       — Добрый день, директор! — Гермиона начала беседу первой. — У нас большая проблема, и я боюсь, что помочь можете только вы.       — Мистер Поттер, мисс Грейнджер, не ожидала я, что летом вы умудритесь попасть в очередные неприятности. — Макгонагалл сразу перешла к делу. — Мистер Поттер, пока я проверяю вас, расскажите мне всё, что с вами произошло.       Стоя, словно статуя, я во второй раз пересказал сюжет моего столкновения с зельями. Минерва лишь изредка хмурилась, то и дело махая рядом с моим телом палочкой и что-то шепча про себя. Её волосы по-прежнему были собраны в пучок, мантия выглядела строго, а лицо украшали новые морщины. Когда рассказ был закончен, директор с уставшим видом села за свой стол.       — Мистер Поттер, мисс Грейнджер, я не хочу вас огорчать, однако мистер Поттер навсегда останется девушкой.       — Что?! — я обессиленно упал на стул. В голове начало пульсировать так, что боль заглушила все внезапно появившиеся мысли. Уткнувшись лицом в ладони, я едва сдерживал слёзы.       — Почему? — Гермиона сочувствующе посмотрела на меня и положила ладонь на мою голову. Слегка поглаживая, она словно пыталась меня успокоить, однако мне и самому интересно было услышать, почему всё так произошло.       — Мистер Поттер, вы, однако, очень плохо знали зелья, — директор сурово посмотрела на меня, упрекая и обвиняя меня в произошедшем. Щелчок её пальцев — и на столе возникла старинная огромная книга. Пролистав страницы, она положила книгу передо мной и Гермионой. — Этот ритуал проводился нашими предками ещё в давние времена. Когда магов было очень мало, чтобы защитить чистоту крови, — на этих словах Гермиона фыркнула, — маги заключали магические сделки между своими семьями, обещая друг другу, что их дети соединятся в магическом браке. Тогда это считалось самым необходимым ритуалом для выполнения обещания. Когда в семьях рождались парни, главы родов решали, кто из двух наследников станет девушкой и родит потомство.       — Как это расчётливо и гадко, — девушка не удержалась от комментария. — Слава Мерлину, что сейчас такое не проводят.       — Вы правы, однако при рождении двух девушек ритуал не срабатывал. Поэтому жёнам лордов было необходимо рожать до тех пор, пока не появится наследник, который и выполнит обещание.       — Почему из девушки нельзя вернуться в парня? — мой вопрос прозвучал как-то уныло. Почему-то я уже понимал, что ответ меня только заставит отказаться от последней надежды. Однако что-то во мне всё ещё продолжало бороться за ускользающую нить прошлой жизни, пусть это даже не возможно или тяжело. Я уже умирал, это для меня не новость. Я найду способ справиться и с таким.       — Мистер Поттер, что вы знаете о первозданной магии? — директриса посмотрела на меня вопросительно.       — Первозданной? — я удивлённо посмотрел на директора. Ранее я никогда не слышал о подобном. А возможно, просто не обращал на это внимание. Я осторожно посмотрел на подругу.       — Но... разве это не просто легенды? — Гермиона взяла книгу и стала внимательно читать ритуал.       — Нет, первозданная магия — основа всей магии. Так вышло, что многие директора этой школы поменяли вам школьную программу, убрав необходимые предметы. Они снова вернутся в программу, поэтому ваш курс будет спать за учебниками в библиотеке, — директриса улыбнулась, предвкушая наступающий год обучения. — Магия может превратить мужчину в девушку по той причине, что он тогда сможет...       — ...принести потомство? — Гермиона едва не выронила старинную книгу. — Магия должна получать продолжение магического рода через девушек? Но ведь порой бывают пары, где девушка магглорождённая. Мерлин! Неужели сама магия представляет собой девушку?       — Да, мисс Грейнджер. Вы совершенно правы, — Минерва забрала книгу и щелчком пальцев вернула её на место. — Почему же сработал ритуал на мистере Поттере? К сожалению, у меня только предположение: на него попали все те необходимые зелья, которые использовались в ритуале. Что вполне вероятно, вы ведь покупали ингредиенты в секции для высших зелий.       — Но ведь не было родового камня, членов семьи, — Гермиона посмотрела на меня и с ужасом хлопнула себя по лбу. — Точно! Дом Гарри разрушен до основания уже очень давно. А все родные погибли. Из-за большого скопления магов в одном месте мог сработать ритуал и без слов. Тем более, Гарри, ты был подавлен, и слова Малфоя про Сириуса могли послужить сигналом, что ты хочешь семью. Плюс, ты всегда хотел иметь семью... Что ты думал в тот момент?       — Что мне одиноко, но…       Я судорожно вздохнул, не хотелось мириться с тем фактом, что вся моя жизнь это сплошные пророчества, невозможные битвы, проклятья. Казалось, что надо было просто умереть тогда, и не было бы ничего этого. Гермиона права, я сам в лавке зелий заварил всю эту кашу.       — Ты права, это послужило самым главным толчком к проведению ритуала, — я безвольно опустил голову, и по щекам полились слёзы.       — Мистер Поттер, я рекомендую вам обратиться вам в Гринготтс и сменить полностью имя и фамилию, во избежание глупых вопросов со стороны сокурсников.       — Но...       — Думаю, фамилия Блэк вам очень подойдёт, — Макгонагалл улыбнулась и протянула Гермионе портключ. — Торопитесь, пока ещё не много народу забирают свои сбережения. И да, мистер Поттер, — директор строго посмотрела на меня. — Постарайтесь потом не ворошить прошлое и не показывать всем, что вы со всеми знакомы. Смиритесь с тем, что Гарри Поттера больше нет, я скажу всем, что вы просто исчезли. Думаю поначалу вам будет очень не удобно слышать о себе, но потом вы привыкните.       — Спасибо вам, — она была права, поначалу я должен буду ловить себя на своих словах и поступках. Остаток лета придется хорошо потренироваться в этом. Я поклонился директрисе и взял Гермиону за руку. — Поторопимся, я просто хочу всё сделать и поспать, чтобы свыкнуться.       Хлопок, и мир словно завертелся перед глазами. Лишь когда хотелось бросить ключ, только чтобы перед глазами не мелькало, под ногами почувствовался твёрдый пол банка. Гоблин, который подошёл к нам, был намного ниже Гермионы. У него было смуглое умное лицо, острая бородка и очень длинные пальцы и ступни. Поклонившись перед ним, я с Гермионой последовали за улыбающимся спутником.       В комнатке, куда привёл нас гоблин, оказались два стула и рабочее место для гоблина. Отсутствие остальное мебели меня немного волновало. Комната напоминала кабинет Северуса Снейпа без всей школьной мебели.       — Сигнал магии был уловлен нами ещё три часа назад, мистер Поттер и мисс Грейнджер, — длинные пальцы сошлись в щелчке, и на рабочем столе появилась папка с документами. — У нас уже почти всё готово, мистер Поттер.       — Простите, — я осторожно присел на край стула, — откуда вам всё известно, мистер?..       — Меня зовут Рагнок, мистер Поттер, — гоблин открыл папку и протянул мне пергамент. — Старинный ритуал давно не активировался, поэтому его внезапное пробуждение заставило меня заняться делом очень быстро. Я не ожидал увидеть вас своим клиентом, однако я уже в курсе, почему так произошло. Мне жаль, что столь древний обряд произошёл совершенно случайно. Однако, мистер Поттер, мне необходимо ввести вас в мир совершенно с новыми именем и родословной. Просмотрев вашу старую родословную, я могу сказать, что фамилия Блэк у вас уже есть. Однако мне необходимо имя, которое я внесу в этот документ.       — Блэк? — я удивлённо посмотрел на гоблина.       — Именно! Вы получили эту фамилию благодаря своему крёстному отцу, который по завещанию оставил вам свой дом и домового эльфа. Всё, что находится внутри дома — в вашем распоряжении, — гоблин нетерпеливо окунул перо в чернильницу. — Поторопитесь, мистер Поттер, мне нужно ваше имя. Ваше новое имя, с которым вы начнёте жить заново.       — Но ведь я всю жизнь был Гарри Поттером. У меня есть сейф в банке, была семья и родословная. Что будет со всем этим?       — Не переживайте, всё ваше имущество мы перепишем на ваше новое имя. Плюс, как только вы станете Блэком, вы получите доступ к сейфам Блэков. Там немного, но этих достаточно, чтобы восстановить дом после долгого простоя, — Рагнок макнул перо в чернила. — Вы уже выбрали имя, мисс Блэк?       — Я не знаю, есть какие-то предпочтения по выбору имени под этот ритуал? — я поспешно начал вспоминать всё, что слышал до этого о семействе Блэк. — Наверное нам надо выбирать под традиции рода?       — Не обязательно, мисс, — гоблин усмехнулся. — По документам вы будете дальняя ветвь, которая получила полное право вступления в род со всеми вытекающими правами. Допустим, мы возьмём родственника, который был выжжен с гобелена, но это не помешало ему женится на чистокровной волшебнице. К примеру… — Рагнок перелистал документы. — Финеас Блэк. О них давно не известно ничего в магическом мире, думаю мы сможем уладить этот момент. Мисс, мне всё ещё нужно ваше имя.       Я задумался, в голову, как назло, не лезло ни одно слово. Казалось, что в мире нет ни одного имени, которое идеально бы подошло под данную ситуацию. Я с мольбой посмотрел на Гермиону, и она улыбнулась.       — Холли, — Гермиона впервые подала свой голос в банке. — Пусть он будет Холли Блэк.