4 риторических вопроса Питера Квилла

1. Сколько он ему платит? - Где их носит?! - Питер с размаху стукнул ладонью по панели управления, - вот куда они подевались? У нас же был план, было это, как его... расписание! Нам нужно было отбыть с этой вонючей планеты еще три часа назад! - Кто бы говорил! - надменно заметила Гамора, - о следовании плану. Если я правильно помню, в последний раз твое следование плану выражалось в том, что ты чуть не сорвал наш побег из тюрьмы. - Хэй, тогда у нас не было четкого плана вообще, а сейчас он есть, и мне за него обидно! - самопровозглашенный Звездный Лорд откинулся на спинку в пилотском кресле, закинул ногу на ногу и кинул еще один озабоченный взгляд на тихо попискивавший радар. Пока ни кораблей Кри, ни местной полиции на них не отражалось, но совсем скоро это могло измениться, и поэтому сваливать с этой маленькой планетки, на которой они и так слишком долго торчат, надо было как можно скорее. Но Грут и Ракета пропадали где-то уже три часа, и Питер чувствовал себя полным идиотом, ожидая их, как девчонка своего непутевого парня. - Может бросить их ко всем чертям? Пусть остаются в этой дыре, раз им тут так нравится... - Ракета нам необходим. По крайней мере пока, - сказала Гамора, прохаживаясь по пилотному отсеку космического корабля, - да и это дерево с его силой может оказаться полезным. - Ракета... - Питер застонал, сдавливая двумя пальцами переносицу, - этот енот! Не знаю, в какую переделку он сейчас попал со своим пнем, но во всем виноват этот блохастый, как пить дать! Не знаю, сколько он платит Груту, но этого в любом случае недостаточно. - Он ему вообще не платит, - фыркнула инопланетянка. Питер бросил на нее через плечо вопросительный взгляд. - Да ну? Тогда зачем Груту таскаться повсюду за этим плешивым шизиком? Хотя чего это я, действительно, нельзя ожидать вдумчивых и рассудительных поступков от ходячего дерева, которое даже не может произнести больше трех слов. Гамора собралась было ответить, но ее прервал ввалившийся в отсек Дракс. - Грызун и дерево здесь, только что поднялись на корабль. - Слава тебе Господи! - с наигранным драматизмом воскликнул Питер, вскакивая с кресла, - какое счастье! Заводите корабль, красавчики, а мне надо потолковать с нашими братьями по оружию. - Они мне не братья! - донесся ему вслед голос Дракса, пока Звездный Лорд спускался по лестнице вниз на основную палубу. - Это! Такая! Метафора! - на ходу проорал Квилл. Гамора закатила глаза и уселась на освободившееся место пилота. Дракс недобро посмотрел на опустевший лестничный спуск, но ничего говорить не стал. На основной палубе уже задраивал люки Грут. Питер заметил, что гигант успел по какой-то причине лишиться одной руки, поэтому на кнопки на панели управления ему приходилось нажимать ее острым обрубком. Второй, уцелевшей, рукой Грут прижимал что-то к груди. - Меня окружают идиоты! - поторопился заявить ему подошедший Питер. Грут тут же повернулся к нему и издал звук, похожий на шипение. Только тогда Квилл смог разглядеть, что древовидное существо придерживало целой рукой Ракету. Енот, судя по всему, был жив, хотя и в бессознательном состоянии. Выглядел Ракета на редкость паршиво - форма была кое-где порвана, шерсть потускнела и свалялась клочьями, а как от него пасло, Питер даже не брался описать. Груту крепко повезло, что у него не было обоняния. - А знаешь, кто тут главный идиот? - спросил Питер тоном учителя, пытающегося работать с трехлетними детьми. Грут зашипел чуть громче, подняв обрубок руки ко рту, и Звездный Лорд понял, что дерево пыталось заставить его говорить тише. Ракета заворочался, и Грут крепче прижал его к себе. На локте и плече его уцелевшей руки принялись отрастать маленькие веточки, которые тут же покрывались листьями, укрывая енота, словно покрывало, и заслоняя его от Опустошителя. - Я думал, что ты скажешь "Я есть Грут", и получится, будто ты ответил на мой