История одной ночи

      Джен не помнила, как оказалась на кухне старательно укутанная в плед, но ей хватило секунды, что бы вернуться в реальность, когда Пак отстранился и ее тело накрыл осязаемый холод квартиры. Над городом поднималось утро.       —Я заварю чай — Чанель достал с полки алюминиевую банку с ароматными травами. На плите загорелась конфорка.       Джен хотелось пойти следом, встать рядом, прижаться и слушать биение его сердца задерживая воздух в легких и пытаясь сравнятся с ним в ритме дыхания. Хотелось почувствовать единение с этим сильным человеком, стать одним целым и ощутить долгожданную защиту. И Джен не удержалась, скользнув следом и прижавшись к теплой, мужской спине.       Не ожидая такой реакции, Чанель вздрогнул. По столу рассыпались молотые чаинки.       Бледные руки девушки выскользнули из-под махрового пледа и обхватили мужчину со спины.       —Что тебе снилось, Джен? — облокотившись на каменную поверхность стола еле слышно прошептал он. Ему хотелось обернуться и взглянуть в её глаза, обнять и нянчить, пока весь страх не выветриться из её тела. Но Джен держала крепко.       Она молчала, впитывая его тревогу в себя, и успокаиваясь. Как давно она мечтала разделить свою боль с кем-то. Глотая слезы и уткнувшись между лопаток своего спасителя, Джен даже не знала, как Пака глушило собственное бессилие. Как внутри него разгоралось дикое желание снести между ними эту, казалось ставшей тонкой стену. Они оба через многое прошли. Они оба заслуживают счастья.       Накрыв ее руки своими теплыми ладонями Чанель аккуратно расцепил пальцы девушки и обернувшись заключил в крепкие объятья.       —Мне снились мои родители — тихо начала она, обдавая шею мужчины горячим дыханием, — Мне снилась то, что я давно забыла. Этот сон как предвестник…— Джен уперлась взглядом в карие глаза. Зрачкил ее сузились.       Предвесник беды. Иначе и быть не может. С чего вдруг ее снова настигло чувство страха из прошлого? Страх, про который она давно позабыла.       Пак провел рукой по бледной щеке, вплетая пальцы в черные как смоль волосы на затылке и привлекая девушку к себе, от чего ее дыхание вновь сбилось. Прикрыв глаза Чанель коснулся лба пересохшими губами и замер, мечтая избавить ее от плохих мыслей.       —Что мне сделать, что бы ты перестала думать об этом?       Джен вдыхала запах его тепла в перемешку с рассыпанным по столу ароматом бергамота, черного чая и утренней прохлады. Терпкая, глубокая, всепоглощающая волна накрыла ее с головой и приподняв на носочки заставила впиться губами в его уста.       Она целовала жадно и ненасытно, не проникая языком и наслаждаясь его мимолетным замешательством. Ей хотелось большего. Хотелось что бы жар его тела накрыл ее с головою и вырвал сознание из липких лап ночного кошмара и пугающего предчувствия. Было мало касаний сильных рук к ее горящим скулам. Катастрофически мало нежных взглядов и отцовской заботы.       Оторвавшись, она, судорожно вдохнула и ухватившись за его плечи, утонула в расширенных зрачках мужчины.       Пак молчал прерывисто и тяжело дыша. Не понимая того, что происходит между ними.       Джен и сама не понимала что творит. Тонкие пальцы вцепились в края его черной рубашки. Плед, не удержавшись на плечах, скользнул на пол.       Оторвав худые руки, успевшие расстегнуть верхние три пуговки, Пак усадил ее на прохладную столешницу.       —Я думаю, это плохая идея.       —Почему?       —Потому что это не поможет.       —Поможет!       —Нет!       —Откуда ты знаешь?       —Знаю — прорычал он.       Джен отстранилась, вглядываясь в его лицо. Знает ли он все? Человек из-за которого она испытала дикую встряску пару месяцев назад, вырвавшего из прошлой спокойной жизни. Приютившего ее, бескровную, в своем доме. Понимает ли он что твориться в ее душе? Как сильно она запуталась в нем, в себе, в том, что ее окружает. Как она не понимает мира в котором теперь живет. Должна ли она здесь находится? Сможет ли быть рядом с ним и жить дальше? Хотелось ли сейчас ей свободы?       Закрыв глаза она прислушалась к своим чувствам. Пак скользил взглядом по запершим ресницам девушки.       Нет.       Больше всего она хотела именно его.       —Джен, малышка, я хочу защитить тебя. И в первую очередь от самого себя. Поэтому, пожалуйста, давай не будем спешить. Я не хочу ранить тебя снова.       Коротко кивнув в ответ, она позволила спустить себя со стола. Плед вновь окинул ее плечи теплом. И только в сердце девушки разрасталась непонятная, холодящая душу тревога.