Темный город

Алия Кан       Сегодня я вспомнила о Су Мин. Как легко я задвинула её в дальний уголок своей памяти, как эгоистично я выбросила её из своей жизни. Я не знаю почему так порой происходит – почему с одними людьми мы идем всю жизнь бок-о-бок, а других так быстро и легко забываем? Все чаще думаю, что друг для друга мы как мебель: хотим красивую, используем необходимую, а любим удобную. Су Мин стала мне неудобна, как и воспоминания о ней. Убеждаю себя, что я не эгоистка, а просто хочу счастья, но не могу сказать. Что преуспела в этом.       Мы любим в людях свое отражение – так можно теперь описать мои отношения с Ву Бином. С ним было легко, будто сотню лет знакомы. Наверно это и есть родственная душа. Потрясающее чувство - с каждым днем находить все больше общего с человеком, с мужчиной! Это волшебно…       Мои размышления прервал телефонный звонок с незнакомого номера: - Алло, - осторожно ответила я. - Онни, это Су Мин, - тихо сказали с той стороны. - Привет, как ты? – я почему-то совершенно не знала, о чем говорить. - Хорошо. А…, - начала было она, но прервалась, - ты? - Хорошо… - Онни, ты живешь с ним? – спросила она. - Да, - ответила я через время. - Уходи оттуда, он же чертов ублюдок, Алия! Как ты можешь даже смотреть на него зная кто он? – внезапно её до того тихий голос приобрел силу и к концу фразы она уже кричала. - Рядом с ним тебя не ждет ничего хорошего! – надрывалась она.       Её слова немного задели меня. Почему? Мне нравился Ву Бин, да, нравился как человек! Говоря объективно, Су Мин даже не попрощалась со мной, даже не зашла узнать, как я. А Ву Бин… мог бы оставить меня в больнице, сбросить заботу на медсестер. Я думаю он занятой человек, но он проводит каждый вечер здесь, со мной. А ведь я ему никто… - Мне неприятен этот разговор. В любом случае, это мое личное дело… - сказала я максимально честно. – Расскажи лучше, как ты там? - Да ну тебя! - сказала она и сбросила звонок.       Своим разговором она напомнила о том, что я пыталась забыть. О её родителях. Они были далеко не праведниками, но было бы подло открывать ей на это глаза. Су Мин… Она запросто решилась на убийство, но все ещё считала себя пострадавшей.       Телефон снова зазвонил: - Знаешь, что! Когда увидишь его в следующий раз представь, что он делал до встречи с тобой. Кого убил, кого приговорил к смерти. Сколько раз она смывал с рук кровь. Можешь даже спросить его, - быстро сказала она, будто окатив меня водой, и бросила трубку. Сон Ву Бин       Я боялся, боялся того, что она быстро выздоравливает. Эгоистично, мерзко… Это чувство сродни пожеланию скорой смерти тяжелобольному родственнику, ставшему обузой для всей семьи. Ведь она уедет, как только моя помощь станет ей не нужна. А я уже привык, привык спешить к ней по вечерам, жить предвкушением встречи весь день, привык к её присутствию в моей жизни… Алия Кан       Всего пара фраз, но что они сделали со мной, Су Мин? Это наш последний вечер, сегодня я уезжаю и завтра выхожу на работу. Помниться, я хотела позвать его к себе в гости, в шутку, без обязательств, но он бы пришел, я знаю, а вместо слов смотрю на его руки. Я часто видела его в перчатках, даже за то короткое время, что мы знакомы. Перчатки – некий барьер для него, чтобы не испачкать руки в крови, я полагаю, чтобы отграничить работу от личной жизни… - Алия, что-то не так? – прервал мои рассуждения Ву Бин. - Нет, все хорошо, - я улыбнулась, чтобы успокоить его. - Ву Бин…, - начала я сомневаясь стоит ли спрашивать об этом, - это тяжело – быть тобой? – быстро выпалила я. Он молча глядел на свои руки. Думал ли он о том же, о чем и я пару минут назад? Вопрос был пафосным, такие вопросы не задают друг другу реальные люди, только герои кино. Я была не удивлена, такие вопросы часто игнорируют. - Не отвечай если не хочешь, - сказала я. – Просто мне тяжело представить себя на твоем месте… проехали. Приходи завтра в гости, - быстро сказала я, пытаясь сменить тему. Не очень удачно… - Легко, - сказал он через некоторое время все еще не глядя на меня, - а кому легко? – он посмотрел мне в глаза и слегка склонил голову набок. – Кто-то должен быть злом в этом мире, да? Иначе мы не сможем выделить добро, - это мысль была проста и очевидна, как и грусть в его глазах. Она не оправдывала и не обвиняла… Это была… мудрость?