Любимый младший брат

      Ночь вступила в свои права. На улочках Намимори тишина, ни одного прохожего. В домах жителей давно погас свет. Только в одном до сих пор включены лампы.       Буквально три минуты назад от этого дома отъехало такси, увозя в аэропорт хозяев — Нану и Емицу Савада. Перед этим пришли двое парней лет двадцати-двадцати трёх. У первого были пшеничные волосы, смешно торчащие в разные стороны. Его медовые глаза радостно светились до того момента, как он увидел брюнета с алыми глазами и шрамами по всему телу. Оба обменялись испепеляющими взглядами. Савада Джотто и Скайрини Занзас.       Сейчас же эти два молодых человека сидят на кухне и пьют чай. На улице час ночи, но спать им не хочется. На втором этаже мирно посапывал Савада Тсунаеши, объект желания и споров Джотто и Занзаса. И обоим было плевать, что они родственники! Из-за этого карамельного, неуклюжего чуда они постоянно спорили и ругались. Они никак не могли решить: кого больше любит Тсуна. И вот сейчас они снова спорили на эту тему: — Почему это он любит тебя больше? — возмутился Джотто на заявление Занзаса, — он тебя вообще боится! А вот я — его обожаемый старший брат. — ХА! Это ещё почему я его пугаю? — брюнет высокомерно посмотрел на собеседника. Тут со второго этажа спустился сонный шатен в пижаме с мишками. Потирая своими кулачками заспанные глаза, он посмотрел на источник громких звуков, от которых он проснулся. Эти действия выглядели настолько невинно, что сидящие на кухне невольно умилились. Когда Тсуна понял, что на кухне сидят его обожаемые братишки, он кинулся к ним, на лету кидаясь на Джотто и обнимая его. Блондин улыбнулся и посмотрел на злого Занзаса. Но тут шатен отстранился и подошёл к своему кузену, и чмокнул того в щечку. Брюнет победно ухмыльнулся. — Джо, Зан, вы чего не спите? Уже ведь поздно… — Ты знал, что мы приедем? — удивился Джотто. Занзас промолчал. — Ага, мама с папой сказали. Я им говорил, что не надо вас тревожить. Я бы смог о себе позаботится сам… — Ты то? — усмехнулся Занзас. И правда, Тсунаеши был немного неуклюж от природы и очень стеснительным и наивным. — Тсу, тебе ведь завтра на учебу, иди спать, — улыбнувшись, сказал Джотто. Кивнув, Тсуна пошёл наверх. Посидев ещё несколько минут в тишине, Занзас тоже ушел в выделенную им комнату. Джотто же пошёл спать только через час. Он продумывал план по захвату сердца своего младшего братика.

Утро

      Пробуждение Тсунаеши было мягко говоря… странным. Сквозь сон он почувствовал, как чьи-то сильные руки обнимают его. Когда шатен понял что этого быть не должно, резко открыл глаза. Рядом с ним лежал Занзас и беспардонно, притянув за талию, обнимал Тсуну. От неожиданности шатен вскрикнул. На крик прибежал Джотто, чья комната была напротив. Увидев в постели брата Занзаса, он сначала побледнел, потом позеленел, а после вообще покраснел от злости. Блондин вытащил брюнета за шкирку из комнаты и спустил с лестницы, крича про извращение и кого-то ещё.       Тсунаеши же сидел на кровати и тихо офигев, хлопал глазами. Но когда увидел время на часах, подскочил как ошпаренный и начал собираться. Через пять минут он с криком: «Опаздываю!», побежал мимо ругающихся братьев. Те даже пикнуть не успели.       Уроки были скучными. Тсуна получил две двойки по разным предметам. Одну по алгебре, а вторую по английскому. Ещё в начале учебного дня ГДК — Хибари Кея избил его за опоздание. Слава богу, отделался лишь парой царапин и синяками.       Идя домой, Тсунаеши заметил столпотворение у магазина сладостей. Подойдя чуть ближе, он заметил, что девушки и несколько парней скупают домашний шоколад.       «Странно, — подумал Тсунаеши, — сегодня же пятница, а шоколад этот по понедельникам продают, — и тут Саваду осенило, — завтра же четырнадцатое февраля! День Всех Влюблённых! Может, братикам шоколад купить? Хотя… Нет. Лучше сам сделаю!»       С такими мыслями Тсуна направился в супермаркет. Купив все, что требуется, он направился домой. Зайдя в коридор он крикнул: «Я дома!», но никто не вышел его встречать. Дома никого не было.       Воспользовавшись случаем, Тсунаеши пошёл на кухню готовить. Все шло хорошо. Шатен смешал нужные ингредиенты, и теперь в руках он мешал тёплый, топленный шоколад. Попробовав своё изделие, Тсуна удовлетворенно хмыкнул и только было хотел взять формочки, как споткнулся о свою же ногу. Рукой он случайно задел миску с шоколадом. Её содержимое вылилось прямо на Тсуну. Капли горячего шоколада текли по одежде и лицу шатена.       В это время в коридоре скрипнула дверь. На шум в кухню зашел Джотто. Увидев такую соблазнительную картину, он еле сдержался, чтобы не набросится на своего братишку. Он подошёл к Тсунаеши и присел на корточки перед ним. — И что тут творится? — с интересом спросил Джотто. Глазами он избавлял Тсунаеши от одежды. — Я… ну это… хотел на День Святого Валентина приготовить вам с Занзасом шоколад, но опрокинул все… — пролепетал Тсуна. Он уже был красным, как спелый помидор. «Даже кончики ушей покраснели. Как мило» — подумал Джотто. Вслух же он сказал, опрокидывая Тсуну на пол: — Тогда можно, я попробую.? — Джотто навис сверху над своим обожаемым братиком. Тот даже пикнуть не успел, как блондин начал слизывать с его лица капли шоколада. Руки его приподняли футболку и начали оглаживать впалый живот. Медленно, они поднимались все выше, к розовым бусинкам сосков.       Тсунаеши закусил губу, чтобы сдержать рвущийся наружу стон. Шаловливые пальчики Джотто уже стащили голубую футболку с черными вставками по бокам. Губы выцеловывали шею, медленно спускаясь к ключицам. Не выдержав, Тсунаеши тихо застонал, чем сильнее раззадорил своего старшего брата. Джотто впился в девственные губы, продолжая гладить спину и торс любимого брата.       Когда воздух в лёгких стал заканчиваться, Джотто отстранился от объекта своего вожделения. Растрепанные каштановые волосы, румянец, чуть приоткрытые пухлые губы, от которых тянется тоненькая струйка слюны, немного затуманенный взгляд. Тсунаеши выглядел так возбуждающе… — Я смотрю, у вас тут весело, — послышался голос позади. Около входа на кухню стоял Занзас. Ухмыляясь, он спросил: — Вы же не думаете, что я останусь в стороне?       Джотто и Занзас обменялись взглядами и как-то хитро улыбнулись. От этого Тсуну аж передернуло. Стая мурашек пробежали по его коже. Вот теперь ему стало страшно… очень. Он не представлял, что могут выдумать эти двое, но чувствовал, что это кончится плохо… для его задницы.       Занзас потянул Тсуну на себя, развернул его на сто восемьдесят градусов и прижал к себе спиной. Джотто же толкнул их на пол и навис с верху. Стянув черные шорты, он накрыл полувозбужденный член Тсуны и начал медленно надрачивать. Рука его скользила по стволу члена, легонько сминая яички и поглаживая головку. Иногда он спускался рукой к ягодицам и задевал пульсирующий анус.       Тсунаеши несдержанно стонал в голос. Он плавится от прикосновений Джотто. А вот Занзасу не нравилось, что о нем забыли. Приникнув губами к нежной коже шеи, парень начал выводить на ней замысловатые узоры из поцелуев. Руками он играл с твёрдыми сосочками, то сжимая их до боли и оттягивая, то нежно гладил. Тсунаеши метался в руках своих любимых братьев и громко стонал.       