вопрос, типа ты идиот, и будет смешно! - вздохнул Питер, махнув на него рукой. Грут осуждающе покачал головой и медленным шагом, стараясь не тревожить своего напарника, направился в выделенную им на корабле комнату. - Слушай, парень, если серьезно - где вас носило? Мы уже собрались улетать без вас! Этот дурацкий ком шерсти опять влез в драку, да? - спросил Квилл, следуя за Грутом. Гигант повернулся к нему и снова укоризненно посмотрел на человека. Среди веточек и листьев зашевелился, было, предмет их обсуждения, но снова затих. Наружу высунулась маленькая лапка и вцепилась в кору на предплечье Грута. - Он еще и напился, - заключил Питер. Грут состроил неопределенную гримасу. - В общем, не знаю, что там у вас произошло, но больше так не делайте! Вы же компрометируете миссию! - вновь попытался рассердиться и начать читать нотации Лорд, но древесный монстр уже добрался до двери их с Ракетой комнаты. - Я. Есть. Грут, - с расстановкой произнес он, указывая на дверь. Питер с размаху шлепнул себя ладонью по лицу. - Ладно. Идите к себе, а завтра я с этим енотом еще потолкую. По поводу его поведения. Грут кивнул и принялся разблокировать комнату. Ракета снова зашуршал окутывавшей его листвой - судя по звукам, его начало тошнить. Питер и сам почувствовал рвотный позыв и с отвращением отшатнулся от парочки. - Как ты вообще его выносишь? Он же омерзителен! - скривился Звездный Лорд. Грут только пожал на это плечами и скрылся в комнате со своим бесценным (но, несомненно, омерзительным) грузом, напоследок бросив Питеру: - Мы. Мы есть Грут. - Ну что, с этими двумя все в порядке? - спросила Питера Гамора, когда тот вскарабкался в пилотный отсек. Человек, упав в кресло рядом с ней, скривился и ткнул двумя пальцами в открытый рот. - Что это значит? - недоуменно поднял брови Дракс. - Наверное, ты не хочешь знать, - отмахнулся от него Квилл, а потом, обернувшись обратно к Гаморе, уже готовившей корабль ко взлету, произнес: - На месте Ракеты я бы все-таки начал платить Груту. Очень, очень много. 2. Как ты его выносишь? Грут никогда не покидал Ракету. Он всегда был рядом с ним - ходил за ним по пятам, подавал нужные (а иногда и ненужные) предметы, сидел рядом с ним, когда енот ремонтировал или собирал оружие и технику. Молчаливый и покорный, Грут никогда не возражал, не перечил и не возмущался. А даже если он и делал это, никто все равно не понимал его. Питер часто наблюдал за парочкой, что было довольно просто устроить - корабль Звездного Лорда был слишком мал для пятерых, особенно учитывая то, что один из них был почти трехметровым деревом. Вот и сейчас Питер сидел за столом с песней "Hooked on a feeling", доносящейся из висящих на шее наушников, и смотрел, как Ракета возится на полу с проводками, резисторами и генераторами. Грут стоял на полу у стены, наблюдая за действиями напарника, то и дело пытаясь всунуть в его руки ту или иную деталь. Наконец, Ракета поднялся из сидячего положения, чтобы пройти к ящику с инструментами, и споткнулся о корень Грута, протянувшийся через половину комнаты. - Дубина, что ж ты тут распластался! - крикнул енот Груту, держась за ушибленную ногу. На лице древесного гиганта появилось обеспокоенное выражение. Он тут же подошел к Ракете, протянул руку к его ноге, но маленький вор отвернулся от него и отпихнул заботливую руку локтем. - Корни свои убери, пень ты эдакий, - сказал он приказным тоном, и Грут, покорно опустив плечи, принялся втягивать змеящиеся по полу корни обратно в свое тело. Питер фыркнул, глядя на парочку. - Слушай, и как ты его выносишь? - усмехнулся человек. Ракета пожал плечами, прихрамывая до злосчастного ящика. - Я и сам иногда не знаю. У меня просто ангельское терпение. - Да я у него спрашиваю, а не у тебя, реактивный, - мотнул головой в сторону Грута Квилл, ухмыляясь еще шире. Грут, уже освободивший пол от своих корней и вставший у края стола, чтобы не мешать еноту