Внешность бывает обманчива, ой как обманчива.

От моего лица Я сижу на кровати с ноутбуком на коленях. Белоснежка сидит за компьютером, спиной ко мне, Марина принимает в гостиной ученика, мама пока в больнице, а Оля ... Оля встречается с Владом. Причём встречается именно в этом понимании. "Хорошо, что хоть у кого-то личная жизнь налаживается", - думаю я и медленно потягиваю красное сухое вино из бокала. Удивлены, да? А вот мои родные - нет. Только не надо думать, что из меня растят алкоголика. Просто мама всегда говорила: "Пусть тебе лучше будет хуёво от алкоголя дома, нежели чем в чужой компании в какой-нибудь подворотне!". Другими словами, меня приучали не пьянеть быстро. Так-то оно так, но сейчас мне хотелось забыть обо всех своих проблемах. Так как глинтвейн не помог, "благодаря" вмешательству папаши, пришлось перейти к напитку посерьёзнее. А что отец? Неожиданно появившийся тогда в парке, он буквально силой затащил меня в машину и повёз в неизвестном направлении. Я не сопротивлялась лишь потому, что против его мужской силы мне нечего было противопоставить. Да и разговаривать с ним не входило в мои планы. Поэтому я лишь молча сидела на заднем сидении и смотрела в окно, включив полный игнор. Он сидел рядом и молчал. Сколько времени прошло, я не знала, так как это меня не интересовало совсем. Я смотрела на улицу, но ничего вокруг не видела и никого не слышала. Очнулась я от транса только тогда, когда он открыл дверь и резко схватил меня за руку, крепко зажимая её под свой локоть. Оказалось, что мы приехали в больницу. К его дочери, моей сестре. Бесчисленные коридоры, белые стены, койки с лежащими на них больными, до которых никому нет дела, этот противный запах стерильности и чего-то там ещё, чем обычно пахнут такие заведения. Знаем это уже, проходили, видели, запомнили. Навсегда запомнили. Когда мы проходили мимо палат, я представила себе маму, которая сейчас проходила курс химиотерапии в другой больнице. ... Я толком даже и не запомнила, в какое отделение отец меня "привёл", но вот передо мной предстала одноместная палата, вся сплошь заставленная игрушками. Маленький прикроватный столик с лекарствами, тумбочка, вещевой шкаф. В углу располагалась кровать лежащей с девочкой лет десяти. Она была под капельницей и спала. В палату тут же вошла медсестра. Она позвала отца и они оба вышли, оставив нас вдвоём. Я села возле кровати и посмотрела на девочку. Совсем на меня не похожа: худая (возможно, из-за болезни), светловолосая, с большими глазами и маленьким носиком. Очень красивая. И маленькая, совсем маленькая. Я отвела взгляд, пытаясь не заплакать. И дело было не в том, что наш отец оказался полным мудаком в моём понимании. У каждого сердце кровью обольётся при виде умирающего ребёнка, которому ты можешь дать шанс на выживание. ... Неожиданно девочка проснулась и взяла меня за руку. Я вздрогнула и посмотрела на неё. У неё оказались красивые голубые глаза. - П... прив... прив-вет, - выговорила она тихим голосом и улыбнулась. Она знает русский?! - Привет, - так же тихо ответила я, накрывая её ладонь своей. - Тебя как зовут? - Кейт. - А я Наталья. Можно просто Наташа. - Папа сказал, что ты моя сестра. - Ну ... вроде того. - Ты злишься на него? - С чего ты решила? - Он был ... как это по-русски? ... сам не свой. Грусть испытывал, ... много плакал из-за того, что ты ... прогнала его. Он слёз мне не показывал, но я видела его глаза. ... Ты ... ты очень красивая и больше на него похожа, чем я. Я вся в маму. Не злись на него, пожалуйста, - ей было тяжело говорить на неродном языке, а мне было тяжело слушать её речь с сильным британским акцентом. - Откуда ты знаешь русский? - Папа учит. Тяжело говорить, очень ... много непонятных слов. Но ... очень интересно. Тут дверь открылась и вошёл отец. Я отпустила руку Кейт. - Ну, как вы тут? - Поинтересовался