Осторожно - двери закрываются.

У меня не было родителей, отец, если он вообще имел право так называться, что вряд ли, бросил маму, как узнал, что она забеременела мной, мало того – скинул на неё Иринку, свою дочь от предыдущего брака. Мама всегда была слабой – во всяком случае, я помнил её такой. Маленькая, хрупкая женщина, невероятно красивая, но трудные времена, кризисы в экономики, да ещё и одна без поддержки – дед отказался от неё, когда узнала о беременности в восемнадцать лет. И вот – мама целыми днями на работе, чтобы накормить двоих детей. Когда мне исполнилось десять, у мамы обнаружили рак, мы были совсем на мели, все деньги уходили на лекарства. Иринка совсем не понимала, почему все девочки ходят в красивых платьях, а она носит обычные хлопковые, да ещё и сшитые мамой, а не из магазинов. Она не понимала, почему у всех детей её возраста есть и мама и папа, переходный возраст влияет ужасно на такие ситуации, как болезнь, голод и бедность… А я был слишком мелким, не понимал, что происходит в нашей маленькой семье и, конечно же, не понимал, чем мы отличаемся от других. - А зимой заболел – обычная простуда перешла пневмонию, мама устроилась на подработку, перестала проходить терапии, принимать лекарства. Я обрадовался, думал, что ей лучше… боже, каким я был глупым… - Ты был совсем маленьким, - прошептала мама Карла, её глаза совсем раскраснелись от еле сдерживаемых слёз. Я видел, что она хотела сесть рядом, обнять, но был благодарен, что она не пытается что-то сделать – я не был готов к такому. Но мне стало немного легче… Раньше я рассказывал про маму только Игорю, да дедушке… а тут. Родители Карла не были посторонними людьми, я уважал их и видел, что они любят меня, искренне верят в наши отношения с Карлом. И я был рад, что могу открыться перед ними вот так - рассказать самое личное, не боясь, что не поймут или закинут ненужной жалостью. Екатерина сдержала слёзы, они выслушали меня, молча, не перебивая, не задавая глупые вопросы, и я был им благодарен за это. - Что случилось потом? – на выдохе спросил Андрей. - Приехал дедушка, ему позвонили из больницы мамы… но было слишком поздно. Мама умерла. Мои слова прозвучали слишком громко, они не вязались с их квартирой, не вязались с этими хорошими людьми, которые были вместе, поддерживали друг друга и воспитали двух замечательных сыновей... У меня же была только сестра, которая считала меня врагом и извращенцем, и всё… теперь не было даже дедушки. Я был совсем один… - Я не знала, прости Саш, - Екатерина взяла мою руку и мягко улыбнулась, - Но ты не один, честно. Дело даже не в Карле… Саш, - она неожиданно рассмеялась, - Ты же мой фанат, мой друг, что ты в самом деле? У нас ещё столько пейрингов! Я улыбнулся – как-то я пришёл к Карлу раньше, чем он сам и застал его маму одну – Андрей уехала в Командировку, а Екатерина скучала – у меня закончились экзамены и я сам не знал чем заняться – у Карла они только начинались. Вот и сошлись на фанфиках – решили вспомнить, Екатерина свою молодость, а я… А я ничего и не вспоминал, я ведь до сех пор читаю фанфики, как раз недавно наткнулся на интересную тему, но на была не полностью раскрыта… вот и предложил Екатерине раскрыть. Шутка шуткой, а она за скуки приняла всё всерьёз и тут же бросилась за рассказ, мы застряли на десятой главе – герои откровенно глупили и не знали, как подойти к друг другу после сильной ссоре. А ещё есть Игорь с Лёнькой. И как я мог забыть про этих двоих? Лёнька мои последние дни в колледже чуть ли не хвостиком за мной ходил Игорь проходил практику и был занят, практически не спал, а Лёнька решил воспользовался ситуацией – крутился вокруг меня, выяснял было ли что-то между мной и Игорем, узнав что было – бесился и капризничал, узнав о Карле – радовался и расспрашивал как же его парень без него жил… С учётом, что Игорь жил довольно таки интересно мне одних рассказов Лёне ещё на год хватит, да и парень привязался ко мне, и я тоже. И Игорь – его же тоже отправили на стажировку в Москву, мы практически вместе поедем – только я в школе преподавать, а он – обладатель красного диплома, получил направление в лучший педагогический вуз Москвы. Я же могу его у себя поселить… Ага, а потом Лёнька придет и кастрирует нас обоих, вот ревнивый паразит. От осознания, что я больше не один, хотелось одновременно плакать и смеяться. И, правда – я настолько привык к одиночеству, что совсем не замечал, как оно вежливо отступило в сторону сначала перед Игорем, потом перед Карлом и его семьёй. Я думал, что так и проживу всю жизнь с сестрой, как кошка с собакой… так и буду один, не встречу своего человека – кому нужен нищий в наше время? А Карл… он никогда не смотрел на меня с презрением, он не замечал бедности моей комнаты, не обращал внимания, что я хожу в преимуществе в тёмной одежде не из-за любви к тёмному, а из-за экономности. Он замечал только самого меня… И он думает, что я так просто отпущу его? - Так что мы будем делать? - Ждать, - я улыбнулся, и, заметив, что Андрей вышел на балкон, наклонился ниже и прошептал, - А ещё мирить Мэда и Фила, они так ещё десять глав