работать, улыбнулся и мягко произнес: - Я есть Грут. - О, это многое объясняет, - язвительно заметил Питер. - Слушай, настоящий вопрос здесь состоит в том, как кто-либо в этой вселенной может выносить тебя! - Ракета обвиняюще ткнул в Питера пальцем. - Ничего себе! Ты на моем корабле, между прочим! - возмущенный Лорд неуклюже вскочил с места и навис над метровым преступником. - И что с того, умник? - оскалил зубы Ракета, потянувшись лапкой к куску металлолома, который вполне мог сгодиться вместо ножа. Готовой начаться потасовке помешал Грут, вытянув руку и отгородив ей своего напарника. - Я. Есть. Грут, - медленно сказал он Питеру, хмурясь в неодобрении. - Угрожать мне твоим монстром нечестно, - обиженно заявил Лорд, но пыл слегка умерил. Древоподобный гигант попытался мягко отодвинуть Ракету от соперника, за что получил шлепок по руке. - Слушай, отстань, а? - прошипел енот в сторону Грута, но раздражения в его голосе поубавилось, - а что касается тебя, Звездный засранец, то тебе Грут уже ответил. Не мешай хотя бы, если не делаешь ничего полезного. - Он ответил мне "Я есть Грут", он вообще других слов не говорит! - попытался было возмутиться Питер, но Ракета демонстративно отвернулся от него и своего защитника и едва ли не с головой скрылся в пресловутом ящике с инструментами. 3. Он что, умеет готовить? - Он что, умеет готовить? - изумленно воскликнул Питер, вваливаясь с утра в оборудованный под кухню крохотный отсек и обнаруживая там Грута, хозяйничающего за плазменной плитой, и Ракету, сидевшего за столом и разбиравшего лазерный пистолет. Сменные батареи от него енот складывал прямо в свою тарелку. - Что, не можешь смириться с тем, что дерево умеет готовить, а ты нет? - хмыкнул енот. - Да пошел ты, - выплюнул Питер, но в полноценный обмен едкими комментариями ввязываться не стал - его съедало любопытство. Звездный Лорд подошел (даже не так - подлетел) к Груту и заглянул ему под руку. На титановой сковородке скворчал в масле и специях... - Стейк?! Серьезно?! Стейк!! - от удивления Питер сорвался на крик, - да он вообще дерево, зачем дереву жарить стейки? Разве он не должен питаться типа... солнечным светом или другой подобной ерундой? - Он-то, может, и питается "типа" солнечным светом, - хмыкнул енот, показывая пальцами кавычки, - вот только я люблю стейки. - Ты... - брови Питера полезли на лоб, - так он для тебя готовит? - Вау, гениальные аналитические способности! Браво, Лорд интеллекта. Подожди, отложу пистолет и поаплодирую тебе, - оскалился Ракета, быстро складывая запчасти от лазерной пушки на край стола. Затем он, как и обещал, откинулся назад на стуле и медленно и манерно зааплодировал. - Да у меня даже ни одна моя девушка не умела готовить! - изумление в голосе Питера сменилось почти детским возмущением, - а у меня их было полным-полно! Тем временем Грут выключил плиту, полыхнувшую ярко-зеленым пламенем, и подошел к столу, чтобы поставить перед енотом новую чистую тарелку, взамен той, что уже была заполнена запчастями. - Слушай, я понимаю, что тебе завидно, что не нашлось в галактике девушки, которая бы ради тебя научилась готовить, а у меня есть Грут, но завидуй молча. Ты испортишь мне аппетит, - заявил Ракета, наконец перестав издевательски хлопать. Грут положил в его тарелку сочный стейк, от которого еще валил ароматный пар, и был вознагражден показушно-добродушным "спасибо, приятель" от Ракеты, на что, улыбаясь, ответил "Я есть Грут". Древовидный инопланетянин окинул взглядом Питера и потянулся было к сковородке, на которой оставался еще один кусок мяса, но Ракета, ткнув в его сторону вилкой, сказал с отвратительной ухмылкой: - Нет, ему не предлагай. Он все равно не оценит. Самодовольству енота не было предела. Питер скривил губы, заявил, что жрать мясо, которое приготовил ходячий куст, все равно не входило в его планы, и напоследок пожелал проклятому грызуну подавиться. Звездному Лорду ужасно