он. - Спасибо, - ответила девочка. - Хорошо. Она красивая. - Я знал, что она тебе понравится, но нам пора, - мужчина характерным жестом поманил меня к себе. Девочка недовольно замычала, а я, с неохотой сказав ей короткое "Пока", встала и вышла из палаты. Внутри были двоякие ощущения: вроде и хотелось делать отсюда ноги как можно скорее, но и девочку оставлять без внимания не возникало желания... Мы встретились с её лечащим врачом. Им оказался весьма энергичный мужчина лет за сорок, очень серьёзный и ответственный. Он сказал, что времени остаётся не так много и настоял на проведении соответствующего моего обследования. Я сразу настояла на том, что, хоть и даю личное согласие на процедуру, но являюсь несовершеннолетней. Соответственно, сперва надо получить разрешение матери, которая, в данный момент, сама лежит в другой больнице. Я пообещала уладить этот вопрос как можно скорее, чтобы не стало совсем поздно. ... Уже в машине, когда шофёр был на подъезде к моему дому, завязалось что-то вроде диалога. - И как она тебе? - Спросил он, пытаясь взять меня за руку. - Милая, - я постаралась сделать лицо "похуй-фейс" и отдёрнула руку, давая понять, что этот "визит" в больницу не меняет моего отношения к нему. - Наташ, я понимаю, что очень виноват перед тобой и твоей мамой. Позволь мне загладить вину. - Поздно что-либо менять и заглаживать. Ты даже понятия не имеешь, как мне сильно тебя не хватало в детстве. Знаешь, каково это смотреть, когда вокруг дети, у которых есть оба, ОБА любящих родителя? До пятнадцати лет я каждый Новый Год загадывала одно желание - чтобы ты вспомнил обо мне, позвонил, написал. Да не важно! Я представляла, что вот ты появляешься на пороге дома с распростёртыми объятиями и зовёшь меня играть и веселиться. Да, я ждала тебя! Потом перестала. Перестала тешить себя глупыми надеждами, что я нужна своему отцу, что он вообще обо мне вспоминает. ... И вот теперь на мою голову свалился ты со своими проблемами! - Наталья, я ... - Погоди, я ещё не закончила. Ты обрадовался, что я согласилась помочь твоей дочери? Вот только не думай, что я делаю это ради тебя или ради неё. Я это делаю ради себя, потому что, в отличие от тебя, у меня есть совесть. И да, не радуйся раньше времени: будь готов к тому, что мой костный мозг может и не подойти. Машина остановилась. Мы приехали. Отец хотел было выйти, чтобы открыть мне дверь, но я остановила его. - Хватит! Оставь свои джентльменские замашки - тебе не идёт. Я вышла из машины и пошла в сторону Марининого дома, но ... - Наташа! - Он догнал меня и резко развернул. Я посмотрела ему в глаза самым равнодушным на свете взглядом. А вот он был встревожен и обижен услышанным. - Неужели ты настолько жестока? Разве тебе не жалко Кейт? Вы ведь сёстры! - Она твоя законная дочь. Да, мне её жалко. Врагу такого не пожелаешь, но ... если ты думаешь, что я почувствовала зов крови или родственную связь с ней, то ты глубоко ошибаешься. Я НИЧЕГО не почувствовала, - я старалась сказать это как можно более спокойным тоном, пытаясь скрыть волнение. Я соврала: я почувствовала к Кейт что-то, но пока сама не поняла, что именно. Умом и сердцем я понимала, что девочка не виновата, что у нас такой отец, но я хотела видеть его страдания. И я видела, и даже получала некоторое удовольствие. - А что касается процедур, то мать должны выписать в понедельник, вот в понедельник ответ и получишь. А теперь мне пора, извини. И я ушла. ... И вот, сейчас я живу у Марины. Я рассказала и ей, и сёстрам о том, где побывала. Марина, хоть и любила нас, в нашу жизнь лезла только, когда этого требовал случай. А это был именно тот случай. Было решено маме пока ничего не говорить. Вот и сижу я сейчас на кровати с бокалом вина и смотрю свой профиль на Фикбуке. Мне неожиданно захотелось написать что-то действительно стоящее, а не тот глупый стёб, над которым ржала половина