Лабиринт порока

За дверь я выгнан в ночь, Но выйти вон и сам не прочь. Ты без меня хоть застрелись, Все решат, что это твой каприз, Повтори его на бис. Да, я уйду, и мне плевать, Ты знаешь, где меня искать, В квартале красных фонарей Я смогу тебя забыть быстрей — Это дело двух ночей. - Сама пошла к черту, дура! – злость рвется наружу, требуя ломать и крушить все вокруг. Громко хлопаю дверью и выбегаю на улицу. Ночь. Мелкие, противные капли дождя сразу въедаются в кожу, что только разжигает пожар ярости, мешая думать спокойно. В голову снова лезет эта пикантная картинка полуодетой парочки, так некстати застуканной мной в нашей спальне: моя жена смачно сосется на кровати с Гейлом Хоторном. Моим лучшим другом... Сжимаю кулак и с силой бью в стену ближайшего дома, представляя, что это лицо Гейла. Резкая боль в костяшках пальцев, как это ни странно, приносит некоторое облегчение. До сих пор удивляюсь, что сдержался и не избил его в спальне до полусмерти. Возможно, годы дружбы дали знать о себе... С Гейлом мы знакомы с детства. Он отличный парень и хороший друг, но все равно эта измена сдвинула целый пласт воспоминаний с горы. Воспоминаний о нашей с Делли встрече, ее согласия стать моей женой, нашей свадьбы, совместных вечерах, проведенных на крыше с бокалом вина, общих планов на жизнь, медовый месяц в Четвертом, на берегу моря, совместные посиделки с нашими семьями, и те ночи, что мы провели вместе, жаркие, страстные, нежные... Мотаю головой, гоня прочь ненужные уже теперь воспоминания. Это все стерто. Словно смытая проливным дождем картина, стоящая на улице. Каждое воспоминание-мазок слой за слоем стекает на тротуар, оставляя за собой только уродливый набор разноцветных клякс. Картина обезображена, и ей самое место на помойке. Иду бесцельно по ярким переулкам, окруженный толпами праздных капитолийских выкормышей. Золотая молодежь. Тусуется каждый вечер в этом районе, и мне понятна такая активность: здесь рядом расположен знаменитый на весь Панем квартал «красных фонарей» Капитолия. Слухи об этом месте расползлись далеко за пределы столицы. Сам я ни разу тут не был, но и до меня доходили байки о тех красотках, что обслуживают тут богатых клиентов за большие деньги. Насколько я знаю, квартал (хотя это название условно, сам комплекс запретных заведений куда больше) разделен на две части. В одной обслуживают обычных клиентов, за относительно умеренную плату (по меркам Капитолия, разумеется), а вторая для избранных – там собираются все сливки общества, деньги текут ручьем, и за одну ночь можно легко истратить целое состояние. Разумеется, элитная часть этого места для меня была недоступна. Я хоть и был обеспеченным человеком, но выложить за одну ночь двадцать пять тысяч долларов даже для меня многовато.* Откуда я знаю здешние цены? Ха! Мой шеф, Хеймитч Эбернети, проболтался как-то, что со своим приятелем побывал в одном из публичных домов для элиты. Причем он сказал, что это не предел. Есть, мол, одно заведение, где в легкую можно выложить и вдвое большую сумму. Но, по-моему, старик Эбернети порядком привирает. Какой идиот согласится заплатить пятьдесят тысяч за одну ночь? Разве что совсем съехавший с катушек богач-миллионер. И то если он будет посещать такое заведение регулярно, то станет нищим. Вход в квартал открывает мраморная арка, изображающая двух девушек, стоящих друг напротив друга, держа над головой сплетенные виноградные лозы. Одна дама с рогами, кожистыми крыльями за плечами, хвостиком и вилами в руке – очевидно демонесса. Другая же в балахоне, с крыльями, нимбом над головой и лавровой ветвью в руке. Как символично: ангел и демон, добро и зло, порок и невинность, грех и добродетель... Усмешка скользит