не хотелось себе в этом признаваться, но в глубине души ему действительно было завидно, просто отвратительно завидно. Что ради какого-то вонючего грызуна даже дерево научилось готовить, а ради него, самого Звездного Лорда, между прочим, ни одна из доброй сотни красоток не смогла даже разогреть готовый ужин. 4. Да какого хера тут творится?! Да, у Питера на корабле были скрытые камеры слежения. Во всех отсеках, даже в туалете. Нет, он не сам устанавливал их - этот корабль достался ему уже с камерами, подарочек параноидального Йонду, который совершенно ему не доверял. После того, как Питер обнаружил эту начинку-сюрприз в корабле, он взломал камеры, отключил внешний доступ к ним, лишая Йонду возможности подсматривать за собой, и большую часть времени даже не вспоминал об их существовании. Да, иногда Питер включал их. Нет, он не извращенец. Отнюдь. Он просто очень любопытный. Да, от любопытства, как известно, кошка сдохла, но, во-первых, недаром у кошки девять жизней, а во-вторых, Питер - не кошка. Наблюдать за Драксом было невыносимо скучно. Когда он находился в «общей комнате» (основной палубе, где для него был выделен целый диван), он либо сидел молча, уставившись в стену, либо выполнял монотонные физические упражнения, с такой же монотонной яростью бормоча что-то про Ронана и месть. Наблюдать за Гаморой, оккупировавшей его собственную комнату в качестве жилплощади, Питеру было куда интереснее. Она тоже много тренировалась, но отнюдь не так монотонно, как Дракс. Она делала яростные выпады ногами и руками в сторону невидимых врагов, изредка крича, и Звездный Лорд одобрял ее усердие (особенно в этом обтягивающем костюмчике). Грут и Ракета ночевали в эквиваленте оружейной, которая по совместительству была чем-то вроде кладовки на корабле. Большую часть времени они проводили где-то еще, поэтому Питеру редко предоставлялась возможность понаблюдать за ними, да он и не то, чтобы рвался. Но в этот раз, подгоняемый скукой и бессонницей, он все же включил камеру, открывавшую его взору оружейную - просто потому, что заняться больше было решительно нечем, была глубокая ночь, а Гамора с Драксом спали (действительно редкий момент - оба они едва ли уделяли сну больше нескольких часов в сутки, а девушка-киборг так и вовсе могла обходиться без отдыха по два-три дня подряд). К тому же, кто-то в свое время говорил Питеру о том, что надо знать все о своих союзниках (то есть о потенциальных врагах). Наверное Йонду, этот параноик. Импровизированная оружейная комната была тесной и темной, настолько, что одной камеры хватало, чтобы охватить все помещеньице целиком. Грут даже не мог в нем толком распрямиться, но Ракете, похоже, нравились такие укромные места, поэтому гигант не оставлял его и тут. В качестве эквивалента сна древообразный монстр садился прямо, прислонившись спиной к стене, и пускал корни, намертво прикрепляясь к месту. Ракета часто спал прямо на полу, у ног Грута, свернувшись в позе эмбриона. Ему постоянно снились кошмары - он ворочался, неразборчиво бормотал что-то себе под нос и скреб маленькими коготками по полу. Он выглядел совсем крошечным в эти моменты, совсем беззащитным, и Питер даже испытывал чувство вины, когда видел его таким. Иногда енот подходил к своему напарнику, перешагивая через его ноги и ветви, бросал ему тихо и немного устало "хэй, я к тебе", и Грут опускал руки на колени, сплетал их наподобие ложа или беседки. Ракета устраивался в этом хитросплетении побегов, клал голову на предплечье своего напарника и засыпал. Когда он делал так, он никогда не ворочался и не бормотал, а спал спокойно и неподвижно. Питер гадал, может ли Грут как-то воздействовать на сознание других существ? Или дело здесь было в чем-то еще? В этот раз Ракета, как обычно, подошел к Груту, уже закрывшему глаза и в своей неподвижности ставшему так похожим на обычное дерево, и сказал привычное хриплое "хэй". Глаза Грута открылись, и