контингента и к которому до сих требуют "проду", грозя исключением из списка избранных авторов. Тоже мне, напугали! Тот фанфик меня стал откровенно раздражать, а переписать его по-новой оказалось невозможно. Проще иголку в стоге сена найти. И я преступила к написанию нового фанфика. В нём рассказывалось о мальчике, который очень рано потерял родителей и столкнулся с жестоким миром взрослых, но смог выстоять и остаться открытым для людей. Планировалось описать постепенное взросление мальчика, формирование его личности и мировоззрения. Пока я печатала первую главу, Машка что-то искала в интернете. Тоже забавно: после инцидента с директором в клубе она старается быть в школе тише воды, ниже травы. "Что же, всё-таки, там произошло?" - спросите Вы. Как оказалось, ничего криминального и страшного. Просто они малость ... поцеловались! Причём активным целовальщиком был Фёдор Андреевич, а она ему "ответила". Почему Белоснежка так долго держала это в секрете? А ей просто стыдно за то, что поцелуй понравился. Казалось бы, одно действие, одно проявление своей воли, а как быстро с неё боевой настрой сдулся. Я спокойно сидела и писала фанфик, как вдруг мой телефон разразился входящим вызовом. Настолько вдохновлённая новой работой, я взяла телефон, при этом попивая из бокала, и нажала на кнопку "Ответить", даже не посмотрев на дисплей (теперь привычка не смотреть в глазок перед открытием двери сменилась другой). - Алло, - ответила я, сделав очередной глоток. - Наталья, это я. Будь готова через полчаса, я за тобой заеду. - ... На всю комнату разнёсся мой громкий кашель: это я вином поперхнулась. Даже Машка подскочила от неожиданности. - Наталья, с тобой всё в порядке? - ... - А ... д-да. Просто так неожиданно. И с чего Вы к нам поедете? - Продолжая откашливаться, спросила я. - Я же обещал тебе подарок к Восьмому Марта. Или ты уже забыла? - ... - Нет, не забыла, - ответила я, с ужасом глядя немного пьяненьким взглядом на полупустой бокал. На второй, по порции, бокал ... - Вот и отлично. Я тебе приготовил сюрприз. - Дмитрий Сергеевич, но Вы не обя... - я не успела договорить, так как абонент бросил трубку. Вот же скотина редкостная! И нельзя было позвонить раньше? Хотя бы полтора часа назад (я бы к вину не прикасалась!)? Пришлось прервать написание фика на самом интересном месте и делать ноги с кровати. Я ураганом понеслась в ванную, несколько раз по пути сбив Витаса (даже в гостях он умудряется чувствовать себя хозяином, гад мохнатый!), раз десять прошлась холодной водой по лицу, почистила зубы, ополоснула рот специальным ополаскивателем, в общем, сделала всё, чтобы от меня не пахло алкоголем. Ну, или чтобы несильно пахло. Потом на всех парах вернулась в комнату и стала переодеваться. Машка же в это время откровенно над чем-то смеялась, пялясь в монитор. Неожиданно она обратилась ко мне. - Натах, подойди, посмотри. Я тут один интересный рассказ нашла о том, как избавиться от назойливого парня. Посмотри, может что-то пригодится. Наскоро одев кофту и джинсы, я подошла к Машке, чтобы узнать, что же она там такого надыбала интересного. * ... Поток моего ржача был приостановлен звонком в дверь. Марина пошла открывать. Через минуту в гостиной появился Дмитрий Сергеевич собственной персоной с ... букетом цветов! Ба, да ещё и лилий! Я выпала в полный ахуй! Ведь даже одна лилия стоит недёшево, а тут букет из пяти (!) лилий. Он, что, банк ограбил? - Воу! Цветы! - Марина тоже была в шоке. Она взяла из его рук букет и пошла ставить в вазу. - Неожиданно, Дмитрий Сергеевич. Какие дальше сюрпризы будут? - А вот это зависит от того, как Ваша дочь ... то есть племянница поведёт себя. Он отдал букет Марине??? ... А я, дура, губу раскатала... - Наталья, не стой столбом. Пошли. Марина Андреевна, мы ... Марина лишь кивнула головой, усаживаясь за пианино, где её ждал ученик. Мы вышли. ... От