по моим губам и я, покачав головой, отворачиваюсь, смотря на толпу пьяных капитолийцев, вываливших из какого-то бара. Четверо парней пошатываясь и напевая обошли меня стороной и, пройдя через арку скрылись в глубине этого «парка развлечений» для взрослых. Может и мне стоит сюда зайти? В конце-концов, я теперь свободный человек, моя уже теперь бывшая жена выбрала другого, так почему бы и нет? Имею право! Да и пусть она катится к черту со своим Гейлом. Злость только придает мне решимости, и еще раз взглянув на арку я делаю несколько шагов, оказываясь внутри. Я бесцельно брожу среди ярких вывесок, где окруженные толпами зевак танцуют полуголые девицы. Но отчего-то мне совершенно не хочется заходить в эти заведения, настолько похожие друг на друга, будто сделаны под копирку. Да и девушки тут очевидно следуют капитолийской моде, ярко разрисовывая свое тело макияжем, блестками, одеваясь в безвкусные наряды (ну, или то, что можно условно назвать этим словом) и отталкивая меня одним своим видом. Нет. Я ошибался, тут совершенно нечего ловить. Эти раскрашенные тушки не вызывали абсолютно никакого желания обладать ими, находя успех только у таких же, как они сами фанатов уродовать себя и свое тело яркими красками или пирсингом и подкрепляя все это солидной дозой алкоголя. Пройдя минут десять по кварталу, я понимаю, что заблудился. Маленькие улочки, магазины интимных товаров, различные бары, закусочные и публичные дома - все это образовало самый настоящий лабиринт. Лабиринт порока. В котором неискушенному человеку заблудиться очень легко. Невольно приходят мысли о темном колдовстве, наложенном на это место нечистыми силами. Проклятие затягивает тебя в свои сети и ведет все глубже и глубже в эту клоаку, из которой так просто не выбраться. - Куда-то спешишь, красавчик? Может мне составить тебе компанию? Заходи, и мы неплохо проведем с тобой время. Оборачиваюсь и вижу перед собой одну из местных куртизанок, ярко размалеванную, с волосами ядовито-оранжевого цвета, одетую в короткое - до середины бедра - прозрачное платье, не скрывающее почти ничего, что носит его обладательница. Грудь, не стесненную бюстгальтером, прекрасно видно через внушительный разрез на платье. Довершали образ яркие зеленые трусики, очевидно призванные показать, что «путь свободен», и можешь смело брать свое. - Благодарю за предложение, но вынужден отказаться: Вы не в моем вкусе. Девушка издает короткий смешок и, обойдя меня со всех сторон, кивает. - Да, такой красавчик заслуживает большего. Раз мы тут не в твоем вкусе, то тебе следует идти в другую часть этого места. В «элитный переулок». Хотя там и дорого, но посмотреть есть на что. Если хочешь туда попасть, тебе надо пройти вот сюда и потом свернуть направо. Девушка показывает мне улицу, где находится этот переулок и я, поблагодарив ее, иду туда. Вход в переулок для богатых клиентов также отделан в виде арки. Правда она сделана из камня и не содержит никаких статуй. Арка расположена меж двух домов, и ее довольно трудно увидеть с первого взгляда. Нужно подойти вплотную к стене дома и только тогда видно, что тупик на самом деле отсутствует и есть проход дальше. Пройдя сквозь арку, оказываюсь в уютной улочке, где немного вдали друг от друга расположились заведения, предлагающие за баснословную цену «хороший отдых и незабываемые впечатления», как выразился Хеймитч. Мда, не знаю, что я тут вообще делаю, если тут требуется минимум двадцать пять тысяч, чтобы развлечься: у меня таких средств нет. Какого черта я вообще ломанулся сюда? Поглядеть на красивых девочек и в тихом уголке самолично снять напряжение? Вспомнить молодость, так сказать. Нет, дружище, этот район не для твоей мошны. Сюда заглядывают только