Еще раз переглянувшись, Джотто отстранился, а Занзас поставил Тсуну раком. Его взору предстала маленькая пульсирующая дырочка. Взяв свободной рукой миску из-под шоколада, он собрал его остатки. Размазав шоколад вокруг ануса, Занзас ввёл сразу два пальца.       Тсунаеши вскрикнул бы от резкого неприятного ощущения, но рот ему заткнул Джотто. Поцелуем. Поэтому шатену оставалось только мычать в чужие губы. Занзас уже разрабатывал тугую дырочку тремя пальцами. И вот он нащупал простату. По телу Тсуны прошла волна наслаждения. Он отстранился от Джотто и начал самостоятельно насаживаться на пальцы алоглазого.        Занзас расстегнул ширинку своих брюк и усадил Тсунаеши между своих ног, к себе спиной. С тихим рыком он вошёл в девственный анус. Шатен тихо всхлипнул. Занзас не давая парню привыкнуть начал вбиваться в хрупкое тело, постоянно попадая по простате, от чего Тсуна кричал и извивался, словно змея.       Джотто же встал и снял с себя белые джинсы, что были испачканы в шоколаде. Он приставил свой возбужденный орган к ротику братика и толкнулся вперед, сразу отстраняясь, чтобы дать время Тсуне откашляться. Теперь уже шатен сам взял в рот член Джотто. С утробным рыком оба парня вбивались с двух сторон в своего любимого братишку. Он же стонал и мычал. Казалось, весь дом наполнился пошлыми звуками: рыком, стонами и хлюпаньем.       Сжалившись над своим двоюродным братом, Занзас положил свою ладонь на колом стоящий член Тсуны и стал дрочить. Через пару быстрых движений шатен кончил. За ним, сделав особо глубокий толчок излился Джотто, при этом заставляя Тсунаеши проглотить все. Занзас же вышел из него, но только для того, чтобы вновь войти, когда повернет его к себе лицом. Он приглашающе раздвинул розоватые половинки ягодиц. Джотто сразу смекнув, что к чему, приставил свой вновь налившийся кровью агрегат к дырочке, в которой все ещё находилось довольно крупное достоинство Занзаса.       Глаза Тсунаеши расширились от ужаса, когда он почувствовал ещё один член у своей попки. Ему было страшно, что они вдвоём просто напросто порвут его. Страшно, что будет больно… От таких мыслей шатена отвлекали мягкие губы Джотто, что выводили на его шее причудливые узоры. Немного шершавые и грубые руки Занзаса играли с его сосками, периодически спускаясь к животу. А шёпот на ушко успокаивал: «Не бойся, все хорошо. Братики никогда не сделают тебе больно». Хотелось верить этим словам.       Когда Тсунаеши все же раслабился под напором ласк, Джотто медленно вошёл. Шатен тихо всхлипнул и упал на торс Занзаса. Тот начал медленно поглаживать Тсуну по спине. Они не двигались, а только ласкали любимого брата, чтобы отвлечь от неприятных ощущений. Когда Тсуна неуверенно толкнулся на встречу, они начали двигаться. Сначала медленно и плавно, но через пару минут срываясь на бешеный темп.       Тсунаеши метался между двух разгоряченных тел. Не выдержав, он кончил на живот Занзаса и обессиленно падая назад, в руки Джотто. Чувствуя, как их сжимают стенки ануса, они толкнулись вместе и излились глубоко внутрь, утробно рыча и впиваясь зубами с двух сторон в шею Тсунаеши. Подхватив обмякшего братика, они направились в душ.       Холодные струйки воды освежали и взбадривали. В душе они были все втроём. Занзас держал Тсуну, так как тот сам стоять не мог, а Джотто мыл его. Тут в голову блондина так ни кстати влез один вопрос, что интересовал и его, и Занзаса. — Тсу-кун, а кого из нас двоих ты больше любишь? — Того, кто подарит мне на Белый день лучший ответный подарок, — тихо, на грани слышимости прошептал Тсуна, проваливаясь в крепкий сон.