лица Димы Чёрт, что я делаю? Я не должен с ней сближаться! Не так! Но почему это невозможно? Всего лишь хотел ей помочь. Чисто по-человечески помочь! Вместо этого каждый раз осознаю, что привязываюсь к ней всё сильнее и сильнее. Надо это прекратить, но я не знаю, как. С каждой встречей это становится только тяжелее: Наталья со своим характером слишком прочно вошла в мою жизнь. Есть, конечно, вариант переехать, но я же и в школе её буду видеть. Уволиться? Сейчас при такой непростой ситуации в стране крайне трудно найти хорошую работу. Поэтому, это тоже не вариант. Надо что-то делать. НО ХОЧУ ЛИ Я? ... Она молчит всю дорогу, что мы едем до места назначения. Это место - парк развлечений, тот самый, что недалеко от её музыкальной школы. Я смотрел на неё, пока мы ходили мимо разных палаток. Её лицо выражало крайнюю степень удивления и детского восторга. Какое же красивое у неё лицо. И такое естественное. ... Фу ты, чёрт! О чём я думаю? Держись, Димка, держись! - Ты прям как будто здесь впервые. Она лишь пожала плечами: - Можно и так сказать. Мне не очень часто выпадает возможность побывать где-нибудь, кроме леса. - А что так? - Не знаю. Просто мне тишина больше нравится, а в этих парках всегда шумно и много народу. И где же Ваш подарок? - А вот он, - я подвёл её к лавке, над которой висела надпись "Тир". Хозяин лавки тут же явился к нам. - Добрый день, молодые люди. Ну, кто из вас попытает счастье? - Девушка, - ответил я и подал ружьё Наталье. - Тир?! - Девушка с изумлением посмотрела на меня. - Дмитрий Сергеевич, стрелять по мишеням - мужская прерогатива. - С чего ты так решила? - Что-то я не видела, чтобы девчонки в это играли. - Заявила Наталья, которая редко посещает подобные места. Она усмехнулась. Красивая улыбка... - Уверяю, тебе понравится. Ну, давай? - Зачем Вам это? - Спросила она, всё-таки беря ружьё в руки. В ответ на это я повернул её голову к мишеням: - Представь, что эти мишени - все те люди, которые сделали тебе больно. Ты же хочешь им отомстить? Что, если вон тот слоник - Игорь, а тот зайчик - мамина болезнь? А кто тот жираф? Она помолчала минуту-другую, всё ещё что-то решая в уме, потом резко вскинула ружьё, прицелилась и выстрелила. Попала в слоника. Ещё раз. Промахнулась. Третий выстрел пришёлся по зайчику. В общей сложности, она сбила 12 фигурок, за что получила плюшевого мишку. - Знаешь, а для той, что не посещает подобные мероприятия, ты неплохо стреляешь. Где-то училась? - Да, - улыбнулась она, - дома, на игровых автоматах руку набивала. Потом её же мне отбивали на уроках музыки. Мы ещё какое-то время походили по парку, а потом поехали, точнее, я её повёз, в другое место, которым оказался фитнес-центр, куда я иногда хожу. Поразительно было, что она всю дорогу молчала. У неё что-то случилось? Мы ехали молча, поднимались по ступеням в зал молча, молча она взяла спортивную форму, молча прошла в пустое помещение. Передо мной была апатичная, ничем не заинтересованная, поникшая девочка. Где та весёлая, непослушная Метова, которая мне все нервы испортила? Надо было её расшевелить, а то я теперь точно не смогу заснуть спокойно. ... От моего лица Не понимаю вообще, с какого лешего он потащил меня в фитнес-клуб! К спорту, что ли, приучить решил? Я переоделась в спортивную форму, надела зачем-то данные им перчатки и вышла в пустующий зал. Он уже был там, стоял в углу, возле окна. По мере приближения я заметила на его груди защиту (хрен знает, как она называется!), которую используют при отработке разных ударов. Я остановилась напротив него. Он стоял совсем близко. Без очков. При взгляде на него у меня перехватило дыхание. Молодой, высокий, крепкий, со слегка взъерошенными волосами, кареглазый брюнет - мечта, сошедшая с обложки журнала. А его взгляд, полный иронии, его пленительные губы в лёгкой ухмылке? Разве что слепая устоит против