он, было, привычно скрестил руки на своих коленях, но Ракета замотал головой: - Да нет, нет... Грут, приятель... сделаешь ту вещь? Грут улыбнулся и кивнул. Он наклонил голову, поднял и распахнул свои длинные пальцы. Где-то в сердцевине его тела начал зарождаться странный свет, словно сияющая кровь, текущая по его венам. Свет поднялся к пальцам Грута, и Питер с болезненным стоном зажмурился - из-за того, что комната была слишком темной, а Ракета никогда не включал в ней свет, камеры приходилось переводить в инфракрасный режим, и от яркого сияния Квилл чуть не ослеп. Он быстро перевел камеру в обычный режим и смог разглядеть, что с пальцев Грута срывались и медленно парили по комнате крошечные капли света, похожие то ли на семена, то ли на споры. Маленькие люминисцентые точки взмывали вверх с рук инопланетянина и падали на пол, затухая, будто искры. У Питера невольно вырвалось "вау" - он и не знал о том, что Грут так умеет, и даже за все годы своих странствий никогда не видел чего-то подобного. Ракета постоял немного среди роя этих теплых желтых огоньков, поймал несколько в лапы, только, чтобы они растворились в его ладонях. Грут прошелестел тихое "Рооо", словно ветер в ветвях, и Ракета заворожено сделал несколько шагов вперед, пока не встал вплотную к своему компаньону. Древесный монстр протянул к нему одну из своих испускавших свет рук и положил ее на голову Ракете. Его пальцы мягко зарылись в его шерсть, коснулись ушей, и Ракета странно обмяк - ну, или Питер слишком привык видеть енота напряженным и скалящимся. Лица вора Квилл не видел, но все остальное мог разглядеть в мельчайших подробностях - как огоньки окутывали тело Ракеты, как сбегали по его шерсти и терялись где-то в складках его костюма. Он стоял неподвижно довольно долго, а Грут все продолжал испускать свой странный свет, и тут Ракета поднял лапы к своему горлу и принялся расстегивать крепежи комбинезона. Сначала те, что были на груди, затем на талии, затем неловко высвободил руки из одежды, сбрасывая с себя верхнюю часть костюма. Камере открылась его изуродованная спина с пробивающимся сквозь кожу металлом. Грут поднял вторую руку и протянул ее к своему напарнику. Его длинные древесные пальцы обхватили грудь Ракеты, сомкнулись на его спине. Казалось, что гигант может просто переломить его, как сухую ветку, но вместо этого Ракета просто подался вперед и положил свои лапки на предплечья Грута, впился коготками в кору, заменявшую ему кожу. Пальцы Грута, сомкнувшиеся на теле вора, принялись удлиняться, превратились в тонкие побеги с нежной зеленой листвой, которые начали обвивать талию, лапы, плечи, шею Ракеты, продолжая выпускать крошечные искры. От этого казалось, что енот был окутан сияющей аурой. Любого другого, кто попытался прикоснуться к Ракете хоть пальцем, он в одно мгновение лишил бы руки или даже жизни. А тут к нему прикасались целых десять пальцев, и Ракета позволял это. В такой сцене даже было что-то гипнотическое. Дыхание Ракеты участилось, его коготки прочертили с десяток кривых полос-царапин на коре Грута. - Грут... ты... - прошептал вор, и его напарник низко пророкотал: - Грууу... - его побеги усилили хватку на теле Ракеты, пришли в движение все разом, взъерошивая шерсть, и тут Ракета, к ужасу Питера, потянулся к крепежам, державшим нижнюю часть его комбинезона. Вся гипнотичность сцены мгновенно испарилась, и Питер с такой силой ударил по кнопке отключения видеонаблюдения, что у него заболела рука. - Да какого хера тут творится?! - прошипел он в ужасе, отшатываясь от панели и попутно едва не падая со стула, на котором сидел. Нет уж, все, хватит с него любопытства. Тут и девяти жизней не хватит, чтобы пережить увиденное. Квилл тут же пообещал себе никогда больше не включать камеры наблюдения в оружейной комнате, даже, если от этого будет зависеть его жизнь. Зачем Йонду вообще установил их по всему кораблю? Чертов извращенец.