большие шишки. А таких как ты, в лучшем случае вежливо выслушав попросят уйти, а в худшем – вытолкают за дверь. - Пит, это ты? – окликает меня смутно знакомый голос. Кто это меня тут зовет еще? Поворачиваюсь на голос и не могу сдержать улыбки. Финник, черт бы его побрал, Одейр! Мы с ним были хорошими друзьями в колледже, а потом он получил диплом и умчался помогать своему дяде – владельцу крупной сети туристических фирм и круизных лайнеров. Финник - отличный парень: не ожидал его здесь видеть. Хотя, он же вроде как еще холостяк и, наверное самый завидный жених в Панеме, так отчего бы ему тут не быть? - Финник, рад тебя видеть, дружище, – крепко обнимаюсь с Одейром и присаживаюсь на уютную лавочку, находящуюся рядом с фонтаном неподалеку от нас. - Тебя как сюда занесло? Ты же вроде с Делли встречался, дело даже к свадьбе шло. Или... что-то случилось? – Финник внимательно смотрит на меня и ждет ответа. Он всегда был умным парнем, даже порой слишком умным. Да, Делли училась вместе с нами, и Финник знает ее. Как и Гейла. Вспомнив увиденную мной пикантную картину, закрываю глаза, пытаясь подавить свою горечь, злость и ярость. Делаю глубокий вздох. Спустя несколько секунд открываю глаза и вижу перед собой встревоженное лицо Финника. Не хочется болтать о том, что я теперь рогатый, но, зная Финника, лучше сказать правду. Он все равно своего добьется. - Да, случилось. Моя жена... – не могу сдержать горечь, произнося это слово, – изменяла мне с другим. Вкратце рассказываю свою историю и умолкаю. Хоть и говорят, что если выговоришься, то станет легче – это все ко мне не относится. Стало только еще паршивее. - Н-да... попал ты, дружище, – голос Финника наполнен сочувствием, но в глазах вдруг загорелась опасная искорка. Так, он явно что-то задумал. – Если уж мы встретились в таком месте, следует понимать это как знак судьбы. Ты помог мне получить диплом, не раз и не два прикрывал меня перед деканом, когда я прогуливал пары... Я твой должник, значит, обязан тебе помочь. Вставай. - Не стоит, Финник, ты мне совсем ничего не должен, – отрицаю я и смотрю на фонтан. – Это того не стоит, поверь. Я сам виноват. Нужно было больше внимания уделять Делли, гулять с ней... Финник кладет мне руку на лоб и, нахмурившись, недоуменно бормочет. - Странно... жара нет, но ты явно бредишь. Причем в особо изощрённой форме. Забудь уже про Делли. Нет ее. И чем быстрее ты это сделаешь, тем легче тебе станет. - И как мне ее забыть? Не поделишься рецептикком? – сарказм всегда был моей сильной стороной. Но Финник и бровью не повел, только усмехнулся и указал куда-то вперед. - Есть тут неподалеку одно место, где тебе точно помогут. Пара ночей проведенных там и ты не то, что Делли – имя свое забудешь. Вставай, пойдем, приведем тебя в порядок наконец, а то без слез на твою физиономию смотреть невозможно. И не беспокойся о деньгах, у меня в этом заведении, можно сказать, абонемент. Колеблюсь. Слишком это все заманчиво звучит, чтобы отказываться, да и Делли... Вспоминаю ее золотистые волосы, голубые глаза. Ее губы, которые целовал Гейл, ее стоны, обнаженная кожа, которая словно светится в лунном свете, ее руки на его груди... Зло мотаю головой, отгоняя навязчивую картину. Хочется сделать хоть что-то, лишь бы не торчать тут как истукан. - К черту все! Ты прав, пойдем отсюда. Куда угодно, лишь бы только не сидеть на месте, – резко вскакиваю с лавочки. - Ну, вот! Это совсем другое дело. Пойдем, тебе точно понравится, еще и благодарить будешь. Финник улыбается и, сделав приглашающий жест, ведет за собой. Ох, чую, что-то будет: не зря он так ухмыляется, надеюсь, я все-таки, вопреки его словам, имя свое помнить буду. Иначе придется начать жизнь заново...