такого соблазна. И вот сейчас эта мечта стоит напротив меня в каких-то нескольких сантиметрах! ТАК близко я ещё никогда с ним не стояла, разве что только тогда, когда мы вместе в лифте ездили... - Ударь меня. Я не сразу понимаю, что это говорит он мне: - Что? - Ударь меня, - спокойно повторяет он. - Это неправильно. Вы же без всего. - Наталья, сейчас перед тобой стена. Стена, которая мешает тебе жить нормальной жизнью. Может пора сломать её? С воображением у меня проблем никогда не возникало, но я даже в мыслях себе не представляла, как можно ударить человека, тем более ... его. - Но я могу сделать больно. - Эта конструкция выдержит удар слона, так что не переживай. Давай, ударь меня. Я сделала первый удар. Нерешительный, слабый, вялый, больше похожий на толчок. - Слабо, Наталья, слабо. Нужно бить по-настоящему. Ещё! Я нанесла ещё один удар. - Наталья, в конце концов представь Игоря вместо меня. Ты бы хотела его прибить? Вот с этого и надо было начинать! Я со всей дури дала "груше" коленом грудь. - Уже лучше! Ещё! Я нанесла третий удар, потом четвёртый, потом пятый, ... била руками и ногами. Постепенно я стала входить в раж и заметила, как Дмитрий Сергеевич медленно отходит то назад, то в сторону. Он делал это умышленно, чтобы я не стояла на месте, а двигалась. Все мои проблемы, всё то, что накопилось за это время, все те люди, что принесли мне боль - всё это я вкладывала в удары. Я представляла себе на месте математика Игоря, представляла отца, в воображении я живо рисовала, как бью их по-настоящему. - Сдохни! Сдохни, тварь! - Кричала я, вкладывая в удары всю свою силу. - Ненавижу! Ненавижу! Умри! Я била и била. И с каждым нанесённым ударом чувствовала, как гнев, долго копившийся внутри, постепенно покидает меня. В какой-то момент математик оступился и упал. Я зацепилась за его ногу и упала на него сверху. Где-то это уже было ... Он лежал подо мной, пытаясь отдышаться (ну, конечно, выдержать удары борца-сумоиста не так-то просто), и улыбался. А я, ... Боже, как же мне хотелось провести рукой по его скулам, очертить его губы, и ... нет-нет-нет! Нельзя, нельзя! Он же учитель! Слишком поздно я заметила, что он не спешит встать и свои руки удобно расположил на ... моих бёдрах. Моё лицо залила огненная краска, но не от возмущения, как в тот раз. Его ладони показались мне горячими. Жар его прикосновения я ощутила даже через одежду. А он лежал подо мной и просто смотрел в упор, стараясь дышать мерно. От его рук и дыхания, от его то вздымающейся, то опускающейся груди под моими руками я впервые испытала физическое возбуждение. Оно прошло пульсирующей волной именно там. Так как это ощущение было для меня новым, руки мои дрогнули и я испугалась. Словно ошпаренная, я вскочила с него и побежала в сторону раздевалки. Обратно мы ехали абсолютно молча. Только когда он проводил меня до дома Марины, я решила, что было бы неправильно отпустить его, не поблагодарив. - Спасибо Вам за такой ценный подарок. Это было очень ... нужно мне, - я старалась не смотреть в его глаза, которые снова были за холодным стеклом очков. - Одним словом - спасибо. - Не за что, - тихо сказал он и тут же добавил: - И извини за этот казус в зале. Приземление на пол не входило в мои планы. Равно как и твоё падение сверху. Ладно, до встречи в школе. Быстро развернувшись, он пошёл в сторону своего дома. Уже в квартире первое, что я сделала по приходе - пошла в душ. Не из-за того, что я была потная и грязная. Мне хотелось смыть следы его прикосновений. Кожа на ногах, там, где он касался меня, продолжала ощутимо гореть, руками я до сих пор ощущала прикосновения к его груди, а его дыхание ... его выдохи ... звук его выдохов до сих пор стоял в ушах! Я поняла одно: я конкретно попала! ______________ *На написание этого маленького момента сподвиг вот этот "рассказ": http://dedacom.ru/rasskaz/530-rasskaz