тупить будут. Екатерина подмигнула мне и, широко улыбаясь, пошла за очередной распечаткой нашего общего творения – на очереди была одиннадцатая глава, и мне нужно было написать теорию – мы же фантастику писали всё-таки, а это удавалась мне куда лучше – недофикрайтер, как называла меня Ква-тян. И да, я действительно считал, что ожидание – лучший вариант для нас с Карлом. Я не знаю, думает ли он сейчас обо мне и почему всё-таки не сообщил, не предупредил о своём уезде, но раз он так сильно сомневается во мне, то, значит, я дал ему на эту причину. Я спросил у его отца, когда он возвращается и решил, что заслужил передышку. Да, я безумно по нему соскучился и хотел бы как можно быстрее увидеть его, поцеловать, дать понять ему, что у него нет причин сомневаться во мне. А ещё лучше получить справку от медиков, что моя сестра дура! Чёрт, как же зол на неё… - Не чертыхайся, - Екатерина вышла с распечаткой. - Сколько тут листов? – я ожидал страниц три-четыре, как и до этого, но листов было куда больше. - Двадцать… и с двух сторон распечатала. Увлеклась… Я рассмеялся, отмечая про себя, что злость на Иринку исчезла. Дело не в том, что я простил её или хотел спустить на тормоза её попытки разрушить мои отношения с Карлом – вовсе нет. Просто были вещи куда более важные, чем она, были люди, в конце концов – Ква-тян, Игорь с Лёнькой, а ещё я собирался втереться в доверие к Владу, не сказал бы что умею, но придётся поговорить с ним и, я был более чем уверен, закончится всё дракой. Что же, если физической силой я смогу ему доказать, что никто, как я не достоин его брата – я готов и на такое. Правда, свадьба скоро… Точно! Свадьба! Надо спросить Настю, можно ли мне прийти – чисто фактически спросить, я более чем уверен, что она надует губы и скажет, что я веду себя как последняя скотина. Невестка Карла была куда добродушнее, чем его брат, с чёрным юмором, но всё же добродушнее. И подарок нужно найти… чёрт, я же все свои накопления потратил на Москву, придётся занять деньги у Игоря… - Хочу вместо подружек неве… невесты парочку геееев… Эээ? Дверь на кухню раскрылась, и я увидел обладателя этой фразы. Настя? Ух ты, а она по ходу навеселе. - О, Сашка! Знаакомтесь, - рядом с ней стояли две девушки, одна была слегка пьяна, другая слегка трезва. Хорошая компания, - Это Саша, горячий мальчик, но руки не распускать – он моя будущая неве…невестка, - всё же договорила она. - В смысле? – о, алкоголичка что «слегка» всё же была трезва. - Парень Карла! Так что ручки – нини, не распускаайте!!! - Она с девичника, - шепнул Андрей, проходя мимо, - Привет, девочки, заходите! - И на него тоже не распускайте!!! Он папа Влада! А мама фикрайтер… распусти…распустите, и ваши парни будут геями! - Почему? – хмыкнула алкоголичка номер два. - Проклянёт! – Настя пыталась поднять указательный палец в назидании подругам, но подняла не тот. Я рассмеялся. Забавная всё-таки… А ладно, она явно не воспринимала всё слишком близко к сердцу – будь на веселее или трезвой. Так с чего бы мне обижаться или воспринимать её всерьёз? Тем более сейчас. Нет, я её люблю, конечно, но где-то глубоко в душе… особенно когда она виснет на меня и я отчетливо чувствую запах мартини и кока-колы, нашли что мешать.. - А это Вика и Надюшечка-подушечка! На раз два три.. отсчитайссь! - Гей, - решил начать я. - Натуралка! – подруга номер один. - Подушечка! – подруга номер два. - Саш, у тебя есть кто, ну хоть кто-то на при… примете? Я громко хмыкнул, - Грубо, Настенька, грубо. - Прости и смирись! Так есть? - А чем мы с Карлом не подходим? - Не! Вас только двое… - А тебе сколько нужно? - Ну.. это… побольше! - Саш, проводи Настю до ванной комнаты, вдруг заблудится, - Екатерина хмыкнула, и я только сейчас осознал, что она слышала весь наш разговор. Стало стыдно, я кивнул и повёл Настю в ванную, за нами пошли её подруги, так и не сняв обувь. Мы практически дошли и тут… Настю вырвало. На меня. На мою любимую рубашку. Вырвало. - Чёрт!! - Не чертыхайся! Значит, поминать всяких рогатых нельзя, а чужие рубашки пачкать – да пожалуйста?! Я снял с себя рубашку и закинул её в раковину. - А он и…ик, правда горячий… - Не распускать! – гаркнула Екатерина, а я громко рассмеялся. - Останься у нас! – Андрей умоляюще посмотрел на меня, собирая сумку. - А вы куда? - Работа. Я бы всё отменил, но у меня срочная ситуация – целый тираж забраковали! Катю с ними наедине не оставлю. Саш, останься! - Останься! – тут же закапризничали девушки, вцепляясь в меня. Одна схватила за руку, другая… эм… чуть ниже спины, а Настя обняла. Ещё час назад я думал, что здесь не хватает Карла. Нет, пусть Карл пока побудет в славной культурной столице России, чем здесь. - Так у тебя есть.. ну эти. - Есть-есть, - успокоил я Настю и кивнул Екатерине, - Я весь ваш. Мама Карла пошла в спальню и через минуту вернулась с фотоаппаратом, зеркальным… Славная ночка. - Изобразили секс! Куда я попал. Девчонки чуть ли не разом повисли на мне, а я недовольно крякнул, потом столь же недовольно улыбнулся и положил левую руку на бедро Насти, а правой обнял Натуралку. Позориться, так с честью! - Поехали!